Глава 29.

Амелия Андер

Он остаётся, но… Почти со мной не контактирует. Я уж молчу про остальное. От того привычного мне Назара остаётся только его лик. И я понимаю, что где-то, возможно, перегнула палку. Понимаю, что не вправе решать за двоих, но и бросить в случае чего своего племянника я тоже не могу. И нужно на берегу всё решить… Предупредить, иначе я точно не оставила бы ему выбора.

Мылись мы порознь, разумеется. Он даже не касался меня после этого. И даже сейчас лежим по разные стороны кровати, словно чужие друг другу люди. Я даже трогать его боюсь. И, наверное, не стоит, но и лежать в полном молчании мне тоже тяжело…

– Назар… – зову в тишине и темноте, когда стрелка часов уже перевалила за полночь.

В ответ – тишина. Мне кажется, он не спит, просто не хочет разговаривать…

– Если ты слышишь, я всё понимаю… Я понимаю твою реакцию. Но и меня пойми… Да, я люблю тебя. Но я обещала помогать…

– Помогать… – выдаёт он с язвительным гонором. – Помогать – не равно брать ответственность за чужого ребёнка…

– А если она его бросит, Назар? Если откажется? То потом я просто, по-твоему, должна буду поставить тебе перед фактом? Что вот он… Теперь мой? Или как? Я хотела быть честной… Чтобы без недомолвок…

Слышу, как шуршит одеяло, и он оборачивается ко мне, впиваясь взглядом.

– А я тогда что должен буду? Если бы такая ситуация была у меня? М? Мел?

– Я не знаю… Всё сложно. Скорее всего, я бы приняла твоего племянника как своего… Я думаю, что так. Но однозначно этого говорить не могу… Дай мне руку, – тянусь к нему, нащупав пальцы своими и сгребая в замок. Подношу к себе и целую. – Это не значит, что я не ценю тебя… Или что не хочу серьёзного… Я хочу. Я вообще ещё никогда и ничего так не хотела…

Ощущаю дрожь в своём голосе и то, как быстро Назар льнёт ко мне, прижав к себе, пока я трясусь.

– Мел… Я не готов быть отцом чужого мне ребёнка. Прости меня, но это для меня слишком…

– И я это понимаю… – отвечаю, всхлипывая. Ощущаю, как он гладит меня по спине, пока я плачу ему куда-то в грудную клетку.

– Мы завтра поговорим с ней… Я просто вправлю твоей сестре мозги. Если она тебя не услышала, значит, меня услышит… Я не позволю так играть с твоими триггерами. Пойми, что именно это она и делает. Она же тупо манипулирует, потому что вся в свою мать. Хочет тусить дальше, расставляя свою рогатку, чтобы ты парилась за её ребёнка. Понимаешь ты или нет?

Когда он говорит это, мне становится ещё хуже.

– Пойми, что мне всё равно, что она делает и чего хочет… Я не хотела бы, чтобы ребёнок рос в такой атмосфере…

– Я знаю, Мел… Ты бы и Мира себе забрала. Уверен… Но ты посмотри, он ведь вырос классным. Его они как-то вырастили. Их там много, ты одна… Ты просто вбила себе в голову… Но там и пацан этот имеется. Который тоже не бомжара, к твоему сведению. У меня вообще предчувствие, будто это всё твоей сестре не просто так на ум пришло…

– В смысле?

– Да не важно… В общем, мы всё решим, ладно?

Я не знаю, почему, но верю в его слова. И мне легче от наших разговоров. Кажется, что не всё потеряно. Мы учимся понимать друг друга.

– Наверное, считаешь меня дурой…

– Нет. Просто чуточку эмоционально нестабильной, вот и всё… – усмехается в ответ, поцеловав меня в лоб. – Я тебя люблю, Амелия… Тебе пора это понять. Не разменивайся на недостойных людей. Они тебе уже все внутренности проели…

– Я не знаю почему такая… Ты сказал, что у меня синдром спасателя. Возможно, ты прав…

– Из-за родителей ты такая. Тебе нужно узнать у отца всю правду. Чтобы понять для себя, что тогда произошло. В первую очередь я бы на твоём месте узнал именно это… Потому что мы сейчас отражение наших детских травм. И ты боишься… Я понимаю.

– Ты поэтому остался?

– Поэтому… Ещё потому что уже устал с тобой ругаться, Андер. Ты невыносимая…

Издаю нервный даже истеричный смешок, сминая в руках края его футболки. Целую в шею и дышу им, закинув ногу на его бедро. Чтобы облепить со всех сторон. Чувствую, как его ладонь переползает на мою попу и сжимает её, пролезая под ткань трусиков.

– Соблазняешь, чтобы не злился… Нечестно…

– Я не для этого. Просто мне тебя мало…

– Мне тебя тоже… – чувствую, как меня резко дёргают наверх, заставив сесть на него. Ладонь под футболкой… На моей груди… Трогает и заставляет сознание плыть. – И чем больше этого между нами, тем сильнее я зависим…

Склоняюсь к его лицу и целую в губы. Сладкие… Пухлые и настойчивые. После этих слов вообще думать ни о чём не могу. Ещё и чуть не поругались снова. Он чуть не уехал от меня. Я бы точно с ума тогда сошла.

– Обещай, что больше не уедешь… Даже если злишься… Назар…

– Я бы подышал и вернулся… – выдыхает он мне на ухо, потянув вверх мою футболку. Раздевает и смотрит на меня… При лунном свете, который лишь немного освещает комнату. – Я не собирался уезжать… Дома… У меня для тебя подарок…

– Подарок? Что за подарок…

– Увидишь потом… – проводит ладонью от моей шеи по солнечному сплетению вниз до самого пупка. – Ты такая красивая, блин… У меня дар речи пропадает…

– Да нет, ты хорошо говоришь… Мне больше, чем нравится…

– Привстань, зайчонок, – удерживая за талию помогает мне приподняться и снимает последнюю деталь моего гардероба… А потом и свои трусы тоже… Оставляя меня нагую на себе. Нагую и беззащитную. Тянется в карман и достаёт презерватив.

– Наденешь?

– Покажи как и…

Всё как-то быстро происходит. Быстро и совсем не стыдно. Потому что хочется знать друг друга наизусть. А потом я снова ощущаю, что он во мне. Что мы соединяемся, и моментально покрываюсь мурашками от счастья.

Аж глаза слезятся, потому что я весь вечер думала о том, что мы вместе, но из-за моих заморочек, он даже касаться меня не желал.

– Не дрожи… Сюда иди, – дёргает меня к себе, прижимая голой грудью к своей, потому что, очевидно, видит мою реакцию. Рука зарывается в мои волосы и нежно массирует голову, надавливает на затылок и склоняет ухом к своим губам. – Я хочу с тобой семью. Хочу быть твоим. И чтобы ты была моей… Тебе просто хочется любви. Безусловной. Той, которую недодали… И у нас всё будет. И малыш будет… Но свой, Мела… Свой, родной. Мой и твой… Я тебе обещаю…