Глава 27

Алмаз нанял служанку, та приходила три раза в неделю убирать комнаты, а вот готовить Кате приходилось самой. Муж заявил, раз она сидит дома, то хоть что-то должна делать, она не возражала, потому что без работы было скучно. Бабушка погостила у них сутки и уехала в квартиру. Она хорошо себя чувствовала для своего возраста и хотела, пока жить у себя. – Вот когда совсем плохая буду, тогда и заберёте меня к себе. Спасибо, Алмаз, что заботишься обо мне, как о родной, – сказала бабушка в то утро, когда уезжала. Муж сам довёз бабулю до дома, а потом поехал на работу. Катя опять осталась одна. Сегодня Алмаз задержался, но не предупредил, что у него дела. Катя успела поесть, он сам сказал, чтобы не ждала, а питалась, когда захочется. Наконец-то он приехал, Катя сидела в беседке, у ног развалился пёс. Алмаз подошёл и глянул так, что у неё на душе похолодело. – Что-то случилось? – нервно спросила она. – Случилось, но ничего критического. На стол накрой на кухне, я голодный, пойду пока переоденусь. Катя пошла в дом вслед за Алмазом, она не напрасно опасалась, знала, какой у него вспыльчивый характер. Она быстро подогрела ужин и накрыла на стол, муж зашёл на кухню и с шумом сел на стул. – Мама просила приехать к ним, я не смог ей отказать. Думал, отец помириться собрался, но мы поссорились ещё больше. Он начал требовать, чтобы я с тобой развёлся, вроде как все узнают, что я женился на шлюхе и он не сможет младшего сына женить. Плевал я на Али, зачем мне ещё и о нём заботиться. У меня семья есть, ты и будущий малыш, потом своих детей нарожаем. Катя опустилась на стул напротив мужа. – Ты никогда не рассказывал, почему у вас с братом такая вражда, – тихо сказала девушка. Алмаз вздохнул, отложил вилку и откинулся на спинку стула. Его взгляд стал отстранённым, будто он мысленно вернулся в прошлое. – Мы с Али никогда не были близки, – начал он. – С самого детства отец сравнивал нас: я старший, должен быть примером, но у меня не получалось. Али всегда был его любимчиком – послушным, удобным. А я часто спорил, шёл против его воли. Катя осторожно протянула руку, коснулась его пальцев. – А потом, когда я уже встретил тебя, отец решил, что я должен жениться на дочери его партнёра. Дело даже не в любви, а в выгодном союзе. Я отказался, заявил, что хочу жениться на тебе. Тогда он сказал, что если я не соглашусь, то могу собирать вещи. Потом ты знаешь, я жил на съёмной квартире и всё прочее. – Да, я помню, ты звал меня жить с тобой, но я сбежала, – прошептала Катя. – Через неделю после твоего побега Али с гордостью сообщил мне, что теперь он – наследник. Отец переписал завещание и что мне не на что надеяться. – Алмаз усмехнулся. – Я тогда даже не расстроился, меня больше бесило, что он радовался моему поражению, будто это его личная победа. Катя нахмурилась, ей стало жалко Алмаза. – Дядя Самат тебя понял, раз оставил наследство Лицо мужа смягчилось. – Самат был человеком современным, почти европейского склада. Из-за этого они с папой часто ссорились, хоть и были братьями. Когда отец выгнал меня, Самат помог устроиться на работу, когда умер, оставил мне всё, что имел. Отец до сих пор в ярости, что его бунтующему сыну кто-то помог встать на ноги без его участия. Алмаз резко поднялся со стула, подошёл к окну. – Теперь папа хочет, чтобы я разрушил свою жизнь во второй раз, ради Али, его репутации. – Алмаз повернулся к Кате, его глаза горели. – Я не позволю, никто не будет решать за меня, с кем мне быть. Катя подошла к нему и обняла. – Ты не один, – прошептала она. – У тебя есть я, больше никуда не уйду. Алмаз прижал её к себе, глубоко вздохнул. – Знаешь, что? – он отстранился, глядя ей в глаза. – Может, хватит скрываться? Если отец так боится, что кто-то узнает про наш брак, стоит показать всем, что я горжусь тобой. Будем ходить в ресторан для элиты по выходным. Катя замерла, не веря, что муж это говорит на самом деле. – Ты серьёзно намерен водить меня туда, где собираются бизнесмены? – Абсолютно, – Алмаз улыбнулся, впервые за вечер. – Меня пригласили на открытие выставки знаменитого художника в субботу. Там будет вся элита города. Я не хотел идти на это мероприятие, но теперь передумал. Купим тебе шикарное платье и пойдём смотреть картины. – А если кто-то начнёт говорить обо мне плохо? – Пусть попробуют тебя оскорбить, – голос Алмаза стал твёрдым. – Больше никто не будет диктовать нам, как жить. Она кивнула, прижалась к нему снова. – Обещай не лезть в драку, я ещё помню тот случай, когда ты разбил нос парню, за то, что он показал мне непристойный жест, – попросила Катя, но тон голоса был весёлый. Алмаз поцеловал её в макушку, хотел что-то сказать, но вдруг раздался звонок в домофон. – Кого это в такую пору притащило? – пробормотал он, глядя на приложение в телефоне. Оказалось, у калитки стоял Али. – Чего припёрся, – буркнул Алмаз. – Привет, брат, – холодно сказал Али. – Нам нужно поговорить. – Заходи, раз уж приехал. Хотя предупредить мог бы, – сухо бросил Алмаз и нажал на открытие замка. Али зашёл в дом, потом в гостиную. Его взгляд скользнул по Кате, но он лишь кивнул ей не здороваясь. – Красиво у тебя тут. Видно, что ты ничего не менял после смерти дяди Самата, – проговорил брат, садясь в кресло без приглашения. Али был одет в джинсы и белую рубашку, на вороте остался след от помады, и он даже не удосужился переодеться, когда ехал сюда. – Говори что нужно, – Алмаз остался стоять, скрестив руки на груди. – Ты не из тех, кто просто так наведывается. Али усмехнулся, противно так, что Алмазу захотелось разбить ему нахальную рожу. – Прямолинейный и нетерпеливый, как всегда. Отец в бешенстве, после твоего ухода он чуть не разнёс столовую. Говорит, что если ты не одумаешься, то горько пожалеешь. – Угрожает мне чем-то? – Алмаз хмыкнул. – Пусть попробует что-то сделать. – Ты не понимаешь, – Али нахмурился. – Он не шутит, уже начал давить на твоих поставщиков. Через неделю твой бизнес останется без продукции. Катя тихо ахнула, но Алмаз даже не дрогнул. – Пусть давит, у меня контракты с запасными вариантами. – Ты всегда был самоуверенным, – Али покачал головой. – Дело не только в этом. Отец нашёл кое-что о твоей жене. – Что ты имеешь в виду? – Алмаз подошёл ближе, сжимая кулаки. – Видео и фотографии, которые один ушлый парень снимал в клубе. Папа собирается слить их в интернет, если ты не разведёшься. – Враньё, – Алмаз шагнул к брату, голос его стал низким и опасным. – Ты и отец готовы на любую грязь, лишь бы сломать меня. Он блефует, потому что ему самому невыгодно такое обнародовать. Али поднял руки в примирительном жесте. – Только не нужно драться со мной, как в детстве, Алмаз. Мы с тобой теперь не игрушки делим. Я просто передаю слова отца. Лично мне всё равно, на ком ты женился. Если ты не хочешь, чтобы весь город обсуждал твою жену и тебя, лучше подумай. Алмаз внезапно расхохотался, ему и вправду было смешно, что папа до сих пор пытается манипулировать им. Пора давно уяснить, что он не маленький мальчик. – Али, передай отцу, что мы не боимся его угроз. Если он опубликует эти фото, я ему даже сочувствовать не стану. Пойду в налоговую и заявлю, что он увиливает от уплаты. Я же перед тем как меня с фирмы выперли, замом его был. Он думает, я такой тупой и уходя, не собрал на него компромат? Али замер и выпучил глаза от шока. – Ты просто пугаешь, ничего у тебя нет, – нервно сказал брат. – Отец думает, что я всё ещё тот мальчишка, которого можно запугать? Пусть попробует, я против, что ли. Блефую я или нет, он узнает после того, как навредят моей жене. Али встал, лицо его сделалось каменным. – Ты объявляешь войну собственной семье, Алмаз. – Нет, это вы объявили её первыми, кроме мамы. Брат молча направился к выходу, дверь захлопнулась за ним с грохотом. Катя дрожала, Алмаз обнял её. – Всё будет хорошо, – прошептал он. – Я не позволю им тебя тронуть. – Но что, если эти фото попадут в интернет? – её голос дрогнул. – Я не помню, чтобы кто-то делал видео и фото, запрещено же. Эрлан говорил, кто-то из охранников клуба продал его матери видео со мной. – Не надо упоминать при мне имя этого придурка. Он не смог защитить свою женщину и собственного ребёнка. Хорошо, он обязан был жениться на другой, но и о тебе мог позаботиться. Теперь ты моя жена, и ничего это не изменит. Завтра я узнаю об этом охраннике и заберу у него все записи. – Спасибо за всё, Алмаз. Я была такая дура, когда ушла от тебя, – сказала Катя и прижалась к мужу теснее. – Я рад, что ты это осознала, – довольно улыбнулся Алмаз.