Глава 31.

– Кто-нибудь хочет коньяка? – включаю радушного хозяина и иду к бару за бутылкой.

Кот отказывается, подруга Леры тоже. Беру один стакан, бутылку и возвращаюсь. Наливаю себе и ставлю на стол. Реально случайно чиркаю рукой по её ноге, но уже не могу удержаться и оставляю ладонь чуть выше колена девчонки.

Лера напрягается, чуть сжав бёдра, но руку мою не убирает.

Да ладно. Смирилась, что ли?

Проверяю своё предположение, сместив ладонь чуть выше, до самой ткани футболки. Принцесса упорно смотрит в экран, закусив губы и сжав пальцы на обивке дивана. А потом наклоняется и берёт бутылку со стола, подносит к губам и прикладывается. Немного закашливается, но проглатывает, зажмурившись, а потом судорожно выдыхает. Машка с Котом поворачиваются и поднимают брови удивлённо. Я тоже весьма обескуражен.

– Ладно, возьмём такси, – пожимает плечами подружка Леры и замолкает. Странно, что так быстро, но прекрасно.

– Может, тебе стакан дать? – предлагаю.

– Мне и так зашибись.

– И для чего это? – спрашиваю негромко, чтобы слышала только она.

– Для анестезии. Хочу впасть в беспамятство, пока ты свои долги стяжать будешь.

Даже так. Хитрая какая.

– Ну-ну. Я подожду, пока ты проспишься. Так ощущения острее будут.

В ответ она молчит, а потом переворачивает бутылку ещё раз. Я решаю ей не мешать, пусть поиграется.

Минут через двадцать она затихает. Прикрывает глаза, откинувшись на спинку дивана, а потом и вовсе свешивает голову мне на плечо и отключается. Поднимаю её на руки и отношу в кровать. Будет интересно посмотреть на её смущение утром. Прям предвкушаю уже.

Кот что-то шепчет Машке на ухо, и она опускает глаза. Ого, болтушка тоже умеет смущаться. Хотя Игорька мёдом не корми, дай тёлке на ухо ванильной пошлятины наговорить.

– Ну, мы, наверное, уже пойдём, – он встаёт и тянет девчонку за руку. Она вроде как сомневается, поглядывая на спящую в спальной зоне Леру, смотрит на меня, а потом всё же тащится за Котом к двери.

Я их провожаю, убираю со стола, выключаю телек. Кормлю мелкого придурка и засовываю его обратно в коробку под кроватью. Принимаю душ дольше нужного, сделав воду холоднее.

Вообще-то я не сильно приветствую, когда девушки остаются у меня на всю ночь, если не считать Веру, той вообще пофиг на личное пространство. Но в случае Принцессы всё иначе – мне интересно. Хочу понаблюдать за ней утром.

Переодеваюсь в домашние штаны и подхожу к кровати. Лера спит на спине, повернув голову вправо. Волосы разметались по подушке, одна тёмная прядь прикрыла шею. Красивая миниатюрная девочка. Хорошая и невинная. Что же такого ты натворила в прошлой жизни, что в этой встретила меня?

Укладываюсь на постель рядом. Спать не хочется. Смотрю на неё, ощущая движуху в штанах. Но естественно, трогать не буду. В чём прикол?

Но Принцесса, хоть и в стельку, видимо, чувствует меня, потому что вдруг распахивает глаза, уставившись туманным взглядом. Сознательность в глазах проскакивает, но её тут же топит паника. Но Лера продолжает лежать недвижимо и просто смотреть на меня. Только дышать начинает глубже.

– Не бойся, Принцесса, – склоняюсь над ней. – Я ведь ещё ни разу не сделал тебе больно, так же?

Прикасаюсь к её губам своими. Очень мягко. С ней почему-то хочется играть в эти игры. Но Лера сжимает губы и закрывает глаза, сглатывает.

– Хочешь вернуться утром домой девственницей, Принцесса?

Она снова открывает глаза и внимательно смотрит, ищет подвох в моих словах.

– А ты отпустишь? – голос едва слышно.

– Отпущу. Если ты себя отпустишь.

– Я не понимаю.

– Всего минута. Не сопротивляйся ни мне, ни себе самой. Расслабься, не думай, отключи мозги.

– Ты снова играешь?

– Да. Но ты же знаешь, что я всегда держу своё слово, – опять склоняюсь к её губам. – Попробуй. Одна минута.

Целую её, немного притормаживая. Пусть думает, что сама приняла решение. Принцесса колеблется ещё пару секунд, вздыхает, а потом снимает блокировку. Размыкает губы навстречу, впуская в свой сладкий рот. Когда начинаю чуть напирать, она несмело отвечает. Бл*дь. Это приятнее, чем я думал.

Целоваться она не умеет – факт. Но учится очень быстро – неоспоримый факт. Хватает воздух ртом и выгибается, когда я скольжу языком по её нежной шейке и присасываюсь к тонкой коже на ключице.

Сжимаю ладонью талию, потом перемещаю на упругую маленькую задницу. Лерина рука несмело дёргается, а потом она прикасается к моей шее. Возбуждение молнией проносится по позвоночнику, заставляя и так не спокойный член стать в твёрдую стойку. Пора тормозить, иначе все эти «Влад Миксаев всегда держит слово» улетят в трубу к чертям собачьим.

Целую её ещё раз, мысленно надавав себе пощёчин.

– Твоя минута вышла, Принцесса. Спокойной ночи.

Отталкиваюсь от постели и встаю. Надо перекурить. Лера застывает на мне взглядом, прокручивая в своей пьяной головушке, что сейчас произошло. Хмурится и вдруг так сильно краснеет, что я едва сдерживаюсь, чтобы это как-то не отметить. Она тянет из-под себя покрывало, заныривает под него сворачивается клубком.

Пусть поплачет, хорошо, что ей это дано.

После перекура в кухонное окно возвращаюсь на кровать. Не знаю, спит она или притворяется, не хочу выяснять, хотя по дыханию понять недолго. Ложусь на другую сторону и очень скоро отключаюсь.

Тёплый пластмасс машинки в руках. Когда я успел отбить на ней проблесковый маячок? Отец опять скажет, что стучать машинками о пол не очень хорошо – соседи жалуются.

Вспышка.

Визг.

«Влад!»

В лёгкие резко врывается воздух. Я дома. В своей постели.

Сажусь на кровати и выполняю привычные действия, которым меня научили ещё в детстве. Давление на виски, голову на пару секунд ниже колен. Вдох-выдох.

Лицо горит. Что за чёрт?

Прикасаюсь пальцами. Лоб сухой, шея тоже – не вспотел, да и в квартире ощутимо прохладно, окно на кухне открыто. Но губами ловлю соль. Глаза печёт, щёки мокрые. Но это невозможно. Я не умею плакать и начинать уметь не хочу.

Сзади слышен задушенный вздох. Девушка. Принцесса – точно. Она здесь. Спит, тихо посапывая.

Я смотрю на Леру и вдруг понимаю, что именно сегодня с моим кошмаром было не так. Я, наконец, увидел её лицо. Не туманное пятно. Я вспомнил, узнал её – свою маму.