Глава 27

Я отключил телефон и направился к парковке. Голова была настолько чумная, что собраться с мыслями никак не удавалось. Словно меня реально шарахнули со всей дури о стену, и все мозги через уши вылезли. Шел, как пришибленный, и сообразить не мог, где машину оставил и на какой модели вообще приехал. Кое-как отыскав черный седан, нажал на брелок сигнализации. В тот же момент на смартфон пришло письмо с файлами. Устроив пятую точку на водительском сидении, я открыл первое вложение и выпал из реальности, пока читал копию медицинского заключения, в котором значилось что у моего брата и его жены несовместимость. Какого черта?! Камилла ведь беременная, я сам получил подтверждение врача в проверенной клинике. Если не от брата, то от кого? Внутри все оборвалось, едва до меня дошло осознание мысли, что Арина, должно быть, действительно считает ребенка Камиллы моим. И все это с подачи чокнутой стервы! Ярость охватила сознание до белых пятен перед глазами. Я резко переключился на следующий файл, и экран загорелся иконкой загрузки, а следом открылось видео, на котором Арина сидела за столиком какого-то кафе вместе с Камиллой. Пока я слушал их разговор, успел постареть на десяток лет, а то и больше. Сердце отказывалось биться, а разум воспринимать действительность. Да как, мать твою, Камилла могла городить подобную чушь моей жене?! Еще и с такой уверенностью в каждом слове и довольной улыбочкой на устах.

Я пялился в экран смартфона, а сам уже ни черта не видел. Камилла хотела повесить этого ребенка на меня давно! Перед глазами стояла та ночь, в доме родителей, когда я поддался на провокацию этой стервы и ответил на ее поцелуй. Не знаю, что именно двигало мною в тот момент. Злость на обман жены, ее телефонный разговор с Гришиным, желание отыграться, гнев и ревность, или чувство безысходности перед крахом собственного брака. Возможно все вкупе, но взаимности к чувствам Камиллы я точно не испытывал. Хотя есть ли там чувства? Сомневаюсь. Скорее сожаление об упущенном моменте, судя по ее же словам, и какая-то больная вера в то, что прошлое никогда не поздно вернуть. Как бы там ни было, пришел в себя я достаточно быстро. Глупо было бы укладывать в постель первую попавшуюся под руку бабу, лишь бы назло жене, тем более вдову собственного брата. Поэтому я весьма доходчиво объяснил, почему ей стоит убраться из моей комнаты и забыть сюда дорогу. Но видимо, этого оказалось недостаточно. Судя по тому, что я только что увидел, нужно было гнать Камиллу взашей и с громким скандалом. Тогда бы, возможно, Арина не выслушивала бы весь этот бред, а мне не пришлось бы вылавливать видео во входящих сообщениях матери. Как она могла послать это дерьмо моей маме? Зная, каким ударом это станет для нее! Как вообще могла поверить во весь этот бред? И вдруг заледенел от дурной догадки. Истины, которую не хотелось принимать. Я ведь сам когда-то позволил Арине усомниться во мне. Раздражался от ее ревнивых нападок, отмахивался, злился. И слишком поздно понял, насколько серьезно она относилась к Камилле, как к сопернице.

Я выругался, добранув кулаком по рулю, и снова пролистал файл. Еще одно видео. В этот раз короткое, состоящее из небольших нарезок с камеры наблюдения, что установлена в нашем жилом доме. Нахмурившись, я наблюдал, как Камилла вошла в нашу квартиру, открыв дверь ключом. Затем последовал новый временной отрезок, на котором к входной двери подошел мужчина, и вдова моего брата вручила ему пакеты. Из одного из них небрежным обрывком торчал рукав кофты моей жены. Это были пакеты с вещами Арины. Я шокировано наблюдал, как Камилла выносила из моего собственного дома одежду моей жены. Ярость застелила глаза красной пеленой. Она их что, выбросила?! Вот сука! Прямо у меня под носом орудовала, а я словно слепой крот и по совместительству тупой осел, даже не подумал проверить камеры наблюдения! Еще большим открытием для меня стал последующий визит Арины. Она была там в тот день?! Я не посмотрел на мелькнувший временной промежуток, когда увидел следующую картину: Арина вышла из квартиры, а Камилла кричала, как больная психопатка:

— Мы будем вместе с Русланом всегда. Поняла? Он женится на мне, как только разведется с тобой. А ты со своими щенками провалишься в забытое прошлое!

— Удачи, — только и ответила Арина, отбрасывая ключи, и ушла.

Беспорядочным нервным нажатием пальцев она вызвала лифт и в какой-то момент согнулась пополам, словно от боли. Я сжал телефон в руке и простонал. Меня перемалывало от этой картинки, на которой все и закончилось. В груди бушевал дикий дверь, жаждущий крови. Как я мог не знать обо всем этом? Почему даже мысли не допускал, какая дичь творилась за моей спиной?! Почему Арина даже не попыталась устроить мне скандал за такое?! Поверила?!

Больше файлов не было. Я медленно закрыл глаза, скрипя зубами. Значит, мои наследники — это щенки? А ее нагулянный ребенок — наследник Бориса? Дьявол! Я убью эту стерву. Задушу собственными руками!

Отбросив телефон, я надавил на педаль газа и рванул в дом родителей с одной единственной целью — вышвырнуть эту дрянь из насиженного гнездышка.

Я ехал быстро, нарушая правила и раздражая спокойных водителей, и когда, наконец, добрался до особняка родителей, рванул на крыльцо, не видя ничего вокруг. Как я только мог не заметить? Допустить подобное?

— Руслан, здравствуй! — услышал голос Марины Павловны, маминой домоправительницы, и затормозил, бросая на нее затуманенный яростью взгляд.

Женщина застыла, перепугавшись. Видимо выглядел я сейчас как дьявол, восставший из преисподней, и она не решалась спросить цель моего визита.

— Добрый день, — произнес ровным голосом, едва сдерживаясь. — Камилла дома?

— Нет, — пискнула домработница. — Она уехала на прием к врачу.

Я отвернулся, протаранив лестницу бешеным взглядом, и процедил:

— Ясно. Марина Павловна, возьмите охранника в помощь и соберите вещи Камиллы.

— Собрать? — растерялась та. — Куда? В чемоданы? Она отправляется в отпуск?

Я разъяренно выдохнул, качнув головой.

— Не в чемоданы, а в мусорные мешки! — рыкнул я, сжимая кулаки. — Все до единой тряпки собери и отправь на помойку! Сейчас же.

Глаза Марины Павловны полезли из орбит. Она опасливо огляделась и нерешительно начала:

— Руслан, как же…

— Я не понятно изложил свою просьбу? — перебил рассерженно. — Мне самому заняться?!

Бедная женщина потупилась и опустила голову.

— Нет-нет, я все сейчас сделаю. Извините…

Под моим горящим взглядом она прошмыгнула мимо, а я вышел обратно на крыльцо, жестом подзывая охранника. Больше Камилла в этот дом не вернется. И пусть только кто-то посмеет мне возразить.

* * *

Примерно через час комната моей снохи заметно опустела. Марина Павловна все с таким же перепуганным видом стояла у опустевших секций гардеробной и неуверенно осматривала композицию свадебных фотографий брата, распростертую по всей ширине стены плавной волной.

— Рамки тоже снимать? — спросила домоправительница, бросив взгляд на дверной косяк, у которого я стоял.

— Оставь пока. Пусть мама решает, что с ними делать.

— Хорошо. Тогда я почти закончила, осталась только ванная комната.

— Спасибо, — кивнул я и ушел с порога.

Меня продолжало штормить от ярости и я понимал, что теперь это надолго. Как же я мог быть таким слепым? Не заметить, какую дичь творила Камилла за моей спиной, пока я погряз в проверках собственной жены и брата. Наверное, так сильно я еще никогда не лажал. Этими видеозаписями Арина ткнула меня носом, как котенка в собственную кучу, и я понятия не имел, как теперь от нее отмыться. Я оперся руками о стену и нервно выдохнул. Мне нужно найти Арину и хотя бы попытаться объясниться. Только станет ли она меня слушать после всего? Моя жена уверена, что это с моей легкой руки ее маленькую съемную квартирку перевернули вверх дном.

В голове стрельнула еще одна запоздалая мысль. Это сделала Камилла. Сама или с чьей-то помощью, но она, вероятно, узнала о намерениях Арины и решила исправить ситуацию. Больше просто некому!

Зашагав к лестнице, я в который раз за день набрал Олега.

— Ты видел записи?

— Видел, — хмуро ответил безопасник.

— А моя мать?

— Когда я пересылал вам письмо, оно уже было прочитано.

Я медленно закрыл глаза и выругался. Вот где звиздец…

— Олег, пусть Паша проконтролирует ее самочувствие, и сразу сообщите мне.

— Я уже попросил.

— Хорошо. Найдите всех, кто полез к Арине. Без Камиллы тут вряд ли обошлось. И главное выясните, где сейчас моя жена. Думаю, ее подруга Кристина Чадаева поддерживает с ней связь.

— Я понял.

— Тогда до связи.

Спустившись на первый этаж, я увидел в дверях удивленную сестру. Она была в сопровождении Миши и только вернулась домой, держа в руках пакеты из магазинов одежды.

— Руслан! — Маша радостно улыбнулась, заметив меня. — Что здесь происходит? — жестом показала на работника, что тащил сразу два огромных мусорных пакета. — Ты все-таки решился к нам переехать?

— Нет. Это Камилла съезжает из этого дома, — я обнял сестру и пожал руку другу.

Тот вскинул брови и ухмыльнулся:

— Вот это новость. Пожалуй, самая лучшая за последние несколько месяцев.

С Мишей мы не виделись больше недели, как только он ушел в отпуск. Рассчитывал подготовиться к свадьбе с моей сестрой, но все оказалось напрасно. Маша отказалась проводить торжественную часть, заявив что им будет достаточно обычной росписи и небольшого приема в узком кругу. Все-таки не так давно наша семья потеряла Бориса и родители поддержали ее решение.

— Ушам своим не верю, — ошарашено лепетала Маша. — Как решилась только? Она же мебель в детскую заказала. Весь мозг нам с папой вынесла, показывая каталоги!

— Это чисто моя инициатива. Сноха пока не в курсе о своем переезде, — сдержанно прокомментировал я, вызывая у будущей семейной пары еще больше недоумения.

— Мама тебя убьет, — ужаснулась сестра, но при этом на ее губах расцвела довольная улыбка. — Однако такие перемены мне однозначно нравятся!

Жаль, радости сестры я разделить не мог. С матерью у нас однозначно предстоит непростой разговор, а учитывая, что отец сейчас рядом с ней, то и он наверняка в курсе скандала.

— Наверное, мне лучше уехать, — подал голос Миша, обращаясь к моей сестре. В его взгляде читалась особая нежность, я впервые видел друга таким.

— Да, — Маша неловко опустила глаза. — Спасибо, что довез.

Она выдавила вежливую улыбку и так и стояла столбом до тех пор, пока Миша не вышел за дверь.

— Что-то ты не похожа на счастливую невесту, — осторожно заметил я. — Даже издалека.

Маша заметно смутилась и, проигнорировав мои слова, попыталась сбежать в свою комнату:

— Я тоже пойду, пожалуй. Не хочу стать свидетельницей скандала.

— Маш, подожди, — я взял ее за руку. — Давай поговорим. Зачем ты согласилась на брак с Михаилом? Он ведь тебе не нравится.

Сестра вспыхнула.

— Как он мне может нравиться? — фыркнула она возмущенно. — Я ведь его не знаю! Совсем! В еще он старый!

— Неужели? — Я вскинул брови.

— Конечно! Он старше меня на десять лет!

— Тогда зачем согласилась на свадьбу? — повторил вопрос.

Мария нервно закусила губу и закачала головой:

— Потому что это все временно.

Уточнить, что она имела в виду я не успел. С улицы послышались возмущенные вопли:

— Это что, мои вещи?! Почему они в мешках?! Куда вы их несете?! Что происходит?!

Вот и явилась та, кого я хотел разорвать на куски и выбросить на помойку вместе с остальным барахлом. Спрятав сжатые кулаки в карманы брюк, я вышел на крыльцо.

— Божечки! — пискнула Маша за моей спиной, когда мы увидели во дворе дома вполне ожидаемую картину.

Камилла вцепилась в один из пакетов, пытаясь его отвоевать, и возмущенно ругалась:

— Немедленно отпусти, идиот! Кто вам дал право трогать мои вещи?!

Я шагнул на выложенную камнем дорожку и громко сказал:

— Я.

Невестка замерла, обернувшись. Недоуменно захлопала глазами и медленно выпрямилась. Все свободное время я старался проводить с детьми, поэтому Камиллу не видел довольно давно. За это время у нее уже появился живот, который она не пыталась скрыть за свободным кроем одежды. Напротив, она демонстративно выпятила его вперед, укладывая ладони на пояснице, будто уже была на девятом месяце и едва справлялась с тяжелой ношей.

— Руслан? — неуверенно заговорила Камилла, пока ее лицо медленно вытягивалось. — Что ты тут делаешь?

— Избавляюсь от лишнего мусора, — ответил холодно и кивнул мужчинам, чтобы делали свое дело.

— Мусора?! — она задохнулась от возмущения, пытаясь преградить им дорогу. — Это моя одежда! Новая коллекция! Ты что себе позволяешь?! Я все расскажу маме!

— О да, — недобро ухмыльнулся, хватая ее за локоть и утягивая с дороги. — Все расскажешь, не сомневайся!

Камилла споткнулась, но упасть я ей не дал. Подтянул наверх и с укором посмотрел на туфли с высоким каблуком, в которых щеголяла беременная.

— Не пора ли тебе переходить на более удобную обувь? Или врач не рассказывал, что в твоем положении вреден каблук?

— Руслан ты с ума сошел?! Ты мне так руку сломаешь. Что ты себе позволяешь?! — возмущалась она, пока я тащил ее к беседке.

— То же, что позволила себе ты несколько месяцев назад, — процедил сквозь зубы.

Камилла еще больше округлила глаза, в них мелькнул страх. Она догадалась, что я говорил о вещах моей жены, которые она посмела выбросить. В то время как я наивно полагал, что Арина просто собрала свою одежду и съехала.

— Не понимаю, о чем ты! — Камилла плюхнулась на скамейку, запрокидывая голову и хватаясь за лоб. — Ох, кажется мне плохо! Голова закружилась!

Я стиснул зубы и отошел от этой дешевой актрисульки. Как бы мне не хотелось свернуть ей шею, гадюка все-таки была в положении. Но это не означает, что я поведусь на ее представление.

— Не устраивай цирк, — произнес холодно. — Последнее, что меня интересует, это твое самочувствие.

— Мне нужно воды! — продолжала жалобно стонать она.

Нет, я все-таки ее убью!

— Я сказал — закончила цирк!

Камилла вздрогнула, бросив на меня перепуганный взгляд, но все же убрала руку со лба и выпрямилась, не забыв при этом несколько раз охнуть.

— Руслан, я не знаю, что тебе наговорила твоя чокнутая женушка, но я ничего не делала!

— Заткнись и слушай, — я в один шаг навис над ней, упирая руку в спинку скамейки в опасной близости от шеи снохи. — С этого момента ты больше не живешь в этом доме. В компании тоже не появляешься, я тебя уволил задним числом. И только попробуй манипулировать моими родителями — не выйдет. Ты сейчас же сообщишь им правду о том, что твой ребенок не от Бориса.

— Что?! Руслан я…

Я перебил, повышая голос:

— Я еще не закончил! Больше ты не приближаешься к моей жене, Камилла. Даже чихаешь с закрытым носом если вдруг находишься в радиусе километра от нее. Я прослежу, обещаю.

— Ты ненормальный! Я… я никуда не уйду!

— Значит — вышвырну!

— Ты не можешь так унижать меня! — на ее глаза навернулись слезы. — Я… я ни в чем не виновата! Арина тебе соврала, Рус! Поверь мне! Она же меня терпеть не может!

— А кто тебе сказал, что Арина мне вообще что-то говорила? — Я прищурился, испепеляя ее злым взглядом.

Камилла вжалась в спинку скамейки, а на ее щеках появились красные пятна.

— Я так предположила… — пробормотала она сбивчиво и нервно сглотнула, перетягивая мое внимание на тонкую шею.

Как же хочется сдавить ее пальцами и переломать в нескольких местах.

— Руслан! — осторожно позвала меня Маша, которая продолжала стоять в стороне, и я обернулся.

Первым, что я увидел, было бледное лицо матери… ее глаза, наполненные болезненной пустотой. Затем столкнулся взглядом с нахмуренным отцом и у меня не осталось сомнений — они оба были в курсе происходящего. Родители сорвались домой явно не для того, чтобы поздороваться.

— Мама! — Камилла подскочила на ноги, отталкивая меня. — Вы не представляете, что сделал Руслан! — начала жаловаться она, хватаясь за руки своей свекрови, как утопающая. — Он выбросил все мои вещи! Он выгоняет меня из дома!

Мать выдернула руки, брезгливо прижав их к своей груди, и снова перевела взгляд на меня.

— Как-то ты недобр, Руслан, в отношении своей возлюбленной… — произнесла она, выделив последнее слово. — Но я полностью с тобой согласна.

Я со вздохом закатил глаза. Поверить не могу, что в тридцать четыре года мне придется оправдываться перед родителями за такую немыслимую брехню!

— Мама! — отчаянно пролепетала Камилла, понимая, что союзников ей сейчас не найти. — Боже, мне плохо!

Она принялась обмахивать себя ладонями, словно веером, но не была удостоена даже взглядом. Мама повернулась к отцу и так же спокойно произнесла:

— Саш, надо бы вызвать снохе врача, а еще позвонить Роману. Я хочу, чтобы он присутствовал при нашем разговоре с его дочерью.

Все дальнейшие события скатились в самый настоящий сюр. Когда приехал Стеблин, он ругался с моим отцом с пеной у рта, возмущаясь, что мы посмели усомниться в его святой дочери! Камилла, зажатая в угол, все отрицала, уверяя, что моя жена на нее наговаривает, потому что не может смириться с разводом. Но когда Роман посмотрел видеозаписи Арины, он угрюмо стих, то и дело протирая платком лоб.

— Это все неправда! — Камилла все же пустила слезу. — Это монтаж, папа!

— Молчи! — попросил он, расстегивая воротник рубашки. — Просто молчи!

— Не обижайся, Ром, и не горячись, — вставил отец. — Но после такого мы просто должны провести тест ДНК.

— Я понимаю… — вздохнул Стеблин, глядя прямо перед собой.

— Я думаю, предполагаемый папаша не откажется сдать кровь на анализ, — добавил отец, стрельнув на меня такой строгий взгляд, что я вновь почувствовал себя школьником.

— Не откажется, — без колебаний согласился я, и заметил, как мама незаметно смахнула слезу.

На протяжении всего разговора она молчала, глядя преимущественно в окно, но после моих слов произнесла:

— Рома, будет правильно, если Камилла уедет от нас в свой родной дом.

— Но мама! — тут же возразила сноха. — Мой родной дом теперь здесь!

— Молчи, сказал тебе! — рявкнул Стеблин, взорвавшись. — Ты права, Оль, — согласился он тише. — Я сразу предлагал, но дочь отказалась. Я же не думал что это из-за… — он не договорил, бросив на меня взгляд, полный негодования и злости.

Приказал себе не открывать рот. Что бы я сейчас не сказал, картинка складывается не в мою пользу. После смерти брата я подаю на развод с женой, а причиной оказывается, тайная любовь. Чтоб ее! Но отец знает больше о произошедшем между мной и Ариной, потому не торопится с выводами.

— Я забираю дочь, — объявил Стеблин, поднимаясь с кресла. — Но если окажется, что она говорила правду…

— Не переживай, — отец тоже поднялся. — Руслан возьмет на себя всю ответственность.

Стеблин осуждающе покачал головой, пронзая меня суровым взглядом, и первым вышел из гостиной. А Камилла, демонстративно отвернувшись ото всех, поспешила следом.