Глава 32

В холодной темноте, ощущая страшную пустоту внутри, я лихорадочно рылась в каждом ящике и, не находя для себя нужного, всякий раз яростно захлопывала дверцы кухонных шкафчиков.

— Блядь, трезвенник, хуев! — вдруг, вспомнила неизменно одну и ту же реакцию Димы на алкашку и, мигом поняла, что ничего в его квартире не найду.

Дрожащими пальцами достала из черной пачки очередную со вкусом туринского кофе тонкую сигарету, но, не подкурив, зажала губами фильтр и, сжав больно ладонями столешницу, повесила голову и вымотано прикрыла глаза.

А если, он сейчас трахает другую, Лер? Назло тебе и себе… Таким способом пытается погасить ненависть, забыться, покончить с нами навсегда. Ты ждешь, а он там… с другой. Пусть, с той же, Машей-лохушкой. Ты же, сука, злопамятная… Не простишь. При любом раскладе, не схаваешь этот косяк.

Шумно выдохнула и чиркнула колесиком зажигалки, глядя завороженно какое-то время на желтый с красными всполохами огонек.

Согласна, хуйня вопрос, ждем его дальше…

***

Погрузившись глубоко в себя, распахиваю дверь и, обдумываю любой вариант по решению возникшей проблемы на работе. Неслышно переступаю порог родительского дома и наталкиваюсь на крутившуюся в гостиной вокруг матери с журналами и меню толпу обслуживающего персонала.

— Виктория Владимировна! Может, к списку добавим семгу в апельсиновой глазури и мидии в белом вине?

— Виктория Владимировна? У меня к вам уникальнейшее предложение! Как, смотрите на то, чтоб холл на время мероприятия украсить в стиле барокко?!

— А что, вы думаете по поводу музыкантов? Инструментальная живая музыка, иначе украсит ваш вечер и придаст совсем другое настроение. Изучите каталог, Виктория Владимировна. Можно на ваш вкус выбрать любого знаменитого классического музыканта! Такие, как Юрий Ревич, Кирилл Рихтер, Константин Емельянов с удовольствием выступят для…

— Что тут происходит? — нахмурилась и, прервав показушный балаган этих до жадности зажравшихся чучел, присела в кресло напротив матери, которой безумно к своей персоне нравилось внимание со стороны.

— Валерия! — излишне чопорно отозвалась женщина блондинка с короткой стрижкой в стиле «Гарсон блонд». — Не пробовала разуваться?

— Лера, ма-ма! — громко по слогам ей четко говорю. — Ле-ра! Разве, так тяжело запомнить?

Мать показательно вздыхает и снова переводит взгляд в глянцевые журналы, выставленные рабочими перед ее лицом.

— Что за маскарад? — своим вопросом вынуждаю женщину недовольно скривиться, поджать губы и бахнуть об журнальный столик фужер с вином.

— Выбирай выражение! Не маскарад! — деловито холодным тоном обрывает меня. — Твой отец на днях возвращается из столицы! В нашем доме через неделю будет проходить мероприятие. Кстати, вы с Максом тоже приглашены.

Смотрю на нее и недоумеваю. Понадобилось время, чтобы собрать мысли в кучу и начать говорить.

— Оставьте нас! — поднимаю глаза на малознакомых мне людей и чеканю металлическим тоном, а спустя пару минут, когда мы с матерью в гостиной остались одни, раздраженно язвлю. — И ты, разумеется, его ждешь?

— Конечно! Он же, мой муж! — с уверенностью в голосе произносит она.

— Ну да. Ты, Виктория Владимировна не можешь иначе… Время бежит, а ты все та же терпила! — не скрываю в своем взгляде брезгливости и неприятие этой ситуации.

— Не передергивай! — мрачно попросила женщина. — Не доросла, чтоб учить меня!

— А что, мне еще остается делать?! Нахуй, он тут сдался! — не вопрос, констатация. — Я готова поспорить, что у него там уже своя семья и внебрачный ребенок.

— Валерия! — взбешенно визжит родительница.

— Что?! — достаю пачку сигарет из кармана пальто и обвиняющим взглядом съедаю ее. — Ты тут годами одна сидишь, а он там живет в свое удовольствие. Какого черта, ты продолжаешь стелиться перед этим гондоном?

— Что ты себе позволяешь, Валерия!

— Лера! — разозлившись от ее тупости, заорала на мать, но она тут же с похуизмом закатила глаза.

Ненавижу их… Терпеть не могу это обращение к себе. Давно! С детства! Но, родители, казалось, назло игнорировали мои просьбы.

— Папочка, ты знаешь, я тебя люююблю, вот таааак! — громко на весь дом хохочу и руками пытаюсь показать, как много во мне любви к нему.

— Молодец, хорошая девочка, — в ответ усмехнулся и пару раз погладил по голове. — Так и должно быть. Дети должны любить своих родителей, Валерия. Иди, займись своими делами, не отвлекай от работы.

— Ну пааааап, ты же домаа.

— Валерия! — резко перешел на нетерпящий возражения грубый бас.

***

— Валерия, это что за вид? — мать обращается ко мне, когда я последняя села за стол со всеми.

— А что, не так? — обвела себя непонимающим взглядом.

— Ты девочка! — отвечает за нее отец. — Исключи из своего гардероба все штаны, кеды, кепки, бесформенные кофты! — злится и громче обычного зачерпывает из глубокой тарелки ложкой грибной суп.

— Папа, мне всего восемь лет. Мне это нравится. Какая разница…

— Я сказал! — заорал он вдруг, испугав нас с матерью. — Выбросить все на мусорку, кроме платьев и юбок!

***

— Валерия, ты что натворила? — бешено кричит мама, а я округляю глаза и смеюсь.

— Скажи, класс!

— Ты дура!

Резко оборачиваюсь к ней и, вместо смеха на глаза мгновенно накатываются слезы.

— Ну, с челкой мне больше нравится, мам, — жалобно пищу, дрожащим голосом.

— С челкой ей нравится! Отец тебе голову за это оторвет. Идиотка! Как тебе могло прийти на ум, обстричь самой себе волосы? Ты же знаешь, как их любит твой отец, как запрещает тебе стричься!

***

— Вика! Ты почему совсем не занимаешься дочерью?

— Ты к чему ведешь, Слав? Она учится отли…

— Я не про учебу! Ты посмотри, как Валерия выглядит. У нее же лишний вес! Ты что, хочешь, чтобы нашу дочь толстухой обзывали? Немедленно, возьми абонемент в тренажерный зал и начинай на пару с ней заниматься спортом. Это же не дело. Стыд какой-то.

— Слав, у нее сейчас переходный возраст. Гормо…

— Плевать я хотел! Вика, приведи нашу дочь в надлежащий вид. А не вот в это… недоразумение.

С ошарашенным прибитым видом, стояла пригвожденная к лестнице и слушала из комнаты отца разговор родителей. Вернулась к себе в спальню и растерянно уставилась в огромное на стене зеркало, выискивая в себе изъяны.

***

— Сколько раз тебе говорить, не икшайся с местной шайкой вшивых пацанов?! Валерия, ты почти, девушка! Какого хера, ты носишься с ними, как угорелая? Где, твои манеры?

— Я сама решу с кем мне общаться! Почему, ты вечно мне указываешь? — перечу я тирану.

— Потому что, я твой отец! Я так сказал! Делай, как велено!

— Я не твоя раба! Командуй своими подчиненными!

— Закрой свой рот, Валерия! Не смей перечить! Иди к себе! Ты на неделю под домашним арестом!

***

В мою комнату залетел разъяренный как бык, покрасневший отец, когда я возле окна разговаривала со своей одноклассницей Соней по сотовому, обсуждая последнюю сплетню в нашем классе о Ренате и его очередной новой подружки. Он подлетел ко мне и со всего маху так ударил по губам, что от силы плюхнулась на жопу и лопнула губа.

— Ты чего? — слезы мгновенно побежали ручьем, как и кровь. — За что? — непонимающе уставилась на него сквозь мутную пелену.

Он впервые позволил себе ударить меня.

— Еще один мат услышу из твоего рта, и я тебя убью малолетняя скотина, решившая, что стала взрослой. Услышала, Валерия?

А я, даже, и не заметила, как позволила себе матюкнуться дома. Но, я была у себя в дальней от всех комнате и не мыслила, что отец может появиться в моем крыле.

Они растили и лепили себе подобную, чтобы в будущем подороже продать. Завели живую куклу без прав на свои чувства, эмоции, желания.

Я их ненавидела… как и обращение — Валерия. Я не только изменила в документах фамилию отца на девичью материнскую, но, и имя с Валерии на обычное — Лера. Я максимально не хотела, чтобы меня приписывали к этому ничтожеству. Иногда, даже в его биографии и википедии подтирала строку о детях. И, слава Богу мне хватило ума не взять фамилию мужа. Я давно пожелала остаться Морозовой. Но, и тут мне поднасрала мать.

— Валерия, к чему этот цирк? Ты дочь своего отца. Характером копия в него, да и внешностью ты мало на меня походишь.

— Замолчи!

— А что такого? Он твой отец. Гордись! Меняй фамилии сколько хочешь, но ты всегда будешь Бортниковой. Да и Морозова… — резко и непринужденно захохотала она, когда я стояла и откровенно сжигала ее взглядом. — Папа твой настоящий мороз. Он больше соответствует моей фамилии, нежели я. Но, мне приятно дочь. У тебя получилось угодить мне, — цедила мелкими глотками вино, со смехом в глазах о чем-то размышляя.

— Проехали. Я не за этим здесь, — сморгнула невидимую пелену с глаз. — Одолжи мне до завтра машину. Я свою отогнала в автосервис.

— Не вижу в этом проблемы. Попроси у Макса.

Я в этот момент поднималась с места и, обескураженная от слов матери так и застыла.

— Я прошу у тебя! — повышаю голос, заводясь мгновенно.

— А я, тебе отказываю, — спокойно передергивает острыми плечами и тянется к фужеру с красным своим излюбленным вином.

— Тебе жалко, что ли?! У тебя их в гараже три! Хоть жопой жуй, — она кривится после моей фразы и медленно со вкусом и знанием, отпивает глоток пойла. — Мне на Харлее не всегда удобно.

— Мне не жалко. Но, ты, Валерия, довольна избалованная. Что, тебе стоит у Макса взять Рендж Ровер? Приспичило, и мертвой хваткой, привязалась ко мне.

Охереть! А приспичило мне, потому что эту машину ей купила я! Но, она конечно же думает, что ей подарил Макс. Откуда у меня могут быть свои заработанные деньги. Мою нищенскую, по ее словам, фирму она никогда не берет во внимание.

— Услышала тебя, — решаю скрыться на верху в своей бывшей комнате.

— Ты куда? — молниеносно прилетает удивленное в спину.

— К себе! А что? И тут, есть возражения?!

— Есть! К мужу езжай в свой дом. Вечно вы порознь, Валерия. Нельзя так!

— Я сама решу, где мне быть и с кем! Прошло то время, когда вы руководили мной.

— Вся в папашу! — она всегда тыкала мне этим.

— Закрой рот! — ору с лестницы. — Хватит, меня сравнивать с этим ублюдком!

Забежала к себе и изможденно повалилась на кровать вниз лицом. Но, и минуты не прошло, как заливисто в кармане пальто заиграл рингтон на мобильном.

— Да! — не глядя на дисплей айфона, приглушенно ответила на звонок.

— Лер… — звонившим оказался, Меля. — Время ограничено. Мне жаль, но тебе придется выйти на работу… сейчас.

Фразы, которые имели значение и описывали пиздец. По телефону, лишнюю инфу не сольешь, поэтому вот так, скупо и ни о чем.

— Подключайся. Нужна именно ты.

— Скоро буду.

— Я жду тебя.