57

В клуб вечером меня подкидывает Зак. По дороге мы общаемся, он рассказывает о том, как вчера они засиделись у девчонок и Пол, услышав идущую по коридору охрану, решил сигануть из окна. Что оказалось зря, ведь внизу росли кусты роз.

— Как он доставал колючки из зада слышал весь этаж, — смеётся Зак.

— Бедный, — сочувствую я. — Я когда-то тоже свалилась в куст роз, когда училась кататься на велосипеде. Это о-о-очень больно.

— Правда? — удивленный взгляд прилетает в мою сторону, — Ты не рассказывала.

— Да. Меня учил мой бывший — Кевин. Решил, что тактика — подтолкнул и отправил в свободное плаванье — очень подходящая. Ошибся.

— Во дебил!

— Ага. Потом долго извинялся, в итоге я так и не научилась кататься.

— Серьезно? Ты не катаешься на велике?

— Неа.

— Заживёт всё у тебя и научу, если хочешь, — косится на меня Зак, и я наконец улыбаюсь тому, что мы вот так снова общаемся.

Мне этого не хватало!

— Очень хочу!

— А твой вечер как? Не донимали пацаны? — интересуется Зак.

— Нет. Они классные. Мы немного поиграли, а потом я ушла.

— Сама? Такси хоть вызвала?

— Нет, — мотаю головой, — меня Чейз провел. И мы поцеловались.

Машина неожиданно резко дергается вперед из-за чего ремень безопасности больно вдавливается мне в грудь. Шиплю, ведь моя сломанная ключица находится прямо в том самом месте, куда приходится наибольшее давление. Острая боль тут же пронизывает нервные окончания.

— Чёрт, прости, — цедит сквозь зубы Зак, въезжая на первую же парковку, которая оказывается по пути. Давит на тормоз и отстегнувшись, тянется ко мне. — Ты как, Тар?

Всё еще щурясь от боли, киваю.

— Нормально. Думаю, пройдет сейчас. Там выбоина была на дороге что ли?

— Может в больницу? — не слыша моего вопроса, полный вины взгляд Зака скользит по моему лицу. Он тянет ко мне руки, но останавливается на половине пути, сжав кулаки. Убирает обратно.

— Нет, не надо, зачем? Просто неожиданно это было.

— Перепутал педали, — напряженно поясняет. — Точно всё в порядке?

— Да. Уже меньше болит, — заверяю его с улыбкой.

Не хочу, чтобы опять чувствовал себя виноватым. Думаю, ему этого и после аварии хватает.

Выдохнув, Зак откидывается на подголовник и быстро трет лицо ладонями.

— Я покурю и мы поедем, — говорит, потянувшись к бардачку и достав оттуда пачку сигарет.

— Без проблем.

Наблюдаю за тем, как он поджигает сигарету и очень глубоко и резко затягивается. Скулы во время этого еще сильнее заостряются, пока я позволяю себе рассматривать его профиль. Оказывается, мне очень нравится смотреть на него. Ловлю себя на этой мысли уже не впервые.

— И как? — выдохнув дым в окно, Зак утыкается взглядом на дорогу.

— Что как?

— Как поцелуй?

От прошлой легкости и веселья и следа не осталось. Зак выглядит очень напряженным, натянутым, как струна.

Бедный, распереживался из-за того, что педали перепутал.

— Никак. Мне не понравилось, — равнодушно веду плечом, и тут он поворачивается.

Прицельно смотрит прямо в глаза.

— Почему? Так плохо целовался?

— Да нет. Думаю дело в том, что просто сам Чейз мне не нравится как парень.

— Зачем тогда целовалась?

— Захотелось вспомнить как это.

— Мм, — Зак снова отворачивается, а мне хочется успокоить его.

Тянусь и сжимаю длинные пальцы, лежащие на бедре. Едва касаюсь их, как Зак слегка вздрагивает и опускает взгляд нам на руки.

— Эй, ничего страшного не случилось. Мне уже не больно, не переживай так.

Большой палец Зака зависнув над моим запястьем, опускается и поглаживает кожу. Осторожно так, даже нежно, словно боясь причинить боль. Очень приятно. Мне нравится. Мурашки на спине рассыпаются.

— Так вы не встречаетесь теперь? — спрашивает, не отводя взгляда от наших рук.

— С кем? Чейзом? — удивляюсь я, — Нет, конечно! Я и не собиралась. Он просто потянулся ко мне, а я не оттолкнула сразу. Сам поцелуй длился буквально секунды три. Дальше мне уже не хотелось. Знаешь, целоваться надо с теми, от кого в груди салюты разрываются и голова кружится. А просто возня губами мне не интересна.

Зак хмыкает и кажется улыбается. С этого ракурса сложно понять, но создаётся ощущение, что он немного расслабляется. Во всяком случае уже не выглядит таким натянутым. Выдохнув, затягивается еще раз и выбрасывает сигарету.

— Ладно, погнали, — забирает свои пальцы из моих, чтобы завести машину и тронуться с места.

В караоке баре оказывается довольно много народа.

Мы входим как раз, когда одна девчонка надрывает голос на сцене. Кажется, она из компании Зака, потому что лицо для меня знакомое.

В самом зале довольно темно, подсвечиваются только бра на столах и сама сцена.

Взяв меня за руку, Зак ведет меня к столикам. Он сделал это так легко, словно мы уже не раз вот так держались за руки. Прислушиваюсь к себе, и понимаю, что где-то глубоко внутри есть ощущение, будто действительно проделывали это очень часто. Тогда в больнице мне тоже так показалось. Крепче сжимаю большую горячую ладонь, чтобы не оступиться.

— Всем привет, — здоровается Зак, едва мы подходим к столу.

Его рука тут же отпускает мою.

— О-о-о, привет, — энергично машет головой Дилан, вскакивая с места и потянувшись ко мне.

Чмокает в щеку.

— Привет, — здороваюсь я.

— Зак, наконец-то.

Та самая блондинка, что ошивается рядом с Заком вот уже несколько дней, виснет у него на шее и тоже целует в щеку, а потом со смехом стирает с неё свою красную помаду.

Вот она вроде нормальная, а меня жутко раздражает.

Мы усаживаемся за столик, пить я отказываюсь, заказываю себе колу. Другие балуются коктейлями, смешивают напитки, курят. У них всех есть поддельные удостоверения для таких мест. Мне Зак такое тоже подогнал, иначе бы нас просто не пустили. Народ болтает на разные темы, девчонки с парнями по очереди бегают на сцену, Дилан и меня зовет.

Соглашаюсь сразу же. Я собственно, ради этого и пришла сюда. Ну, ради этого тоже…

— Точно не пойдешь? — спрашиваю у Зака и получив отрицательный ответ, отправляюсь петь с Диланом.

Мне нравится караоке. И пусть петь я умею не лучше остальных здесь присутствующих, меня это ни капли не смущает.

Мы с Диланом оба не блещем талантом, но нас это не останавливает от того, чтобы спеть три песни подряд. С ним здорово. Он очень веселый и позитивный. Когда мы возвращаемся за стол, ребята подкалывают нас, а Зак так и сидит с этой Кортни. Кажется, так её зовут.

У меня пересохло в горле, жарко и хочется пить.

Я опускаюсь рядом, немного запыхавшаяся, а он склоняется к моему уху:

— Ты выглядела круто! И пела тоже!

— Правда? — вздергиваю бровь, выхватывая то, как эта милая пиявка к нему приклеена, — А я думала, ты этого не заметил. Был слишком занят, — намекаю на Кортни и встречаюсь взглядом с глазами, от которых у меня почему-то дух захватывает.

— Тебя я замечаю всегда!

— Да? В универе я этого не заметила. Ты всегда с кем-то, а про меня будто забываешь, — не знаю что на меня находит.

Внутри словно заводится двигатель. Наверное, это пойманный от выступления адреналин так действует.

Или мне в колу алкоголь подмешали? Не знаю, но хочется его обвинить в том, что мало уделяет мне внимания.

— Тебе показалось, Тара, — сощуривается Зак, опуская взгляд на мои губы, а меня словно молния пронзает.

Губы вспыхивают и покалывают.

— Зак, пойдем танцевать! — доносится из-за его спины, заставляя Зака перевести взгляд на надоедливую блондинку.

Ну да, надоедливой её считаю только я. Для остальных она веселая, добрая и милая. Но ведь я не обязана воспринимать её также как остальные. В моих глазах так приклеиваться к парню как минимум неуважительно, к самой себе в первую очередь.

Он быстро смотрит на меня.

«Нет, не иди! Я хочу с тобой провести время, не смей уходить!» — транслирую ему взглядом, но он не поняв или не заметив моего посыла, кивает ей.

Раздражённо выдыхаю.

Они уходят в сторону танцпола, где уже звучит музыка, а моё раздражение трансформируется в злость. Сильную и удушающую. Стискиваю крепко зубы и дышу так часто, как могу. На кой черт она вообще увязывается везде за ним? А он… вместо того, чтобы пойти петь со мной, или просто посидеть пообщаться, идет танцевать с этой дурой!

Интересно, у них уже было что-то помимо этого отвратительного флирта? Фантазия в разноцветных красках рисует кадры того, как у них уже с большой вероятностью был секс и меня с места подрывает. Встаю и отправляюсь к бару. Заказываю мохито, потому что кола осточертела.

Собственное сердце так громко стучит, что перебивает басы звучащей музыки. Почему я так злюсь? Неужели ревную его? Оборачиваюсь, чтобы найти их. Удаётся мне это довольно быстро. Кортни танцует, а Зак смотрит прямо на меня. Сквозь всю двигающуюся толпу мы зависаем друг на друге. Злость раскручивает меня сильнее и сильнее, как на детской карусели, набирающей скорость. Зак просто следит, чтобы со мной ничего не случилось, а я … а я слежу за ним. Его руки у неё на талии, и с каждым её прикосновением к его телу желание выдрать блондинистые волосы становится всё сильнее. Резко оборачиваюсь.

Какого черта? Что со мной происходит вообще? Это ненормальная ревность! Мы друзья! Мой мозг кажется забыл об этом и воспринимает теперь иначе.

Быстро справляюсь с мохито и заказываю второй. Надеюсь, ничего не будет от того, что я смешиваю лекарства с алкоголем! Уже после первого бокала моя кровь нагревается, а в организм просачивается легкость. Кажется, в повседневной жизни я очень мало пью, если вот так сразу реагирую на градусы.

— Привет, — рядом присаживается незнакомый парень, — не против?

— Садись!

— Я — Кит, — он протягивает руку, я её жму.

— Тара.

— Приятно. Одна здесь?

— Нет, целой компанией, — киваю на столик позади себя и замечаю, что Дилан тоже поглядывает в мою сторону. Вероятно, Зак попросил его присмотреть за мной.

Как за маленькой. Сам же в это время хорошо проводит время с пиявкой.

— Класс. Мы тоже компанией. Видел тебя на сцене, классно поёшь, — улыбается брюнет.

— Не ври, — щурюсь я. — Пою я не лучше, чем воет хаски, но подкат засчитан.

Парень громко смеётся.

— Ну, хаски — это вообще перебор. Ты все же получше будешь.

— Ладно, уговорил.

— Может, потанцуем?

— Не могу, — указываю на свою руку, — плюс у меня сломаны три ребра, боюсь танцевать я тоже буду не лучше хаски.

На этот раз он не смеётся, только улыбается.

— Чё-ёрт, сочувствую. Ну тогда поболтаем.

Кит начинает рассказывать о себе, я вроде как втягиваюсь в беседу. Вроде как поддерживаю его, но в этот же момент борюсь с самой собой, чтобы часто не оборачиваться назад. Мысль о том, что делает Зак не даёт покоя.

Как жужжащая муха над ухом жужжит и жужжит. Жужжит и жужжит.

Не выдержав, я таки поворачиваюсь на стуле и теперь сижу передом к залу. Допивая второй мохито, обнаруживаю, что он со своей липучкой вернулись к столу. Остальные вероятно отправились танцевать, потому что за столом остались только они вдвоём. Удобно устроились на диване и воруют.

Едва улегшееся раздражение раскачивается с новой силой.

Кортни тянет через трубочку напиток, полагая, что это выглядит сексуально. Хотя, может для Зака так и есть. Меня же бесит. И улыбка её, и манера общения. Да вся она! Вся такая приторно милая! Неужели, Заку правда нравится эта девушка? По-настоящему? У парней в этом плане вроде как всё по-другому. Мне как-то говорил Малкольм, что парни клюют на классную фигуру и красивое лицо.

«Чтобы потрахаться нам чувства не нужны» — уверял он.

Потрахаться… И снова это отвратительное ощущение! Огонь, горящий в груди, обжигающий и болезненный.

Кажется, я схожу с ума!

— Извини, но мне нужно к другу, — невежливо бросаю Киту, понимая, что последние минут десять я не слышала ни одного его слова.

С некрасивым журчанием втягиваю оставшийся мохито и отправляюсь к столику. Знаю, это бред, и я не имею права даже думать о подобном, но мне со страшной силой не хочется, чтобы он её трахал.