Глава 46

Шаман лишь качает головой:

— Вы совершаете ошибку. Идти против клана…

— Значит, я официально выйду из него, — говорит Вейлин и берёт меня за руку.

— Ты и так по жизни был одиночкой. Так нельзя, — теперь распаляется Святослав. — Семья — это не пустой звук. В твоём роду твоя сила.

— Создам собственный, если понадобится. Но я вижу, к чему привели ваши игры с природой. И я уже достаточно взрослый и опытный, чтобы понимать, что природа слишком могущественна. Её законы игнорировать нельзя, а создавать свои, которые ей противоречат, вообще, смертельно опасно.

— А ты подумал, что дух, который тянет из Анники жизнь, мог и обмануть? Вдруг он всё это сказал, чтобы продолжить жить?

— Вот именно, что жить, — Вейлин стоит на своём. — Если Анника умрёт, то и он исчезнет.

— А если у него есть шаман или ведьма, способные прикреплять его к разным людям? Тогда что ты будешь делать? Они просто перенесут его, и всё. А что будет с ней, ты подумал?

Мурашки пробегают по коже от этих слов. В чём-то шаман может быть прав. А что, если дух соврал? Но стараюсь отогнать плохие мысли. Сейчас не время для сомнений.

— Вы можете научить меня совладать с этим духом? — тихо спрашиваю я. — Может, выйдет найти способ нам сосуществовать?

— Ты человек, — отмахивается он. — Это невозможно. Духи подчиняются лишь шаманам и то… высшего уровня. Я сам ещё не достиг таких высот. Это слишком сложно, а в твоём случае, я бы сказал, невозможно.

— А как они могут подчиняться? — не унимаюсь я, а Вейлин с интересом смотрит на меня.

Он явно о чём-то задумался. Но в его мысли я не научилась попадать так же легко, как он в мои. Пока у меня выходит лишь при тактильном контакте. Ну, то есть когда я его целую.

— Ну, для начала, ты можешь заставить его появляться или разговаривать с ним напрямую. Он может стать твоим щитом или оружием. Наивысшая сила — это умение привязывать души к телам.

— Это типа как бессмертие? — вздёргиваю брови.

— Нет, если тело слабо, то оно не выдержит. Нужен другой сосуд. Но это из разряда мифов. Из ныне живущих шаманов такой силой не обладает никто, — поясняет Святослав. — Остались лишь поверья и сказки.

— А что может обычный человек? — продолжаю я свой допрос.

— Ничего. Я, если честно, удивлён, что ты всё ещё жива, — отвечает шаман.

— Потому что Анника не человек, — вмешивается в наш разговор Вейлин.

— Что значит, я не человек?

— А то и значит. Ты уже один раз подчинила себе этого духа. После этого он приобрёл более человеческую форму, а потом и вовсе показал истинную сущность, — поясняет Вейлин. — И ты всё ещё жива, несмотря на всё, что в твоей жизни было. А раз твоё тело выдерживает уже столько лет…

— И кто я тогда? — с ужасом спрашиваю я.

— Нечестно задавать этот вопрос мне, — громко смеётся Вейлин. — Я сам это спрашивал у тебя, когда мы только познакомились. Помнишь?

— И кто она, по твоему мнению? — спрашивает шаман.

Кажется, меня уже достали все эти вопросы.

— Когда буду готов озвучить своё предположение, я это сделаю. Лучше скажи, где архивы. Мне нужно разобраться в том, что произошло.

— Но он же сказал, чтобы мы не лезли, — возражаю я.

— Нет, — как-то даже зло ухмыляется Вейлин. — Он сказал, чтобы не лез шаман, а не я. Если хочешь, спроси у него ещё раз.

Бегаю взглядом то к Святославу, то к Вейлину. Шаман взмахивает руками, ругается, но кивает.

— Можно ли Вейлину поискать в архивах информацию о тебе? — спрашиваю как бы внутрь себя.

Я не очень понимаю, как это работает. И да, я бы действительно хотела научиться управлять этим.

Но даже этого неумелого вопроса хватает, чтобы вокруг меня засияла голубоватая аура и появился дух. Лицо его по-прежнему не видно. Но голос вполне себе слышен:

— Я поговорю с тобой, когда мы будем наедине, — говорит он, повернув голову к Вейлину и тает в воздухе.

— А вот и ответ, — улыбается он. — А ты, Святослав, будь любезен, поговори с отцом. Я не прошу провести свадьбу завтра. Лишь помолвку. Но официальную и по всем древним правилам. Меня не интересует современная пьянка с поздравляшками и дарением идиотских вещей к первой брачной ночи.

— Сделаю всё, что в моих силах, но не обещаю.

— Ну, ты скажи, что это в его же интересах. Если мы найдём ответы на наши вопросы, то, возможно, и он сможет решить свои проблемы. А Светлане больше не придётся хоронить детей.

— Это жестоко, — высказывает недовольство шаман. — Ты бьёшь по самому больному. Шона такого не прощает.

— Шона хочет наследника, который возьмёт на себя его обязанности. И он его получит. А если я не смогу помочь, то соглашусь взять на себя руководство кланом.

Слышу стальные нотки в голосе Вейлина, а ещё слышу его недовольство. Я знаю, что он ушёл из клана, и не думаю, что хочет сюда возвращаться. У него своя прекрасная жизнь в столице.

— А как насчёт свадьбы? — щурится Святослав.

— Если я не смогу спасти Аннику, то женюсь на той, на которую укажет отец.

— Ты обалдел?! — теперь уже ругаюсь я. — Что это значит?

Тут же вокруг меня возникает огромный волк, а шаман снова отскакивает подальше. Лишь Вейлин стоит так и не шелохнувшись. На его губах играет ухмылка.

— С завтрашнего дня ты будешь учить её уживаться с духом, — говорит Вейлин, обращаясь к Святославу. — Думаю, очевидно, что Анника не только моя истинная, но и сильная женщина. Возможно, она ведьма или шаманка. А может, волчица, силы которой кто-то намеренно подавил, чтобы другие её не узнали.

Полупрозрачный волк скалится, глядя в глаза Вейлину, но ему точно не страшно.

— Передай отцу мои слова. А когда он даст своё добро, подготовь всё для церемонии, — бросает он шаману. — А теперь свободен. Нам нужно выспаться. Завтра будет сложный день.

Шаман покидает наш дом. Мы же с Вейлином остаёмся наедине, и лишь волк стоит между нами.

— Говори, что хотел, нам и правда бы отдохнуть, — произносит Вейлин.

— Смело, — раздаётся рык волка. — Он не простит. И ты это знаешь…