Глава 16

Заранее предупредила Петру, что на работу сегодня опоздаю. У Алисы с утра была запись на приём к педиатру. В последнее время меня очень беспокоил её плохой аппетит. Я не из ряда тех матерей, которые поднимают панику по любому поводу, но этот момент мне действительно не давал покоя – и щёчки бледными казались, и худенькой чересчур была. Слава богу, ничего критичного выявлено не было, даже вес оказался в пределах нормы, но единственное, на что обратила внимание наш врач, – это низкий уровень гемоглобина. К фруктам и овощам Алиса даже не притрагивалась. Она была настолько привередливой к еде, что стоило ей увидеть хотя бы маленький кусочек лука или моркови в супе, как тарелка с едой уверено отодвигалась на другой конец стола. Татьяна Анатольевна меня немного успокоила, заявив, что Алиска не первый ребёнок, у которого в таком возрасте плохой аппетит, и что в большинстве случаев это временно, в чём она была уверена и насчёт Алисы. От врача вышли с рецептом на витамины и лекарства для повышения уровня железа в крови.

На работу добралась лишь к полудню, переступив порог здания, кожей почувствовала гнетущую в нём атмосферу. И сразу стало неспокойно на душе, тяжесть необъяснимую в груди почувствовала, аж дышать трудно стало. Надо ли уточнять, что такое состояние стало почти привычным за последнюю неделю, начиная с момента, когда Влад подвёз меня домой.

Тогда в машине произошло нечто запредельное и постыдное. Неправильно, когда женщина ищет утешение на груди у мужчины, который принадлежит другой и к тому же скоро на ней женится. Как бы я ни пыталась вдолбить себе в голову, что Влад просто хотел меня тогда успокоить, всё тщетно. Воображение рисовало совсем другую картину: что он тоже нуждался во мне, поэтому так крепко прижимал к твёрдому телу, что я ему небезразлична… И это бесило. Бесило невыносимо, потому что подобные мысли никак кроме как глупыми не назовёшь. Да я ведь даже и не любила его. Скорее, во мне кипела женская обида, что когда-то со мной даже не посчитали нужным попрощаться после ночи проведённой вместе… А потом и деньги пытались всучить, откупаясь…

И вот эти самые мысли, как снежный ком, набирали обороты, пока впервые за долгое время мной не овладели неконтролируемые эмоции. Раньше ведь мне некогда было тонуть в своей обиде на несправедливость и проблемы, в которые судьба окунула меня с головой. Болезнь мамы, её смерть, изнурительная гонка за деньгами методом подработок, чтобы рассчитаться с долгами, которые мы накопили, пытаясь спасти маму, новость о беременности, в конце концов, – всё это не давало расслабится ни на секунду, некогда мне было горевать над своими проблемами, их надо было решать.

При таких обстоятельствах ничего кроме как взять себя в руки и ситуацию под контроль мне не оставалось. И тогда в машине меня просто прорвало. Не знаю, какой триггер в тот момент сработал, возможно, просто присутствие Влада и нахлынувшие воспоминания, но в тот вечер я выплеснула накопившиеся временем обиду и страх… Жаль, что именно Влад стал этому свидетелем. Наверное, перед собой он видел плаксивую дуру, бормотавшую чёрт-те что. Я предъявляла ему обвинения, а потом сама просила за это прощение…

В общем, вела себя неадекватно, ставя и себя, и его в неловкое положение. И всё же… всё же на несколько секунд выпала из реальности, будто оказалась в параллельном мире, вокруг нас образовался абсолютный вакуум, где не было слышно ни возгласов раздражённых водителей, с визгом объезжавших нашу машину, что всё ещё стояла на перекрёстке, ни запаха черри автомобильного ароматизатора, который я ненавидела – он просто испарился из салона… лишь запах горького грейпфрута был слышен, неизменный платоновский аромат. Я, как наркоманка, вдыхала его, продолжая цепляться за крепкие плечи…

Господи, какой позор! Именно с этим чувством в течение недели переступала порог галереи и усердно старалась не смотреть Петре в глаза. Перед ней испытывала невыносимый стыд и глубокое чувство вины. Моё безнравственное поведение в машине заставляло зачислить себя в ряды предателей. Я не имела права вести себя подобным образом.

К сожалению, я прекрасно понимала, что моё состояние может затянуться на долгое время. Как бы я ни руководствовалась здравым смыслом, что не стоит отказываться от работы с такой высокой зарплатой и что вряд ли я найду другую столь интересную должность, прекрасно понимала, что не смогу остаться и вести себя так, будто ничего не произошло.

«Мы взрослые люди и должны прошлое оставить позади»

Конечно, Влад был прав, трудно с ним не согласиться, но… может, ему и не составит никакого труда продолжить свою обычную жизнь, жениться на Петре, создать полноценную семью, только вряд ли мне удастся смотреть на это с равнодушием, держать лицо и улыбаться как ни в чём не бывало.

Решено.

Поиском новой работы я должна заняться как можно скорее.