Глава 17

Зухра была довольна, Исаков сообщил, что девушка уезжает с ним. Он уже понял, это она подговорила Тажинова покошмарить Катю, просил ничего не предпринимать. – Хорошо, я вас поняла. С девушки все обвинения снимут. Мой друг даже заявление никуда не носил, мы надеялись на ваше благоразумие. Я позвоню месяца через три, узнаю, как протекает её беременность. Асанова отключилась и довольно улыбнулась. О благоразумии этого мужика она пошутила. На самом деле его не было и нет, ведь дурачок собрался жениться на Томилиной. Приличный человек в здравом уме не возьмёт в свой дом шлюху, разве что глубокий инвалид, которому не светит жениться на нормальной девушке. Зухра поправила платье и чинной походкой вышла из спальни, чтобы спуститься в столовую на ужин. На лестнице она застала Айпери, та медленно шла вниз. Девушка практически не выходила из своей комнаты, только в столовую и уборную. Она даже на улице не появлялась, и это вызывало обеспокоенность. – Ты долго будешь сидеть в своей норе как мышь? – ледяным тоном спросила Зухра. – Это ваша нора, а не моя. Дом ваш и вы меня сюда силой приволокли, – ответила Айпери. – Ты опять за своё? Это теперь и твой дом. Ты замужем не забывай об этом. Осталась чистая формальность, я хоть завтра могу пригласить муллу в дом, но так и быть, подожду до субботы. Ты должна общаться с мужем, чтобы получше узнать его. – Он не хочет со мной разговаривать, – заявила Айпери, поджав губы. – С чего ты взяла? Ты сама пробовала с ним разговаривать? Учти, если мой сын будет тобой недоволен… Зухра недоговорила, на лестнице появилась свекровь. – О чём беседуете? – поинтересовалась старушка. – О свадьбе, разумеется, мама Айзада. Папа где, не идёт на ужин? – Идёт, или ты решила меня тарелки супа лишить, невестка? – раздался недалеко весёлый голос и появился Айдар. Все вместе зашли в столовую. Стол был накрыт, Эрлан уже сидел на стуле, но не ел, ждал остальных. Теперь сын не ходил на работу, сначала ездил по магазинам, потом делал вместе с ней последние приготовления к свадьбе. Зухра настояла на этом и была рада. Девушка, которая сидит на рецепции в офисе Эрлана, доложила, что о нём спрашивала утром белобрысая девица. Вовремя она Исакова подключила, теперь он её заберёт и всем будет лучше. Помолились и принялись кушать. Зухра посмотрела на всех и сказала серьёзным тоном. – Я боялась, что бывшая любовница Эрлана помешает свадьбе, поэтому сегодня спросила мужа своей подруги как там Томилина. Рахат сказал, что она сегодня уволилась с его фирмы. По словам её коллеги, с которой девушка дружила, к ней приехал некий Алмаз Исаков, она уезжает в столицу и выходит замуж за него. – Ты посмотри, какая наглая девица. Не смогла Эрлана окрутить и выскочить за него замуж, тут же другого богатого человека нашла. Если мы про одного и того же человека говорим, то я знаком с семьёй Исаковых. У них в столице огромный бизнес, Алмаз недавно наследство от дяди получил, – сказал тесть и покачал головой. – Видишь, сынок, я была права, когда говорила, что девица только за твоими деньгами гонится, а на самом деле тебя не любит, – с укоризной сказала Зухра. – Хватит о ней говорить. Я женюсь, она имеет право выйти замуж, – нервно сказал Эрлан. После рассказа матери на душе мелькнула ревность, но он затолкал её поглубже, стараясь не раздражаться. Эрлан понимал, что не имеет права ревновать Катю, дороги назад всё равно нет. Если какой-то там Алмаз готов поступиться честью и гордостью, взяв в жёны шлюху, то он вовсе нет. Он знал, что у Кати были мужчины. Как человек современных взглядов мог понять её, но она торговала собой это уже другое дело. Дедушка перевёл разговор на тему бизнеса. Эрлан с удовольствием отвечал на его вопросы, он был рад, что больше не затрагивается тема Кати и его свадьбы. – Всем спасибо за компанию, – улыбнулась мама, когда поели. – Сынок, может, ты выведешь Айпери на прогулку по саду сегодня хороший вечер. – Для кого он хороший, мама? Если она сама погулять не может, это не мои проблемы, а её. Всем спасибо за компанию, – сказал Эрлан резким тоном и ушёл. Хотелось сесть в машину и мчаться куда глаза глядят, лишь бы не находиться дома. Он так и сделал, переоделся в рубашку и джинсы, потом сел в автомобиль и выехал со двора. На этот раз он даже охрану брать с собой не стал. Ему надоело постоянное сопровождение. Он соскучился по рулю, давно не водил сам. Проезжая по улицам города, он и сам не заметил, как в какой-то момент оказался возле дома, где Катя снимала квартиру. На улице стемнело, в квартире горел свет. Девушка показалась у окна. К ней подошёл какой-то мужчина и обнял, Эрлан поспешил уехать. Что он хотел, приезжая сюда? Убедиться, что Катя сейчас действительно не одна? Остановить её и не дать уехать? В любом случае он теперь не имеет на Томилину прав, у него есть жена. Эрлан представил, что ему придётся спать с Айпери, и его передёрнуло. Девушка была красива, но он её не любил. Теоретически сделать её своей он сможет, но от этого никакой радости. Спать с женой только для того, чтобы исполнить супружеский долг, то ещё удовольствие. *** Катя подошла к окну и хотела выглянуть на улицу, но неожиданно подошёл Алмаз, развернул её на себя и обнял. – Ты снова нервничаешь. Успокойся, пожалуйста, всё будет хорошо. Обещаю, завтра я всё улажу, и мы уедем. Ты позвонила хозяину квартиры? – Я сказала, что в одиннадцать утра отдам ему ключи, он приедет. Дома у меня чисто, прибираться не нужно. Продукты пусть себе заберёт, – ответила девушка. – И правильно, не потащим же мы их с собой? Пока я езжу по делам, собери остатки вещей, проверь ещё раз всё, чтобы ничего не забыть. Главное – документы, остальное я тебе купить могу, – улыбнулся Алмаз и поцеловал её в уголок губ. – Прости, мне надо в уборную, – соврала Катя и отстранилась. Девушка зашла в туалет, села на унитаз и заревела, стараясь не всхлипывать. Она согласилась уехать с Исаковым и выйти за него замуж, а это значит, она, как и прежде, будет жить под тотальным контролем, каждый её шаг будет проверяться под микроскопом. Алмаз заявляет, что осознал, изменился и такого больше не будет. Верилось с трудом, только не после того, как он напал на неё как бешеный зверь, кричал, что она всегда его, а потом… – Ты моя, Катя, моя. Была вчера, будешь сегодня и останешься завтра. Убью любого, кто хоть пальцем тебя коснётся! – звучали его слова в голове. Девушка вытерла слёзы туалетной бумагой, потом слила воду в бачке и вышла. В ванной она быстро вымыла руки и сполоснула лицо прохладной водой. Может ли она поступить иначе? В данной ситуации нет выхода. Ей нужна помощь, и только Алмаз готов её дать. Даже подруга от неё отвернулась, не говоря о бывшем женихе, который знает о ребёнке, но решил бросить её. Бабушка всегда говорила, что дети рождаются ангелами, невзирая на грехи родителей. Видимо, для Эрлана этот ребёнок заранее грязный, а девственность какой-то Айпери дороже всего. Катя нашла в себе силы успокоиться и пошла в комнату. Алмаз сидел на диване и смотрел телевизор. – Я постелю тебе на диване. Раскладывать его или нет? – спросила Катя. – Не надо, я и так умещусь, одну ночь переживу. Завтра вечером приедем домой. Будь готова целый день провести в машине с перерывом на обед и туалет, – сказал Алмаз. Катя кивнула и пошла за чистой простынёю и пледом. *** Айпери не спалось, она стояла у окна и смотрела на улицу. Свет в комнате не горел, поэтому ей хорошо видно двор. В ворота въехал автомобиль, из него вышел Эрлан и расслабленной походкой направился к дому. Почему-то его беспечность казалась обманчивой, девушка подозревала, что на самом деле он злится. Зря Зухра сегодня упомянула Катю. Неужели она не знает, что любовь не проходит быстро, особенно по чужому желанию. Что бы сейчас ни происходило в жизни Эрлана, он любит эту девушку, а она, Айпери, лишняя в его жизни. Он тоже был в её судьбе посторонним человеком, но властная рука его мамы решила всё за них. Окно было открыто, лёгкий ветерок шевелил тюль, которую Айпери сдвинула в сторону. Эрлан подошёл ближе к дому и неожиданно поднял голову, как будто почувствовал, что за ним наблюдают. Девушке показалось, что на его губах появилась издевательская ухмылка. Она резко задёрнула тюль и отошла к кровати, сердце колотилось словно раненая птица. Скоро их свадьба и ничего уже не отменить.