1

Я немного не успеваю с ужином к приходу мужа, а потому все падает из рук. Еще и странное ощущение подвешенного состояния, довольно непривычно и для меня не характерно. Словно вот-вот моя жизнь поменяет привычный ход.

Даже мигающие гирлянды не могут снять с меня напряжение, а раньше такие мелочи отвлекали и действовали успокаивающе.

Прикусив губу, я сдавленно выдыхаю, продолжая нарезать салат. Внезапно звенит напоминала на телефоне, и я машинально тянусь к очередным таблеткам на полке. Сколько их было и сколько еще будет на пути к цели… Протяжный звонок внезапно отвлекает. Да что ж такое!

— Иду! — наспех вытерев руки, я несусь в коридор, тапочки слетают на ходу. Неужели Герман пожаловал раньше обычного?

Быстро распахнув дверь, я вижу миловидную девушку лет двадцати, не больше. Длинные волнистые волосы кудрявым водопадом струятся по плечам. Лицо, что называется, кукольное, с большим количеством косметики на молодой коже.

Девушка смотрит на меня скорее заинтересовано, в то время как я не могу избавиться от ощущения, что где-то уже видела ее. Только вот вспомнить никак не удается.

— Здравствуйте, а вы к кому? — переспрашиваю хмурясь. Я никого не ждала.

Незнакомка делает шаг внутрь квартиры, заинтересованно оглядывается по сторонам. Аккуратный профиль, пухлые розовые губы. Все при ней.

— Вы Вита, верно? — маленькая сумочка отправляется на комод.

Я ничего не могу понять, девушка однозначно меня знает и ведет себя так, будто бы находится у себя дома.

— Да это я, — мне приходится шагнуть в ее сторону и преградить путь в квартиру.

— Тогда я к вам, — между делом, девушка расстегивает полушубок, покрытый тонким слоем снега. Мой взгляд сам собой останавливается на аккуратно выпирающем животе. Секундная боль пронзает тело, так всегда, когда я вижу беременных. Надо просто переключиться, и все.

— А вы, собственно, кто такая и что себе вообще позволяете?

Ну наглость же! Врываться в чужую квартиру без каких-либо пояснений. Я вновь и вновь рассматриваю смутно знакомое лицо. Что за бред?

— Я Ира, любимая женщина вашего мужа, и через четыре месяца у нас с Германом будет малыш, — колкий взгляд останавливается на моем лице, ни единый мускул не дрогнет. Пока моя реальность разрывается на части. Малыш. Герман. Внутренности сворачивается узлом.

Казалось, уши залило бетоном, дыхание сбивается. Сначала я не понимаю, о чем она говорит, просто поверить не могу в реальность происходящего.

Мой муж и она? Мой муж, который год добивался моего расположения в университете. Тот, который разругался с лучшим другом из-за меня. Тот, который стал для меня всем? Мой Герман?

— Что? — я с трудом проглатываю вязкую слюну, затем прикрываю глаза и вновь распахиваю веки, всматриваясь в женщину, которая поглаживает округлый живот. Она уверена в своем превосходстве и всем видом показывает преимущественное положение.

*******

— Я пришла сказать тебе, чтобы ты оставила его в покое. То, что ты не можешь родить, это целиком твоя проблема, понимаешь? А Герман тут не при чем, он имеет право быть счастливым. Я могу и даю ему это счастье. А вы двое…все равно больше не любите друг друга.

Откуда она знает о моей неспособности родить? Что…Боже, нет. Это просто не может быть правдой. Господи, почему так больно слышать это?

Надо собраться, однозначно, это именно то, что нужно было бы сделать.

— С чего вдруг... я должна в это верить? — язык заплетается, я проговариваю вопрос по слогам. Достойно звучать, не падать ниц. Плевать, что изнутри меня поласкает серной кислотой.

Сверкнувший перед моими глазами экран телефона с изображением мужа и этой самой Иры добивает меня окончательно. Герман часто ездил в командировки и, разумеется, никогда не брал меня, зачем, мол я там нужна? Сидеть в номере и ждать его с конференций? Генеральному директору строительной компании некогда развлекать жену, нужно решать великие дела…

Всматриваясь в радостные лица, калейдоскопом вращающиеся перед глазами, я жалею лишь об одном, что все еще могу видеть.

— Откуда? Откуда я все это могу знать? Детка, я сплю с ним уже год…Я знаю это, а еще то, что вы давно уже не вместе как муж и жена, хотя бы просто потому, что он пресытился тобой. И постоянные скандалы точно не способствуют половой жизни. А еще кем ты стала? Вот кем? Ты никто. Замухрышка, которая находится в полнейшей зависимости от своего мужа. Кому такая нужна? Ну разве что как прислуга. К примеру, я слишком себя уважаю, чтобы становиться такой, значит, обречена быть исключительно любимой женщиной. Не кухаркой, не уборщицей. Я не буду глотать волшебные таблетки, чтобы вылечиться от бесплодия.

Не первый год. Замухрышка. Зависимость. Последнее особенно остро впивается в сердце. Это все раздается эхом. Взгляд падает на экран. Боже.

На фото он весел и в компании невиданной красотки. Жаркие объятия, поцелуи, все понятно и без слов. Теперь она беременная стоит передо мной. Да, я никто.

Что может чувствовать человек, которому ломают кости? Вот именно это я испытываю, вслушиваясь в слова любовницы своего мужа. А как красиво завернула? Любимая женщина.

Не то что бездетная и ни на что не годная Вита, куда уж ей. Мне хочется вопить от боли. Неужели правда, и ситуация повторяется снова? Вот только с другим человеком?  Вита, ты обречена быть преданной снова и снова.

Интересно, как жизнь может распасться на куски в один миг! Вот ты замужем за любимым человеком, дом полная чаша, а в другой момент ты валяешься, разломанная словно игрушка, под проливным дождем отчаяния.

— Герман слишком порядочный человек, чтобы бросать тебя первым, но ты, будь же ты умнее и отойди в сторону, ведь он достоин лучшего, — Ира перекидывает волосы на бок и кривится, недовольно закатывая глаза.

Я стою в коридоре и медленно умираю, слушая удаляющийся цокот каблуков.

Сердце разлетается на осколки.

— Слишком порядочный, — я смеюсь, захлопывая входную дверь. — Слишком порядочный мерзавец.

Когда мое ослабевшее тело опускается на пол, я прижимаюсь головой к стене и рыдаю, царапая ногтями идеально покрашенную стенку. Флешбэком в голове проносятся немногочисленные кадры того, как я наведывалась к мужу на работу. И моментально я вспоминаю все.

Ира. Я вспомнила тебя, Ира. Новая секретарша моего мужа.