Глава 22

Руслан

— Почему именно эта клиника? — недовольно прошипела Камилла, остановившись у входа в здание с современной облицовкой.

— Потому что я ее выбрал, — ответил невозмутимо, открывая перед ней дверь.

— Я думала, что мы поедем к моему врачу, и ты уточнишь все интересующие тебя вопросы! Мы могли бы вместе сделать УЗИ!

Я вздохнул, закатывая глаза, пытаясь побороть раздражение.

— Не думай, Камилла. Это у тебя получается чертовски отвратно.

Она зло сверкнула глазами, явно намереваясь бросить в мой адрес какое-то оскорбление, но я взял ее под локоть и протолкнул через дверь.

— Ты унижаешь меня своим недоверием, Рус. Неужели не понимаешь этого?

— Мягко говоря, мне плевать.

Я провел новоиспеченную беременную к стойке регистратуры и, как только молоденькая девушка в белом медицинском костюме обратила на нас внимание, проговорил:

— Здравствуйте. Вольская Камилла Романовна записана на анализ крови на беременность.

Девушка услужливо кивнула, сверяясь с компьютером, и вскоре проводила нас к процедурному кабинету.

— Я с детства боюсь уколов, — побледнела Камилла.

— Потерпишь.

— Если из-за тебя мне станет плохо…

— От этого не умирают, — перебил я, теряя терпение. — Кончай свои истерики, и не трать мое время понапрасну.

Прежде чем войти в приоткрытую дверь, Камилла наградила меня одним из своих фирменных уничижительных взглядов, который я проигнорировал. Чего она вообще ожидала после ее заявления о беременности? Верить на слово я в последнее время разучился, а от такой штучки, как моя невестка, и подавно можно ожидать чего угодно. Уж слишком вовремя она сообщила мне эту прекрасную новость — ровно тогда, когда я решил выставить ее из дома родителей.

Вытащил телефон из кармана и набран сообщение Жнецкому:

«Николай Степанович, принимай. Под твоим личным контролем результат».

Ответ последовал незамедлительно:

«В течении пары часов жди».

Мой хороший знакомый не обманул. Через два часа я получил результаты исследования на электронную почту, в котором ни черта не понял, поэтому прочитал заключение самого Жнецкого: «Беременность соответствует семи-восьми неделям».

Я трижды прошелся глазами по этой строчке, будто от этого мог измениться результат, и наконец отпрянул от монитора. Значит, Камилла не соврала и действительно носит ребенка моего брата.

Практически сразу у меня зазвонил телефон. Я не глядя принял вызов, прекрасно понимая, что и от кого сейчас буду выслушивать.

— Убедился? — довольно протянула Камилла.

— Борис знал? — проигнорировал ее вопрос.

— Не успел. Я и сама узнала совсем недавно, милый, — ворковала она.

— Мне интересно, это случилось до того, как ты пыталась залезть ко мне в постель, или после? — уточнил по-деловому холодно.

Этот вопрос имеет место быть, учитывая ее настойчивое соблазнение в последние недели после смерти брата. Неужели рассчитывала на меня ребенка повесить?

— Разумеется, после! — прошипела она. — Я была на эмоциях, и не понимала, что делаю. Ты за кого меня принимаешь?!

— В какие игры ты играешь, Камилла?

— Мне не до игр, Руслан! Я жду ребенка, будучи вдовой!

— Тебе напомнить, как ты явилась в мой дом, уже зная о своем положении? Тут тоже были эмоции?

— Я хотела тебя поддержать!

— Я, по-твоему, идиот?

— Хватит! Я больше не намерена слушать твои оскорбления! Я не хотела никому говорить, потому что не была уверена, стоит ли мне оставлять малыша, но все-таки решилась. А учитывая унижения, что мне приходится терпеть из-за тебя, наверное зря! Нужно записаться на аборт.

— Что ты несешь?

— Жаль, я уже твоей матери позвонила, и сообщила эту радостную новость, — продолжила она обиженно. — Придется снова расстроить.

Я похолодел. Вот стерва. Первоклассная!

— Никакого аборта ты делать не будешь, — процедил сквозь зубы.

— Если продолжишь обращаться со мной, как с половой тряпкой — сделаю! И это будет на твоей совести!

Она сбросила вызов, а я отшвырнул телефон, рассыпаясь благим матом. Как раз вовремя, иначе чертова манипуляторша услышала бы о себе много нового.

Весь день я не мог успокоиться. Уверен, это только начало. Сейчас Камилла распушит хвост в полную силу и будет пытаться сделать из меня мальчика на побегушках. Нужно пресечь на корню, чтобы не выносила мне мозг.

Вечером от Олега пришло сообщение:

«Десять минут назад ваша жена упала в обморок, ей вызвали врача».

В голове моментально бахнула тревога. Я машинально набрал номер Арины, и тут же сбросил его, чертыхнувшись. Не думаю, что после всего, что между нами произошло в последнее время, она разбежится рассказывать мне о своем самочувствии. Нашел в списке контактов маму и нажал на вызов.

— Да, Руслан, — ответила она со вздохом.

— Привет. Что у вас там происходит? Как Арина?

Повисла небольшая пауза, за которую я успел надумать себе сотню причин, почему мне стоит сейчас же бросить все и сорваться за город.

— Ничего серьезного, она уже пришла в себя, — скупо ответила мать.

— Что с ней произошло? — продолжал упрямо допытываться.

— А ты как думаешь? — с укором спросила в ответ. — Перенервничала Ариша, поводов ты ей предоставил с лихвой!

Я устало закрыл глаза. Мама полоскала мне мозг все выходные, и видимо ограничиваться этим не собиралась. Но я и без нее понял, что перегнул. Ровно в тот момент, когда Давид, обнимая меня перед сном, убил одним вопросом: «Когда приедет мама?». Что бы между нами не происходило, детям она нужна. Мне ее не заменить.

— Точно? — уточнил скептически.

Мама вздохнула.

— Руслан, я — врач? Вот как он приедет, так и поговорим.

— Хорошо. После визита позвони мне.

— Я, конечно, позвоню, но… — протянула мама. — Зачем?

Затем, чтобы жалкий придурок внутри меня не свихнулся от неизвестности.

— Арина — мать моих детей, — напомнил я сдержано. — И мне важно знать, что с ней происходит, когда она с ними.

И снова последовала многозначительная пауза.

— Хорошо, Руслан, — наконец произнесла мама. — Кстати, Арина сегодня останется здесь, я не хочу пускать ее за руль. Если тебе важно.

Важно, черт возьми…

— Все правильно, — выдохнул я. — Ладно, я позвоню тебе позже.

— Договорились, — ответила мама и отключила связь.

* * *

Моя жизнь превратилась в рутину. Каждый прожитый день был как две капли воды похож на другой. Работа и дети — все, что меня сейчас интересовало. По крайней мере, я пытался себя в этом убедить. Получалось с переменным успехом, ведь я все чаще ловил себя на мысли, что продолжаю держать жизнь пока еще своей жены под контролем. Началось с того, что я поручил Олегу сообщать мне о каждой встрече Арины с детьми. Она приезжала каждый день, в основном днем, когда я был на работе, а уезжала вечером, за полчаса до моего приезда. Намеренно избегала меня, и, казалось бы, нас обоих это устраивало. Потом мне стало мало этой информации, я полез дальше. Выяснил, что она не пользуется своим счетом в банке, и озадачился, не понимая, на какие средства она вообще живет.

Снова напряг Олега и выяснил, что Арина вернулась на телевидение Бакуцкого внештатным корреспондентом и уже дважды получала гонорар за поставленные ею материалы. Затем и этого мне стало мало, я хотел знать когда она успевала работать и с кем проводила свободное время. Одернул себя, лишь когда мой безопасник предложил вновь приставить к ней человека. Какой смысл следить за женщиной, с которой разводишься меньше чем через две недели?

Ближе к обеду в компанию нагрянул отец. Он уже давно не касался дел, и его визит стал для меня полной неожиданностью. Я в изумлении вскинул брови, когда застал своего родителя в своей приемной, мило беседовавшим с Анастасией. Судя по заалевшим щечкам моей помощницы, отец был в весьма хорошем расположении духа и не скупился на комплименты.

— Наконец-то, Руслан Александрович, — папа отложил чашку с черным кофе и поднялся. — Я тебя заждался. А где Михаила потерял?

— Он ушел к себе, — ответил на автомате, все еще пребывая в растерянности от внезапного визита. — Ты по делу?

— Ну, — отец кашлянул, потирая руки. — Не поздороваться приехал. — Затем повернулся к Анастасии и с мягкой улыбкой проворковал: — Настенька, сообщите, пожалуйста, Михаилу Николаевичу, что мы его ждем.

Пока моя помощница засуетилась перед телефоном, он первым прошел в мой кабинет. Все, что мне оставалось, это пройти следом.

— Что случилось? — спросил, прищурившись, как только мы остались одни.

Для того, чтобы отец приехал в компанию сам, повод должен быть веский.

— Сейчас придет Миша и я все тебе объясню. Не хорошо будет, если ты узнаешь о моих планах не от меня, а от него, — ответил он серьезно и сел в кресло перед столом для совещаний. — Присядь.

— Спасибо, — усмехнулся его приказному тону, но сел напротив. — Как дела дома?

— Камилла в ударе, — вздохнул отец вымученно. — Вчера приглашала дизайнеров, детскую хочет обустраивать. Мало того, что рано, так она еще и Машу уговаривает уступить ей спальню, чтобы сделать себе смежные комнаты. В итоге твоя сестра закатала ей губу, и они теперь не разговаривают.

Я закатил глаза.

— Как у вас весело.

— Не то слово. Я, конечно, понимаю, что у снохи гормоны плещут, но она малость перегибает, — нахмурился отец и сменил тему: — Ты сам как? Подумал над моим предложением?

— Я пока не планирую переезжать, — отрезал я.

— Руслан, детям лучше будет жить в нашем доме. Или ты передумал разводиться?

— Не передумал.

Дверь кабинета открылась и к нам присоединился Михаил. С удивлением отметил, что мой зам волновался, хотя еще пять минут назад был собран и уверен в себе.

— Здравствуйте, Александр Евгеньевич, — он протянул руку для приветствия и, как только отец пожал ее, сел рядом со мной.

— Здравствуй, Михаил Николаевич, — последовало по-деловому серьезное приветствие. — Ну, раз все в сборе, я пожалуй, начну о главном, — папа перевел взгляд на меня. — Руслан, я довольно долго думал, стоит ли вешать на тебя активы холдинга Стеблина, которыми управлял Борис, но пришел к выводу, что у тебя и без того большая нагрузка.

Я прищурился, примерно предполагая, какие слова последуют после этой вступительной речи, и посмотрел на своего зама.

— Эти дела возьмет на себя Михаил, — закончил отец.

Повисла небольшая пауза. Друг спокойно встречал мой тяжелый взгляд, и не спешил давать комментарии.

— Стеблин не позволит, — отрицательно покачал головой. — Миша — не член нашей семьи, как бы хорошо мы к нему не относились.

— Не спорю, есть такая проблема, но это лишь формальность и мы ее решим. — Такой ответ насторожил, но прежде чем я успел спросить хоть что-то, папа продолжил: — Маша выйдет замуж на Михаила.

Сказал, как кувалдой огрел. Я метнул озадаченный взгляд на отца, впервые усомнившись в его добром здравии, и ледяным тоном переспросил:

— Что, прости?

— Ты не ослышался.

— Так не пойдет.

— Это не тебе решать.

— Правильно, это решать Маше, а не кому либо из нас! — заметил раздраженно.

— Сегодня она дала мне свое согласие, — невозмутимо осведомил меня отец.

Да какого дьявола он творит?!

— Ей всего двадцать! — напомнил я, повышая голос.

Михаил молча отвел взгляд, сжимая челюсти. Он продолжал безучастно слушать наш спор с отцом, не пытаясь высказать свое мнение.

— Арине было двадцать два, когда ты женился на ней, — протянул папа, продолжая меня распылять. — И, заметь, я ни слова против твоего выбора не сказал, хотя, как оказалось, стоило его проверить.

— Во-первых, моя жена к тому времени уже закончила учебу, — возразил сквозь зубы. Меня выводило любое упоминание Арины в плохом ключе. — Во-вторых, силком в ЗАГС я ее не тащил.

— Закроем эту тему, — твердо попросил отец.

— Не закроем, — произнес упрямо. — Я поговорю с сестрой.

— Давно пора, — парировал тот. — А теперь, давайте вернемся к холдингу Стеблина, и обсудим все нюансы.

В этом был весь отец — если что-то решил, то уже не сдвинуть. Поэтому и уверен, что Маша дала свое согласие на брак, потому что не хуже меня это понимала. Позже, когда мы с Михаилом остались наедине, я первым делом спросил:

— Как давно ты в курсе? Отец из-за этого назначал тебе встречу?

— Из-за этого, — вздохнул Миша, не глядя на меня.

— Почему сразу не сказал? Почему не отказался?

— Отказываться у меня и в мыслях не было. И твой отец просил не распространяться. Заверил, что объяснит тебе ситуацию сам. Не знаю, почему, но Александр очень не хочет сталкивать тебя с Романом лбами.

— В данный момент Стеблин волнует меня меньше всего. Гораздо интереснее, что мой друг, не пропускающий ни одной юбки, собирается вступить в договорной брак с моей сестрой! Из-за гребаных активов!

— Активы тут не причем. Маша мне нравится, — произнес Миша серьезно. — Я бы все равно попробовал добиться ее расположения. Просто планировал чуть позже.

Так значит, когда друг признавался, что ему нравится одна девушка, он мне о моей же сестре говорил?! Мрак.

— А ты ей? Нравишься?

Михаил невозмутимо пожал плечами и заявил:

— Пока не особо. Но я уверен, что смогу исправить это недоразумение.

— Дурдом! — рыкнул я, сжимая переносицу.

— Да успокойся ты.

— Успокоиться?! Это моя сестра, черт возьми. И меня не особо устраивает то, что друг, которому я доверял, тайно пускал по ней слюни все это время.

— Я не говорил, потому что предвидел твою реакцию.

— И потому просто решил поставить перед фактом!

— Это твой отец решил! А я не дурак, чтобы упускать момент.

Я чертыхнулся. Как же хочется дать другу в морду!

— У меня серьезные намерения, Рус, и я не отступлю. Поэтому, ты либо принимаешь это, либо мы с тобой поругаемся.

Я покачал головой. Представить Михаила серьезным ну очень сложно!

— Нет, Мих. Если обидишь Марию — вот тогда мы действительно с тобой поругаемся, — предупредил я.

Миша стрельнул в меня холодный взгляд, напрягаясь.

— Не беспокойся, Руслан. Переплюнуть тебя и твои действия по отношению к Арине мне все равно не удастся, — резко высказался он и вышел из кабинета.