Глава 19. Наконец-то моя!

Киран

Исабель идёт вперёд до тех пор, пока дорожки света с причала не остаются за нашими спинами. Нас окутывает ночь, которую рассеивает лишь свет луны, мерцающий рябью на глади океана. Ис присаживается на большой валун. Снимает свои кеды, стягивает резинку с волос, и они тут же тяжёлым каскадом падают ей на плечи. Лёгким движением головы откидывает локоны за спину. Потом, наконец, переводит на меня свой загадочный взгляд.

Что ты задумала, Ис? Почему ведёшь себя так, словно больше не злишься?

Приближаюсь к девушке, присаживаюсь на песок возле её ног и смотрю в её красивое лицо снизу вверх.

– Я знаю, что опять всё испортил, – начинаю торопливо. – Хотел рассказать о той дурацкой ночи, когда забирал тебя из больницы… Но потом просто испугался, что ты вновь передумаешь быть со мной.

– Да, Киран, я не буду с тобой, – говорит она негромко. – И завтра собираюсь уехать… Вернуться в колледж.

– Нет, не уедешь! – заявляю тоном, не терпящим возражений. – Я не отпущу тебя!

– Киран, – мягко, но уверенно одёргивает меня Исабель. – Я не собираюсь спрашивать у тебя разрешения…

– А что по этому поводу думает Маркус? Он тебя отпускает?

– Маркус не станет меня удерживать!

– Да, потому что он слабак! – выплёвываю со злостью.

Никакого толка от этого Холта!

Я вскакиваю, стремительно подхожу к кромке воды, ощущая, как во мне нарастает чувство безысходности. Пинаю носком кроссовки воду, чертыхаясь себе под нос, потом делаю несколько глубоких вдохов-выдохов и возвращаюсь к Исабель.

Нет, я не успокоился. Я на взводе и чертовски зол. Но готов упасть к её ногам и умолять остаться. А ещё ловлю себя на мысли, что жалею о том, что она рассталась с Маркусом, ведь он, в отличие от меня, умеет подбирать правильные слова. Он точно бы не дал ей уехать.

– Киран, ты можешь не злиться? – спокойно обращается ко мне Исабель.

Чёрт, нет!

Однако я киваю, стиснув зубы.

– Ты можешь хоть раз принять тот факт, что каждый раз всё против нас? Тебе это может показаться несущественным… или глупым стечением обстоятельств… Тем не менее нам всегда что-то или кто-то мешает.

Скептически фыркаю. Потом затыкаюсь, осознав, что она не винит меня, а лишь окружающий нас мир. Или лучше бы меня обвиняла? Тогда я смог бы пообещать ей, что исправлюсь! А сейчас не знаю, что сказать и как призвать её к здравому смыслу.

Она просто хочет уехать! На всё лето, потом на весь учебный год! Без Маркуса, потому что с ним рассталась. От этого немного легче… Немного! Но моё сердце сжимается от осознания упущенных возможностей. От предчувствия чего-то необратимого.

– Ис… – протягиваю к ней руки и вновь опускаюсь к её ногам.

Она легко вкладывает свои ладони в мои. Её пальцы дрожат, хотя внешне Ис выглядит совершенно невозмутимой.

– Зачем ты это делаешь? – морщусь, словно от боли. А может, мне действительно больно… – Неужели ты так ненавидишь Милфорд?

В глубине души знаю, что ненавидит! С ним у неё связано слишком много обид, к которым и я приложил руку. Твою мать, я сам всё испортил!

– Меня этот город душит, – признаётся Исабель еле слышно. – Половина жителей поженили нас с тобой, а вторая – нас с Маркусом. Не удивлюсь, если уже завтра люди начнут судачить о нас троих, называя семьёй.

Исси безрадостно хмыкает, пытается отстраниться, но я рывком притягиваю её к себе, и мы падаем на песок. Крутанувшись, подминаю девушку под себя. Нависаю над ней, удерживая вес тела на коленях, и вдавливаю её руки в песок над головой.

Исабель обездвижена, в полной моей власти, и мне хочется удержать её рядом с собой хотя бы таким способом.

– Не всё ли равно, что говорят о нас люди? – с надрывом шепчу возле губ девушки. – Ты и я, ты и Маркус – какая им разница? Ведь это касается только нас!

– Ты ошибаешься, Киран, – с таким же надрывом в голосе отзывается Исабель. – Но тебе не понять, потому что в любом случае я буду крайней. Я встала между вами! Разрушила дружбу! Люди скажут, что люблю вас обоих, и обязательно назовут меня шлюхой! И это только малая часть возможных пересудов. Моя мама и мой отец не заслуживают того, чтобы краснеть за собственную дочь…

– Ведь мои родители как-то смогли справиться с тенью поступков деда, – привожу ещё один неоспоримый довод.

Мой дедушка Саймон Шоу давно умер, проведя последние годы жизни в тюрьме. То, что он сделал, и как от этого пострадали отец, мама и все остальные – теперь лишь история. Но никто из них не бежал из Милфорда.

– Твои родители, впрочем, как и мои, смогли похоронить ту историю, – с пылом замечает Ис. – Сейчас уже никто не помнит, что тогда случилось в яхт-клубе. И они потратили много лет, чтобы избавиться от пересудов.

Я хочу, чтобы она замолчала! Да, мои родители и то, через что им пришлось пройти, наверное, не лучший пример. Отец вряд ли издевался над мамой в школе. Насколько мне известно, он и дышать боялся в её сторону. А я веду себя как идиот и знаю это. В их случае всё испортил мой дед. А сейчас виноват лишь я.

– Ты слишком много думаешь, Исабель, – выдавливаю хрипло.

Обрывая поток своих бессвязных мыслей и её причитаний, целую уголок губ девушки. Она начинает дышать чаще, её грудь резко поднимается и опускается, задевая мою грудную клетку.

– Я вообще предпочитаю не думать, – покрываю поцелуями её щёки и подбородок. – Хочу просто чувствовать тебя и наслаждаться этим чувством.

– Киран, – протестует она ослабевшим голосом. – Я не хочу больше быть в эпицентре драмы. Не хочу страданий Маркуса. Не хочу собственных страданий. И твоих страданий я не хочу тоже. Мы всегда были друзьями. Хорошими, плохими… неважно… Важно, что мы можем попробовать ими остаться.

– Нет, – отрубаю резко. – Только дружить с тобой я больше не желаю. Мне никогда не было достаточно этой роли. Либо мы вместе, либо никак, Исабель.

Мой голос напоминает рычание. А потом я накрываю её губы своими и толкаюсь языком в горячий рот. Наш поцелуй получается каким-то мучительно печальным. Глубоким, страстным, но пропитанным отчаянием.

Исабель дрожит всем телом, и я уверен, что сейчас уже не сможет отстраниться. А ещё ощущаю какую-то решительность в каждом движении её тела.

Разведя ноги в стороны, она позволяет мне устроиться между ними. Когда освобождаю её руки, тут же опускает их на мои плечи и дрожащими пальчиками скользит по спине к пояснице. Хватается за край футболки и решительно тянет её наверх.

Она явно что-то задумала, и я, резко отпрянув, заглядываю девушке в глаза.

– Ис… – говорить мне пока сложно. Громко сглатываю и пытаюсь восстановить сбившееся дыхание. – Ты… Ты хочешь…

– Да! – не даёт она мне закончить. – Киран, не дай мне передумать!

И лучше бы дал! Лучше бы она передумала! Тогда после содеянного я бы не чувствовал такого опустошения… Не страдал бы от желания обладать ею снова, не имея возможности получить.

Но я, похоже, идиот, потому что радуюсь тому, что между нами, наконец, происходит. И, конечно, не дав ей передумать, вновь впиваюсь в губы…

Спустя мгновение, оторвавшись от губ Исабель, сдираю с себя футболку через голову. Хватаюсь за край её майки и, задрав под самый подбородок, припадаю губами к ключице. Опускаюсь с поцелуями вниз. Зубами спускаю кружевной бюстгальтер под грудь и тут же накрываю острый сосок ртом. Исабель выгибается в спине. Обвивает ноги вокруг моих бёдер и старательно сдерживает стоны, пока я ласкаю её грудь языком и губами.

Мои руки дрожат, а пальцы почти не слушаются, пока расстёгиваю молнию на её шортах и медленно стягиваю их вниз по стройным бёдрам. Исси приходится опустить ноги, чтобы я смог её полностью раздеть. Сразу после шорт снимаю с неё трусики. Следом летит в сторону майка. И бюстгальтер я тоже снимаю, чтобы видеть Ис полностью обнажённой. Чувствовать в своих руках каждую часть её прекрасного тела. Впитывать его дрожь…

Она немного зажимается под моим изучающим взглядом. Но я быстро заставляю её расслабиться, вновь припадая к вкусным губам девушки. Одновременно стягиваю штаны, боксёры и отпинываю кроссовки в сторону. Немного медлю, размышляя о презервативе. Так ли он нужен сейчас? Ведь мне хочется испытать первый раз с Исабель без преграды из латексной резинки.

Устраиваюсь между её ног. Долго и глубоко целую, прижимаясь членом к её горячей гладкой киске. Чувствую и жар, и влагу, но всё ещё медлю, боясь сделать Исси больно.

Ловлю её неожиданные стоны ртом, пока трусь членом, задевая клитор. Кайфую от дрожи в теле девушки и от своей собственной. Словно и у меня секс впервые.

– Ис… – выдыхаю ей в губы. – Я тебя не отпущу, слышишь? Не смогу…

Проникаю в неё лишь на дюйм и вновь целую. Но на этот раз ощущаю страх девушки. Она дёргается, инстинктивно сжимает бёдра, но я не отступаю и больше не готов медлить.

Это случится сегодня, слышишь? Сегодня… Сейчас ты станешь моей!

Углубляю поцелуй, который длится словно целую вечность. Жду, когда Исабель немного расслабится. Привыкнет. Доверится. И, наконец, это происходит.

Она сгибает ноги в коленях, разводит их максимально широко, раскрываясь передо мной.

Чёрт, у меня буквально крыша едет! Тормоза почти срывает, но я медленно продвигаюсь внутрь, до тех пор, пока не чувствую тонкую преграду. Вот она – стена между нами. То, что я должен разрушить, чтобы Ис наконец стала моей. Та граница, которую мы никогда не пересекали. И у меня нет сил больше ждать.

– Киран, – рвано дыша, шепчет Ис. Её глаза заволокло паникой и желанием. – Киран, просто сделай это… Хочу, чтобы ты был моим первым…

И единственным…

Чёрт, да! Ты моя!

Резко толкаюсь внутрь. Ртом заглушаю её надрывный крик и сам зажмуриваюсь от боли: её и своей.

Чёрт!..

– Шшш, – покрываю поцелуями её щеки и опущенные веки. На кончике языка чувствую солёный вкус её слёз, и мне нестерпимо хочется сделать всё правильно, нежно. – Потерпи, Исси. Обещаю, боль закончится.

Вновь накрываю её губы. Подаюсь назад и медленно погружаюсь снова. На этот раз, испив до дна всхлип девушки.

Она цепляется за мои плечи. Впивается ноготками в кожу. Держится за меня так крепко, насколько хватает её сил.

Снова подаюсь назад и вновь нетерпеливо толкаюсь внутрь её киски. Принося Исабель новый приступ боли, которая на этот раз смешивается с удовольствием. Она разводит ноги шире, впускает меня до упора, и это вышибает нахрен весь воздух из лёгких.

Чёрт, теперь я помешан на ней ещё больше! Помешан на сексе лишь с ней. Потому что уверен – она создана лишь для меня. И я сейчас растягиваю её под себя. Такую узкую, горячую киску… И ничего лучшего со мной просто никогда не происходило!

– Киран… – шепчет Исабель, откидывая голову назад, подставляя шею моему языку.

Я облизываю её влажную от пота кожу, смакуя вкус девушки, и немного ускоряю темп. Стараюсь не торопиться, однако её неконтролируемые стоны будоражат так, что закипает в венах кровь. Эти сладкие стоны говорят мне, что Исси готова… Готова почувствовать меня и силу моего желания. Впустить меня до упора. Позволить взять то, что давно принадлежит мне.

– Тебе не больно? – хрипло выдыхаю в надежде, что она услышит.

– Мне хорошо, – со стоном отвечает Исабель, и у меня всё-таки срывает крышу.

Я обрушиваю на неё серию мощных толчков. Потом замедляюсь и вновь ускоряюсь. И ещё. И снова. Медлю, лишь когда чувствую скорое наступление оргазма. Как только он немного отступает, вновь толкаюсь с новой силой.

Исабель притягивает моё лицо к своему. Находит мои губы своими. Впивается в них и глубоко целует, лишая нас обоих кислорода.

Чёрт, мне никогда не было так хорошо! У меня никогда не возникало желания признаться в своих глубоких чувствах во время секса. Да и чувств настоящих я ни к кому, кроме Исабель, не испытывал. Да я придушу каждого, кто хотя бы посмеет вздохнуть в её сторону! Уничтожу любого, кто посмеет к ней прикоснуться…

– Ты моя, поняла? – утробно рычу возле её рта. – Моя…

Исабель часто кивает, зажмуривается, и по её телу проходит волна дрожи. Я приподнимаюсь и переношу вес на колени, отчего Ис сразу распахивает глаза. Её руки перемещаются с моих плеч на грудную клетку. И она вонзает свои ноготки, как только её накрывают новые ощущения.

Сжав её бёдра, буквально вколачиваюсь в девушку. Если ей больно, она ведь скажет, верно?

Она вновь обвивает меня ногами и притягивает к себе сильнее. Её грудь раскачивается от моего темпа. Оргазм близко, вижу, как она кусает губы в преддверии его. Просовываю руку между нашими телами и накрываю клитор пальцами, окончательно подводя девушку к краю. Исабель вскрикивает, и её крик тут же тонет в шуме прибоя. Она дрожит, хватает ртом воздух, а потом протяжно выдыхает его вместе со стоном.

Моя собственная разрядка сначала ураганом проносится по позвоночнику до затылка, потом словно громом обрушивается в пах. Я стремительно выхожу и с глухим стоном изливаюсь на песок между ногами девушки. Сжимаю член рукой, выжимая семя до последней капли, и практически рухнув на Исси сверху, тут же осыпаю её лицо поцелуями.

Думать не хочется. Хочется остаться в этом миге навечно.

Исабель зарывается пальцами в мои волосы, и я нежно целую её в губы. Наше тяжёлое дыхание смешивается. Где-то в груди мне даже больно от осознания того, что случилось. Впервые боль вызвана счастьем. Как такое возможно?

– Я тебя не отпущу, – говорю, не помня, в который раз за эту ночь.

Заглядываю Исабель в глаза. С трепетом… с нарастающим страхом жду ответа. Исабель целует меня в уголок губ, подбородок, скулу, кончик носа, а потом тихо шепчет:

– Я ни за что не уеду.