ГЛАВА 18. Не очаровывайся.
Лиза
Захлопнув крышку ноутбука, быстро убираю его на тумбочку. Где он и стоял.
Ой, сейчас что-то будет... Непроизвольно втягиваю голову в плечи, вспоминая перекошенное лицо Феликса, когда он увидел свой ноут включённым.
Да, я хотела отомстить. Но я же думала, что он к Клубнике поехал. А оказалось, не к ней... Ещё и отшил её грубо. К тому же заявил, что мы с ним вместе...
На полу в коридоре валяется бутылка вина. Убираю её в холодильник. Потом мою бокалы, протираю стол и в конце концов доедаю шоколадку, зависнув взглядом на своём отражении в оконном стекле.
А может, он к какой-то другой девице ездил. Вика же сказала, что у него гарем.
И вообще! Какое мне дело?
Вино, которое принесла эта Клубника, было очень кислым и крепким. Оно до сих пор кружит голову. А я обещала себе больше никогда не пить. Мне вполне хватило и той пьянки, которая закончилась вот этим очумительным соседством.
Слышу, как в замке поворачивается ключ, и тут же ретируюсь в спальню. Дура... Надо было снять рубашку Феликса и переодеться в своё. Но я уже не успею этого сделать.
Быстро застегнув пуговицы, сажусь на край кровати, смотрю на дверь. За ней тихо... Перебираюсь к изголовью на противоположную часть кровати и пытаюсь принять непринуждённый вид.
Не выходит. Мне кажется, я прям позирую, чёрт возьми, в ожидании Феликса.
Можно же спящей притвориться!
Но эта мысль остаётся лишь мыслью, потому что в эту секунду дверь распахивается, и входит Феликс. Мы сталкиваемся взглядами. Его лицо вроде ничего не выражает, но в глазах пляшут злобные искры.
– Ну привет, – бросает он небрежно и направляется к шкафу, стягивая на ходу футболку.
А ведь там, в шкафу, мой «фэншуй»...
– Феликс, подожди! – вскакиваю я.
Но уже поздно, дверца уже открыта... На полках всё вперемешку. И совсем не так аккуратно, как это было у него.
Пару секунд он стоит неподвижно. Видно лишь, как на его широкой спине напрягаются все мышцы. Бросив на меня нечитаемый взгляд через плечо, Феликс снова смотрит на полки. Дёргает на себя ящик с носками и тут же его закрывает вновь. Проводит рукой по волосам...
Ой... Ну прям драма-драма. Да я легко могу всё по местам разложить, вообще-то.
Наконец он оборачивается. Но лучше бы не делал этого... Теперь Феликс выглядит ещё опаснее. Мышцы на груди подрагивают, бицепсы напрягаются, когда он комкает в руках футболку.
– Тебе пять лет, что ли? – звенит его голос.
Я часто моргаю, не зная, что ответить. Ну ладно, уел. Мой поступок и правда не сильно взрослый.
– Тебе вроде сказано было – дверь не открывать, – Феликс начинает наступать на меня.
Он с одной стороны кровати, я – с другой. И, похоже, он собирается её обойти.
– Так я же не чужому человеку открыла, а подружке твоей, – отбриваю, наконец обретя дар речи.
– Я сказал «никому», – цедит он сквозь зубы.
– Ну прости! – выпаливаю без всякого намёка на сожаление. – Всё уже случилось, Феликс. Зачем сейчас об этом? Вика тут была и, кстати, рассказала о тебе много интересного. Что, в принципе, не моё дело, конечно. Я наведу порядок в шкафу – и забудем об этом. И вообще, не подходи, – выставляю руки перед собой.
Феликс останавливается примерно в метре. А меня несёт дальше:
– Ты поступил как козёл! – тычу в него пальцем. – Она влюблена в тебя по уши, а ты так легко прошёлся сапогами по её чувствам. Ещё и меня втянул в это всё. А я тут «мимо крокодил», понятно? Я – не твоя девушка! И более того – никогда не захочу ею стать!
– Прям никогда? – его взгляд становится слегка надменным.
– Да ни за что на свете! – выпаливаю я. – Ты мне неинтересен, Феликс. У нас с тобой что-то было лишь потому, что я, походу, была в коме. Будь я в разуме, этого бы не случилось, и...
– Лиз, – перебивает он меня.
– Что?
– Я тебя услышал. Завтра отвезу тебя в безопасное место, и мы попрощаемся. Всё. Спокойной ночи.
Он разворачивается и идёт к двери. Я непроизвольно двигаюсь за ним.
– Какое ещё безопасное место? – внутри меня всё холодеет.
Ничего не ответив, Феликс выходит из комнаты.
Но... Но Богдан же сказал, что нужно его дождаться! Да не хочу я никуда уезжать!
Подбегаю к двери, распахиваю её и с ходу врезаюсь в Феликса, который либо не уходил вообще, либо решил вернуться в спальню. Он ловит меня за талию, и его пальцы требовательно впиваются в мою кожу через рубашку.
По моему телу словно проходит электрический разряд. И этот разряд не отпускает, не исчезает, подпитываясь темнеющим взглядом Феликса.
– Я... Я не... – пытаюсь что-то сказать, то ли упираясь руками в грудь парня, то ли, наоборот, притягивая его к себе за плечи.
Мои ладони скользят по его коже, хотя я совсем не собиралась его трогать.
– Что, Лиза? – шепчет он.
И голос у него такой волнующий... До мурашек.
Сердце грохочет где-то в горле.
Бах-бах-бах!
Словно отсчитывая секунды до...
Медленно убираю руки с его груди, но Феликс ловит их и сжимает мои пальцы. И тут же вновь припечатывает мои ладони к своему великолепному телу.
И всё... Моё тело больше не моё. А разум говорит «до свидания».
Нас срывает одновременно. Я подаюсь к нему всем телом, а он подхватывает меня на руки и ловит рваный стон, вырвавшийся из моего рта, своими требовательными губами.
Я не помню ту ночь, когда мы были близки с Феликсом. Так и не вспомнила ни одной детали. Ни поцелуев, ни прикосновений, ничего... Мне кажется, что сейчас я чувствую всё это впервые. И меня трясёт мелкой дрожью от неизгладимых ощущений от каждого его прикосновения.
Его губы горячие, мягкие, какие-то до абсурда правильные. И они будто бы подходят моим, словно части пазла.
Рука Феликса стискивает мою попу, и снова из меня невольно вырывается стон. Прижимаюсь к нему теснее. Пучок на голове разваливается, и волосы волной падают на спину. Пальцы Феликса зарываются в мои волосы, безболезненно стягивая их у корней. А я снова реагирую стоном, который исчезает в очередном сумасшедшем поцелуе.
Феликс делает два уверенных шага – и мы оказываемся на кровати. Мои ноги так и обвивают его бёдра, а руки крепко держатся за плечи. Бесконечно долго целуемся. Вес его тела на мне кажется самым потрясающим из того, что я ощущала в своей жизни...
Но в какой-то момент мне становится этого мало, и я пытаюсь расстегнуть рубашку. Или снять её к чёрту. Справляюсь с первой пуговицей, со второй... Грудь требовательно ноет, вся кожа горит, пульс просто бешеный.
А внутренний голос, который обычно любит поязвить, заткнулся, пребывая в экстазе.
Феликс дёргает бёдрами, и по моему телу проходит волна удовольствия. Он встаёт на колени, отрывается от моих губ, и мы, наконец, встречаемся глазами.
Боже... Если можно вспыхнуть и сгореть заживо от взгляда, то сейчас это со мной и произойдёт.
Я тянусь к молнии на его джинсах, а Феликс хватает полы рубашки и тянет их вверх, обнажая меня до груди. А потом резко опускает её обратно и переворачивает нас так, что мы оба ложимся набок.
Закидываю на него ногу, видимо, пытаясь оседлать. Или не знаю, что я собиралась сделать... Но он не позволяет мне шевелиться. Стискивает плечи, удерживая на месте, мягко и бережно целует в губы.
– Шшш... – шепчет будто успокаивающе, ведя губами по скуле к уху. – Дышим, Лиз... Всё. Мы... разогнались куда-то.
Что? Я вообще ничего не понимаю...
Моё дыхание сбилось, его тоже. Воздух между нами кажется наэлектризованным и горячим. Моё тело требует продолжения, которого, походу, уже не будет, но разум пока отказывается в это верить.
Вновь пытаюсь поцеловать Феликса, но он не позволяет. Губами вжимается в мою щеку, рвано дыша и стискивая плечи всё крепче.
– Нет, Лиз, – слышится его хриплый голос. – Просто... замри.
Что?
Он меня не хочет, что ли?
Ошеломлённо замираю. Эта мысль буквально парализует на мгновение. Но уже через пару секунд я пытаюсь вывернуться и посмотреть на Феликса в упор. А он отводит глаза и пытается притянуть меня щекой к своей груди.
Словно утешает. Будто извиняется за то, что больше меня не хочет.
Внутренний голос оживает истерическим смехом.
Вот так, Лиз! Тебя отвергли!
Что ж... Походу, я не в его вкусе.
Что он там говорил?
«Не очаровывайся, Лиз. Богдан вернётся, и мы попрощаемся».
Как-то так там было, да. Как-то так...