Глава 31. Оксана

Обида во мне перемешивается со страхом, и я теряюсь. Смотрю на Виталика во все глаза и не верю происходящему. Я никогда в жизни не видела настоящих пистолетов. И лучше бы не видела. В этот момент я почему-то думаю об Артуре. Неужели я сейчас умру, и мы больше никогда не встретимся? От этой мысли начинает щемить в груди. – Подпиши, и закончим на этом! – голос Виталика звучит иначе, будто он наконец раскрылся и явил миру свою дьявольскую натуру. – Не буду, – мотаю головой. Если мне всё равно суждено умереть, я не стану оставлять этому подлецу деньги Павла. – Оксана, игры закончились. На кону очень большие деньги. Ты же не думала, что реально получишь их. – Что в этих документах? – В них ты принимаешь наследство, а потом переписываешь всё на моё имя. Ладно, хоть не сразу пустил мне пулю в лоб и снизошёл до объяснений. – Это же глупо. Если я умру, никто не поверит, что я по собственному желанию переписала на тебя всё состояние. – Это уже не твои заботы. Подписывай. – Нет, – складываю руки на груди. – Ни за что! Сейчас меня переполняет дикое возмущение. Получается, что гад с самого начала втирался мне в доверие, чтобы манипулировать как марионеткой. А ведь я это чувствовала. Интуиция постоянно посылала мне сигналы, которые я упорно игнорировала. Виталик приставляет дуло пистолета к моему лбу так близко, что я ощущаю холод металла. – Три, два… Тук-тук. Мы оба резко оборачиваемся к боковому окну, где стоит… моя мама. О боже! – Оксана, – завидев оружие, она с ужасом округляет глаза. – Открой немедленно! – начинает стучать кулаками по стеклу. – Блядь! – Виталий выругивается, убирая пистолет в сторону. Я пользуюсь моментом и выпрыгиваю из машины с моей стороны прямо в объятия матери. – Девочка моя, что происходит? – она прижимает меня к себе. Становится трудно дышать. – В дом! Быстро! – кричит Виталий, направляя на нас оружие. – Ааааа! Мы резко оборачиваемся на громкий возглас. Это эксгибиционист Лёша стоит возле машины и при виде оружия верещит как девчонка, положив руку на сердце. – Заткнись, урод! – Виталий переводит дуло на него. – Пожалуйста, только не убивай меня! – кажется, мамин друг готов расплакаться от страха. – Я молчу! – Просто заткнись! Все трое в дом! Живо! – Давайте все успокоимся, – мама берёт переговоры в свои руки. – Мы сделаем, как ты сказал, но объясни, чего ты добиваешься. – Заткнись, сука! И двигайся! – Хорошо, – мама хватает меня за руку и ведёт вперёд. – Девочка моя, во что ты ввязалась? Я с силой сжимаю её ладонь, безмолвно прося поддержки. Надеюсь, она не станет читать мне нотации, начинающиеся со слов: «Я же говорила». Особенно сейчас, когда мы не знаем, наступит ли для нас завтра. – Их теперь трое! Знаю. Мне нужно время. В любом случае приезжай. Я один не справлюсь, – Виталик заканчивает разговор и убирает телефон в карман, идя следом за нами. Значит, у мерзавца есть сообщник! Это очень сильно меняет ситуацию. Через полчаса мы сидим в гостиной и ждём, что похититель предпримет дальше. Лёша устроился на диване и, закрыв глаза, читает успокаивающие мантры. – Если ты получишь эти деньги, лишив кого-то жизни, они никогда не принесут тебе счастья, – мама обращается к Виталию. – О, здесь ты глубоко ошибаешься! – злорадно кривит губы. – Я буду долго праздновать свою победу. Павел специально утаил от меня своё новое завещание. Я сказал ему, чтобы он не искал твою сестрицу, но старый пиздюк сделал по-своему. И теперь страдают все. Мы с мамой переглядываемся. Нас обеих покоробило, как негативно он отозвался о своём отчиме. – Так что можете его поблагодарить за свою скоропостижную кончину, когда встретитесь на том свете. – Я на это не подписывался, – подаёт голос Лёша. – Я, вообще, не с ними. Подвёз только. Отпусти меня! Я никому ничего не расскажу. – Заткнись, мразь! Я, блядь, сейчас на взводе! Ещё слово, и ты будешь первым трупом. – Не надо! Молчу… Слышится шум в холле, и мы дружно навостряем слух. – А вот и подмога, – радуется Виталик. – Как вы меня достали. Скоро, блядь, всё закончится. Я смотрю на входящих в комнату людей и отказываюсь верить собственным глазам. Это же Никита Лавров. Ничего себе. Значит, он заодно с этим скользким типом. Позади мужчины останавливаются несколько здоровенных охранников, и уже самой последней в гостиную заходит Виктория. Я гулко сглатываю. Если сейчас здесь ещё появится Артур и скажет, что он всё это время обманывал меня, я сама лично пущу себе пулю в лоб. Эти люди ненормальные. Они все – самые настоящие сумасшедшие. Да им место в дурдоме! – Мама, – зову трясущимся голосом. Во мне уже не осталось веры в людей. Вокруг меня – одни предатели, лгуны и преступники. А всё из-за чёртовых денег отца. – Милая, не переживай. В этот раз ты можешь мне довериться. Смотрю на неё непонимающим взглядом. Почему она держится так уверенно? Разве она не понимает, что мы попали в настоящий тупик? – Оксана, – обращается ко мне Лавров. Мама тут же хватает меня за руку. – Не разговаривай с ним! – предостерегает серьёзным тоном. – Мы здесь не для разговоров, – ухмыляется Никита. – Виталий, дай девушке документы на подпись. Не будем оттягивать. Юрист, словно собачка на коротком поводке, быстро встрепенувшись, кладёт стопку бумаг на журнальный столик прямо передо мной. – Давай сразу расставим все точки над i, – продолжает Лавров, – эти деньги никогда не были твоими. И не должны были стать. У Павла случилось временное помутнение на фоне болезни и литров химикатов, которые в него вливали последние месяцы. Поэтому сейчас ты со своей тётей и страдаешь. – Мамой! – перебивает его. – Как вам угодно. – Артур с вами заодно? – спрашиваю я, искренне надеясь услышать отрицательный ответ. – Артур, – Лавров задумчиво произносит его имя, – Артур оказался не так хорош, как мы считали. Может, и к лучшему, что появилась ты. Только так я понял, что этот парень нам на хер не сдался. Вика унаследует всё состояние. А он ей ещё ноги целовать будет, моля о прощении. Голос мужчины пропитан обидой и затаённой злобой. Получается, он мстит. А Артур и его отец ещё не в курсе, где кроется настоящая опасность. – Что вы собираетесь с нами сделать? – спрашиваю я. – Если ты подпишешь документы и пообещаешь больше никогда не появляться на наших глазах, я отпущу вас всех троих с миром. – Оксана, подписывай! – Лёша на радостях подскакивает. – Она ничего подписывать не будет. В шоке смотрю на маму. Мне казалось, она была самой ярой противницей идеи сделать меня наследницей Павла. – Ирина, вы можете подождать свою дочь снаружи, – Никита еле заметным кивком даёт команду своим церберам, и те мигом оживают. – Не трогайте её, пожалуйста! – прикрываю маму своей спиной. – Я сделаю, как вы сказали. – Я вот стою и думаю, мне сейчас вмешаться или подождать кульминации захватывающего спектакля? Все резко оборачиваются на голос Артура. При виде него, я сама не замечаю, как облегчённо выдыхаю. Парень излучает неубиваемую уверенность, даже несмотря на то, что стоит у входа один. Без всякой охраны и помощников. – И ты здесь? – Лавров изо всех сил пытается скрыть удивление. – Я хотел задать тебе тот же самый вопрос. – Это я его позвала! – перебивает их мама. – Ваш Виталий – дурак. Даже не додумался забрать у нас телефоны. Лавров переводит гневный взгляд на юриста. – Мы уже спасены? – пищит Лёша. – Можно, я тогда пойду? – Сидеть! – шипит на него Лавров. – Никит, ну что сказать, я удивлён… – Артур цинично ухмыляется, прижавшись спиной к стене. – А чего ты ожидал? – кричит на него Вика. – Ты первый нас предал! Вот и выкуси. Папа оказался умнее тебя! – Умнее. Хорошо. Тогда, может, твой папа скажет нам, что мы теперь будем делать? Истинные намерения всех участников раскрыты, – спокойно проговаривает Артур. – Да и хотим мы все разного. – Оксана вылетает из этой игры при любых условиях. Ты, если хочешь, ещё можешь жениться на Виктории… В коридоре вновь слышится шум. – Они уже здесь, – заговорщически шепчет мама. – Кто здесь? – Мои друзья из ашрама, – подмигивает мне. В следующий момент в комнату заходят десятки людей в специфическом одеянии, громко распевая мантры и разнося свечи в разные углы комнаты. Эти люди, словно загипнотизированные, не обращают внимания ни на кого и полностью поглощены своим делом. Народ всё прибывает и прибывает. Веренице нет ни конца ни края. Кажется, их здесь десятки, или уже перевалило за сотню. – Уходим, – мама тянет меня в сторону выхода. Наклонившись, чтобы остаться незамеченными, мы протискиваемся сквозь толпу. Краем глаза я замечаю Лёшу, который выхватив свечу, подыгрывает толпе и тоже теснится в сторону двери. Но где же Артур? Не хочу уходить без него. Музыка из динамика становится громче, и уже ничего, кроме монотонного звука мантры, не слышно. Я даже прикрываю ладошками уши, так сильно мелодия бьёт по барабанным перепонкам. – Скорее, милая. Снаружи ждёт машина, – тянет меня мама. Но уже возле выхода я чувствую, как чьи-то руки хватают меня словно тряпичную куклу. Встряхивают и грубо прижимают к стене. Я задыхаюсь от шока. – Держи её, – гнусит Вика своему охраннику. – Живой ты отсюда не уйдёшь, стерва! – и направляет на меня дуло пистолета.