Глава 21

– Ты молодец. – Похвалил Диану, послав очередную диаграмму в приложении… и выключил его. – Можешь достать мой подарок, прежде чем мы отправимся в обратную дорогу.

Взглядом, которым она меня одарила, можно было испепелить целый город.

И все же Боталова удалилась с гордо вскинутой головой и расправленными плечами в сторону уборных.

Не стал дожидаться ее на этаже, спустился на подземную парковку, присаживаясь за руль и задумчиво прокручивая смартфон между пальцев.

Уверен, девочка не сможет удержаться, чтобы не проявить характер. Но ее нужно осадить. Напомнить, кто в паре Хозяин.

Когда Диана все же появилась, спустя десять минут, прищурился.

– Тебя долго не было.

– Может, я справлялась с возбуждением, которое накопилось во мне за день?

– Я не разрешал тебе мастурбировать.

Она против воли покраснела. И все же не отвела глаза.

– Значит, если я попрошу, Вы трахнете меня?..

– Нет. Сейчас нет.

Она сложила руки на груди.

– Что и требовалось доказать!

Хмыкнул.

Диана продолжает показывать норов.

И мне это нравится!

Тронулся с места, плавно выезжая с парковки.

Я знал, что она захочет так сделать. И все же, когда Диана, сперва лукаво посмотрев на меня, решилась и положила свою ладонь мне на бедро, не смог не улыбнуться.

– Вы были сегодня жестоки… Мастер.

Облизнулся, проводя ладонью по рулю и не отрывая взгляд от дороги.

– Ты сама просила.

– Я просила другое. – Ее пальчики сжали мое бедро, и ладонь прошествовала дальше. Выше.

Непозволительно высоко.

Перехватил ее, покачав головой.

– Я не позволял.

Диана замерла, а потом отстегнула ремень безопасности и нагнулась, практически ныряя под руль.

– Если руками нельзя, то тогда, наверное, можно губами?

Минет в исполнении Дианы… в котором она постарается оттягивать мое удовольствие как можно дальше. И адреналин в крови от того, что мы до сих пор находимся в пути. Скорость, опасность, страсть…

– В качестве поощрения, – разрешил ей.

Ловкие пальцы справились с молнией, щелкнули пуговицей и потянули резинку трусов вниз, высвобождая мой член.

Я почувствовал сначала горячее дыхание, после ее первый поцелуй.

Однако, довольная улыбка, что скользнула по моим губам, превратилась в плотную линию, когда Диана, больше немедля, с ходу взяла максимально глубоко. Так, чтобы языком начать оглаживать мои яйца.

Ну, вернее, пытаться это сделать, ведь из ее положения сбоку было не очень сподручно. Да и избавить меня полностью от одежды ниже пояса было бы не лишним.

Ее губы плотно обхватывали ствол, язык оглаживал нежную кожу, а головка то и дело скользила по небу, чтобы толкнуться дальше в горло.

Она умеет делать горловой минет?

Кажется, еще один пункт против моей нерушимой выдержки.

Впрочем… я уже и так все подвел к очень тонкой грани. Не переходя к полноценному сексу, но позволяя такие откровенные ласки, допустимые только между супругами или любовниками.

Опустил руку, зарываясь в мягкие волосы и чуть надавливая.

Она начала двигать головой, то полностью выпуская член изо рта, чтобы лизнуть головку, обвести ее по кругу, пока ладонью сжимала ствол, слегка надрачивая, то вновь вбирая полностью, убирая пальцы, чтобы как можно ощутимее прочувствовать мою длину в себе.

Находилась в нижней точке, мычала, посылая вибрации в самом чувствительном месте, заставляла меня судорожно сжимать руль.

Хороша, чертовка!

Пленительно хороша!

Я даже не пытался умерить участившееся сердцебиение. Мое возбуждение, которое Диана филигранно взвинчивала в абсолют, сейчас грозило вылиться в непредвиденный оргазм.

Но девчонка чувствовала, когда я был готов разрядиться на ее язык горячей спермой, и тут же останавливалась или меняла темп ласки, сбивая с настроя.

Первый раз. Второй. Третий.

Мое дыхание сбилось, пришлось даже снизить скорость и перестроиться в средний ряд.

Слишком она хорошо сосет.

Так, если бы я учил ее сам. Показывал, как больше мне нравится.

А ее желание отомстить за сладкие мучения в течение дня?

Я едва держался, чтобы не зафиксировать ее голову в одном положении, грубо взять и начать приподнимать бедра, трахая ее рот.

Хотел кончить!

И с каждым разом, с каждой ее издевательской пыткой, все больше.

Молодец, Дианочка, этот урок ты усвоила неимоверно быстро.

И смогла поменяться местами.

Сейчас ТЫ задаешь условия игры.

Моя спина взмокла, как и виски, на лбу выступила испарина, грудь тяжело вздымалась. А впереди уже показалось ее временное пристанище. Мой дом.

Вернее, дом с командировочными квартирами.

Я знал, что если поддамся и привезу ее к себе, возьму. Даже не придется пользоваться силой, она отдастся сама.

Но… нельзя. Пока нельзя.

Диана усилила нажим, и я сорвался. Невольно простонал, когда удовольствие взорвалось, оседая спермой на ее языке и выгибая меня навстречу гостеприимной глотке.

Да-а-а!

Безумно правильное предложение. И отчаянно желанное, оказывается, с моей стороны. Чтобы вот так: добровольно, со вкусом и, причмокивая с наслаждением.

Боталова отстранилась от меня, напоследок лизнула уздечку, послав очередную дрожь по телу, хитро улыбнулась, вытирая мокрый подбородок, и вернулась на пассажирское сидение.

– Кажется, небольшая месть удалась.

– Да, я почувствовал. – Одарил ее понимающей ухмылкой и снова прибавил скорость, выруливая на финишную прямую.

Она, взглянув в окно, нахмурилась.

– Мы едем… ко мне?

Вздохнул.

– Два месяца.

– Что?..

– Если через два месяца ты будешь продолжать хотеть секса, ты его получишь. Более того, я готов буду пойти на уступки.

– Какие? – спросила, наверное, скорее по инерции, чем понимая, о чем я сейчас.

Диана, кажется, не осознавала, что сегодня я к ней больше не прикоснусь.

– Узнаешь, если за выделенный срок твое желание не иссякнет.

Притормозил, а после остановился перед ее подъездом.

Диана заметила, что я не спешил глушить мотор.

– Почему именно два месяца? – Ее голос звучал скованно.

– Этого срока хватит, чтобы ты поняла для себя, чего хочешь дальше. За эти недели я постараюсь рассказать тебе как можно больше… о бизнесе. И после этих двух месяцев я лично сопровожу тебя на совет директоров «BotalovMeb».

Она замерла. А потом поджала губы и стиснула кулаки.

– Это будет экзамен? Контрольная точка обуздала ли девочка свой нрав и научилась самостоятельности.

– Ты сама все понимаешь, Диана.

– А что тогда было… сейчас?

– Твоя месть. Я позволил ей осуществиться.

Она скрипнула зубами. Отвернулась. Но потом снова принялась испепелять меня взглядом.

– А раскрытие карт передо мной – разве это не хитрость? Мне казалось, я не должна знать о крайней дате.

Пытается не злиться, но выходит плохо.

– Виктор вверил мне тебя. И только я решаю, что стоит делать, а что нет. Ты хотела определенности? Я тебе ее даю. Два месяца работы и включения в бизнес-процессы. Чтобы доказать не только твоему дяде, но и мне, что ты готова будешь… к свободному плаванию.

– То есть, если на совете директоров я показываю себя как перевоспитавшийся ребенок, то меня увольняют из «РусМеталлиста»?

– Если ты докажешь, что больше не нуждаешься в моей протекции в качестве наставника и сможешь далее плыть по течению с собственными желаниями… моя задача будет выполнена.

– И только тогда Вы сможете спокойно трахать племянницу партнера, которая теперь не будет числиться в ученицах? Обязательства будут выполнены, и вперед, во все тяжкие?

Снова вздохнул.

– Диана… Я человек, который четко придерживается договоренностей. Наш секс может навредить беспристрастности обучения.

Я хотел добавить еще, но не стал. Она сама должна прийти к пониманию.

Сейчас ею движут инстинкты. Порочное желание.

Но оно кратковременно.

Сегодня у нее возникла навязчивая идея, за которую девушка схватилась и хочет исполнить в ближайшее время. Но, стоит лишь подождать, она может перегореть.

Если не завершим то, что я запланировал, ее отстраненность может сыграть злую шутку.

– Разумеется. – Она фыркнула. – Вы мужчина «на опыте».

– Который хочет осознанного решения от партнерши.

Она пожевала губу.

Не стала истерить или выбегать из авто. Уже неплохо.

– Хорошо. Я поняла, – произнесла она, чуть выждав. – Значит, два месяца. Учусь, набиваю шишки, осваиваю новое и показываю свое преображенное сознание милым родственничкам. А если они не будут готовы признать, что я изменилась?

– Все в твоих руках, Диана. Думаю, тебе виднее, какой они видели тебя до того, как ты пришла сюда. И знаешь, что хотят увидеть.

– Они – да, знаю.

«А Вы?» – Повисло в воздухе.

– А я прослежу за тем, чтобы ты не пыталась только делать вид заинтересованности, а на самом деле оказалась вовлечена в процесс. В противном случае срок с двух месяцев будет растянут еще на неопределенное количество времени.

– Принято.