Глава 17

Пытаюсь забрать свою ладонь из пылающей лапы Вейлина. Ну что он за человек? Только я подумала, что в нём есть хоть зачатки рассудка, но нет…

— Мне девятнадцать, — парирую я.

— Мне двадцать восемь, — усмехается Волк.

— Рада за вас, но я не об этом. Мне рано иметь детей. Может, вы Кате предложите должность матери вашего малыша? Уверена, она, — снова тяну руку на себя, — с радостью сделает всё, что вы пожелаете.

И с какой целью я это говорю? Гарантирую, Вейлин не идиот и прекрасно знает, что девушка в него влюблена. Может, у них даже было что-то. Хотя нет, если бы было, то он не прицепился бы ко мне.

Наверное.

Может, ему надо просто пар спустить? А?

— Катя не подходит, — наконец, Волк отпускает мою руку. — Пойдём поедим, я кое-что тебе расскажу.

Смотрю на начальника и думаю, а что если это всё банальная проверка? Вдруг он просто проверяет своих сотрудников на вшивость? У него куча денег, и не удивительно, что в компании могут появиться девушки, готовые на что угодно, лишь бы захомутать богатого красавчика.

Изгибаю бровь и присматриваюсь к Вейлину. Но на его лице нет эмоций, которые бы выдали такой хитрый план.

— Можно я надену свою одежду? — тихо спрашиваю.

— Нет, — мотает головой шеф и уходит в сторону своей тайной комнаты.

И что он там забыл? Но ответ приходит быстро, когда на моём столе появляются туфли, которые там забыла я.

Морщу нос — мне совсем не хочется надевать их. Я же убьюсь ещё раньше, чем Волк запихнёт меня в больницу.

А что, неплохой вариант. Пусть лучше так.

Надеваю туфли и встаю. Шеф ведёт меня по длинным коридорам, мимо всех сотрудников в самое дальнее крыло здания. Ноги успевают начать ныть, кажется, я натёрла пятки.

Доходим до корпоративного кафе для сотрудников. Здесь я ещё не была. Даже не знала, что оно существует.

Волк открывает дверь и не глядя ни на кого, идёт опять же в самый дальний конец. Семеню следом, стараясь не поднимать ноги. Стук шпилек звучит непривычно. Мне кажется, что все смотрят на меня и оценивают мои неуклюжие шаги в этих адских колодках, почему-то названных изящными женскими туфлями.

Садимся за столик, который расположен за ширмой в отдалении ото всех. К нам быстро подходит женщина в белом фартуке и забавном чепчике, который скрывает её волосы.

Волк заказывает для нас свой обычный обед, что бы это ни значило.

— И что вы хотели мне сказать? — подгоняю шефа, а то если мы ещё и рассиживаться здесь будет, то мне никаких нервов не хватит.

— Что ты знаешь о любви? — в лоб спрашивает Вейлин.

Сначала таращусь на Волка огромными глазами, а потом начинаю смеяться. Всё. Он меня убил. О любви?

— Вы же не хотите сказать, что влюбились в меня с первого взгляда и всё такое?

— Сейчас речь не обо мне. Я спрашиваю тебя, — безэмоционально отвечает он.

— Ничего не знаю, — развожу руки в стороны и до безумия хочу нагрубить. Знаю, что это по-детски, но он сам виноват. — Что девчонка из детского дома может знать о любви? Никто не говорил мне этих слов, не учил любить и не показывал, что это. Вы это хотели услышать? А, — окончательно смелею, — могу рассказать то, что мы учили в прошлом году. Восемь видов любви у древних греков.

Вейлин усмехается:

— Уже ближе.

— Вы решили выяснить, хорошо ли я учусь? Получаю, ну, то есть получала, до вашего вмешательства, стипендию, училась на бюджете. Поступила сама.

Вейлин качает головой, а на его губах проскальзывает ухмылка. Его явно забавляет наш разговор. Чего нельзя сказать обо мне.

Но тут приносят обед. Сразу же замолкаю, а когда вижу количество блюд, что женщина выставляет на наш столик, глаза мои расширяются до нереалистичных размеров.

Начинаю ёрзать на стуле и смотреть по сторонам. Может, Волк ждёт кого-то? Не может же это быть для одного человека?

Почёсываю ухо и слегка отстраняюсь от стола.

— Ты разве не голодная? — уточняет шеф и двигает ко мне одну из тарелок с мясом. — Попробуй, это очень вкусно.

— Что это? — принюхиваюсь, ощущая непривычный аромат мяса.

Тыкаю в него вилкой, а оно мягкое и распадается на волокна.

— Оленина, — говорит Волк и совсем не по этикету берёт здоровый кусок мяса и отрывает от него часть.

Выглядит так, словно голодный зверь добрался до своей добычи. Вижу, как Вейлин смачно погружает зубы в мясо, как сок стекает по его подбородку… кажется, будто даже зубы у него становятся острее обычного.

Не могу оторвать взгляда от этого зрелища.

Тяжело сглатываю и отрезаю маленький кусочек, так на пробу. Кладу его на язык и прикрываю глаза. По всему телу растекается странное чувство, будто я ем что-то такое, что давно хотела, но никак не могла угадать, что это.

— Вижу, тебе нравится, — вырывает меня из этого медитативного состояния голос Волка. — Это моя добыча.

Открываю глаза и не сразу понимаю, где нахожусь, но вижу, что моя тарелка пуста. Как и половина тарелок на столе.

Ужас какой! Надеюсь, это была не я…

— Что значит, ваша добыча? — смущённо пытаюсь перевести тему и отогнать от себя мысли, что я могу оказаться такой прожорливой.

На самом деле я никогда много не ела, нянечка говорила, что именно по этой причине я плохо росла.

— Иногда я езжу на охоту. И этого оленя я загнал сам.

— Звучит жутко, — хмурюсь, и мне становится стыдно за то, что мне понравилось это мясо. — Разве вам не жалко было стрелять в Бэмби?

— Стрелять? — вздёргивает брови Вейлин и наклоняется ко мне через стол.

Он протягивает руку и проводит большим пальцем по моей нижней губе, будто что-то стирает. Мгновенно стесняюсь оттого, что ела неаккуратно.

— Терпеть не могу оружие, — таинственно улыбается Волк. — Предпочитаю совсем другие способы охоты.

Он смотрит на меня так, что у меня складывается впечатление, будто это я теперь в роли добычи, а охотник мне сейчас рассказывает, как именно он собирается меня поймать.

— Как ты себя чувствуешь? Тянет чихать? Может, ты боишься?

— Боюсь чего? — осторожно спрашиваю я, заглядывая во вспыхнувшие глаза Вейлина.

— Откуда мне знать. Меня, например.

Он поднимается из-за стола и подходит ко мне. Тянет за руку и заставляет встать. А я, в свою очередь, повинуюсь, ощущая, как из моего тела улетучивается вся воля. Я просто следую указаниям…

— Боюсь, — шепчу я, ощущая дыхание Волка на своём лице.

— Ложь, — низко говорит он и проводит рукой по моей талии, спускается чуть ниже, и его пальцы ложатся на мою поясницу.

Становится жарко, гул от сердцебиения доходит до ушей. Щёки краснеют, но я не в силах шелохнуться.

— Я хочу тебя, Анника, — шепчет мне Волк и тянется меня поцеловать.

Ну и зачем он это сказал?

— Апчхи! — громко чихаю я и выскальзываю из рук Вейлина, плюхаясь обратно на стул.

— А вот теперь верю, — хохочет шеф, а я теряюсь в догадках.