Глава 14

Руслан

— Руслан, подожди, — окликнула меня Арина у самого выхода. — Я хочу с тобой поговорить…

Я замер. Ручка двери жалобно скрежетнула от того, как сильно я сжал ее в кулаке. Поздно. Я больше не хочу ее слушать. Даже смотреть в глаза, цвета кофейных зерен, не в состоянии. Меня снова начинало рубить на куски, а в ушах звенел разговор с ее мужиком.

— У меня нет времени, Арина, — оборвал я безразлично. — Собирайся, Николай заедет за тобой через час.

— Руслан!

Я упрямо вышел, захлопнув за собой дверь. Отдалил от себя ту частичку, что была связана с моей женой прочной нитью. Придет время, и я смогу ее полностью отсечь, но пока не получалось. Либо ножницы в моих руках были тупыми, либо нить слишком прочная.

Зашел в лифт. Благо сейчас мне было на что отвлечься. Первым делом, что меня волновало — это экспертиза. Брат погиб не случайно. На момент аварии тормоза автомобиля были неисправны. Хорошо, что мать будет за городом, так будет проще держать ее подальше от этого дерьма. Я намерен перерыть каждый сантиметр земли, чтобы выяснить, кто посмел поднять на него руку. И видит бог, ему не поздоровится…

День прошел в бешеном ритме. Сначала я встретился с частным следователем — рассчитывать только на работу полиции я был не намерен. Затем надавил на Олега, чтобы расшевелил все дела и сделки, в которых мой брат принимал хоть какое-то участие помимо нашей компании. Даже на холдинг Стеблина решил посягнуть, где брат имел долю. Теперь его активами все равно буду управлять я. Пусть Роман и его сын привыкают к новому игроку в их бизнесе.

Ну и, до кучи, выдернул своего юриста с отдыха в загородном доме. С ним у меня тоже предстоял весьма непростой разговор.

Узнав в высоком статном мужчине Альберта, вошедшего в ресторан, я махнул рукой, привлекая его внимание. Не смотря на выходной, он был по деловому собран: в строгом сером костюме, с кожаным дипломатом в руке. Видимо последний катается со своим владельцем даже на отдых.

Сосредоточенный взгляд Альберта замер на мне, и мужчина подошел к столу. Как только мы обменялись рукопожатиями, адвокат сразу перешел к делу:

— Вводите в курс дела, Руслан Александрович.

— Тема деликатная и пока на уровне консультации, — объяснил я. — Будете чай или кофе?

Альберт чуть склонил голову на бок, сохраняя на лице вежливую маску. Если мысленно он посылал меня ко всей черной нечисти из-за того, что оставил семью и сорвался в город ради «консультации», то виду не подавал. И правильно, потому что за те деньги, что я ему плачу, он и к нечисти приедет на встречу со мной.

— Кофе, — произнес Альберт и поднял глаза на официанта, что стоял неподалеку. — Черный, сладкий, — добавил, как только парень предстал перед нами.

— Еще что-нибудь? — взгляд молодого человека метнулся к моему нетронутому заказу.

— Нет, спасибо, — ответил не глядя. Хоть умом и понимал, что поесть надо, но кусок все равно в горло не лез.

Первой на столе оказалась пиалушка с аккуратными кубиками рафинада, следом приземлилась чашка черного кофе. Я выждал, когда Альберт вдоволь насластит свой ароматный напиток, и затем предложил:

— Вернемся к делу, — сказал на выдохе. — Я хочу иметь четкое представление о том, сколько у моей жены шансов оставить наших детей при себе в случае развода.

На лице адвоката не дрогнул ни один мускул, но между нами повисла небольшая пауза. Я буравил его тяжелым взглядом еще несколько долгих секунд, прежде чем дождался ответ:

— Много. Дети еще маленькие, и в большинстве случаев их оставляют жить с матерью, так как они нуждаются в материнской заботе.

Сжал челюсти, понимая, что такой расклад меня не устроит. Из моего дома, с моими наследниками Арина не выйдет. Тем более к какому-то левому мужику.

— А благосостояние?

— Не тот случай, — Альберт задумчиво потер подбородок указательным пальцем. — Нет, минусы конечно есть: постоянной работы нет, своего жилья тоже, прописка — в квартире под вашей собственностью… Но, поверьте, при грамотном адвокате эти проблемы ваша жена решит еще до суда.

— Мне нужно, чтобы мы попали в меньшинство тех случаев, когда дети остаются с отцом. Какими методами — меня не волнует. Деньги не проблема.

— Я должен уточнить информацию, — чуть помедлив, проговорил Альберт.

Как правило, если я давал своему адвокату зеленый свет на взятки, то после его работы, даже в самых безвыходных ситуациях, все становилось гладко, как после дорожного катка.

— Я не тороплю. Если дело дойдет до развода, у вас должно быть все схвачено наперед.

— Я вас понял, — мрачно протянул Альберт, встретившись со мной взглядом.

Неспешно подняв чашку перед невозмутимым лицом, он глотнул, наконец, свой кофе. Я же на свою еду даже смотреть не мог. Сыт отборным дерьмом по горло.

— Тогда у меня все.

К вечеру я вошел в непривычно тихую квартиру — ни смеха детей, ни нежного голоса жены. Медленно огляделся и почувствовал, как распадаюсь на мелкие частицы. Дизайн мебели, цвет обоев и паркета, каждая мелкая деталь, украшающая дом, была выполнена так, как хотела Арина. Для нее здесь было все, но как оказалось — недостаточно.

Да какого же черта мне так паршиво? Почему та часть меня, что думает о ней каждую минуту, рычит в протесте, разрывает мне грудь изнутри, и требует оставить все, как было?

Устало опустился на диван и проверил телефон.

«Нам нужно поговорить…» — прочитал сообщение от Камиллы и поморщился — смелая же дрянь.

Два пропущенных вызова от жены, которые я намеренно проигнорировал.

Нет. Как было, уже точно не будет.

К четвергу я уже успел достаточно остыть и подумать над тем, что делаю. Мне уже не казалась настолько безумной мысль просто закрыть глаза на произошедшее и попытаться сохранить трещавший по швам брак. Хотя бы ради детей, которым действительно нужна мать. Разумеется, терпеть тайные встречи Арины с Гришиным я не намерен. Поговорить с женой мне придется, а вернее сказать — поставить ультиматум. Я не уверен, что смогу снова доверять ей как прежде, не уверен, что смогу проглотить лживые объяснения, но в моих приоритетах сейчас не она, а дети. На крайний случай, женщин вокруг море, а мать у моих сыновей одна. С Гришиным же я церемониться не намерен — с ним разговоров не будет. Этот хмырь раз и навсегда запомнит, что значит претендовать на то, что принадлежит мне.

С этими невеселыми мыслями я буравил взглядом фотографию Арины и сыновей, расположенную на краю рабочего стола. Пальцы неосознанно щелкали авторучку уже довольно долго, а вот документы так и оставались без подписи.

После короткого, но бойкого стука дверь приоткрылась, и в кабинет прошел Олег. По его довольно напряженному виду я понял, что новости меня не шибко обрадуют.

— Добрый день, Руслан Александрович.

Оставил ручку в покое, и с коротким кивком показал ему на кресло.

— Рассказывай, с чем пожаловал.

— Дело касается вашей жены, — он протянул мне папку.

Сжав челюсти, я нехотя принял ее. Сейчас мне меньше всего хотелось получать новые удары под дых от дорогой женушки.

— Я ведь говорил пока оставить Арину. Меня больше интересует брат.

— Мы и оставили, — невозмутимо ответил безопасник. — А когда проверяли все финансовые операции Бориса, наткнулись на нее.

Я нахмурился, раскрывая папку.

— Не понял.

— На имя вашей жены открыт счет. Вернее открыт он был еще на девичью фамилию — Широкова. Практически пять лет назад этот счет был последним звеном в цепочке, связанной с хищением инвестиционных средств «ТрансРосса» — то есть ваших.

Я поражено уставился на данные, распечатанные в папке, и не верил в то, что вижу. Обратил внимание на дату открытия — всего за пару месяцев до нашего знакомства. «ТрансРосс» со мной рассчитались, а уж нашли они пропажу или нет, дело не мое. Обычно, когда происходят такие махинации, фирмы однодневки закрываются мгновенно, что и следов не найти. И, судя по тому, что я видел перед глазами, фирме пришлось выложить другие средства на покрытие долгов.

— Счет был открыт специально для этого? — прохрипел не своим голосом.

— Нет. Раньше на него уже переводилась сумма. С этих денег Арина Дмитриевна расплатилась с долгами брата. Не знаю, куда уж он влез, но уехал из города не просто так. Прижали его основательно.

Я еще больше выпал в прострацию. Какая интересная получается семейка. Брат в долгах, а сестра участвует в крупных махинациях. Как-то это не вяжется с тем ангельским образом, на который я в свое время запал.

— Самое интересное на этот счет была выписана доверенность, и управлял им не кто иной, как Алексей Гришин, — придавил меня очередной новостью Олег.

С губ сорвалась ироничная усмешка. Теперь становилось ясно, что связывало мою жену и Алексея — два афериста. Одна ушла в завязку, как только удачно вышла замуж.

— Все закреплено договором. Арина должна была выплачивать Гришину долг, расплатилась быстро, каким образом — загадка, но вот счет существует по сей день и даже используется. По «левому», разумеется.

— Хочешь сказать, моим братом? — подытожил я.

— Борис Александрович несомненно был в курсе этих переводов, так как прикрывал их. Там цепочка такая, что мама не горюй. Гришин получал свою долю, но основная часть уходила на заграничный счет вашего брата. О котором, до его смерти, вряд ли кому-то было известно. Деньги за оборудование прошли по этой же схеме, — Олег снова пролистнул папку, показывая операции. — Гришин мне сразу со своими счетами не понравился, как паук на паутине. Поэтому, когда выяснил, что он в «ТрансРоссе» крутился, как раз в то время когда у них коллапс случился, а они замять целый год потом пытались, решил копнуть поглубже. Только подтверждения не было, чист был зараза. Не думал, что найду недостающее звено в делах вашего брата.

В голове только матерные эпитеты крутились. А Борис, получается, сразу знал, чем моя жена промышляла. Потому и относился к ней так холодно. Только сказать мне не мог, потому что сам был завязан.

— А Арина?

Олег вздохнул и подался ближе, пролистав несколько страниц своего материала.

— Вот эта сумма поступила на ее старый счет вчера утром. Проведено не умно, даже искать концы не пришлось. Процент с ваших дивидендов, что отчисляется Арине Дмитриевне ежемесячно напрямую из компании.

Я медленно выдохнул, пытаясь переварить услышанное. Деньги не маленькие, я бы один хрен заметил. Действующие счета жены контролировались на поступления.

— Кто поменял реквизиты, выяснил?

— Исполнитель. Еще на прошлой неделе по личной просьбе Арины Дмитриевны.

Меня аж передернуло.

— Уволить. А руководителя ко мне.

Олег только кивнул.

— Я бы прошелся по этому инциденту подробнее, — нахмурился он, и столкнувшись с моим взглядом, добавил: — После того, как Бориса полностью прощупаем.

— Олег, скажи своему следопыту, который к Арине приставлен, чтобы прямо сейчас ее домой привез.

— А с Гришиным что делать?

— Вид сквозь решетку организовывать, разумеется.