Глава 58 · Михаил

— Готова? — Вместо всяких «здрасьте» звучит требовательное из Мишиных уст от двери.

Серьезный, как никогда. Даже не верю, что в моменты интима мой сейчас решительный Миша бывает милый и беззащитный. И пыхтит как довольный ежик.

— Да, — отвечаю на автомате. А сама стою в проходе растерянная.

— Родители где?

— Там! — Киваю и отхожу к стенке. Освобождаю проход. А то раздавит. Такой танк!

Миша шагает уверенно, как на параде. Аромат его туалетной воды заполняет коридор и мои легкие. Я млею.

В голове крутится ролик подруги с Парады Победы. Она снимала видео на камеру телефона с балкона московской квартиры. Недалеко от Красной площади. И прислала потом мне. Я пищала от восторга. И пересматривала видео несколько раз: «Казаки, казаки, едут, едут, по Берлину, наши казаки».

Шагали наши ребята и пели всем известную песню. Слушала и чувствовала гордость за своих земляков.

Нет, наверное, таких девчонок, которые бы пищали, глядя на наших донских казаков в строю и с песней, немало. И я одна из них. Честно.

Я, когда в Москве живу, частенько слушаю казачьи песни. Ну, чтобы не забывать свои корни. И такая во мне гордость за малую родину бушует, и эмоция наружу рвется. Словами не передать.

Миша проходит на кухню и останавливается. Я прячусь за спиной.

— Здрасьте, — говорит он.

А я слышу в его голосе: «Ты кто такой?»

Это про Пашку.

А Пашка молодец, не теряется, отвечает, даже тянет руку. Миша тоже подает руку.

— Михаил.

— Павел. — Сосед отрывает задницу от табуретки и улыбается.

Родители тоже лыбятся. Прямо встреча на Эльбе, ага…

Кажется, все норм. Но…

Я вижу, как Миша зыркает на меня, и недовольно поджимает губы.

Один-один.

Подумаешь, мой друг детства в кухне сидит и пьет чай.

Это совсем не то, как рано утром тебе бабы звонят, когда ты еще не проснулся, или гладят твою руку, когда ты думаешь, что я не вижу.

— Едем? — разворачивается Миша.

— Да.

— Вещи где?

— В комнате.

Миша идет первым, я топаю за ним. Родители, судя по всему, остаются на кухне.

Божечки-ешечки, как же мне страшно в этот момент. Мне сейчас нужно отправиться с вещами на выход. С мужиком, с которым я познакомилась чуть больше месяца назад.

Как быстро все закрутилось. Я даже спопашиться не успела, а чувствую грядущее изменение в личной жизни. И так мне страшно. Прям бр-р-р.

Мы заходим в мою комнату, и на Мишином лице расплывается улыбка.

— Что? — спрашиваю, желая, скорее, отыграться. А в голове звучит пресловутое «дама сдавала в багаж»…

— Ничего. Все нормально. — На лице уже нет улыбки. Только холодный расчет. — Поможешь?

Миша подхватывает самые объемные мои сумки и чемодан, топает к выходу. Я хватаю оставшиеся пакеты и дамскую сумочку с документами.

У дверей нас нагоняют родители. За их спинами вижу Пашку.

— Петр Васильевич, — кивает Миша.

— Счастливо, — желает папа.

— Хорошей дороги, — говорит мама.

Как легко они отдали меня в чужие руки. В Мишины. Пашка смотрит на нас, не понимая, что происходит. Его растерянное лицо меня просто веселит. Я решаю хоть немного прояснить ситуацию.

— Паш, — говорю я ему, игнорируя недовольный взгляд Миши, — Это мой Миша, мы отдыхать едем. Маше привет передавй, ага?

— А-а-а. Понял, — говорит Пашка. — Хорошо отдохнуть!

В суете мы прощаемся и топаем вниз.

Даже не верю, что я решилась отправиться с мужиком куда-то на курорты. Не с мужиком, с Мишей.

Но мой Миша же мужик, правильно?