Глава 19

– Я хочу подписать еще один контракт. И включить в него пункт.

– Какой? – Николай Максимович расслабленно восседал в своем кресле, считая наш разговор не стоящим сосредоточенности.

– Дым изо рта в рот.

– Ты куришь?

– Бросила перед тем, как попасть сюда. Но… уже ломает. Хочу начать снова.

– И не придумала ничего лучшего, чтобы предложить сессию для попирания своих легких? – Юдин покачал головой. – А теперь давай честно, Диана. Для чего тебе это нужно?

Я сжала кулаки и стиснула зубы.

Прозорливый хрен! Моржовый!

Хотелось ругаться. Грязно крыть матом и стучать руками по столу, скинуть на пол эти многочисленные бумажки, в которые Юдин постоянно заглядывал, просматривая очередные отчеты.

Чтоб его!

Я уже которую неделю увиваюсь возле него, а он!.. Делает вид, что ничего не замечает!

Была одна легенькая сессия и все, гуд-бай?

А вот кукиш! С маслом!

И, желательно, этот самый кукиш вставить как можно глубже. В глотку!

Хотя… если я все же добьюсь своего…

Этот гребаный доминант заставил меня сходить с ума! Желать… его! Я не могу выкинуть из головы эмоции, что посетили во время нашего… общения. Хочу повторить. И довести все до конца!

И к черту мои первоначальные «принципы».

Раз хочу секса с этим вот сидящим напротив меня мужчиной. Самцом. Привлекательным, сильным, мудрым, опытным. Точно знающим, что я имела в виду. И вынуждающим вслух проговаривать собственные желания.

Очередная неделя далась тяжело. Я проходила все стадии от отрицания до принятия.

И в конце концов оказалась здесь. Снова перед ним. Чтобы признаться. И попросить.

– Мне нужна совместная ночь.

Николай улыбнулся.

– Мы говорим о?..

Нет, серьезно? Он будет продолжать меня мучить?

Впрочем, это же, кажется, его вторая натура!

Обогнула его стол, надавила на его кресло, заставляя повернуться ко мне, схватилась за подлокотники, наклоняя лицо нос к носу, и выдохнула практически в губы:

– Когда вы меня трахнете, Николай Максимович?

Он… вздохнул.

Я почувствовала на губах теплый воздух, втянула приятный запах его любимого мятного чая… облизнулась. Но не позволила себе решиться на большее. Оставалась в каких-то сантиметрах от его губ, но не подавалась вперед, чтобы поцеловать.

Я. Хочу. Поцеловать. Юдина.

Я спятила.

Определенно.

Но, твою же мать!

Хочу узнать, каков он в постели! Если он так умело режиссировал моим телом, не переходя к основному действию… какой же он шикарный любовник, а?

Я хочу получить наслаждение! Остро-пряное запретное удовольствие, которое заставит меня стонать и скулить.

Властная манера Юдина покоряла. Причем, как фигурально, так и реально.

Я готова вновь встать перед ним на колени. Прогнуться в спине. И подставить тот самый зад, что он оглаживал лишь мимолетно!

Невозможный человек.

Так распалить, чтобы у меня перед глазами стояла пелена, а в ушах гудело? И не довести дело до логического завершения?

Засранец! Изверг! Гад!

– Диана…

– Не нужно мне снова отказывать! У меня ваших отказов уже вагон и маленькая тележка!

Он хмыкнул, дернул уголком рта… и расставил ноги, кивая вниз.

– Ты же понимаешь, что секс подразумевает и оральные ласки? Сможешь переступить этот рубеж?

Глянула на его пах.

Минет. От меня?

Сейчас?..

Кажется, он опять провоцирует. Проверяет. Заставляет отступить. В очередной раз.

А даже если и нет…

Я хотела секса. Я!

И я настаивала на нем.

Переместила руку с подлокотника на его бедро. Повела вверх, пока не накрыла ширинку. Сжала.

– Проверим?

Николай вместо того, чтобы оттолкнуть меня, развел ноги шире.

– Ну, вперед.

Бля.

– Прямо сейчас? – Мой голос не поднялся же на октаву выше?

– Так а чего тянуть? Ты покажешь, что настроена решительно. И твои слова – не пустая бравада. – Он ехидно усмехнулся.

Очередная проверка.

Так, значит?

Резко выпрямилась, сжимая губы в плотную линию. Отошла от него на шаг. Развернулась и быстро достигла двери, ведущей в приемную. Потянула ее на себя. Выглянула.

– Дарья, Николай Максимович сейчас будет на переговорах. Никого не впускать, телефонные разговоры не переводить. Срочные сообщения отправлять через электронную почту. Все понятно?

Дашенька чуть кофе не поперхнулась.

– Диана?..

– Я спрашиваю, все ясно?

Вероятно, я переняла его интонацию, поскольку Стафина лишь лихорадочно закивала.

– Я услышала. Усвоила. Совещание. Срочное.

– Вот и умница.

Скрылась обратно, прикрывая за собой дверь. И на всякий случай повернула защелку.

Конечно, маловероятно, что найдется еще один такой же наглый, как и я, кто будет ломиться в кабинет генерального, но перебдеть стоит.

Вернулась к Юдину, которому мой «побег» показался удивительным. Поскольку он сидел и хмурился.

– Приступим? – Присела перед ним на корточки между разведенных ног.

– Боталова. Встань. – Николай устало потер виски. – Не место и не время для этого.

– Перейдем в игровую комнату?

Юдин не удержался, бросил взгляд на скрытое за деревянными рейками помещение.

Ага, значит, хочет.

Так чего отказывается?

Потянулась рукой к собачке на молнии, но он поймал мои пальцы, сжимая. Возможно, сильнее, чем следовало.

– Диана. Прекрати. Ты же этого не хочешь.

Вспылила, поднялась, стукнула кулаком ему по столу.

– А как ты определил, а, Николай Максимович? – Мне сейчас было уже не до соблюдения субординации.

Он поднялся следом, видимо, чтобы не взирать на меня снизу вверх.

– Диана.

– Да что, Диана?Что, Диана? Мне казалось, мы два взрослых человека, которые уже подходили к определенной точке. Нашему обоюдному удовольствию. Вот только ты, – ткнула ему в грудь, совершенно не заботясь о том, больно ли получится, – решил, что я слишком невинный цветочек для тебя. Так что мне сделать, чтобы ты разубедился? Пойти и трахнуться с первым попавшимся мужиком? Позвать тебя в качестве свидетеля? Как тогда я в этой самой комнате, – зло указала вправо, – смотрела на ваши с Олей игрища?

О, пробрало!

Юдин сжал губы в тонкую линию. Кажется, теперь желваки будут ходить у него.

– Я сделаю вид, что не слышал этого.

– А ты услышь! – Толкнула его. Нарочно сильно, Николай Максимович даже отступил на шаг.

Давай, угрюмый и злой. Просыпайся. Выйди из себя, черт бы тебя побрал!

Может, хоть на эмоциях удастся выведать, почему ты так блюдешь мою неприкосновенность! Тогда как сам предупредил, что еще одна сессия, и ты меня трахнешь!

Ты первый высказал вслух то, что может произойти!

Но всячески теперь отступаешь?

Ни за что не поверю, что это лишь из-за старых связей с моим дядей.

А учитель из Юдина получался, что надо.

В бизнесе. В тайных желаниях. В жизни.

Этот человек был кладезем информации. И такой разносторонней личностью, собирающей вместе с тем внутри себя такие противоречивые черты, что я терялась. И тянулась за ним.

Твою же налево, Николай, отвечай мне!

– Почему ты против нашего секса? – Теперь я поддалась искушению, отступила, но лишь затем, чтобы скинуть ровную стопку бумаг с его стола на пол.

Юдин, увидев беспредел, помрачнел.

– Это ты зря.

– Отчего же? – Вслед полетела и подставка для ручек. Кажется, дорогая, коллекционная. Может, подарок?

Следующее передвижение Юдина показалось каким-то смазано-быстрым.

Вроде только что был по ту сторону стола, но через мгновение оказался рядом со мной. Ловко поддел мою левую руку, заводя за спину. Я попыталась выбраться из захвата, сделала пару шагов, но Николай Максимович и этим воспользовался, просто направив начавшее зарождаться движение вперед, впечатывая меня в деревянные рейки.

Повернула голову, видя, как он приблизил ко мне свое лицо.

Все-таки пробудила?

Заставила потерять самоконтроль?

Нужно добить.

– Ты больной ублюдок!

Я с ненавистью выплюнула обвинение, которое было, скорее, правдой, прямо в лицо скрутившему меня мужчине.

– Да-а… – В безумных глазах разлилась тьма, а на губы скользнул оскал. – И ты попадешь в зависимость от моего сумасшествия.

М-м-м… игра началась.

– Пошел к черту!

Его усмешка стала лишь шире.

– Я у него частый гость.

Скрипнула зубами, пытаясь вырваться. Действительно попыталась! Но этот гад держал крепко.

– Пусти!

– Только после того, как услышу, что хочу. Давай, девочка, скажи.

Стоп-слово? Ха! Обойдется!

Не собираюсь заканчивать, не начав.

– Пошел ты!

Моя рука, благодаря его манипуляциям, еще выше поднялась за спиной, отчего я взвыла от боли.

– Отпусти, говнюк!

– А-я-яй, какие нехорошие слова мы знаем. Тебя разве мама не учила в детстве, что ругаться нехорошо? За каждый мат стоит вымыть рот с мылом.

– А не…

– Пойти ли мне? Ты повторяешься. Никакой фантазии. – Шатен продышал мне это в затылок, делая глубокий выдох.

Он мог меня проучить через боль и кровь. Просто, чтобы мне неповадно было вот так пытаться прогнуть свою линию.

Раз Дом сказал «хватит», нужно останавливаться!

Но! У нас изначально была договоренность о смене ролей. И я решила ею воспользоваться сейчас.

Правда… вне той единственной официальной сессии… но, если он вступил в игру, я имею право?..

Может, хоть так подтолкну Юдина к нужному мне ответу!

Выпятила назад филейную часть, стараясь заинтересовать директора.

Кажется, в том, что он держал меня вот так, не давая рыпнуться, было что-то сексуальное.

Практически тот же бондаж. И его властные нотки в голосе за моей спиной.

Потерлась задницей о его пах.

– Давай, накажи меня за непослушание.

Он укусил меня за шею, заставив на коже выступить мурашкам, а соскам сжаться в маленькие пики.

Укус перешел в засос, и я откинула голову, даруя ему лучший доступ.

Сейчас я целенаправленно шла по пути похотливого желания раззадорить моего Доминанта до такой степени, чтобы его чертова маска безразличия, которую он напялил после нашей сессии, треснула.

Его язык широко прошелся по шее до самого уха, дыхание опалило мочку.

– Ты будешь жалеть об этом.

– Плевать!

Он сильнее впился в мою руку, загибая ее, отчего я заскулила, попытавшись привстать на цыпочки.

И совсем не заметила момента, как проворные пальцы пробрались вперед, обхватывая меня поперек груди и придвигая к накаченному телу.

Теперь не я, а он терся. И мне в полужопия упиралось что-то твердое.

Первая мысль – страшно.

Вторая – я смогла! Возбудила его!

И дальше… он сделает это сейчас?.. Здесь?..

Его ладонь прошествовала по моей футболке вниз, до джинсов. Ловко расстегнул пуговицу одной рукой, потянул молнию вниз и запустил пальцы внутрь, пока поглаживая через трусики.

– Останови меня. Даю последний шанс.

Вместо ответа я простонала, расставляя ноги шире.

Юдин тихо выругался, вытащил руку из разреза джинсовой ткани, стянул штаны мне на бедра, потянул резинку трусов, оголяя меня в самом интимном месте.

Все также продолжая другой рукой удерживать меня в захвате.

Он хотел, чтобы я стояла на пороге боли и наслаждения?..

Кровь начала устремляться к бедрам.

Его губы вновь накрыли открытую шею, царапнули зубами, пока правая рука начала творить волшебство, проходясь между моих складочек и накрывая клитор.

– Почему ты такая… непредсказуемая? – на грани слышимости спросил Николай, прежде чем потереть меня, а после… переместиться ниже и войти пальцем. Пока всего лишь пальцем.

Он не ожидал от меня такого?

Я сама от себя в шоке.

Но… было что-то правильное в том, что сейчас происходило.

Николай Максимович не спешил, а я прислушивалась к себе.

Это же был его совет? Понять, чего я хочу.

А во мне начинало зарождаться возбуждение.

Значит, фокус с маслом был всего лишь фокусом. Флером. Ничем не примечательным способом добраться до истинных желаний.

Порочных. Смелых. Запретных. Жарких.

Николай пригвоздил меня к стене. Моя заведенная за спину рука начала неметь, но я кайфовала. От того, что осознавала, что являюсь объектом страсти. От того, как опытные умелые пальцы сейчас двигались во мне, имитируя половой акт. Заставляя меня сочиться смазкой. И желать, чтобы он вошел в меня. По-настоящему.

Я отдалась на волю Юдина, тяжело дыша.

Его пальцы гладили мягко, словно примеряясь. Но вот он вытащил их, и в следующее мгновение я услышала знакомый приказ:

– Оближи.

И пальцы, касающиеся моих губ.

С готовностью открыла рот, вбирая в себя длинные крепкие пальцы и слизывая собственный сок.

Он удовлетворенно рыкнул, и рука вернулась на прежнее место, начав дрочить мне.

Он совмещал ласки: то раздразнит внутри, то возвращается, чтобы приласкать ставшую слишком чувствительной горошинку.

Он снова потер, и я застонала.

Но вскоре темп значительно ускорился, подталкивая маячивший на горизонте оргазм выплеснуться наружу.

Черт, да! Хорошо! Твоя взяла!

Сначала кончу, а потом… потом…

А-а-а-х!

Я утробно промычала, зажмуривая глаза.

Да-а-а… это прекрасно!

Николай не двигался с полминуты, давая мне время прийти в себя. А после… отпустил.

Убрал не только пальцы, только что позволившие мне кончить, но и освободил заведенную за спину руку.

– На этом все, Диана.

Я ослышалась?..

Как это «все»?..

Обернулась к нему, стараясь не морщиться от того, что плечо ныло.

Очередной коктейль из странной смеси ощущений заключил в свои жадные объятья. Кажется, я еще пребывала в эйфории после оргазма, а тут острые покалывания… так можно и подсесть на эти эмоциональные горки!

Видимо, мое лицо выражало… что-то необъяснимое, поскольку Юдин все же снизошел до слабой улыбки.

– Ты хотела, чтобы я довел тебя до оргазма. Я довел.

– Мы говорили о полноценном сексе.

Он прищурился.

– Ты хочешь еще?

– Хочу.

– Даже если я введу правила игры? И не дам тебе сказать «нет»?

Боже, я, кажется, снова начинаю возбуждаться.

– Прошу. – Выдохнула на грани слышимости, и глаза Николая потемнели.

– Подойди к столу.

Послушалась, неуклюже натянув джинсы на место, но не застегивая их.

– Сними их до колен. И ложись грудью на стол.

Сделала, как он велел… А он ушел в игровую. Пока я тут лежала голой задницей кверху. На его рабочем столе!

Хорошо, что заперлась, иначе представляю, как бы это смотрелось со стороны.

Прикусила губу, подавляя улыбку.

Я все же вынудила его заняться со мной сексом! Потому что сама захотела!

Николай Максимович вернулся, остановился позади меня… я уже приготовилась к тому, что он раскатает по своему члену презерватив и войдет в меня… но вместо члена в меня снова толкнулись его пальцы.

Юдин надавил, фаланги оказались во мне… вслед за вещицей, что он в меня вставил.

– Ч-что ты там делаешь?

– Всего-навсего показываю тебе, что мечтать о сексе можно в течение дня. Я думал о том, чтобы жестко трахнуть тебя, Диана. – Он огладил мои ягодицы, не удержался и шлепнул.

Я вздрогнула, а оказавшаяся внутри игрушка почему-то вызвала целую бурю эмоций. Это что-то из разряда запретного!

М-м-м!

Кажется, мне такие игры уже нравятся…

И его признание… простонала… и выпятила попку, желая, чтобы он снова шлепнул.

Он хмыкнул, но только растер место, где остался отпечаток его ладони.

– Я покажу тебе, насколько часто представляю, как беру тебя. – Он отстранился. – Можешь надевать джинсы обратно.

Э-э-э…

Он предлагает… мне одеваться, когда оставил внутри…

Когда до меня дошло, что это может быть, быстро выпрямилась.

– Стой! Ты же не хочешь мне сказать, что засунул в меня виброяйцо?

Юдин продемонстрировал смартфон… с приложением. Дотронулся до экрана, чуть проведя пальцем вверх… и меня подкинуло!

Внутри что-то завибрировало, посылая по телу приятные мурашки.

Но… одеваться?.. Он хочет отослать меня? Когда внутри будет вибрировать подарочек?.. Показывающий, в какие моменты генеральный директор воображает, как нагибает меня?

– Ты ведь не рассчитываешь, что я соглашусь?.. Впереди целый день!

Юдин прочертил по экрану подобие кардиограммы, что меня заставило дернуться и застонать.

– Чем дольше ты будешь собираться на свое рабочее место, тем больше я буду… изучать приложение. Работает?.. – Он снова послал бегунок вверх, вынуждая меня крепче сжать бедра.

Может, его не устраивает обращение на «ты»?..

– Николай Максимович, ну, правда…

– Не работает, значит? Как так?.. – Он зажал бегунок, увеличивая вибрацию, и повел его вверх.

– А-а-ах!.. – Схватилась за край стола, поскольку это была ближайшая опора.

Сцепила зубы, смотря на него со смесью ненависти и восхищения.

Эту пытку я согласовала сама! Я же разрешила использование вибратора!

Вот он и воспользовался…

Кажется, это будет долгий, мучительно долгий день!

Но, может, если я выдержу, меня вознаградят?..