Глава Четырнадцатая

Я стояла посреди гостиной, прижимая букет нежно-розовых цветов к груди, и во все глаза смотрела на Ориса. Небольшие шипы довольно ощутимо кололи сквозь одежду, но я ничего не замечала, глядя в безмятежные светло-карие глаза мужчины, а вокруг нас летал сладкий цветочный аромат. Чувство «дежавю» никуда не делось, а, наоборот, набирало обороты. Нет, я так точно скоро сойду с ума, постоянно переживая и присматриваясь к каждому встречному с вечным немым вопросом: Призрак – это ты?

– Вам нравится? – мужчина улыбался, совершенно не подозревая, какие мысли сейчас вертятся у меня в голове.

Мне показалось, или в глубине его глаз загорелся торжеством зелёный огонёк. Или я просто слишком мнительная и пытаюсь выдать желаемое за действительное?

– Они… красивые, – медленно ответила я, опуская взгляд и осторожно касаясь пальцами нежных и таких хрупких бутонов. – Очень красивые. Как, вы говорите, они называются?

Спросила и только потом поняла, что всего пару минут назад сама называла этот цветок. Оставалось надеяться, что он этого не слышал.

– Рейзи.

– Они очень похожи на цветы с моей родины, – сказала я, внимательно наблюдая за его реакцией, пытаясь хоть что-то уловить. И не находила.

– Рейзи – очень редкие цветы, выращенные специально для покойной императрицы, она обожала их. Зимой они особенно редки и ценны. Мне пришлось долго уговаривать садовника главной оранжереи, чтобы он позволил мне срезать их и принести вам, – несколько самодовольно добавил он, явно ожидая похвалы и восторженных ахов, но я слишком нервничала, чтобы изображать что-то подобное.

– Спасибо. Мне очень приятно.

– Это не все подарки, – произнёс Орис. – Кое-кто еще очень хочет вас видеть.

Я несколько напряглась, смотря на дверь. В последнее время сюрпризы меня совсем не радовали, и гадать, кто там стоит за дверью, уже боялась.

– Здравствуйте, миледи, – в гостиную робко вошла смущенная девушка.

– Магда! – я искренне улыбнулась ей, действительно радуясь её присутствию. – Ты здесь.

– Лорд Искрем был так добр, что предложил мне должность вашей личной горничной. Если вы не возражаете, миледи, – голос звучал умоляюще, и она явно ожидала моей реакции.

«Набирает очки дедуля».

– Миледи не возражает, – великодушно кивнула я.

– Позвольте я заберу у вас цветы и поставлю в вазу. Такие красивые, – сразу разулыбалась Магда, подходя ко мне. – Никогда не видела рейзи вблизи. Говорят, что чем крепче чувства подарившего, тем дольше они стоят, не теряя цвета и сладкого аромата.

Ох, вот этого совершенно не стоило говорить.

– Гхм, спасибо, – пробормотала я, не зная, как смотреть теперь в глаза Беккеру. Сомнений в том, что мужчина пытается за мной ухаживать, не было, и я пока не знала, как на это реагировать.

– Это еще не все сюрпризы на сегодня.

– Вы сегодня просто фея-крестная.

– Прошу прощения? – Орис выглядел несколько растерянно, явно не понимая, что означает моя фраза.

– Ничего, – я отмахнулась и неловко улыбнулась. – Так что за сюрприз вы еще подготовили?

– Это не я, а лорд Искрем, – Беккер повернулся к двери, которая вновь открылась, впуская слуг, которые несли тяжелые чемоданы, коробки, сундуки.

– Что это?

– Ваш гардероб, миледи, – ответила Магда, широко улыбаясь.

– Не хотелось бы вас торопить, но через полтора часа встреча с Искремом. Вам надо подготовиться.

– Почему так рано? – нахмурилась я и повернулась в сторону спальни.

Как там Ромка? Оставлять его здесь одного совершенно не хотелось. Надо ещё обязательно переговорить с Шейном, прежде чем он уйдёт. Как же всё не вовремя.

– У вас очень плотный график.

– Я приготовлю вам ванную, миледи. И подберу соответствующий наряд. У вас есть какие-либо пожелания? – вновь подала голос Магда.

От этого всего мельтешения вновь разболелась голова и еще сильнее захотелось спать. Забивать голову тряпками не было никакого желания. И без того проблем хватало.

– Я полностью доверяю твоему вкусу, – несколько рассеянно ответила ей.

В этот момент из спальни вышел Шейн.

– Как Роман? – сразу повернулась к нему я и замерла, ожидая ответа.

– Небольшой жар. Но угрозы жизни нет, – спокойно ответил Шейн, не сбавляя темпа и направляясь сразу к выходу.

– А как быть дальше? Как за ним ухаживать? – ему вдогонку крикнула я.

– Беккер в курсе. А теперь прошу меня извинить, дела, – не оборачиваясь, ответил мужчина и ушёл.

Невозможный человек. У меня просто не было слов, чтобы полноценно охарактеризовать его августейшую персону. Цензурных слов.

– Миледи, нам надо спешить, – подала голос горничная.

Больше всего мне не хватало времени, для того чтобы остановиться хоть на мгновение и подумать обо всем, без этой постоянной спешки, шума и тягания из стороны в сторону. Именно поэтому толком проработать своё дальнейшее поведение с будущими родственниками я не смогла.

После ванны с ароматными маслами и морской солью с какими-то добавками, после которой кожа стала невероятно бархатной и нежной, а от меня пахло, как от цветочного куста, настал черёд переодевания. Была бы моя воля, я бы пролежала в этом пенном облаке целый час, но времени, к сожалению, не было.

Платье, что выбрала Магда, было красивого винного цвета, с высоким воротником, украшенным белоснежным кружевом, и застёгивалось сзади на десяток крохотных пуговичек. А еще оно было с пышной юбкой и небольшим шлейфом, который я совершенно не знала, куда деть, чувствуя себя той самой коровой, которой вручили седло.

Но Магда восторженно ахала, сыпала комплиментами и выглядела такой довольной, что мне пришлось лишь смириться. Красота же требует жертв, и немалых.

Волосы, еще влажные после ванны, горничная убрала в красивую косу, украсив причёску лентами под цвет платья. Выглядела я строго и как-то мрачно. Хотя, может, это и к лучшему. Меня же вроде как хотели убить прошлой ночью, тут не до весёленьких нарядов в цветочек.

Только мы закончили, как в дверь второй спальни, где мы расположились, пока в первой приходил в себя Ромка, постучали.

– Леандра, вы готовы? Пора выходить.

Чёрт! И этот туда же. А ведь еще утром называл меня правильно. Неужели дед уже успел подсуетиться?

– Минуту.

Стоило мне выйти, как Орис осыпал меня витиеватыми комплиментами, часть которых я пропустила мимо ушей, слишком нервничая, чтобы заострять на них своё внимание.

Перед тем как уйти, я зашла к Калинину. Просто не могла поступить иначе. Парень беспокойно метался во сне и был мокрым от пота.

– С ним точно всё нормально? – я присела на краешек кровати, едва не наступив на шлейф, и осторожно коснулась его руки.

– Для того чтобы вывести весь яд, нужны силы. Ему еще повезло, что Шейн пришёл так быстро, да еще с антидотом. Не переживайте, я буду рядом с ним, – ответил Беккер и застыл в дверях, наблюдая за нами.

– А как же моя безопасность? Разве это теперь не ваша обязанность? – удивилась я.

– Моя, – кивнул Орис. – Но на представлении с вами будет лорд Шейн. И только самоубийца попытается провернуть что-нибудь у него на глазах.

– Хм, понятно.

Искрем ждал меня у подножья лестницы, которая вела из моей личной башни.

– Ты отлично выглядишь, Леандра, – улыбнулся он, подавая мне руку.

– Благодарю, милорд.

Но моя улыбка нисколько его не убедила. Дед видел, что я нервничала, хотя и пыталась это скрыть.

– Не переживай, моя дорогая. Всё будет хорошо.

Хотелось бы мне в это верить. Положив руку ему на локоть, я позволила вести себя к месту назначения.

Вдох-выдох, Лея. Игра началась.

Они ждали нас в небольшом зале в самых различных оттенках алого и золотого. Уютные диванчики, мягкие кресла с бархатной бордовой обивкой, тяжелые шторы с золотым орнаментом на тёмно-вишневом, бежевые обои с алыми цветами и мебель из красного дерева. Наверное, это был не просто обычный зал, если здесь преобладали огненные цвета, которые отражали суть моей магии и семьи. По моему личному мнению, здесь было слишком много красного, так и хотелось разбавить его зелёным или синим. Хоть чем-нибудь, лишь бы убрать эту красноту, от которой сразу же зарябило в глазах.

У меня была всего пара секунд, чтобы осмотреться и прийти в себя, настраиваясь на деловой лад. Ошибки и промахи не прощают.

Семь мужчин и две женщины. Шейна среди них не было. Либо он сидел где-то в засаде, либо вообще не почтит нас своим присутствием. Мне больше нравился первый вариант. Не чувствовала я себя здесь в безопасности. Даже находясь рядом с дедом.

Стоило нам войти, как разговоры сразу были прекращены, а взгляды обращены на нас. Тишина была такая, что пролети сейчас мимо какая-нибудь мошка, все бы услышали её жужжание.

«Почувствуй себя звЯздой», – ехидно сообщил внутренний голос, но я лишь отмахнулась, полностью сосредоточившись на предстоящем мероприятии.

Как же это было сложно – просто равнодушно смотреть на них и не пытаться гадать, есть ли среди них мой отец или потенциальный убийца. А может, и то и другое.

– Доброе утро всем, – громогласно провозгласил Искрем и как бы невзначай накрыл ладонью мою руку, что продолжала лежать у него на сгибе локтя. Жест поддержки и успокоения, одобрения и доверия. Движение, которое заметили и оценили все.

Они смотрели на меня, и в глазах был живой интерес и что-то еще… Не могу сказать, что именно, но было немного неприятно. Словно меня оценивали или приценивались. Да, наверное, это самое верное определение. Семь мужчин, из которых пятеро довольно молодые люди, то есть драконы. Потенциальные женихи?

– Это будет небольшое знакомство для узкого и близкого круга доверенных лиц перед большим балом, который состоится через пару недель.

Все тут же оценили торжественность, важность момента и уровень собственной значимости. А я едва смогла удержать нервный смешок, глядя, как они кивают, словно пустоголовые болванчики.

– Прошу приветствовать. Моя внучка Леандра Борк. Огненная Леандра.

Теперь все могли открыто и не стесняясь смотреть только на меня. Рассматривать, оценивать, прощупывать. А я понятия не имела, как себя с ними вести. Надо же было как-то ответить. Просто кивнуть или надо произнести ответную речь? В правилах этикета, которым обучал меня Нориус, было нечто подобное, но я так нервничала, что совершенно ничего не помнила.

– Здравствуйте, – в конце концов пробормотала я и сдержанно кивнула.

– Знакомься, дорогая, – дед, не теряя времени даром, сначала подвёл меня к диванчику. – Это моя супруга леди Мэлиза Борк.

Женщина, которая единственная из присутствующих осталась сидеть после нашего появления и спокойно встретила мой заинтересованный взгляд, выглядела намного старше Искрема. Полностью седые, даже я бы сказала жемчужного цвета волосы были собраны в аккуратный пучок и украшены сверкающей диадемой с блестящими драгоценными камнями. На морщинистой шее, которая была открыта вырезом изумрудного платья, лежало массивное колье. Вообще, она очень любила драгоценности. Столько браслетов и колец я никогда не видела за раз.

Взгляд холодных голубых глаз равнодушно прошёлся по мне, и она лишь кивнула, приветствуя меня

Его жена, но не моя бабушка. Понятно.

– Это мой первый советник лорд Сесло с супругой и его сын Арланд Сесло, – дед подвёл меня в первой группе гостей.

Сесло был так же могуч и бородат, как Искрем, только глаза были тёмно-карие. Его жена выглядела чуть старше меня. Это была миниатюрная брюнетка с алыми губами, одетая в синее платье с максимально открытыми плечами и грудью. Для полного образа ей бы ещё мушку над губой. В синих глазах читался вызов. С ней мы тоже не подружимся.

– Для меня честь быть представленным наследнице Огненных, – широко улыбнулся Арланд, светловолосый и кареглазый молодой мужчина, который взял меня за руку и тут же прижался к ней губами. Он был так же массивен и широкоплеч, как и его отец.

– Благодарю.

– Это лорд Арриго и его сын Мейс Арриго, – продолжил знакомство дед.

Отец и сын стояли ближе к окну. Оба рыжеволосые, с короткими стрижками и веснушками, которые никак не вязались с расчетливым блеском в одинаковых зелёных глазах.

– Моё почтение, леди Леандра, – бархатистым голосом произнёс Мейс.

Последней была троица молодых мужчин, которые расположились ближе к бару. Я краем глаза отметила пустые бокалы на столике. Ребята тут совершенно ни в чём себе не отказывали, ожидая нас.

Но представить их дед не успел.

Неожиданно дверь распахнулась, и в зал решительно вошёл Шейн. Я успела заметить, что он переоделся и даже привёл себя в порядок. Камзол был таким же чёрным, но немного другого кроя, кружево воротника стало еще узорчатее, а брошка стала чуть больше и была украшена на этот раз рубинами. Интересно, у него их целая коллекция?

– Прошу прощения, господа. Вы не отвлекайтесь, – спокойно произнёс он, шагая в сторону дивана, его шаги гулко раздавались в зале. После чего мужчина присел рядом с бабулей. – Доброго дня, леди Борк, вы великолепно выглядите.

И поцеловал ей ручку.

– Шейн, – усмехнулась она, но лёд в глазах оттаял. – Как всегда, само очарование.

– Вы мне льстите, миледи, – улыбнулся он и вновь посмотрел на нас. – Вы продолжайте, продолжайте. Я просто посижу тут в сторонке и не буду мешать.

Я всё-таки хихикнула тихо и сразу же прикусила губу, чтобы не расхохотаться в голос, но меня всё равно услышали.

И вновь все взгляды были обращены на меня, но после появления Шейна, да еще такого эффектного, стало всё равно. Даже появилась уверенность.

– Кхм, – пробормотал дед, явно пытаясь вспомнить, на чём он остановился до того, как его столь бесцеремонно прервали.

Взгляд, который Искрем бросил в сторону главы разведки, был далеко не радужный. Но мужчина уже что-то тихо рассказывал Мэлизе и совершенно не обращал на нас внимания. Так могло показаться на первый взгляд, но я видела, как он периодически осматривает зал. Стоило нам встретиться глазами, как он неожиданно мне подмигнул, улыбаясь краешком губ, и вновь отвернулся.

– Да, продолжаем. Это Вирго Эттори, Тэо Конир и Рензо Прим, – представил, наконец, дед последнюю троицу.

Все три блондина. Чтобы совершенно не запутаться, попыталась найти хоть какие-то отличительные черты в каждом. Эттори был коренастым и несколько ниже своих друзей, видимо, драться он тоже любил, потому что нос у него был сломан и сросся неправильно.

Конир – самый высокий и худой, волосы длинные и собраны в хвост на затылке, глаза узкие и миндалевидные. Что-то в нём не давало мне покоя, но я так и не поняла, что именно.

Рензо Прим был как из картинки модного журнала: широкие плечи, узкие бёдра, светлые волосы и тёмные брови, нос с горбинкой и ямочка на подбородке.

«Нарцисс», – сразу же охарактеризовала его я.

– Леди Леандра, – почтительно произнёс Эттори, целуя мою руку.

– Вы еще красивее, чем я предполагал, – улыбнулся Конир.

А Прим вообще промолчал, лишь выразительно на меня глянул, уверенный, что мужественная красота всё скажет за него.

Интересно, если я сейчас начну биться головой о стенку, они не сдадут меня в психушку? А у них тут есть психушка? Или сразу в ссылку в монастырь?

И тут неожиданно подал голос Шейн.

– Тэо, я так и не получил от тебя полного отчета о прорыве, – громко произнёс он, вновь привлекая к себе внимание.

– Будет сегодня вечером, – сразу же ответил дракон.

– Не ожидал встретить тебя сегодня здесь. Разве срок службы окончен? А кто теперь будет охранять нашу дорогую ведьму? – не унимался императорский палач.

А меня осенило. Так вот что не давало мне покоя. Этот же тот самый дракон, от которого мы прятались в погребе Зуны. Это Конир отследил наш перенос. Я бросила на мужчину заинтересованный взгляд, который тот оценил по-своему и улыбнулся еще шире.

– Его вызвал сюда я, – вмешался дед.

– Смотрины? – невинно уточнил Шейн. – Такая честь. Весь свет рода пригласили, самых лучших выбрали.

– Шейн! – предупреждающе рыкнул Искрем, а тот лишь невинно улыбнулся.

Открытием для меня его слова не стали. Я уже давно поняла, для чего было проведено собрание. Дедуля показал мне кандидатов на роль мужа. Мне осталось только выразить своё восхищение его оперативностью.

Вновь открылась дверь, и показался взволнованный слуга.

– Милорд…

– В чём дело?

– Там лорд Стаут. Он очень настаивает на встрече, – произнёс он и с трудом устоял на ногах, когда его потеснили в сторону, едва не впечатывая в дверной откос, и в зал вошёл Эндор.

– Добрый день, господа. Я не помешал?

В синих глазах читался вызов: а если и помешал, то всё равно не уйду.

Я чувствовала себя странно.

Вроде бы, с одной стороны, была страшно спокойной и даже равнодушной. Словно меня вновь напоил специальным зельем тот врач или лекарь. Жаль, я не спросила, как его зовут, интересный дядечка.

А с другой, всё происходящее напоминало мне комедию ошибок или просто безумную пьесу, когда происходит слишком много всего и сразу, и ты теряешься, не зная, что делать и куда бежать. Смотреть на этот фарс было бы интересно, но только когда не ты одно из действующих лиц, а весь этот каламбур происходит на экране, а не в твоей собственной жизни.

Поэтому я чувствовала себя в крайней степени странно, даже появлению Эндора особо не удивилась.

Куда же без него? Он появился в моей жизни задолго до радикальных перемен и должен сполна отыграть отведённую ему роль. Для полного счастья («счастья» в кавычках) не хватало только Императора со своими собственными матримониальными планами. Тот рыжий принц наверняка еще не женат, а тут такая завидная невеста ходит. Хотя, вряд ли императору нужны внуки-драконы, да еще с такой наследственностью и смертностью.

– Стаут, – тихо, но жестко произнёс Искрем, глядя на Эндора. – Тебя здесь не ждали.

Готова поклясться, глаза дедули вспыхнули огнём, хотя внешне это никак не проявилось. Оказывается, он может быть очень даже резким и кровожадным. Собственно, чему я удивляюсь, плюшевые мишки с алкогольной зависимостью не становятся главами целых кланов. Правда, и здесь было небольшое исключение. Слабый мог стать главой, но за его спиной должен быть кто-то очень сильный и хитрый, так что дед под эту категорию никак не подходил.

Странное ощущение заставило меня неожиданно обернуться и встретиться с внимательными голубыми глазами. Шейн напрочь игнорировал битву двух драконов, которые продолжали сверлить друг друга взглядом и петушиться (а драконы умеют петушиться? Не знаю, но выглядело интересно), и смотрел прямо на меня. Что-то в выражении его лица заставило меня нервно передёрнуть плечом. Криво усмехнувшись, он едва заметно покачал головой и вновь повернулся к бабушке.

А я совсем запуталась.

– Прежде чем вы начнёте, я хотел бы сделать встречное предложение о заключении новых соглашений между нашими семьями, – красивая, я бы даже сказала, театральная пауза, и Эндор с улыбкой закончил: – И нашими кланами. Воздушные и огненные.

Звучало впечатляюще. Даже моих скромных познаний, вбитых в голову Нориусом, хватило, чтобы понять, насколько необычным оно было. Драконы изначально делились по классовому признаку: огненные, воздушные, водные, горные и подземные. Друг с другом они не конфликтовали, но и на уступки не шли, предпочитая вариться каждый в своём болоте. И то, что Эндор сейчас предлагал, было удивительно и крайне заманчиво. Надо было только выяснить условия.

Я даже почувствовала себе польщенной. Надо же, какие жертвы ради одной-единственной самки дракона.

В зале наступила гнетущая тишина. Искрем молча изучал Эндора, остальные ждали его решения.

– Вы завтракали, лорд Стаут? – вдруг спросил дед.

И я горько ухмыльнулась, открывая счёт в пользу Эндора.

– Нет.

– Присоединитесь к нам?

– С удовольствием.

Вот так вот решаются вопросы в мире, где правят мужчины и нет ни слова об эмансипации. Никогда не была сторонницей феминисток, но сейчас просто желала стать членом их движения.

Интересно, как мне теперь донести до них информацию о том, что замуж я не собираюсь. От слова совсем. И никто и никогда не заставит меня поступиться своими правилами и желаниями и стать ходячим инкубатором на потеху этой чешуйчатой публике.

«Вдох-выдох, Лея, вдох-выдох. Скандал ни к чему не приведёт. Надо быть умнее. Это их главная ошибка, они считают, что ты сдалась. На этом и сыграем».

После этого последовал завтрак, перед которым лорд Шейн довольно быстро распрощался с нами, сослался на важные дела и ушёл. Я проводила его взглядом, размышляя о том, что из всей этой компании отчего-то доверять могу только ему. Эндор после лжи немного растерял свои позиции, и я ждала его следующего шага, чтобы понять, как действовать дальше.

Стаут перехватил взгляд, который я бросила вслед Шейну, и нахмурился. Неужели решил, что я влюбилась в этого красавчика? Ничего, здоровая ревность никому не мешала.

Завтрак прошёл в легкой и непринуждённой обстановке, меня усадили по правую руку от Искрема, рядом расположилась бабушка, а напротив Эндор, который всё пытался перекинуться со мной взглядами.

Я краем уха слушала разговоры о погоде, политике, урожае, каких-то приёмах и балах и отвечала, только когда меня спрашивали. Сейчас больше всего мне хотелось вернуться к себе в башню и проведать Ромку. Я так нервничала, что почти не ела, вяло ковыряя в тарелке нежный молочный пудинг со свежими ягодами.

– Как ты, моя дорогая? – дед повернулся ко мне и внимательно осмотрел.

– Я хотела бы вернуться к себе в покои. Очень устала.

– Хорошо. Слуги тебя проведут. Я зайду к тебе позже.

Я благодарно кивнула и, отложив в сторону салфетку, поднялась со стула.

– Лорд Искрем, вы не возражаете, если я поговорю с вашей внучкой наедине. Всего пару минут, – поднимаясь со своего места, неожиданно произнёс Эндор, вновь привлекая к себе внимание.

Тот взглянул на меня.

– Как ты думаешь, Леандра?

Я даже удивилась. Неужели он хочет услышать моё мнение? Надо же, какой прогресс.

– Если только пару минут, – ответила я.

– У вас пять минут, лорд Стаут, – кивнул старый дракон.

Дворецкий проводил нас в комнату и неподвижной статуей застыл в дверях. Эндор бросил на него недовольный взгляд, взял меня за руку и отвёл к окну. Я не сопротивлялась, ожидая продолжения.

– Как ты? – тихо спросил он, а синие глаза тревожно вглядывались в моё лицо.

– Нормально.

– Ты не пострадала?

А вот тут я насторожилась.

– Ты что сейчас имеешь в виду?

– Брось, Лея, я знаю, что тебя пытались убить и пострадал этот твой Калинин, – с досадой ответил мужчина.

– Пытались, – медленно проговорила я, выдёргивая ладонь из его рук. – Но ты откуда это знаешь?

Сомневаюсь, что Искрем на каждом шагу кричал о том, что на его найденную внучку, которую надо хранить как зеницу ока, в первый же вечер было совершенно покушение, которое только по счастливой случайности не отправило её на тот свет.

– Будем считать, что у меня свои источники информации, – туманно ответил он. – Ты злишься?

– Мы это уже выясняли в прошлую нашу беседу, и про шанс доказать свои чувства тоже, – устало ответила ему и скрестила руки на груди. – Если честно, то у тебя пока не очень хорошо получается.

– Шейн приставил к тебе в качестве охранника Беккера? – вместо этого спросил он, словно не замечая моей реплики.

– Да. А что?

– Я буду бороться за тебя, Лея.

– Это угроза? – я выразительно приподняла бровь.

– Констатация фактов. Понимаю, что ты обижена, но я не отступлюсь и докажу, что мои чувства серьёзны.

Какие красивые слова. Вот только я в них не верила.

– Тебе просто нужна драконица для рождения детей.

– Нет, – неожиданно резко ответил он и схватил за плечи. – Мне нужна ты. Только ты. Та храбрая девчонка, которая не испугалась и бросилась спасать меня в тёмном парке с газовым баллончиком наперевес. Та девушка, что улыбалась посетителям кафе, несмотря на то, что была страшно уставшей и ей надо было бежать на пары. Девушка, которая так красиво и очаровательно краснела, прижимая к груди букет цветов.

Говорят, что женщины любят ушами. Никогда не понимала значения этой фразы, а тут вдруг прониклась. Его словами, воспоминаниями о той, прошлой жизни на Земле, его голосом и всем этим.

Как же мне хотелось ему поверить.

– Мне нужна ты, – хрипло повторил Эндор, ласково касаясь щеки. – Не наследница Огненных, не трофей для укрепления положения. Я хочу касаться тебя, целовать, любить, засыпать и просыпаться вместе. Видеть, как растёт и развивается в твоей утробе наш малыш, выбирать имена, смеяться и радоваться каждому дню… Я хочу, чтобы ты любила меня так же сильно, как я тебя.

С каждым произнесённым словом он подходил всё ближе ко мне, а последнюю фразу вообще прошептал, находясь всего в паре сантиметров от моих губ, обдавая их горячим дыханием и вызывая такие мурашки, которых у меня никогда в жизни не было.

Во рту пересохло, я вся подобралась, пытаясь сообразить, чего хочу больше – чтобы Эндор меня отпустил или поцеловал. Мозг (или та крохотная часть, которая не была затуманена желанием) из последних сил орал: «Соберись, тряпка, он пудрит тебе мозги!»

Стаут всё решил за нас обоих.

Я словно вернулась на несколько дней назад в залитую солнечным светом дорогую машину, которую от летней духоты не спасал даже кондиционер.

«Последняя крепость пала», – мрачно констатировал мозг и отключился, отказываясь присутствовать при нравственном падении хозяйки.

Не оттолкнула, не сопротивлялась, а наоборот, с тихим стоном подалась вперёд. Мои руки скользнули по сильной груди к шее и запутались в длинных волосах мужчины. Целовать его было приятно и сладко, а находиться в объятьях удивительно спокойно.

Что-то пробормотав, Эндор еще сильнее прижал меня к себе. Его рука ласкала мою шею, словно успокаивая, давая привыкнуть, а другая продолжала лежать на спине и была такой горячей, что я чувствовала жар даже сквозь ткань платья.

– Лея… Лея.

Было жарко, так жарко, что мне казалось, что я начинаю гореть, даже палёным запахло…

И тут всё кончилось. Эндор вдруг прекратил поцелуй, процедил что-то непонятное, но не совсем приличное сквозь зубы, и спрятал меня за спину.

– Мамочки, – прошептала я, расширенными глазами смотря на то, как ярко-алое пламя с аппетитом и треском пожирает дорогой стол, который стоял всего в метре от нас.

Это что, новое покушение? Но когда? Как? И какое-то оно странное, если честно, и непонятное.

– Лея, успокойся, – вдруг скомандовал Эндор, поворачиваясь ко мне лицом. – Дыши глубже и успокойся.

– Мы же горим, – напомнила ему, совершенно не понимая, что он делает, надо же не стоять столбом, а звать на помощь, тушить пожар.

– Горим, – вдруг довольно улыбнулся мужчина. – Ты горишь.

Что-то в его словах заставило меня застыть.

– Ты дыма наглотался?

– Это ты сделала.

– Что сделала?

Треск пламени становился всё громче, и я краем глаза видела, как со стола пламя перекинулось на гардину. Жаль, симпатичная была.

– Ты вызвала огонь. Ты же огненная, забыла?

– О-о-о, – только и смогла пробормотать я.

Ведь действительно забыла. О том, кто я такая, что могу превращаться в дракона, хотя это и было один-единственный раз, и сейчас всё произошедшее казалось странным сном, который не имеет ничего общего с реальностью. А теперь я еще, оказывается, умею вызывать огонь.

За время учебы у Нориуса мы практически не касались способностей драконов, нам и без этого было что изучить. Я несколько раз пыталась узнать о них у императорского мага, но тот лишь качал головой и говорил, что об этом мне потом расскажут другие, такие же драконы, как и я.

– Это не моя стезя, Лея, и не мне тебе о ней рассказывать, – сказал он тогда.

А сейчас я стояла и не знала, что делать.

– Я и забыл, что ты только недавно перекинулась в первый раз и сейчас не стабильна, – продолжал улыбаться мужчина. – Мне приятно, что я вызываю у тебя такие чувства.

И вновь попытался поцеловать. Но обжиматься, когда всего в метре от нас полыхает пламя, было сродни пиру во время чумы.

Меня одну напрягает сей факт?

– Хм, Эндор. Надо что-то делать. Ты его можешь потушить?

– Нет. Я – воздушник. А кислород, как ты знаешь, только больше способствует разгоранию пламени. Мы с тобой идеально дополняем друг друга.

Комментировать это заявление я никак не стала.

– Я позову на помощь.

– Стой, – Эндор схватил меня за руку, – это же твоё пламя. Неужели ты не видишь? Оно твоё, и погасить его ты должна сама.

Я непонимающе глянула на него, потом перевела взгляд на огонь. До меня только сейчас стало доходить, что жар хоть и был, но дыма не наблюдалось. Ведь, по идее, здесь уже давно дышать нечем было бы. И сам огонь горел как-то странно. А стол и гардина не осыпались пеплом, не тлели угольками, а лишь почернели.

– Ты видишь? – мужчина встал у меня за спиной и нежно обхватил за плечи. – Это не настоящее пламя. Пока. Как только твоё состояние стабилизируется и ты придёшь в норму, сможешь вызывать настоящий огонь, – тихий смешок и легкий поцелуй в затылок. – Мне надо будет позаботиться о противопожарных мерах, а то так в пылу гнева можешь весь наш дом спалить.

Я передёрнула плечом. Слишком много информации и лишних эмоций.

– Что мне делать?

– Дыши глубоко, успокойся, представь ручеек, природу, птичек – что угодно, главное, чтобы это вернуло покой в твою душу и помогло расслабиться.

Глаза пришлось закрыть, хотя было страшно. Мало ли что Эндор говорит, а вдруг он ошибся, и мы тут заживо сгорим.

Успокоиться не получалось. Я тщетно пыталась дышать, выбросить из головы всё ненужное, но мужчина стоял слишком близко, обнимал слишком властно и касался весьма собственнически.

– Не могу, – выдохнула я, открывая глаза. – Не получается.

– Что здесь происходит? – требовательно спросил неизвестно откуда взявшийся Орис. – Леандра, вы в порядке?

– Лея немного перенервничала, – продолжая обнимать меня, холодно заявил Эндор, которого такое вмешательство не обрадовало.

– Я вижу, – съязвил тот, а светло-карие глаза потемнели от едва сдерживаемой ярости, которую Беккер даже не думал скрыть.

Щелчок пальцами мага – и пламя последний раз вспыхнуло и погасло. Это так просто?

– Ваше время истекло, лорд Стаут. Леди Леандра, позвольте, я провожу вас в покои, – Беккер протянул мне руку, за которую я сразу же уцепилась, как за спасательный круг утопающий.

– До свидания, Лея, – произнёс Эндор, когда я уже была у дверей.

Обернувшись, я некоторое время смотрела в его синие-синие глаза.

– До скорого свидания, – добавил он и улыбнулся, приподняв уголки губ.

– До свидания, – пробормотала я и позволила увести себя из кабинета.

Мы молча шли по коридорам, Орис молчал, но это молчание было таким… Вот, честное слово, лучше бы он сразу мне всё высказал. А то это негласное неодобрение жутко нервировало. И я его прекрасно понимала, сама себя не узнавала. Жила себе жила, на парней как на павианов смотрела, а тут то с одним обнимаюсь, то с другим, то с третьим. Или Призрак не в счёт?

Я видела, как на нас смотрят проходящие мимо слуги, слышала шепоток за спиной, но упорно молчала. Посыплю свою голову пеплом позже, когда окажусь в комнате наедине с собой.

Беккер не выдержал, когда мы подошли к лестнице, что вела в башню.

– Неужели простила? – неожиданно тихо просил он, переходя на «ты» и останавливаясь прямо у ступенек.

– Что?

Я, погруженная в мысли о своём моральном падении, о неожиданных способностях и о том, как бы сбежать от навязанного брака, не сразу поняла, что он имеет в виду.

– Я ведь видел, что с тобой было, когда Стаут появился у нас, видел, как он, пользуясь угрозами и твоими чувствами к Роману, заставил тебя встретиться с ним, – не смотря на меня, тихо сказал мужчина, отпуская мою руку и делая шаг в сторону. – Ты его простила?

Заалели щеки от смущения. Но вместо того, чтобы ответить на его вопрос, я задала свой:

– Ты был дома? Я не видела, думала, что тебя куда-то вызвали.

– Вызвали, – медленно и как-то неохотно признался Орис. – Но я вернулся, чтобы увидеть, как тебя едва живую несут в комнату.

Его голос звучал странно, хрипло и нервно.

– А потом пришлось оттаскивать Романа от него… И ты простила?

Слова звучали больно и обидно. Вроде ничего страшного, простые слова, обычные вопросы. Но он словно хлестал ими мне по щекам.

– Ты знаешь, кто такой Стаут? – снова спросил мужчина.

– Лорд, дракон, воздушник, – перечислила я, чувствуя, что это далеко не всё.

– У которого есть жена, – припечатал меня Орис и хмыкнул, вглядываясь в лицо. – Человеческая женщина. Он уже начал бракоразводный процесс. Её зовут Делия, ей тридцать три.

– Зачем ты мне всё это говоришь? – сглотнув, спросила у него.

– Женам драконов не разрешается иметь детей. Ты ведь знаешь?

Я снова кивнула и вздрогнула. Мне показалось или здесь стало на несколько градусов холоднее?

– При вступлении в брак с ними проводят специальный ритуал. Леди Делия больше никогда не сможет иметь детей. Без мужа, без семьи, без детей, но с деньгами. Ведь человеческая женщина, даже та, которая безумно его любит, совершенно теряется рядом с желанной и такой недостижимой драконицей.

Я не хотела этого знать, не хотела слышать, и имя этой женщины тоже было мне не нужно. Но поздно.

– Больше всего на свете я бы хотела вернуться к себе домой, – тихо ответила ему. – Никогда не знать этого мира, драконов и всего этого. Я хочу быть просто девушкой с Земли, которую все игнорировали и не замечали. Никто не добивался меня, не дрался и не сражался. Мне не нужно это, – я обвела взглядом каменные стены замка. – Ни золота, ни драгоценностей, ни титула, ни власти.

– Но ты здесь.

– И хочу выжить. Любимыми способами. Выжить и остаться собой. Я слишком многого прошу?

Ореховые глаза сузились на мгновение. Он открыл рот, словно собираясь сказать не нечто важное, но закрыл и только потом тихо ответил:

– Никогда не забывай, кто ты, Леандра. Что бы ни случилось.

Оставшийся путь мы прошли молча.

Войдя в покои, я первым же делом отправилась к Ромке, чтобы узнать, как он себя чувствует. Но Калинин всё ещё спал.

– Как он? – спросила я у Магды, которая всё это время провела рядом с ним.

– Спит, миледи. Иногда бормочет что-то, но не просыпается. Жар ещё есть. Я даю ему воду каждые полчаса.

– Спасибо. Можешь быть свободна.

Я присела на кровать и погладила его по руке.

– Ну же, Ромка, очнись. Ты мне так нужен сейчас, – тихо произнесла, как только дверь за Магдой закрылась. – Кажется, я снова ошиблась и чуть не совершила глупость.

Но друг меня не слышал и никак не отреагировал на слова.

– Ничего, мы справимся и выберемся из этой ситуации. Обещаю тебе. Всё будет хорошо. Может, мне стоит перестать плясать под чужую дудку и начать играть по своим правилам? Вот только сначала надо поставить тебя на ноги.

Нет, не так. Сначала надо было разобраться в том, кто я такая и какие способности у меня на самом деле есть. А то уже больше суток я дракон и понятия не имею, чем это грозит. Как обращаться, что делать и как быть.

Я ведь понятия не имела, что умею вызывать огонь, как огненные маги из книжек. Интересно, на что еще я способна?

У кровати Ромки я просидела до обеда. Пару раз заходил Орис, спрашивая, не нужно ли мне чего, забегала взволнованная Магда, предлагавшая самой посидеть у постели молодого человека, но я отсылала её обратно. Лишние уши и глаза мне сейчас были ни к чему.

Дед не появлялся, но я знала, где он был и с кем.

Первая искра возникла случайно, когда я уже почти была готова опустить руки и сдаться. Я честно пыталась действовать согласно книжным описаниям, благо прочитала их немало. Пыталась достучаться до внутреннего дракончика, чувствуя себя при этом шизофреничкой, потому что тот совершенно отказывался показываться. Или это она?

Пыталась призвать кровь (она же вроде у меня драконья), потом пробовала сконцентрироваться и сыграть на воображении, прожигая взглядами то один предмет, то другой. Но ничего.

Как была Лея, так и осталась, только в этот раз злая и мокрая от напряжения.

– Чёрт, – тихо прорычала я и пнула кресло от злости. – Что ж так не везёт.

Злость перешла в гнев, и я замерла, пытаясь удержаться в этом состоянии. Уверена, что что-то почувствовала, как будто иголкой кольнуло в груди. Это не могло показаться. Я точно знаю. Но как достучаться, как сохранить это состояние?

Эмоции, чувства, желания… Именно они послужили толчком с Эндором. Надо попробовать сыграть на них и сейчас.

Я начала мерить шагами комнату, от волнения меня слегка потряхивало.

– Так, Лея, успокойся, дыши глубже. У тебя всё получится.

Я доверяла только одним воспоминаниям и одним чувствам. Тем, что вызывал во мне Призрак, когда приходил ко мне во снах. Я помнила, как сильно его любила, не чувствовала сейчас, а именно помнила, словно это было не со мной.

Стоп! Не о том думаешь, Лея.

Я встала посреди спальни, закрыла глаза и сосредоточилась на воспоминаниях.

…Крепкие объятья, нежные прикосновения, от которых кровь закипала в жилах и было трудно дышать. Та ночь на бордовых простынях, где были только он, я и наша страсть. Где не было запретов и страха, лишь обоюдно острое желание и ожидание чуда.

…Огонь от каждого прикосновения, сладкая боль и нега внизу живота, мой всхлип, переходящий в стон…

Пальцы покалывало от напряжения. Открыв глаза, я подняла руки. На самых кончиках пальцев тихо мерцал огонь. Он был таким слабым, что разглядеть было трудно. Но я его чувствовала.

Победная улыбка, и я усилием воли потушила огоньки. Теперь мне было известно, как это делать, и к грешным воспоминаниям можно не прибегать больше.

Еще один шаг к свободе.

____________________________

Он перенёсся в лес, в самую глухую его часть.

Тело выворачивало от боли, а ненависть огнём горела в груди, грозя сжечь дотла ноющее сердце. От громкого крика испугано взлетели с заснеженных веток птицы.

Упав на колени, мужчина погрузил руки в рыхлый снег, но и это не помогало.

Красные глаза горели неприкрытой ненавистью, и только колоссальная выдержка не давала сорваться в бездну.

– Убью, – пообещал мужчина сам себе и губы сложились в жуткую улыбку. – Но позже…

А сейчас ему вновь надо было возвращаться и играть свою роль до конца.

_____________________________