ГЛАВА 40

Дмитрий

Немного ранее

Я смотрел на этот чёртов букет, стоящий в спальне, и меня трясло.

Огромная охапка белых роз — явно недешёвая, явно со смыслом. И что, Вера думает, я поверю, что это «просто так, коллеги подарили»? За идиота держит? В юротделе одни женщины! Очень странно им так по-королевски встречать стажёра.

Да как она посмела перечить мне? Неужели она разучилась слушать и подчиняться? Я ведь делаю всё ради нашей семьи!

Вера, Вера... Что с тобой стало? Куда делась та заботливая моя уютная женщина, которая встречала меня с работы вкусным ужином и улыбкой? Теперь только и слышу про эту грёбаную учёбу да про Алекса с его «перспективами».

Ещё и спим в разных комнатах из-за постоянных скандалов!

Схватил ключи от машины, не в силах находиться дома ни минуты. Надо прокатиться...

— Поеду к Ольге, — пробормотал я, выруливая на проспект. — Хотя...

После того разговора о квартире она словно переключила тумблер — никакой заботы, никакой теплоты. Раньше встречала борщом с пампушками, сейчас — холодным «привет» и максимум чай предложит.

— Да что за херня?! — я ударил по рулю. — Две женщины, а поесть, блять, негде!

Усмехнулся своим мыслям — докатился, как кот бездомный, мечусь между двумя домами в поисках миски потеплее.

Но ведь не в еде дело. Хочется просто... дома. Настоящего. Где тебя ждут, где можно расслабиться, скинуть эту осточертевшую маску успешного бизнесмена.

С Верой всё пошло наперекосяк — и я прекрасно знаю почему.

Алекс. Братец-советчик, мать его. Лезет, учит жить...

Припарковался у облезлого дома Ольги. Богдана она уже должна была забрать из сада. Я потянулся за телефоном.

Гудки... сброс. Снова гудки... сброс.

— Да что за?

Злость накатывала волнами. Сижу как идиот в машине, а она трубку не берёт. И тут....

Что за нахрен?! К подъезду подкатил новенький «Мерс» — такой тут смотрелся как бриллиант в мусорном баке.

Дверь открылась, и я почувствовал, как челюсть медленно ползёт вниз — Оля!

Я моргнул. Потом ещё раз. Норковый полушубок — новый, явно не из тех, что я дарил. Туфли — как она вообще ходит на таких шпильках по этому раздолбанному асфальту, который латают раз в десять лет? Волосы уложены, макияж... Блядь.

«Мерс» уезжает, а я уже несусь к ней.

— Оля!

— Это что такое? — я перехватил её у подъезда.

Она посмотрела на меня так... будто я случайный прохожий, спросивший дорогу.

— А что именно тебя интересует?

— Может объяснишь, откуда взялся этот хрен на Мерине? И почему трубку не берёшь?

— О, ты заметил? — она улыбнулась, но как-то... нехорошо. — Я просто беру пример с тебя, Дим. Отношусь так же, как ты ко мне — никак. Я для тебя — никто, верно? Вот и не обязана отчитываться.

— С кем Богдан? — у меня внутри всё каменело от этой новой, чужой Оли.

— И это тоже не твоя забота.

— Ты... у тебя кто-то появился?

— Пока нет, — она поправила волосы жестом, которого я раньше не замечал — каким-то... светским? — Но с какой стати я должна кого-то ждать? Мне скоро тридцать! Все вокруг живут полной жизнью, семьями обзаводятся. А я что? Или прикажешь мне в монастырь уйти? У меня, между прочим, сын растёт!

— А как же... мы? — вырывается у меня почти жалобно.

— А что — мы? — горько усмехнулась. — Какие у нас перспективы? Быть твоим запасным аэродромом? Местом, куда можно прибежать, когда с женой поругался? Спасибо за подарки, правда. Но мне нужен дом, Дим. Муж. Нормальная жизнь. А не объедки с барского стола.

Она резко развернулась, цокот каблуков эхом отразился от стен подъезда. Хлопнула дверь.

Я стоял, оглушённый её словами. Вот тебе и вся любовь...

Внутри было пусто и больно.

Она права, чёрт возьми, права во всём.

А я... что я? Мечусь между двумя женщинами, как флюгер на ветру.

Но уйти от Веры... Не могу. Сам не понимаю почему. Вернее, понимаю, но... Люблю её, несмотря ни на что. Хочу вернуть то, что было раньше. А Ольга... К ней тянет неудержимо, до одури. Как будто разорван на части — и обе живые, кровоточат.

Уйти от Веры? Вроде и не та она уже совсем милая и скромная девушка, и раздражает всё чаще, а вот представлю, что однажды проснусь — а её нет рядом... И накрывает такой паникой, хоть волком вой.

А Ольга... Господи, да что со мной не так? Почему я не могу просто взять и сделать выбор? Почему мечусь между ними, как сраный маятник?

К Вере тянет — душой, привычкой, общим прошлым. К Ольге — страстью, чувством вины, желанием всё исправить… И Богдан…

Я сидел в машине, тупо уставившись в лобовое стекло. А в голове крутилось дурацкое: «Две бабы, а пожрать негде...»

И от этой мысли вдруг стало так тошно, хоть плачь.

Я уронил голову на руль.

Взрослый мужик, а веду себя как пацан — и тут хочу, и там надо. А в итоге везде — пустота. Вера с её букетами непонятно от кого, Оля в норке на «Мерине» непонятно чьём...

И если быть честным самим с собой — я сам это заслужил. Каждый грёбаный укол совести, каждый удар по самолюбию — заслужил.

Сам заварил эту кашу, сам и расхлёбывай теперь.

И так еле уладил тот инцидент на празднике… Пришлось Машу  подкупить , чтобы она Вере про Русалочку наплела. В качестве дополнительного подарка ей крутой планшет подарил, о котором она мечтала. Хотя Катя была против. Нехорошо, конечно, детей использовать в своих целях. Но как, говорится, на войне и в любви все средства хороши.

А так бы еще пришлось бегать за Верой, грехи замаливать, подарками задаривать. Да уж, накладненько все-таки двоих содержать. Но ничего, справляюсь! Или нет…

Паника и моё внутреннее состояние убивало — я не могу упустить Ольгу!

Да, она всё-таки права, она заслуживает большего.

Я вёл себя как последний эгоист, пользуясь её добротой и терпением. А ведь Оля — не какая-то там содержанка, а самодостаточная женщина, которая вполне может найти себе другого мужчину. Мужчину, который предложит ей весь мир, ведь она шикарная женщина...

«Надо что-то делать, и срочно», — лихорадочно думал я.

Оля действительно больше не будет ждать. Если я сейчас упущу этот шанс, она от меня окончательно отвернётся.

А значит, я уже не смогу подобраться к Богдану, не зная наверняка — мой ли он сын?

Нужно срочно что-то предпринимать. Самое простое — просто купить квартиру для Ольги с Богданом, а там дальше видно будет. Но как это провернуть? Из семейного бюджета с Верой — не вариант, она сразу заподозрит неладное.

Тут меня будто осенило — вспомнил, что Алекс выделил приличную сумму на продвижение одного перспективного медицинского оборудования. Речь шла о новом ультразвуковом сканере — компактном, с продвинутой диагностической системой и интуитивным интерфейсом. Оборудование действительно казалось весьма перспективным, и Алекс вложил в рекламную кампанию и пилотные поставки немалые деньги.

Деньги лежали на счету компании — Алекс вряд ли заметит, если я «одолжу» часть этих средств на ближайшее время.

В конце концов, Алекс сам виноват — сунул свой нос не в своё дело, лез к моей жене. Пусть теперь расхлёбывает. А мне эти деньги как раз кстати — куплю квартиру для Оли и Богдана, наконец-то обустрою им нормальный дом.

Пусть даже влезу в долги. Зато она будет моей — целиком и полностью. И Богдан... Тогда у меня будут все права видеть его хоть каждый день, возможно стану для него настоящим отцом. Если Оля увидит, что я серьезен в своих намерениях, она больше не будет отгораживаться, я получу возможность сделать ДНК-тест.

Довольный собой, я достал телефон и набрал Ольгу:

— Оль, прости меня! Ты абсолютно права! Ты достойна большего, гораздо большего, тем более у нас с тобой общий ребёнок. Мой сын. Я не позволю вам жить в таких условиях. Завтра давай съездим, посмотрим для вас с Богданом квартиру, идёт?

В трубке повисла пауза, а затем я услышал её нежный, будто ничего и не было, голосок:

— Ты ещё не уехал? Тогда давай заходи, поужинаем вместе.

Я даже не стал задумываться, просто рванул по знакомой дороге. К чёрту все эти метания и терзания.

Когда дверь открылась, Оля встретила меня с распростёртыми объятиями. Накормила ужином, который я уплетал с таким аппетитом, будто не ел неделю.

Ужинали мы с ней молча, обмениваясь лишь короткими взглядами, она лишь игриво улыбалась.

А потом, когда я уже допивал чай, Ольга вдруг поднялась, подошла ко мне вплотную и, глядя в глаза, медленно опустилась на колени. Я затаил дыхание, чувствуя, как внутри разгорается знакомый огонь. О, да! Это тот самый «благодарственный минет»! Вот так должен проходить вечер после тяжелого рабочего дня!

Да, с Ольгой всё предельно просто — ты ей, она тебе.

Никаких лишних слов, только обжигающе горячие прикосновения.

Позже, лёжа с ней в кровати и наслаждаясь красотой её идеального тела, я думал о том, что всё-таки нашёл свой оазис удовольствия.

Пусть и не без изъянов, пусть мне предстоит заплатить внушительную цену.

Но оно того стоит.