Глава 13

После того как побывала у отца, я решила сразу съездить в больницу, и узнать как самочувствие Дмитрия.

Но как оказалось, меня там явно не ждали!

Подходя к палатам реанимации, я заметила родителей Дмитрия. Они что — то бурно обсуждали с врачом. Я решила не мешать им, а постоять чуть в стороне пока они не закончат беседу. Из обрывков фраз я поняла, что врачи не могут точно определить, состояния Дмитрия. Его родителей этот ответ не устраивает, и они настаивают на транспортировке их сына в клинику за границей. Врач долго сопротивлялся, но в итоге сдался и ушел созывать консилиум.

Родители Дмитрия пока говорили с врачом, меня не замечали. Но стоило уйти врачу, как они меня заметили, и одарили весьма презрительными взглядами.

И как бы мне ни хотелось к ним подходить, я не могла вот так взять и уйти. Все — таки у них горе, сын в аварию попал, и я хотя бы должна их поддержать. Даже если им это не нравится!

Подойдя к пожилой паре, я, как и положено поздоровалась с ними.

— Что ты здесь делаешь? — довольно грубо спросил меня отец Дмитрия.

Сразу было видно, что этот мужчина меня, мягко говоря, недолюбливает. Но мне было все равно, как он ко мне относится. Я тут только из — за Дмитрия, узнаю, что с ним все в порядке и уйду!

Мать Дмитрия, Анжелика Николаевна, осуждающе посмотрела на мужа, и чуть вежливей сказала мне.

— Тебе не стоило приходить!

Да, от нее я этого не ожидала. Ну, что ж, вполне ожидаемо после нашей последней встречи.

— Я просто хотела узнать как он. — спокойно проговорила я.

— Он оказался там из — за тебя! — бросил в меня обвинения Михаил Никитович, и махнул рукой в сторону реанимации.

Конечно, было неприятно такое отношения Тумановых в мою сторону. Если честно, меня не так задело их отношение ко мне, чем вот это обвинения. И именно оно немного вывело меня из спокойствия. После всего, что я перетерпела, за то время когда Дмитрий находился рядом. Я теперь еще должна выслушивать оскорбления от его родителей?! Да я, после последнего поступка Дмитрия здесь вообще не должна находиться!

— Я не просила его напиваться, и садиться за руль. И уж точно я не просила приезжать ко мне! И прошу вас не перекидывать всю вину на меня. — проговорила я, немного грубо. — Я приехала сюда, чтобы узнать как он, а не чтобы ругаться с вами. — спокойно закончила я.

— Извини нас девочка! — начала говорить мама Дмитрия. — Мы находимся здесь с того момента как нам сообщили о случившемся.

— Что говорят врачи? — поинтересовалась я.

Меня именно это и волновало, больше тут меня ничего не держит! Ну, может еще увидеть его, одним глазком, чтобы убедиться, что с ним все нормально.

— Пока толком ничего не известно, и мы из — за этого все на нервах. — сказала она.

— Увидеть его можно? — спросила я, особо ни на что не надеясь.

— В данный момент у него уже сидит посетитель. Да, и наверно, тебе лучше не заходить к нему. Навряд ли это понравится невесте Дмитрия. — сказала немного нервно женщина.

— Невесте?! — хмурясь, переспросила я.

Мне почему — то показалась что я ослышалась. Ведь бывает такое? Тем более я сегодня вся на нервах. Разговор с отцом изрядно выбил меня из калии, да и сейчас, в компании родителей Дмитрия я сильно нервничаю. И возможно, мне послышалось…

— Да! — подтвердил ее слова мужчина. — В тот вечер, когда все произошло, Дмитрий подписал брачный договор. И через месяц у него должна была состояться свадьба. Но случилось то, что случилось! — мрачно проговорил отец Дмитрия.

Я не могла поверить в то, что сейчас услышала. Неужели он и правда, подписал тот брачный договор? Неужели он все время лгал мне, и то, что сказала Маринка правда? Все, что я услышала вчера от нее, и сегодня от отца, это правда? Получается, что ни сын, ни тем более я, ему не нужны? И он просто хорошо играл? То есть, он появился в нашей жизни, поиграл в роль заботливого папочки, и решил, что все, хватит? А то, что он сделал со мной? Зачем тогда были эти все слова? Неужели чтобы элементарно затащить меня в постель, а когда не получилось, взял силой?

Обидно! Обидно, и очень больно!

Боль сковала все тело, и мне тяжело было даже вздохнуть!

С надеждой посмотрела на мать Дмитрия.

Пусть она скажет, что это неправда, и все что сказал ее муж, это лож. Пусть солжет она! Лишь бы не было так больно в груди.

Но мать Дмитрия лишь виновато отвела взгляд.

Значит правда!

Тогда зачем он поехал в эту злополучную для него ночь ко мне? Поиздеваться? Или снова попытаться взять силой?

Но этот вопрос, я задам лично Дмитрию, смотря при этом ему в глаза.

Не произнеся больше ни слова, я ушла. Больше мне тут делать нечего.

Пока добиралась до дома, все думала, как, теперь нам с Димой жить дальше.

Весь наш маленький мирок рассыпался как карточный домик. И вроде чуть больше месяца наша с сыном жизнь была замечательной. Да, мы иногда ссорились, но тут же мерились, всегда находя компромиссы. Я спокойно работала, сын учился. И пусть он иногда дрался, это по сравнению с тем, что он переживает сейчас пустяки.

Обрести отца, и тут же его потерять! Узнать, что кроме, матери ты не кому не нужен! Все это, обрушилось на голову маленькому мальчику, который не знает, куда ему деться. И пусть он мне ничего не говорит, я все вижу сама. По глазам побитого щенка, по сутулым плечам, и его поведению.

И я еще не говорю про себя!

Что касается Дмитрия, жаль, конечно, что с ним такое произошло, но его поступок… другого, я и не ожидала от него! Конечно, мне больно! Больно знать, что мы с сыном не годимся для создания семьи. С ними можно только поиграть и выбросить. И это касается не только Дмитрия, но и отца! От кого я меньше всего ожидала подлости, так это от него. И получается, мама не зря его оттолкнула от нас.

Я теперь и представить не могу, как нам с Димой быть дальше. И получится ли у нас с ним вновь построить тот маленький, но счастливый мирок заново? Сможем ли мы жить дальше, вдвоем, как ни в чем не бывало?

И тут же сама себе дала ответ. Нет, не сможем!

Уже никогда не будет, так как раньше!

Если только… начать жизнь с начала?!

И именно эта мысль заставила меня посмотреть в будущее. Что станет со мной дальше? Если я никому не нужна с сыном. То кто посмотрит в нашу сторону, если у меня будет трое детей? Как я справлюсь с ними без какой — либо поддержки? Никак!

Решение пришло само.

Я развернула машину и отправилась в клинику, где снова записалась на аборт. Только теперь уже точно!

И пусть сын меня не поймет, пусть будет ненавидеть, но по — другому я не смогу.

Ничего, мы с ним справимся! Я обязательно, что ни будь, придумаю!

Только позже.

Прошло уже несколько дней. Наша с Димой жизнь неспешно шла своим чередом. У меня работа, у него учеба. Каждый пытался делать вид, что у нас ничего не произошло. Больше тему про Дмитрия, или деда, мы не поднимали.

Хотя, я до сих пор была не в курсе, как там Дмитрий. Я не обладала даже крупицей информации. Насколько серьезно он пострадал в аварии? Обошелся ли он лишь ушибами, или там все гораздо серьезнее?

Нет, он меня больше не волновал как мужчина, или как отец моего ребенка. Мне просто хотелось взглянуть ему в глаза, и понять, для чего все это было?! А еще, я немного пережевала за него. Совсем капельку, но все же!

Я промаялась эти дни, не зная у кого спросить, про Дмитрия.

Спросить Маринку? Нет уж, она может сказать все что угодно, так что этот вариант сразу отпадал. Отца? Но его мне не хотелось пока не слышать, не видеть. Родителей Дмитрия? Нет уж, увольте!

От безысходности, я несколько раз пыталась все узнать у медперсонала, но и тут мне не повезло. Сначала я наткнулась на родителей Дмитрия, а после, мне уже не давали никакую информацию. После этого, я решила, что раз так все слаживается, то больше я настаивать на встречи не буду! Если захочет, сам найдет способ как со мной связаться.

Тем временем подошел назначенный врачом день.

С самого утра у меня все валилось из рук. Завтрак пригорел, чего ранее никогда не бывало!

Потом мы с сыном вышли из дома и направились к машине. И тут только до меня дошло, что я забыла, ключи от машины дома. Пришлось подниматься назад, и брать их.

А главное, я пропустила вопрос сына, и он явно что — то заподозрил. Скосил в мою сторону взгляд и спросил.

— Мам, у тебя все хорошо?

— Да! — ответила я поспешно, паркуясь возле школы. — Так что ты там спрашивал милый?

— Я спросил, когда можно будет узнать, кто будет у меня братья или сестры? — спокойно спросил сын.

А я задохнулась от его вопроса! Как? Вот что мне на это ему ответить? Если не будет у него никого?

На глаза навернулись слезы. Но я быстро проморгалась, и сделала пару глубоких вдохов, чтобы успокоиться. Улыбнулась, как ни в чем, ни бывало, и повернулась с этой улыбкой к сыну.

— Рано! Еще очень рано, об этом говорить. — ответила я ему.

— Ну вот! А мне так не терпится скорее об этом узнать. — пробурчал он, вылезая из машины. — До вечера мам. — сказал сын.

— До вечера! — сказала я. — Я люблю тебя сынок! — добавила тише.

Знаю, его очень смущают такие вещи, особенно возле школы. У нас даже в одно время состоялся серьезный разговор. Где сын требовал от меня соблюдать возле школы, максимально — серьезное отношение к нем. То есть никаких "телячьих" нежностей возле школы! Ведь он же мужчина! Помню, тогда мне еле хватила сил сдержаться и не засмеяться. Но я смогла! Держала серьезное лицо до конца разговора.

— Ну, мам! — запротестовал он, и стал оглядываться по сторонам, некто ли не услышал. Удостоверившись, что никого нет рядом, Дима быстро нырнул в машину, и поцеловал меня в щеку. — И я тебя! — прошептал он и, выскользнув из машины, скрылся на территории школы.

Проводив сына взглядом, я вдохнула полной грудью. Знаю, обманывать нехорошо, но мы, как — нибудь, выкрутимся.

Я завела машину и отправилась сначала в ресторан. Там, скопилось несколько дел, которые без моего участия невозможно было решить. Я планировала их решить до того, как мне надо будет быть в клинике.

Я нервно мерила шагами коридор, перед дверьми кабинета врача.

Отчего — то, мне ужасно не хотелось в него заходить. Возможно это был страх. Я многого боялась. Боялась посмотреть после этого сыну в глаза. Боялась того что ждет меня за этими дверями. А еще я боялась боли, не телесной, а душевной. Как я смогу после такого поступка жить дальше? Как смогу радоваться жизни после того, как убью двух, ни в чем ни повинных детей? Как…?

— Женщина, вы идете?

Я вздрогнула от этого вопроса. Этот вопрос заставил меня вынырнуть из своих раздумий, чему я была очень рада.

Я посмотрела на девушку, которая задала мне этот вопрос. Совсем молодая! Лет двадцать, двадцать два, модная стрижка, одета для меня слишком, вызывающе. Она сидит в расслабленной позе, жуя жвачку, и листая какой — то новомодный журнал. Вся ее поза говорила, что она ни капли не волнуется, и что для нее эта ситуация вполне нормальна.

Либо ей не впервой это, либо, она просто не знает что творит.

Хотя, мне ли ее судить?! Сама тут стаю и собираюсь сделать непоправимую ошибку.

— Ну? Так вы идете, или как? — снова спрашивает она.

Я вновь посмотрела на двери кабинета, и решила, что немного времени роли не сыграет, если я пропущу девушку вперед.

— Вы наверно, идите первой. — вежливо проговорила я.

— Зря вы так! — неожиданно сказала она, поднимаясь с кресла. — В этом вопросе нельзя задумываться. Если решились, надо идти и делать, чем больше думаете, тем больнее, вот тут. — и, показала в район груди.

Девушка скрылась за дверьми, а я застыла на месте как пригвожденная. Оказывается, она в этом неплохо разбирается!

Спустя время, девушка вышла из кабинета. Она была бледной, и измученной. От ее вида, и мне стало плохо. Девушка присела в то же кресло, и устало откинулась на спинку, прикрыв глаза.

Я не зная, что можно в таком случае говорить просто молча присела рядом. Но, не выдержав длительного молчания, я из чистого любопытства спросила.

— Каково это?

Она приоткрыла глаза, и пристально посмотрев на меня, медленно проговорила.

— Как ты думаешь, если оторвать, и выбросить частичку себя, каково это?

Я ненадолго задумалась над ее словами.

И какого это, оторвать частичку себя? Это больно! Очень больно, и душевно и физически.

— Тогда зачем ты сделала это? — спросила я у нее.

— Я детдомовская. У меня нет никого кто бы мне помог. Да, у меня есть квартирка, но нет средств, к нормальному существованию. То, что я получаю на работе, едва хватает на жизнь. Что бы я могла дать ребенку? А обрекать его на существование, я не хочу. — устало проговорила она. — А вот какие причины вынудили тебя прийти сюда? Мне, конечно, не очень интересно, но по твоему виду могу сказать, что ты не бедствуешь. И еще, мне твое поведение показывает, что ты не очень то, и хочешь туда идти. — проговорила она, и кивнула на двери кабинета.

— Да, ты права! Я не горю желанием туда идти. — подтвердила я ее слова. — Но по — другому я не смогу.

Девушка хмыкнула. Она вяло полезла в свою сумочку. Недолго там порывшись, она достала небольшой блокнот, и ручку. Что — то, быстро написав в нем, она вырвала листок, и протянула его мне.

Пока я непонимающе смотрела на цифры, на листочке, она поднялась со своего места.

— Это мой номер. — пояснила она. — Захочешь выговориться, звони не стесняйся, чужому человеку легче выговариваться, чем родному. — снова хмыкнув, она кивнула на двери в кабинет. — И удачи тебе там. — проговорила она, и неспешно ушла.

Я смотрела ей вслед, пока она не скрылась за поворотом. Да вроде нормальная девушка, а по виду не скажешь.

Но что бы она ни говорила, и каким бы ни было мое желание, это все не отменит моих планов.

Я небрежно сунула листок в сумочку, и, сделав нервный вздох, подошла к кабинету. Стоило мне только взяться за дверную ручку, как я тут же, от неожиданности вздрогнула.

В сумочке зазвонил телефон, музыка довольно громко заиграла по всему коридору. Отчего я непроизвольно нахмурилась.

"Совсем забыла, что надо было выключить звук." — промелькнула мысль в моей голове.

Отойдя от двери подальше. Я стала рыться в сумочке в поисках телефона, пока искала, все думала, кому я понадобилась. На работе я предупредила, чтобы меня сегодня не беспокоили. Дима в школе, и у него сейчас урок судя по времени.

Наконец — таки отыскав телефон, я посмотрела на входящий вызов, и лишь еще больше нахмурилась. Звонил неизвестный мне номер. Всего секунду посомневавшись, я решила ответить.

— Алло! — неуверенно произнесла я.

— Здравствуй, Вероника! — сказал чуть хрипловатый, но твердый голос. — Это Анжелика Николаевна.

— Здравствуйте! Что — то случилась? — спросила я нервно.

Просто так она бы не позвонила. Либо что — то случилось, либо они опять что — то придумали. Что — то наподобие теста.

От этой мысли, мне вдруг стала совсем нехорошо. Я подошла и присела в кресло, где совсем недавно сидела та девушка.

— Случилось! — тут она не сдержалась, и всхлипнула. — Дмитрий не пережил транспортировку, и скончался этой ночью! — севшим голосом сказала она.

— Что?! — не веря тому, услышанному, нервно переспросила у нее.

Но в ответ я услышала лишь гудки.