Глава 10 · Линда Миллард

Он просто зашвырнул меня в комнату!

Сначала, когда он взвалил меня на плечо, я перепугалась до смерти, но всю дорогу себя успокаивала: я ведь сама это задумала, всё идёт по плану.

И только я успела смириться с мыслью, что Фаррелл притащит меня в свою спальню, как он притащил. Только в мою.

И запер. Вот козёл!

Это было ужасно унизительно. Я и раньше не питала к нему нежных чувств, а теперь моя ненависть достигла точки кипения. Урод, сволочь, убийца!

Хотелось упасть лицом в подушку и разреветься от злости. Но я тут же вспомнила, что в моей комнатушке есть камеры. А значит, рыдать лучше в ванной.

Или даже вовсе не рыдать.

Я посмотрела в глазок камеры. Тебе нравится подглядывать?

Ну что же, смотри!

* * *

Наутро Элеонора вместо того, чтобы как обычно принести мне завтрак, объявила, что мистер Фаррелл желает позавтракать вместе со мной.

– А вот я не желаю! – огрызнулась я.

У него был шанс побыть подольше в моей компании, но он им не воспользовался. Еще раз притвориться, что мне приятно его общество, я вряд ли сумею. Да и какой в этом смысл?

Элеонора равнодушно пожала плечами:

– Значит, завтрака не будет.

Вот жаба! А я, как назло, чертовски хотела есть. Вчерашний ужин едва клюнула, нервничала перед свиданием. Самым паршивым свиданием в моей жизни. Так что, я собралась и понуро поплелась вслед за Элеонорой.

Райан Фаррелл был бодр и свеж. И, судя по мелькнувшей улыбке, весьма доволен собой. Ну конечно – это ведь не его отвергли, а он!

Я, не здороваясь, плюхнулась на стул и приступила к еде. Подчёркнуто сосредоточенно, давая понять, что вести разговоры не намерена.

– Что это вчера было? – спросил он.

– Временное помутнение рассудка, – холодно ответила я. – Больше не повторится.

– Жаль, – сказал он. – Мне понравилось.

Я почувствовала, что краснею до кончиков ушей. Вот сволочь!

– Нет, в самом деле. Для чего был этот спектакль? Извини, но мне что-то не верится, чтобы ты воспылала страстью к тому, кого считаешь виновным в гибели своего брата.

Зря он напомнил про Криса. Смущение тут же улетучилось. Ему на смену пришла привычная злость.

– Вы же собираетесь держать меня здесь до самой моей смерти? – прищурилась я. – Не хотела умирать девственницей!

– Ну, так бы сразу и сказала. – Разумеется, он не поверил ни одному моему слову.

– И что, вы бы помогли?

– Поручил бы кому-нибудь из охранников, – холодно усмехнулся он.

– Что так?

– Меня интересуют женщины поопытнее.

И снова я вспыхнула. Когда-нибудь я научусь не краснеть?

– У вас ведь много охранников? Мы могли бы устроить кастинг. Или бои без правил. Кто победит – тот и…

Он рассмеялся.

– Приятно было поболтать. Но мне пора. Не делай глупостей, девочка. И постарайся всё-таки напрячь свою память.

Фаррелл вышел из столовой, а я поймала себя на мысли, что, в принципе, была бы не против, если бы он остался. И не потому, что общество Райана Фаррелла вдруг стало доставлять мне удовольствие. Нет, просто никакого другого общества у меня не было.

Весь день я провела в обнимку с книгой. Не то, чтобы она меня очень увлекла, но на этот раз было терпимо. Кажется, я уже начинала привыкать к своему вынужденному одиночеству и заточению.

Ситуация виделась мне безвыходной. Фаррелл не собирался меня выпускать из своего замка, пока я не расскажу ему, кто меня направил в офис. А я не собиралась ему это рассказывать. Так что велика вероятность, что я действительно здесь состарюсь.

Я закончила чтение поздно вечером, отложила книгу и уже хотела идти в душ, когда в дверь постучали. Странно. Элеонора обычно себя не утруждает излишней деликатностью – вламывается без стука.

Дверь распахнулась до того, как я успела что-нибудь ответить. На пороге стоял Райан Фаррелл.

– Не спишь? – спросил он отчего-то охрипшим голосом.

– А если бы спала? – буркнула я.

– Но ведь не спишь же, – он усмехнулся. – Пойдём, составишь мне компанию.

Только сейчас я заметила, что он пьян. Конечно, не мертвецки, но явно неплохо приложился к бутылке.

– Вот ещё! – фыркнула я. – Позовите Элеонору.

На мгновение он замолчал, словно и впрямь обдумывал этот вариант. Но потом тряхнул головой:

– Нет, Элеонора не годится.

Интересно, почему бы это? Я хотела послать его к чёрту. Да и должна была бы. Но вдруг подумала, что пьяный Фаррелл может расслабиться и сболтнуть что-нибудь лишнее. К тому же насидеться в этой комнате в одиночку я еще успею, вся жизнь впереди. Так что напиться с Фарреллом – не худший вариант.

– Хорошо. – Я поднялась с кровати и с готовностью последовала за ним.

Мы вошли в его кабинет, в тот самый, где он пытался меня придушить за то, что я хотела почитать книжку. Ну ладно, на самом деле всё было не так, но моя версия нравится мне больше. Мне вообще нравится любая версия, при которой Фаррелл – сволочь и негодяй.

Он указал мне на мягкое кресло, достал откуда-то бутылку вина, открыл и налил в бокал. Понюхал и передал мне.

– Между прочим, бутылка стоит десять тысяч долларов.

– Неужели? – спросила я.

Нет, я, конечно, знала, что существует вино, за которое платят сумасшедшие деньги. Но пробовать такое мне не доводилось. И я всегда считала идиотами тех, кто готов выкладывать астрономические суммы за то, что можно купить за десятку в любом супермаркете. Впрочем, если у них есть такие деньжищи – возможно, они и не идиоты…

– Я бы, если не возражаете, взяла деньгами, – сказала я, принимая бокал.

Он рассмеялся. Весело ему, сволочи! А я ведь серьёзно.

Он плеснул себе виски и уселся напротив. Сделал несколько глотков. Я тоже отпила из своего бокала. Вино как вино. Вкусное, конечно, но я бы предпочла мартини.

– И зачем я вам тут понадобилась?

– Не люблю пить в одиночку, – сказал он и без всякого перехода добавил: – Я не убивал Криса.

Это было так неожиданно, что я застыла, едва не выронив бокал из разом ослабевших пальцев.

– Конечно, не убивали, – ответила я, изо всех сил пытаясь сдержать дрожь в голосе. – Вы даже были в другом месте. Но сдаётся мне, у тех, кто может себе позволить вино стоимостью в годовой бюджет небольшой семьи, для грязной работы есть специально обученные для этого люди.

Сказала и едва не поморщилась. Слишком уж по-киношному звучало – «грязная работа».

– Хорошо. Сформулирую иначе. Я не убивал Криса и никому не отдавал распоряжений с ним расправиться. Более того, я сам делаю всё, чтобы найти его убийц.

– О, как благородно, – с издёвкой сказала я.

Ничего не могла с собой сделать. Обсуждать с Фарреллом гибель Криса было невыносимо.

– Не только, – серьёзно сказал он. – Крис хотел мне что-то рассказать. Но не успел. А значит, те, кто с ним расправился, угрожают и мне.

Я замолчала, обдумывая то, что он сказал. Звучало логично. Логично, чёрт возьми. И вполне могло быть правдой. И могло быть выдумкой от первого до последнего слова. Никогда нельзя забывать, с кем имеешь дело.

Я пожала плечами.

– Если Криса убили по вашему приказу, вы говорили бы сейчас всё то же самое.

Теперь уже Фаррелл замолчал. Я ожидала, что он будет возражать, приводить какие-то новые неопровержимые доводы. И даже хотела, чтобы приводил. Мысль о том, что Фаррелл может быть не врагом, а союзником, была очень соблазнительной. Любому хочется иметь сильного союзника, а не врага.

– Скорее всего, – наконец ответил Фаррелл. – Но зачем мне убивать Криса? Он был простым охранником и…

– Замолчите! – я зажмурилась.

Простым охранником?! Да он был самым лучшим братом! Он был моей семьей! И самым замечательным человеком из всех, кого я знала. И я не желала ничего о нем слышать от Фаррелла, для которого он был простым охранником!

Я выдохнула, открыла глаза и тут заметила фотографию в рамочке. На ней Фаррелл обнимал женщину. Её я узнала сразу.

– Вы знакомы с Каролиной Стайлз? – удивлённо спросила я.

Фаррелл проследил за моим взглядом и недовольно поморщился.

– Обычно здесь не бывает посетителей, – сказал он.

– Так вы знакомы?

Он усмехнулся:

– Сделать фото со знаменитостью гораздо проще, чем действительно познакомиться.

Но что-то в его лице неуловимо переменилось.

Я была уверена, готова была биться об заклад на что угодно: они не просто мимолётно столкнулись на какой-то тусовке и сделали фото.

С Каролиной Стайлз Фаррелла связывает что-то большее, что-то болезненное. А я вовсе не собиралась щадить его тонкую душевную организацию.

– Врёте. Вы с ней знакомы.

– Я и не говорил, что нет, – сухо ответил Фаррелл, и теперь не оставалось ни малейших сомнений: мне удалось его зацепить. – Я только сказал, что фото ничего не значит.

– Настолько не значит, что вы держите его на столе в рамочке? – теперь уже я вовсю веселилась.

Хватит топтаться по моим больным мозолям и тяжелым воспоминаниям. Пришла его очередь.

– Она была вашей любовницей! – ляпнула я наугад, и по лицу поняла, что попала в точку.

Потом поднялась с кресла, двумя глотками осушила бокал и взяла фото в руки.

Каролина улыбалась. Она была чертовски красива и соблазнительна. Недаром сотни тысяч мужчин грезили о ней.

Но Фаррелл не из тех, кто будет вздыхать в сторонке. Он из тех, кто берёт всё, что ему нравится.

Я продолжала рассматривать фото.

Они были красивой парой. Красивой и гармоничной. Сильный мужчина и прекрасная женщина. Сейчас мне казалось, что Каролина смотрит на меня со снисходительной насмешкой.

Девочка, неужели ты думала, что можешь ему нравиться? Пыталась соблазнить? Глупая, наивная дурочка.

Тут же вспомнились его слова: «Мне нравятся женщины поопытнее».

И вот он – взгляд красивой, уверенной в себе женщины: «Этот мужчина не для тебя. Он мой».

– Нет, не была. Она и сейчас ваша любовница, – внезапно поникшим голосом сказала я.

Подняла взгляд и увидела, что Фаррелл стоит рядом.

Ничего не ответил. И, похоже, это был именно тот случай, когда молчание означает согласие.

Мне почему-то стало больно, хотя вовсе не должно было быть. В конце концов, какое мне дело до того, с кем там трахается Райан Фаррелл? У меня с ним совсем другие отношения и другие счёты.

Он взял фото из моих рук и вложил в них наполненный бокал.

Он стоял близко и смотрел мне в глаза. Долгим взглядом, в котором плескалась темнота. И невозможно было понять, о чём он сейчас думает. Его рука поднялась к моему лицу, осторожно заложила за ухо выбившуюся прядь.

Простой жест, который ничего не значит. А у меня почему-то так громко забилось сердце, что его, наверное, услышал и Фаррелл.

Стало стыдно, неловко и жарко.

Если бы он убрал руку…

Но он этого не сделал. Более того, его пальцы медленно опустились по моей скуле, подбородку, неспешно очертили мой рот.

Я облизала пересохшие от волнения губы, и его взгляд тут же вильнул следом за языком. Я готова была провалиться сквозь землю, а он…

Он смотрел.

Долго.

Пристально.

Казалось, он о чем-то задумался и даже забыл обо мне, но нет… Стоило мне чуть качнуть головой, как наши с ним взгляды скрестились.

Он стоял настолько близко, что я ощущала не только едва заметный аромат его дорогого одеколона, но и жар тела. А еще дыхание. Оно касалось моего лица – теплое, размеренное. И на меня это действовало странно. Очень странно.

Мне ужасно хотелось зажмуриться и доверчиво податься вперед, чтобы стать к нему еще ближе, чтобы его дыхание можно было не только почувствовать, но и попробовать. Своими губами.

Едва эта мысль стала осознанной, как я очнулась. Вынырнула из странного наваждения.

Сделала шаг назад и поставила бокал на стол. Понимала, что ещё немного – и глупо расплачусь. Без причины.

– Вот и пили бы со своей Каролиной! – со злостью бросила я и вылетела из кабинета.

Я почти бежала по длинным коридорам, пока не оказалась у своей комнаты. Захлопнула за собой дверь и упала на кровать. И только потом поняла, что жду… Жду, что он догонит меня, ворвётся в комнату и…

И что? Я не знала. Но почему-то мне было необходимо, чтобы он пришёл.

Только он, конечно, не пришёл. Райан Фаррелл с лёгкостью получает самых красивых женщин. И уж точно он не станет бегать за какой-то девчонкой.