Глава 28

Все же становится не по себе, когда понимаю, что едем куда-то за окружную.

— Я снимаю дом, там очень красиво, — сообщает Марго.

— Я не думала, что мы так далеко поедем, — нервничаю, смотрю в окно. Начинается снегопад.

— Это совсем не далеко. Надеюсь, ты не боишься меня? Не подозреваешь ни в чем плохом?

— Нет, я просто думаю, что тебе было так плохо, в деканате. Можно тебе за рулем так долго быть?

— Все хорошо, я же приняла лекарство. Мы почти приехали.

Думаю о том, что, наверное, следует написать Берслану о том, куда еду. Пусть Марго это не понравится, но мне наплевать. Напишу ему, что еду за его вещами. Ему вряд ли понравится, я уже и сама не рада, но что поделать.

— Что такое? — спрашивает Марго, когда продолжаю рыться в сумке с остервенением.

— Не могу найти мобильный… Не понимаю. Как я могла его забыть? Я не доставала его на лекции!

— Давай наберу тебе. Может за подкладку упал?

— Вытряхиваю сумку себе на колени. Ничего! Марго набирает номер. Никакого звука.

— Похоже, ты и правда его забыла. Хочешь, можешь позвонить с моего. Если номер помнишь.

— У тебя есть телефон Берслана?

— Нет, извини. Удалила. Зачем он мне? О, мы уже на месте. Не переживай так. Скоро домой отправишься. Он не успеет тебя потерять.

— Я волнуюсь о телефоне. Значит, в универе забыла.

— Это моя вина. Голову тебе заморочила. Так что с меня — новый аппарат.

— Не говори глупостей, — бормочу нервно.

* * *

— Проходи, проходи, не стесняйся, — радушно говорит Марго, открывая дверь. Дачный поселок, в который мы приехали выглядит безлюдным. Мне все больше не по себе, но что остается, кроме как следовать за ней? Бежать куда глаза глядят? Зимой, без телефона?

— Знаешь, ты была права, я не подумала, что дорога достаточно дальняя. Слишком сильно тебя напрягла, мне очень стыдно, — произносит Марго.

— Хорошо, что мы уже доехали, — отвечаю все сильнее нервничая. — Все нормально, давай заберу вещи и поеду домой, а то мама будет волноваться. Мне нужно серьезно с ней поговорить.

— Рассказать о Берслане? Она, видимо, ещё не знает, — демонстрирует проницательность Марго.

Мне не хочется обсуждать с ней такие личные темы, но неловко оборвать разговор.

— Ты проделала такой путь из-за меня, я как минимум должна тебя чем-то угостить. Хотя-бы чашкой чая.

Я действительно немного замерзла, мысль о чашке горячего чая очень соблазнительна, поэтому киваю, хотя больше всего мне хочется как можно скорее уехать отсюда.

Марго проходит на кухню, совмещенную с гостиной.

— Где можно помыть руки?

В этот момент у хозяйки дома звонит телефон. Она явно не ждала звонка, зажимает рукой динамик. — На втором этаже, в конце коридора, — показывает наверх и скрывается в дальнем конце кухни.

Послушно поднимаюсь на второй этаж. Мне совсем не хочется подслушивать чужие разговоры. Мне не кажется подозрительным поведение Марго. Возможно у неё начались новые отношения, и она не хочет их демонстрировать. Я же могу рассказать об этом Бесу.

Подумав, что лучше не торопиться вниз, дать ей время на разговор, неторопливо иду по коридору, оглядываюсь. В доме достаточно простая обстановка, я ожидала что такая богатая семья как у Марго живет в роскоши. Тут же скорее спартанские условия. Видимо Марго снимает этот дом одна, следов родителей не видно.

Немного странно, зачем ей одной такой большой дом, но это не мое дело. Мою руки, достаю из сумки расческу, снова пытаясь вспомнить как могла забыть телефон.

Странный звук привлекает внимание. Словно кто-то стучит в стену. Прислушиваюсь. Мне становится не по себе. Конечно, я не верю в привидения, но Марго не говорила, что в доме есть еще кто-то.

Мне неловко хозяйничать в чужом доме, заглядывать в чужую комнату, тем более что она заперта. В замочную скважину вставлен ключ, и все же внутреннее чутье заставляет меня замереть перед дверью, прислушаться. Осторожно поворачиваю ключ и толкаю дверь. Она распахивается резко, я едва не падаю, кто-то зажимает рот и втаскивает в комнату.

От ужаса и дикой паники даже закричать не могу! Меня буквально парализует. В комнате полумрак, горит только маленький торшер. Отталкиваю от себя напавшего, понимая, что надо бежать.

— Только не ори, иначе конец нам обоим, — шепчет женский голос. Рука снова зажимает мне рот, но я чувствую, что напавшая на меня трясется, словно ей тоже очень страшно.

— Что тебе надо? — мычу испуганно.

— Для начала — не ори, не дергайся. Я не враг тебе, поняла? Выслушай. У нас очень мало времени.

Меня отпускают, напавшая на меня отходит в сторону, к торшеру. Я разглядываю ее внимательно, тут же вспоминаю, где видела. На дне рождения Ахмада Алиевича! Эта девица была спутницей Берслана. Я в тот день ужасно ревновала, разглядывала эту красотку украдкой. Ника, кажется.

Вспоминаю, что рассказывала мне Лика. Это же подруга Марго!

— Что это за шутки? — спрашиваю дрожащим голосом.

Уже ясно, что мне подстроили ловушку, а я как дура в нее вляпалась! Поверила Марго! Идиотка просто!

Ника не выглядит сообщницей, правда мне от этого не легче. Одежда на ней какая-то мятая, грязная, волосы всклокоченные, под глазом синяк.

— Что с тобой произошло? Почему тебя заперли?

— Эта сука похитила меня, — криво усмехается Ника. — У Марго всегда была поехавшая крыша, но на этот раз она превзошла себя.

— Но что ей нужно?

— Да откуда я знаю? — шипит яростно. — Она заманила меня сюда, напела, что помириться хочет, а потом по башке дала чем-то, я сознание потеряла. Идиотка конченая! Я ведь с Берсланом всего-то пару раз была. Потом он на тебя запал, перестал даже на звонки отвечать. И все равно эта дура не может простить мне, что после ее исчезновения с Бесом тусила. Представляешь, что она сделает с тобой, — добавляет торопливо. — Нужно бежать отсюда, она абсолютно сумасшедшая. Не знаю что она придумала для тебя, как сюда заманила?

— Сказала, чтобы я забрала вещи Берслана…

— Ну конечно, а ты, как овца тупая, поверила, — снова усмехается.

— Она же не убийца… — говорю с сомнением. Ощущение, что я оказалась в каком-то триллере. Так ведь не бывает в обычной жизни!

— Ты такая наивная, кошмар. Она угрожала мне пистолетом, так что поверь — всё серьёзно. Я пришла в себя, думала как выбраться, уже хотела с окна спрыгнуть. Но там зараза снега мало, боюсь ногу сломать. Лед сплошной, доски… Потом услышала, что в ванной кто-то, решила, что вряд ли Марго. Раз ты меня открыла, надо спуститься вниз по лестнице. Где она сейчас?

— Была на кухне. Чай мне предложила…

— Ага, отлично. А в нем яд.

Меня передергивает. Она ведь не серьезно?

— Где она оставила ключи от машины? — спрашивает Ника.

Судорожно вспоминаю.

— Кажется, возле двери бросила, на столешницу.

Да, точно, вспоминаю как они звякнули о стекло.

— Маленькая узкая стеклянная полка, с коваными элементами, — добавляю подробности.

— Давай попытаемся, — шепчет Ника. — Сидеть здесь бесполезно, даже если забаррикадируемся, она может дом поджечь, да что угодно может сделать.

Никогда еще я не испытывала такого страха! Чувствую, что Ника, несмотря на браваду, тоже трясется, когда крадемся по лестнице. В самом низу я замираю, она позади вцепляется в мое предплечье ногтями, до боли. Чувствую, как её колотит. Я же — как в тумане, все ещё не могу поверить, что попала в ловушку маньяка. Это безумно страшно. Мы крадемся вперед, слыша, как Марго до сих пор разговаривает по телефону, что-то доказывает на повышенных тонах, кричит, высказывает какие-то претензии. Она явно захвачена разговором, и у нас есть шанс, но когда мы почти добираемся до холла, остается всего несколько шагов до двери, в спину летит жуткий смех, а затем раздается выстрел.

Ника вскрикивает и падает. Я тоже прижимаюсь в полу, смотрю на нее. Не могу поверить, что это происходит на самом деле. Марго выстрелила в свою бывшую подругу. Ника кричит от боли, пуля попала ей в спину…

— Думали, что сможете свалить от меня? Такие умные, да?

Марго отшвыривает телефон, по которому только что разговаривала. Он разбивается о стену.

— Сюда иди, — приказывает мне ледяным тоном. Я все еще склоняюсь над Никой. Пуля попала не в спину, ближе к плечу, что гораздо лучше, но крови очень много. Меня мутит, но я стаскиваю с Ники рубашку, прижимаю к ране.

— Я должна ей помочь, остановить кровь.

— Она все равно сдохнет, зачем ее спасать, — равнодушно бросает Марго. — Нам с тобой есть о чем поговорить, прежде чем ты отправишься вслед за ней.

— Хорошо, мы обязательно поговорим, но только когда я помогу ей лечь на диван, — заявляю упрямо. — Пожалуйста, позволь я подниму ее. Я не смогу сосредоточиться, если буду слышать ее стоны…

Наверное, я в таком шоке, что чувство самосохранения отключается. Ведь я закрываю Нику собой. Марго прицеливается, видно, что ее бесит мое упрямство. Но потом делает разрешающий знак.

Помогаю Нике подняться, подвожу к дивану. Бросаюсь на кухню, замечаю рядом дверь — это оказывается ванная. Хватаю стопку полотенец и спешу обратно. Она очень бледная, даже серая. Прижимаю чистое полотенце к ране, понимая, что это очень слабая и временная мера.

— Ты закончила строить из себя не пойми что? — холодно спрашивает Марго, снова направляя на меня оружие.

— Зачем тебе все это? Что ты хочешь? Думаешь, если убьешь нас двоих, то Берслан к тебе вернется?

— Мне уже плевать, вернётся он или нет. Думаешь, его не убью? — усмехается Марго. — Он должен был любить только меня! Он ведь был одержим мной. Это ни с чем не сравнимое чувство. Когда потеряла его, все время вспоминала. Его взгляд, прикосновения… Он любил меня безумно. Растворялся во мне, хотел меня каждую секунду, — Марго закрывает лицо руками. — Как я могла потерять все это? Как может проходить одержимость? Разве можно перестать любить, если было настолько сильное чувство? Я знаю, что сама во всём виновата, знаю. Но не должно было быть так. Я все просчитала, все продумала…

Она действительно ненормальная. Говорит сама с собой, сейчас у меня стойкое ощущение, что она существует в каком-то параллельном мире.

— Ты была нужна только для того, чтобы напомнить ему обо мне! — выкрикивает Марго.

Замираю. Не понимаю, о чем она. Что значит была нужна?

— Ты встретилась с Берсланом только потому что это я так захотела! Сунула тебя в клуб, потом эта работа. Думаешь тебе все свалилось с неба? Просто так в прислуги к таким людям как мы не попасть!

— Я тебе не верю, — у меня голова идет кругом. Вот уж не думала, что могу удивиться после того как нашла в этом доме Нику. Но то что сказала сейчас Марго — совершенно за гранью.

— Потому что ты тупая идиотка. Во что ты веришь? В счастливые совпадения? Это я подговорила Веру уволить прислугу. Найти новых людей. Заплатила ей хорошие деньги.

— Она наша дальняя родственница…

— Чушь! Это она наплела твоей матери. Голову ей заморочила. Хотя, уговаривать вас долго не пришлось. Нищие, жалкие, вы уцепились за этот шанс. На что угодно готовы были.

Марго смотрит на меня с отвращением. Слушать ее откровения невыносимо, но я понимаю, что она говорит правду. Все действительно было слишком странно. Свалившаяся на голову родственница с шикарным предложением о работе. Все было вроде бы и правдоподобно. Но с другой стороны — странно. Марго права, мы об этом не думали. Просто радовались удаче. Маме очень нравилось работать у Тоитовых.

— Только потому что я захотела, ты попала в «Бездну».

— Ты знаешь Ксению?

— Она хороший визажист, работала в салоне, — усмехается. — Как-то сказала, что знает девочку, очень на меня похожую. Что тренировалась на тебе в школе.

— Это правда…

— Только поэтому она помогла тебе. Иначе послала бы куда подальше. Ты никому не нужна, дурочка. У тебя нет настоящих подруг. Твоя сестра продаст тебя за копейку. А Лика забудет через пару дней, другую забаву себе найдёт. Ты прекрасно знаешь, что я права.

— Зачем ты все это делала? Зачем лезла в мою жизнь?

Смотрю на Марго, не веря тому что слышу

— Я играла тобой, как куклой. Хотела так напомнить о себе Берслану. Чтобы снова влюбился. Разбудить в нем былые чувства. Хотела, чтобы вспомнил обо мне! Как любил меня! Сквозь череду одноразовых шлюх. Ты была пробой, картинкой. Но я не понимаю, почему ты так долго задержалась в его жизни! Все зашло дальше, чем я предполагала. Я не знала, что ты девственница. Что это так подействует на Берслана. Залип на тебе… я стала не нужна.

Слушаю эту исповедь сумасшедшей с ужасом. Понимаю, что должна что-то придумать, как-то уговорить эту ненормальную. Я не могу погибнуть, ведь внутри меня новая жизнь. Я хочу увидеть своего ребёнка, подержать его на руках, увидеть как малыш растет… Всё не может закончиться вот так!

Нет никаких мыслей в голове, кроме ощущения безнадежности. Паника уже улеглась, я просто понимаю неизбежность происходящего.

— Что он нашел в тебе? Что? Что? Ты абсолютно обычная, глупая, наивная. Ты правда поверила, что я могу отдать тебе его? Я никогда и никому его не отдам! Лучше убью вас обоих! — Марго продолжает лихорадочно выплескивать свой яд. — Он звонил, умолял меня оставить тебя в живых. Обещал, что у нас все будет хорошо. Что мы уедем вместе. Но я не поверила ему.

— Он звонил? Берслан? Ты с ним разговаривала, когда я пошла мыть руки? — меня охватывает надежда.

— Он никогда не найдёт этот дом. Никто понятия не имеет об этом доме месте. Я сняла его через подставное лицо.

— Подумай о своих родителях. Ведь все знают, что я уехала вместе с тобой из университета! — пытаюсь вразумить ненормальную.

— Ты мне угрожаешь? На самом деле, мне уже наплевать. Я понимаю, что потеряла его. Что он никогда не полюбит меня как раньше. На меньшее я не согласна.

Меня охватывает ощущение полной беспомощности. Я сама во всем виновата. Наивная идиотка, я правда поверила, что все может быть хорошо. Что бывшая может отпустить Берслана спокойно. Но как я могла заподозрить, что у Марго все настолько плохо с головой?

Берслан знает, что меня похитили. Но мысль, что он будет искать меня, в отчаянии, бессилии, делает мое состояние только хуже. Я могу рассчитывать только на себя. Я должна продолжать разговор. Стараться вразумить Марго, как угодно. Нельзя сдаваться.

Шум у двери привлекает внимание нас обеих. Стук в окно.

— Эй, соседка, собаку мою не видела? Она к тебе во двор побежала, — доносится незнакомый мужской голос.

— Только дернись, и этот придурок тоже умрёт, — шипит на меня Марго. — Сейчас проверю, что за дебил. Сиди где сидишь, поняла? — направляется к входной двери.

— Беги, пока не поздно, — слабо стонет Ника.

— Я не могу тебя бросить.

— Беги и прячься, дура. Она же убьет тебя, ты сама все слышала…

Ника теряет сознание.

Не понимаю, что делать! Не могу подставить под удар другого человека, которого случайно занесло на порог сумасшедшей. Оглядываю комнату. Должен быть какой-то способ справиться с Марго. Но как? Ударить её чем-то, оглушить? Или лучше спрятаться?

Резкий женский крик, выстрел, заставляет лишь сильнее прижаться к Нике. Неужели Марго решила на убийство?

Не могу поверить, что это происходит в реальности.

Как и не верю своим глазам, наблюдая как Берслан направляется ко мне. Видимо начались галлюцинации. Чувствую, как ускользает сознание.

* * *

— Женя? Ты меня слышишь? — кто-то ласково гладит меня по щеке. Открываю глаза. Надо мной встревоженное лицо Берслана.

— Ты не можешь быть здесь, — шепчу, едва шевеля губами.

— Все закончилось, малыш.

— Она кого-то убила? Где Ника? Что произошло?

— Ты отключилась, Нику увезла скорая. Все позади, маленькая.

— Прости меня.

— За что?

— Что я такая наивная дура. За то, что поехала с ней. Она сказала, что хочет вернуть тебе вещи. Я подумала, что не хочу, чтобы вы встречались. Все из-за глупой ревности.

— Все позади. Ты не могла предположить, что она настолько психически неустойчива. Во всем виноваты ее родители. Они об этом знали. Все эти годы пытались вылечить ее, возили по клиникам. Периоды ремиссии сменялись полным психозом, а они все равно верили, что их дочь поправится и станет прежней. Но по мне так она всегда была сумасшедшей. Психопатка, которую надо было держать подальше от людей. Её отец ответит за это.

— Я не могу здесь находиться пожалуйста отвези меня домой, — прошу умоляюще.

Только что этот дом был пронзительно пустым. Я, раненая Ника, и психопатка. Сейчас же здесь полно народу. Полицейские, врачи. Берслан настаивает на том, чтобы меня осмотрели.

— Она ничего мне не сделала. Не успела.

— Я страшно боялся, что не успею добраться до этого места, — признается хрипло.

— Но как ты нашел?

Берслан оставляет мой вопрос без ответа. Подхватывает меня на руки, выносит из дома. В этот момент мне не нужны ответы. Главное, что он рядом.

Когда машина трогается с места, он сам начинает объясняться.

— Мои люди следили за тобой.

— Какие люди? Почему? То есть, сейчас я этому очень рада, и все же, не понимаю…

— Надеюсь, ты поймешь все правильно, — вздыхает Бес. — Наша первая встреча показалась мне очень подозрительной. Я пытался найти твою подругу, которая привела тебя в «Бездну». Но эта Ксения как сквозь землю провалилась. Все было подозрительно, и я велел своим парням приглядеть за тобой.

— И следил до сих пор.

— Прости. Мне было так спокойнее.

— Я рада, что ты не снял наблюдение. Не могу отказать себе в том, чтобы прислониться щекой к его плечу. Мне необходимо почувствовать его тепло, силу, уверенность.

— Я знал, что Марго больна. Но не думал, что все может зайти так далеко.

— Да. На моих глазах она стреляла в Нику… Похитила ее. Это ужасно. Я должна узнать, как Ника. Надеюсь, с ней все будет хорошо.

— Ты спасла ей жизнь. Она это сказала, когда врачи забирали. Хотя сама была под угрозой. Наверное, за это я и полюбил тебя. Ты удивительная.

Такое тихое, простое признание. Не отрывает взгляда от дороги. Ведет машину быстро, уверенно. Рядом с ним все кажется неважным. Я больше не трясусь, не испытываю страха.