Глава 4

Оксана сидела на белом диванчике, ожидая, когда ее позовут. К собственному удивлению, она не нервничала. Была ли тому причина то, что в кармане пиджака лежал перцовый баллончик, или то, что здравый расчет подсказывал — все будет хорошо, Оксана не знала.

В кабинет, в котором, по ее предположению, будет проходить презентация, зашли уже четверо мужчин, один из которых нес в руках проектор, и еще две женщины. Присутствие других девушек успокаивало. Айзека не было видно, но Оксана решила, что, скорее всего, он уже внутри. Сама Оксана приехала в «Элит» ровно в четыре часа, не собираясь проводить ни одной лишней минуты в этом здании.

Так что сейчас женщина сидела, сжимая в руке свой телефон и ожидая, когда ее пригласят. Батарея заряжена на сто процентов, в телефоне включен gps-датчик. Вадим приедет за ней в половине шестого. Презентация ее продукта, которую так хотел Айзек, занимает от часа до двух. Но Оксана постарается закончить со всем поскорее. Потом она оставит подписанные документы и уйдет.

Все очень просто.

Наверное, она бы чувствовала себя еще лучше, если бы надела сегодня джинсы и кроссовки, а не деловой костюм. Но еще дома Вадим настоял, что нужно выглядеть презентабельно. А внятно объяснить мужу, что сделка точно не сорвется из-за ее внешнего вида — она не смогла.

— Оксана Михайловна, — девушка, что сидела за стойкой ресепшн напротив кабинета, поднялась на ноги. — Можете проходить. Вас ждут.

«Прекрасно», — Оксана натянула на себя свою коронную деловую улыбку, накинула на плечо сумку, взяла в руку металлический чемоданчик для презентации и направилась в пасть к акулам.

— Добрый день! — радостно поприветствовала она всех.

Кабинет оказался на удивление светлым. Две стеклянных стены почти полностью прикрыты белыми жалюзи, такая же стеклянная прозрачная дверь, которую явно долго полировали, чтобы на поверхности не оставалось отпечатков пальцев и разводов. Еще одна стена — белая, с тремя вертикальными металлическими балками, выкрашенными в серый цвет. Это сильно контрастировало с коридором, где все было исполнено в темно-синих тонах.

Четвертая сторона кабинета — окна в полный рост, открывающие вид на центр города, в основном — на пустые крыши старых невысоких построек вокруг бизнес-центра. Возле окна широкий стол, за которым стояло серое тонкое кресло, из тех, что делали на колесиках и с крутящимся основанием. Перед столом два простеньких стула для посетителей — металлические ножки, узкая спинка и тканевая обивка. Такие можно было встретить в любом офисе.

Все сотрудники, для которых Оксана готовилась провести презентацию, расположились на двух широких диванах, между которыми стоял стеклянный стол с проектором. Обстановка всего кабинета — мертвая и холодная. Стекло и металл. Так что Оксана ни на секунду не засомневалась, кто хозяин этого офиса.

— Оксана Михайловна, — Айзек Нойманн подал голос. Его женщина не сразу заметила, когда быстро скользнула взглядом по сидящим. — Приступайте, как будете готовы.

И опять эта официальная вежливость от которой начинало тошнить и бросало в дрожь. Удивительно, как человек может не делать ничего предосудительного, и быть жутким в контексте произошедших когда-то событий. Но Оксана продолжала улыбаться. Да, свою фирму она, судя по всему, уже продала, но все равно была готова очаровывать публику. Хоть и предпочла бы быть сейчас в самой удаленной точке мира от этого места.

Ничего, у нее будет такая возможность. Как только получит деньги — она любыми средствами уговорит Вадима уехать максимально далеко.

Женщина достала флешку и воткнула ее в проектор. Презентация загрузилась автоматически — больше на карте памяти ничего не было. Первый слайд с логотипом фирмы отобразился на белом экране за спиной Оксаны. Металлический чемодан она поставила на стол и раскрыла. Внутри в черном поролоне были вырезаны углубления разных форм, в которых лежала аппаратура — камера, датчики движения, пожарная сигнализация, кнопки реагирования.

— Итак, позвольте представить вам — «Интеллектуальная защита», — Оксана посмотрела на часы. Она мысленно выделила себе час, чтобы уложиться в собственную презентацию. Это не ее проблема, как «Элит» будет продвигать свои продажи. Так что на вопросы Оксана ответит, но разжевывать все нюансы добровольно — не собирается.

Женщина быстро прощелкивала слайды, немного расширяя комментарии к тому, что и так было написано в презентации. Сотрудники «Элит» лениво слушали ее, изредка уточняя какие-то не сильно значительные моменты и делая пометки в своих ежедневниках. Оксана не могла назвать свой продукт уникальным. На рынке охраны помещений многие работали по единой схеме. Сигнализация по всему периметру здания, тревожные кнопки для владельцев, датчики движения в каждой комнате, единый пульт управления на входе. Иногда заказывали подключение видеокамер.

— Думаю, на этом можно закончить, — решил Айзек, посмотрев на часы. — Не будем задерживать Оксану Михайловну. Все свободны. Устроим сегодня короткий рабочий день.

Сотрудники «Элит» довольно заулыбались, поднялись с дивана и всей толпой направились к дверям. И Айзек вместе с ними. Блондин стоял у выхода из кабинета, пожимал мужчинам руки на прощание. Кого-то даже похлопал по плечу, а одну из своих сотрудниц Нойманн отметил шлепком по заднице.

Оксана слишком поздно поняла, что остается с этим человеком один на один. Проводив взглядом последнего вышедшего из кабинета, она молча смотрела, как Айзек запирает дверь изнутри и отправляет ключ в правый карман брюк.

— У нас остались нерешенные вопросы, — улыбнулся мужчина.

Он подошел к своему столу, взял с него документы, после чего вернулся к диванам. Блондин жестом пригласил Оксану сесть напротив и протянул ей бумаги.

— Никаких изменений? — женщина покачала головой, по-прежнему сохраняя деловую улыбку на лице. — Отлично. Подписывай.

Бумаги были брошены на стол, и Оксана притянула их к себе. Она не собиралась сильно торопиться. Это свежая распечатка и стоит проверить, что в ней не появилось никаких нежелательных дополнений. Нойманн достал ручку из нагрудного кармана и протянул Оксане, но она проигнорировала этот жест. Женщина достала из сумочки собственную ручку и очки для чтения в тонкой черной оправе.

Оксана просматривала страницу за страницей, сравнивая текст с той версией договора, что у нее был. Хорошо, что первую копию она захватила с собой.

— Что расскажешь по поводу ранее заключенных контрактов с клиентами? — голос Айзека в очередной раз прервал тишину в офисе.

— Всю информацию вы получите после того, как мне придет подтверждение из банка о переводе, — не отвлекаясь от сверки, ответила Оксана. Она немного тянула слова, потому что все ее внимание было приковано к документам. — С вами встретится мой бухгалтер и передаст все дела. От уставных документов до гарантийных обязательств и контрактов на обслуживание.

— А передача техники и серваков?

Закончив с очередной страницей, Оксана проставила внизу свою подпись и перешла к следующей. Очередное сленговое словечко в исполнении обрусевшего немца заставило ее поморщиться. В своей работе она часто сталкивалась с тем, что клиенты пользовались жаргоном самых разных видов, но привыкнуть к этому не могла. Она и так потратила достаточно сил, чтобы привить себе московское произношение, приняв его за единственно верное. А все эти «серваки», «манагеры» — лишь раздражали.

— Я подготовила акт приемки-передачи. Аренда помещения «Защиты» оплачена до декабря. По этому договору, как и по всем остальным, будете разбираться без моего участия. Доступ к серверам получите вместе со всем остальным, после подтверждения перевода. Могу посоветовать хорошего системного администратора, который уже работал с нами, — Оксана заставила себя замолчать, понимая, что еще не хватало любезничать на автомате. — Но не буду.

Айзек усмехнулся.

— Вспоминала меня?

Резкая смена темы заставила женщину остановиться в работе с документами, но взгляда от бумаг она не подняла.

«Такое забудешь…» — подумала Оксана, но вслух огрызнулась:

— Не льсти себе.

— Храбрая девочка, — одобрительно кивнул Айзек, не теряя своей улыбки. Почему-то эту легкую ухмылку Оксана чувствовала всей кожей. Сейчас, когда помещение не было заполнено таким количеством людей, воздух насыщался ароматом мужской туалетной воды. Яркий, выдержанный, с нотками хвои, мандаринов и специй. Оксана невольно поморщилась, не желая, чтобы даже запах Айзека прикасался к ней. — Нравится жить в Москве?

Оксана все-таки подняла взгляд на мужчину. Она больше не улыбалась. Чертова игра в больную вежливость надоела. Подперев левый висок двумя пальцами, она спокойно ответила:

— Я здесь, чтобы подписать документы. Вести светские беседы я не намерена.

— Боишься? — все также невозмутимо продолжил Нойманн.

— Не льсти себе, — еще раз повторила Оксана и вернулась к бумагам. Ей просто нужно поскорее закончить с договором и уйти.

— Ты достаточно сильно усложнила мне жизнь тогда, — голос мужчины стал ниже. Угрожающим. Девушка сжала кулаки, впиваясь ногтями в ладони. Последняя подпись была проставлена, увенчанная жирной точкой. Следом Оксана заверила документы круглой синей печатью, с силой вдавливая штамп в бумагу. — Я же закрыл на это глаза. Так что могу настаивать на вежливой беседе.

— Долговато ты ждал, чтобы провести со мной вежливую беседу, — восемь лет. Она восемь лет жила, не оглядываясь назад. — Не мог найти?

— Не льсти себе, — Айзек скопировал ее тон, продолжая улыбаться. — Ты устроила мне проблемы с полицией в штатах, меня сутки продержали под арестом и выпустили только под залог. Лишили визы на несколько лет. Я потерял несколько заказов.

— С тем, как ты доводишь дело до конца? Не удивительно, — Оксана показала на себя. Не то чтобы она напрашивалась на пулю в лоб, или на удавку на свою шею. Но страха перед этим человеком сейчас женщина не испытывала.

— Ты оказалась умненькой девочкой, Ксана. Родители считали тебя мертвой, ты сама быстренько выскочила замуж, сменила фамилию. Нигде не объявлялась и сидела… Как у вас говорят? Тише воды, ниже травы? Заказчик ко мне претензий не имел. А я… что ж, за свою свободу ты расплатилась. И я позволил тебе жить.

— И что, все эти годы просто следил за мной? — засомневалась Оксана в правдивости его слов. К чему такие проблемы и сложности?

— Ксана, ты действительно считаешь, что мне больше нечем заняться? — Айзек встал и направился к своему столу, чтобы взять бутылку с водой и выпить. — Я не трогал тебя, потому что у тебя хватило мозгов не высовываться.

— И что изменилось сейчас?

— Ты неожиданно стала полезной.

Оксана потупила взгляд на документы перед собой.

— Брось, ты же не думаешь, что твоя замшелая конторка стоит таких денег? — Айзек продолжал наслаждаться беседой. — Эта помойка не потянет и на половину суммы.

— С чего тогда такая щедрость?

— Я дал тебе выбор. Ты выбрала правильный вариант.

— А если бы я отказалась? — этот вопрос по-настоящему мучил ее.

— Я не терплю отказов, Ксана. Они создают проблемы. С семьей, со здоровьем. Даже с детьми. У тебя же дочь, не так ли? Сколько ей?

— Шесть, — выпалила Оксана, стискивая зубы. Она поднялась с дивана и взяла одну копию договора. Пусть Айзек уже подпишет чертовы бумаги, и это все закончится. Мужчина с готовностью принял документы и, наклонившись над своим столом, начал быстро проставлять размашистые подписи на каждой странице.

— Эта деньги… ты бы в любом случае их получила. Это мелочь в сравнении с тем, что выигрываю я. Единственное ценное, что есть в твоей компании — это твои клиенты. В чьи дома у нас теперь будет доступ.

— Избавь от подробностей, — сухо произнесла женщина.

— Знаешь…, - блондин разогнулся и протянул ей подписанные документы. — А я скучал, — Оксана вложила договор в подготовленную заранее папку, чтобы те не помялись, и спрятала их в сумку. — Расскажи, тебе нравится трахаться с этим ничтожеством?

— Прости, что? — Оксана опешила от подобного.

— Твой муж. Жалкое подобие мужчины. Нравится с ним трахаться? — Айзек подошел ближе, нарушая границы личного пространства. — Он заставляет тебя кончать? — блондин провел большим пальцем по нижней губе Оксаны. — Расскажи, сколько оргазмов ты получила за эти восемь лет?

— Пошел ты, — женщина отпрянула от Ноймана, едва сдержав порыв его ударить за это прикосновение. Оксана поправила на себе блузку и повернулась к выходу. Она ни секунды больше не проведет с этим человеком в одной в комнате.

— Наша встреча окончена. Дай мне уйти.

— Я тебя не держу. Ты свободна, — ответил Айзек, не сдвигаясь с места.

— Ты запер дверь, — произнесла Оксана холодно, хотя по взгляду мужчины было понятно, что он и так прекрасно об этом помнит.

— И все-то ты замечаешь. Может, помнишь, куда я положил ключ? — блондин ухмыльнулся. Оксана помнила. Следила внимательно за каждым его действием с тех пор, как вошла в этот кабинет. Ключ от двери лежал в правом кармане его брюк. И, словно желая лишний раз это продемонстрировать, мужчина похлопал по нужному карману рукой. Или это он так подзывает ее к себе? Словно собачку?

— Бери. Я сказал — мешать не буду, — ухмылка Нойманна медленно приобретала хищный оттенок. — Ты же не боишься меня, — издевка. Легкая, совсем не колкая.

Оксана дернула бровью. Верно. Не боится. И больше никогда бояться не собирается. Как и играть в его больные игры.

— По-хорошему — выпусти, — потребовала Оксана, в ее голове уже мелькали идеи к отступлению. Она опустила руку на спинку офисного стула, поглаживая подушечками пальцев шершавую ткань обивки. Это действие немного отвлекало, не давая волнению брать верх над происходящим.

— Прости, детка. Тут я устанавливаю правила, — невозмутимо ответил Айзек. — Тебе достаточно просто подойти и взять у меня ключ.

Оксана посмотрела на мужчину. Потом на стеклянную прозрачную дверь, которая вела в коридор. Женщина стояла к выходу ближе, чем к Айзеку.

— Как хочешь, — она скривила губы и прикрыла глаза. Мозг запустил обратный отсчет. Три… Два… Один…

Оксана открыла глаза, чтобы не промахнуться. Нагнулась, обхватила стальные крепления спинки стула и начала поднимать его, одновременно разворачиваясь. Айзек успел поднять руки вверх, выставляя блок. Уверенный, что стул станет оружием против него. Возможно, так и стоило поступить.

«Но, мы же цивилизованные люди», — мысленно проговорила его фразу Оксану, с силой отбрасывая стул в запертую дверь. Стальные ножки первые пропороли стекло, и на долю секунды время словно остановилось. В голове Оксаны начали пролетать картинки того, как стул просто отскочит, как какой-нибудь теннисный мячик от стеклопакета. Или хуже того — ножки воткнутся в стекло, и стул просто нелепо застрянет, превращая всю ситуацию в нелепый комичный ужас.

Но ничего из этого не произошло. Стекло лопнуло с оглушающим треском. Казалось, что случился маленький взрыв, который заставил идеально прозрачную поверхность моментально покрыться миллионами трещин, превращая всю дверь в белое мраморное полотно. Которое в мгновение ока начало осыпаться. Запущенный в воздух предмет мебели почти беспрепятственно пролетел в коридор, оставляя на своем пути мелкий стеклянный град, преодолел узкий проход и впечатался в стойку ресепшн. Синяя надпись «Элит», подсвеченная изнутри, оказалась разбита — пластик осыпался, обнажая белые лампы.

Оксана только успела прикрыть лицо и чуть отвернуться, чтобы случайные осколки не повредили глаза. Как только этаж вновь посетила тишина, она казалась звенящей. До конца не веря, что она это сделала, Оксана улыбнулась. Путь к выходу больше ничего не преграждало. Осталось только уйти с гордо поднятой головой.