Глава 20

Внезапное жужжание завибрировало возле моего лица. Я сонно простонала и нахмурила лоб, лишь через несколько секунд ко мне пришло понимание, что это звонит телефон. Лениво вытянув руку, я попыталась нащупать его пальцами, но после нескольких неудачных попыток, всё-таки разлепила веки. Глаза нашли разрывающийся сотовый гораздо быстрее и, схватив его, я приняла вызов.

— Алло, — я заметно охрипла после сна.

— Доброе утро, Саша, — раздался ответ по ту сторону, а я раздосадованно прикрыла глаза. Это был Артем.

Сон как рукой смело.

— Привет, — я попыталась сделать голос ровным, но он предал меня, зазвучав сонно и пониженно.

— Ты все ещё спишь? — неожиданно для меня удивился Артем. — А как же твой экзамен?

— Какой экзамен? — тут же выдала я, но через секунду меня ударило осознанием. — Ах, экзамен! Я… хмм… — мои глаза судорожно забегали по комнате и наконец наткнулись на часы, которые показывали полдевятого. — Он начинается только через полчаса. Я вот как раз собираюсь…

Какая наглая ложь. Я сильно закусила губу, надеясь, что это прозвучало правдоподобно. И зачем я только вчера ляпнула ему про этот несуществующий экзамен?

— Что ж, тогда… Желаю хорошо сдать.

— Спасибо, — вежливо выдохнула я, и после затянувшейся паузы добавила: — Ну, я, наверное, пойду…

— Саша, подожди, — вдруг остановил меня Артем, позволив напряжению окутать мое тело. — Какие у тебя планы на день? Надеюсь, ничего серьезного. Потому что я хочу с тобой встретиться.

Мне просто в один миг стало неловко. И стыдно. Я ведь самым наглым образом его продинамила вчера, а он разговаривает так, будто все нормально. В других обстоятельствах меня бы восхитила такая настойчивость мужчины, но не в этих. Ох, не в этих…

— Артем, я думаю, что после экзамена сразу пойду домой…

В трубке раздался скептический смешок. И я поспешно добавила:

— Но я перезвоню тебе, позже, ладно? И… Мы договоримся о встрече.

Может, мне действительно стоило это сделать. Ведь в последнюю очередь я хотела быть той, кто пудрит ему мозги… Я должна с ним объясниться в конце концов, и сказать всё, как есть, но не по телефону. Да, может быть, ещё несколько дней назад я думала, что смогу решиться на что-то большее с ним, но сейчас… Сейчас так всё изменилось…

— Хорошо, — прозвучал исчерпывающий ответ, а я едва подавила облегченный вздох.

— Пока, — сказала и, не медля, сбросила вызов.

Мой слух окунулся в тишину. Я какое-то время сидела неподвижно и пыталась собрать себя по кускам. Чувствовала себя разбитой. Воспоминания вчерашних событий мгновенно оплели сознание и камнем тянули вниз. И Кир… Что теперь? Понятия не имею.

Но я дала себе обещание, что не буду больше загоняться, поэтому сейчас я соберусь и пойду в этот чертов универ. Даже если мне этого до тошноты не хочется.

Сделав все необходимые утренние процедуры, я очень быстро оделась и, боясь передумать, буквально в три прыжка покинула квартиру. Сбегая вниз по лестнице, уже на ходу укутывалась в курточку.

Выйдя на улицу, я огляделась и почти сразу двинулась с места. Шла пешком. Несмотря на нелетную погоду, я хотела пройтись, заставить себя упорядочить свои мысли и вытолкнуть негативные воспоминания. На полпути я достала телефон и посмотрела расписание на сегодня. Всего лишь две пары, и то лекции. Я почти вздохнула с облегчением, но в последний момент взгляд зацепился за название первого занятия. Вернее, преподавателя, который вел этот предмет.

Максим Федорович.

Я издала измученный стон. В последнюю очередь хотелось сейчас вспоминать о том недоразумении, которое возникло между мной и этим мужчиной.

Встряхнув головой (будто это помогло прогнать мысли), я вдруг застопорилась. Широкими глазами оглядела перед собой здание, и только сейчас поняла, что я уже возле университета. Сколько времени я шла? Понятия не имею… Но, протиснувшись внутрь помещения вместе с такими же опаздывающими студентами (а я даже не сомневалась, что уже опоздала), я вдруг утратила всю свою храбрость. Остановилась возле нужной аудитории и вмиг оробела.

А вдруг Максим Федорович не пустит на занятие? Вдруг выгонит за… хммм… опоздание? Я хмыкнула этим мыслям. Нет, не этого я боялась. А встретиться глазами с преподавателем после нашей последней перепалки. Может, он вообще поставит мне неуд. И даже пересдачи мне не помогут.

Нарисовав в уме всякие дурные и даже нереальные варианты, я всё-таки решила, что нужно с этим что-то делать. Поэтому, прислушиваясь к приглушенной речи преподавателя внутри аудитории, в следующий миг толкнула дверь и тут же ощутила на себе внимание всей группы. Голос Максима Федоровича затих, и он направил на меня пристальный взгляд. А я… Покраснела. От ушей до кончиков пальцев. И, едва смогла разлепить рот, чтобы сказать, как он меня прервал.

— Садись, Саша.

И всё. Вот так просто, обычным, ровным тоном. А после этого, потеряв ко мне интерес, продолжил рассказывать лекцию. Я ещё три секунды наблюдала за совершенно невозмутимым преподавателем, после чего опомнилась и быстрым шагом направилась за свою парту. Вот только… Она была пустой. Насти здесь не было. Бегло окинув взглядом аудиторию, я не нашла её нигде. Затем опустилась на стул и вытянула из сумки тетрадь. В голове лихорадочно всплывали воспоминания. Вчера Настя была непривычно молчаливой. Даже не пыталась меня что-то расспрашивать. А утром… Нет, подруги точно не было дома. Тогда где же она..?

Глупое беспокойство поселилось в моей груди, но я мигом отмела его в сторону. Может быть, у неё появились срочные дела? В конце концов, она не обязана мне отчитываться за каждый свой шаг. Последняя мысль едва ощутимо кольнула. Я открыла тетрадь перед собой и уткнулась в неё, слыша размеренный голос Максима Федоровича. В аудитории царила умиротворенная тишина, все внимательно слушали лекцию. Или не слушали? Я аккуратно огляделась по сторонам, после чего направила взгляд на преподавателя. Он, как ни в чем не бывало, продолжал говорить, а я не могла расслышать и слова. Глаза невольно зацепились за его обручальное кольцо… А затем снова поднялись вверх.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Максим Федорович внимательно разъяснял тему, иногда скользил беглым взглядом по студентам. Только на меня не посмотрел ни разу за всю пару. Как будто меня здесь вообще не существовало. Неужели, его так задела наша перепалка? Хотя… Он уже, скорее всего, забыл об этом, а я просто додумываю себе. Но, чем ближе лекция подходила к концу, тем больше на душе скребли кошки, тем больше меня накрывал стыд… Да, мне хватило смелости признаться самой себе, что я действительно перегнула палку. И не должна была говорить преподавателю то, что сказала. Да если подумать, я сама же виновата! Сама набросилась на него в клубе с поцелуем. И всё из-за Кира… Действительно, к какому ещё выводу мог прийти этот мужчина, когда я поцеловала его? И, более того, когда он увидел мой блокнот, усеян рисунками… И неважно, что рисовала я Кира, а не его. Сейчас это действительно не важно.

Поэтому, я не имела права винить Максима Федоровича в том, что он воспринял меня за влюбленную по уши студентку. Я сама неосознанно подтолкнула его к такому выводу. Вот и всё. Сама облажалась, сама буду исправлять.

Последняя мысль пришла ко мне совершенно внезапно, как только лекция пришла к завершению. Студенты подскочили с мест и удовлетворённо спешили покинуть аудиторию, а я… Остановилась. Посмотрела на сосредоточенного мужчину, который, не замечая движений вокруг, сидел за своим столом в очках, и как всегда, записывал что-то в журнале. Я с замиранием сердца ждала, когда все выйдут, чтобы остаться с преподавателем наедине. Но… В решающий момент струсила. Да, просто струсила и выбежала предпоследняя из аудитории. И моя совесть в этот момент будто нарочно заскребла внутри ещё сильнее. Заворочалась и запротестовала. Я попыталась отпихнуть её в сторону и быстрым шагом двинулась по коридору. Но далеко уйти не смогла. Развернулась и направилась обратно, мысленно рассмеявшись от своего же поведения. Господи, да это же просто разговор! Отчего я веду себя как пятиклассница? Я просто зайду сейчас обратно, извинюсь и всё.

Ещё немного помявшись возле аудитории, я глубоко подышала, потом всё-таки решилась и осторожно открыла дверь. Но то, что я увидела там, в эту же секунду лишило меня дара речи. Крепкий мужчина и хрупкая девушка, прижатая им к стене. Её ноги обернулись вокруг его талии, а он лапал и целовал её так бесстыдно, будто сейчас собирался… Ох. О, Боже! Я издала резкий вдох и они вмиг отстранились друг от друга, похоже, придя к одному и тому же пониманию в этот момент.

— Простите! — смущенно пропищала я и мигом рванула назад, чтобы скрыться, когда мой мозг вдруг ударило током. Резкое осознание пробилось сквозь туман и я затормозила. Развернулась обратно, твердя себе, что ошиблась, но… Прямо в этот момент мои глаза стали невероятно широкими, а челюсть чуть не встретилась с полом.

— Максим Федорович? — я уставилась на непривычно растерянного мужчину, а после скользнула взглядом на пунцовую и, кажется, дико смущенную девушку, которая пыталась беспрерывно поправлять одежду. — Ангелина?

Мой преподаватель и моя одногруппница. С ума сойти…

— Вы… Вы… — мой рот открывался и закрывался, не находя нужных слов, а глаза метались между ними. Наконец, я гневно сомкнула челюсть и крепко зажмурилась. — Да пошло всё к черту!

Я повернулась, спеша уйти, и сразу же услышала за своей спиной:

— Саша, подожди!

А следом раздались шаги. Максим Федорович настиг меня буквально за пару секунд и схватил за руку чуть выше запястья, аккуратно, но в то же время настойчиво.

— Саша, задержись… На пару минут, — услышала рядом с собой просьбу.

Я замерла и мои плечи напряглись, но потом я развернулась к нему, дав молчаливое согласие. Мужчина прокашлялся и отпустил мою руку, после этого повернул голову к девушке.

— Ангелина, оставь нас одних. Пожалуйста.

Тон его голоса значительно потеплел, когда он обращался к ней. Она несколько секунд колебалась, но все же неуверенно кивнула и двинулась вперёд, проходя мимо нас. Пару мгновений ни я, ни Максим Федорович не двигались, и только когда моя одногруппница исчезла из поля зрения, он отступил и вежливо предложил:

— Проходи.

Я выдохнула и ступила два шага вперёд, войдя в аудиторию. Мужчина вошёл следом, предусмотрительно закрыв дверь. Раздался щелчок. А в моей голове случился мощный переворот. Господи, да у него же есть жена! Жена! Как он может?.. Я круто развернулась, собираясь высказать это вслух, но он меня опередил.

— Саша, я знаю, что не могу тебя просить… Но пусть то, что ты видела, останется только между нами. Хорошо?

Я оторопела.

— Останется между нами? — изумлённо проговорила, не находя этому никакого объяснения. Это действительно то, что он собирался сказать, учитывая, что его только что поймали на измене?? Да, я не ожидала, что он будет передо мной оправдываться. В конце концов, нас с Максимом Федоровичем ничего не связывает, кроме занятий. Мы совершенно чужие люди. Но…

— А как же «я не собираюсь влюблять в себя студенток и заводить с ними отношения»? Это ведь ваши слова, или я что-то путаю? — мой голос повысился и я с вызовом посмотрела ему в лицо, но на мой выпад он отреагировал совершенно спокойно.

— Всё так, — мужчина кивнул и заглянул мне в глаза. — Поэтому мы с Ангелиной не хотим афишировать наши отношения… В ближайшее время.

— В ближайшее время? Серьезно? — от шока у меня едва не пропал дар речи. — А вы о жене подумали, Максим Федорович? Представьте, какого ей будет, когда она узнает об этом! Вы… Да вы…

Я вовремя умолкла, пока из моего рта не посыпались ругательства. А потом вдруг осознала: я снова перегибаю палку. Максим Федорович — не мой муж, не мой парень, и, уж тем более, не родственник. Да, он поступает подло со своей женой, но…

— Черт, — я выдохнула и опустила голову, покачав ею. Горький смешок вырвался из моего горла. — Это, наверное, действительно не мое дело. Я просто… Я помню, каково это. Когда… Изменяют.

Последнее слово я едва выдохнула и зажмурилась, пытаясь затолкнуть воспоминания. Да, у меня была немного другая ситуация, но все же…

— Я знаю, — ответил мужчина, вызывая во мне полнейшее недоумение. Я подняла глаза, заглядывая в его. Но никаких эмоций я там не видела. Может, я не расслышала?..

— Я знаю, Саша, — повторил он, этими словами выбивая меня из колеи. Я широко открыла рот, пытаясь сказать, но что-то в выражении его лица заставило меня умолкнуть. Его глаза вмиг потухли, а губы разошлись в печальной улыбке.

— Моя жена погибла три года назад в автокатастрофе, — выдохнул он шокирующее признание, вырывая из меня громкий вздох.

Я прилепила ладошку к губам и громко ахнула, мои тело сильно задрожало. Господи…

— Но я до сих пор не могу расстаться с кольцом, — он грустно улыбнулся и опустил взгляд вниз, туда, где виднелось на безымянном пальце обручальное кольцо.

Дура. Какая же я дура!

— Боже мой… Максим Федорович, вы… Я… Простите…

— Нет, Саша, — вдруг покачал головой Максим Федорович, уставившись прямо на меня. — Это я должен перед тобой извиниться.

— Вы… Передо мной… Но за что? — искренне изумилась, чувствуя, как мое тело всё еще дрожит после услышанного признания.

— Я действительно неправильно тебя понял. Я ошибался, когда решил, что ты в меня влюбилась. Но теперь я знаю… Как всё было на самом деле.

Я сглотнула и шокировано взглянула на него. Что всё это значит? Он же не может знать о Кире?..

— Знаете? Но откуда? — ошеломленно спросила, уже ничего не понимая.

Он выдержал паузу. А после посмотрел мне в глаза. Проникновенно и понимающе.

— В той машине нас было трое, Саша. Я, моя жена и… Кир.