Глава 19

Как убегаю — не понимаю. Я стартую с места словно самый настоящий спринтер. В ушах долбит, ветер бьёт в лицо, а руки не слушаются.

Пытаюсь достать телефон из кармана, но пальцы немеют. Я даже не рискую поворачиваться. Знаю, что если увижу погоню, то застыну как кролик перед удавом.

Юркаю в подземку и быстро оказываюсь около поездов. Стараюсь смешаться с немногочисленной толпой, всё-таки до часа пик ещё далеко. И я впервые думаю, что утренние пробки в метро из людей мне даже нравятся, ведь никто меня в них не замечает.

Нарастающий стук колёс состава заглушает бой сердца у меня в горле. Запрыгиваю в поезд, как только открываются двери.

И лишь теперь смотрю в окно, но там никого.

Выбегаю на своей станции. Судорожно оглядываюсь по сторонам в поисках знакомого лица.

— Анника! — в меня влетает Соня и крепко обнимает. — Что произошло? Ты чего такая бледная?

Утыкаюсь носом в шарф подруги и немного расслабляюсь:

— У меня большие проблемы, — шепчу я.

До общаги добираемся окольными путями, но не увидев машины Вейлина около здания немного смелеем и заходим внутрь.

Рассказываю Соне, что произошло со мной за сегодня.

— Что?! — чуть не орёт она, услышав только часть рассказа о тайной комнате. — Он тебя поцеловал? Анника! Да он же втюрился в тебя. А ты чего?

Подруга собирается в кучу, складывает ноги под себя и аж вперёд наклоняется, вслушиваясь в мой рассказ.

А я качаю головой:

— Ты меня не слышишь. Я не хотела этого поцелуя. И вообще, речь не об этом. Потом он такое ляпнул, у меня до сих пор волосы дыбом.

— Да говори уже, — Соня подпрыгивает на своей кровати, нетерпеливо ожидая продолжения.

— Он сказал, что я должна ему сына родить.

В комнате повисает такая тишина, что слышно, как в трубах вода течёт. А потому уши закладывает от ультразвука, исходящего от подруги:

— Уи-и-и-и! Это же любовь, как в книжках.

Смотрю на Соню и понимаю, что здесь я не получу разумной поддержки. Падаю на кровать и тяжело вздыхаю.

— Анника, ну ты сама подумай, богатый, красивый мужик, который хочет от тебя детей. Да это же в сказках только бывает.

— Ага, — бурчу я. — И в фильмах ужасов. И ещё я, кажется, убила человека, — шепчу я.

— Что? — перестаёт тараторить Соня.

— Я ударила током коллегу. Она упала и… — слёзы скатываются с глаз. — Я не хотела, но завтра пойду в полицию.

Подруга ошарашенно смотрит на меня, а потом переползает на мою кровать и обнимает.

В обнимку и засыпаем. Я действительно хочу пойти утром в полицию. Я должна ответить за то, что натворила. Надеюсь, они поверят мне, что я не специально.

Дурные мысли не дают мне спать. Так что встаю, попить воды. Подхожу к окну и беру стакан с водой, но тут же ставлю его обратно, почувствовав, что тот сейчас улетит на пол.

С трудом и не сразу осознаю, что смотрю вовсе не на привычный двор общаги. Нет. Я смотрю в огромные синие и светящиеся глаза. И эти глаза принадлежат не человеку.

Прямо на меня смотрит огромный белый волк. Он не похож на тех небольших волков, которых я видела в зоопарке. Нет…

Огромный, даже не знаю насколько, но он стоит на задних лапах и спокойно смотрит в окно нашей спальни.

Не могу пошевелиться, пытаюсь проморгаться, но это не помогает. Волк никуда не исчезает. Страх окутывает меня, как облако дыма. Руки трясутся, а кончики пальцев начинает покалывать, как тогда, перед тем как я ударила Катю.

— С-соня, — шепчу я, — Сонечка, проснись!

— М-м? — потягивается подруга.

— Соня, чёрт возьми! — перевожу взгляд на неё.

— Что такое? — она подпрыгивает на кровати. — Ой, прости, я уснула в твоей постели.

— Там, — киваю в окно, но голову повернуть не рискую.

— А?

Соня смотрит в нужном направлении, но её сонное лицо никак не меняется. Кидаю взгляд через стекло и понимаю, что это опять моя фантазия разыгралась.

— Что с тобой? Солнце?

— Я не знаю, — устало падаю на кровать и прикрываю глаза. — Надо поспать. Мне такая ерунда видится везде, кажется, я схожу с ума.

Засыпаю быстро, это больше похоже на то, что меня просто отключает. Мысли путаются, а в голове раздаётся чужой голос:

«Спи, малышка, — мягкий женский голос убаюкивает меня, — здесь никто не найдёт тебя».

— Мама! — подлетаю на кровати, а глаза таращу в темноту.

Соня от моего крика не просыпается. А может, я и не кричала. Видимо, эт был внутренний крик.

Всё выдумки. Как и голос матери. Слышать его я никак не могла.

Меня оставили в детском доме, когда мне было всего два дня от роду. Это всё мои фантазии.

Я этот сон вижу всю свою жизнь, поэтому точно знаю, что это лишь моё желание, чтобы мама не хотела отдавать меня, но была вынуждена это сделать. Нас таких в детдомах много.

Стискиваю зубы и вытираю слезинки, которые норовят скатиться по моим щекам.

Боязливо выглядываю в окно, но там никого. Это вызывает у меня улыбку. Ну хоть сейчас я не вижу странные вещи. Надеюсь, больше и не увижу.

Надо, наверное, к психиатру, кажется, я схожу с ума.

Утром просыпаюсь и понимаю, что я совсем не отдохнула. Руки так и трясутся, а вот Соня сидит с серьёзным лицом и что-то читает на телефоне:

— А, проснулась, это хорошо, — улыбается подруга.

— Мне так не кажется, — бурчу в ответ.

— Ну и зря. Я обшарила все новости, ни слова о том, что пострадала девушка в районе «Вейлин Агропром Групп». Ничего в сводках, новостях или соцсетях. Думаю, она просто упала и потеряла сознание, — строит догадки Соня. — А потом встала и пошла домой. Нехорошо, конечно, получилось, но ты же её толкнула, потому что она держала тебя. Думаю, извинишься, и всё будет хорошо.

— Нет, — мотаю головой. — Я пойду в полицию, пусть они разбираются. А ещё они меня от Волка смогут защитить.

— Ты уверена? — с опаской спрашивает Соня.

— Да, — киваю и сразу же приступаю к сборам.

Через полчаса я полностью готова, беру паспорт и собираюсь выходить из спальни.

— Хочешь, я пойду с тобой? — тихо спрашивает подруга.

— Нет, я должна это сделать сама. Не хватало ещё тебя в это всё впутывать.

— Анника, ну не делай глупостей. Хочешь, давай обзвоним больницы?

— Не надо, пусть полицейские разбираются, — говорю я, а про себя думаю, что даже неплохо, если меня посадят.

Я бесполезна для общества. А может, даже опасна. Я не контролирую себя, да что уж там, я даже не знаю, что со мной. Лучше мне держаться подальше от нормальных людей.

Выхожу из общаги, но и шагу ступить не успеваю:

— Далеко собралась? — усмехается Вейлин, развалившись на скамейке около подъезда.

Так и замираю. И почему мне не пришло в голову перейти по крыше в другой подъезд и перебежками обойти общагу? Или хоть в окно выглянуть перед выходом?

Разворачиваюсь, чтобы спрятаться от Волка в подъезде, но дверь уже захлопнулась, и я упираюсь в закрытую дверь.

— Я всё ещё жду ответа на свой вопрос, — раздаётся голос Вейлина у меня над ухом. — Ты же понимаешь, что от меня убежать невозможно. Так что не томи, выкладывай.