Глава 38

Я слышу крик. Или визг. Хотя это, скорее, рев. И мне не сразу понятно, что это я.

Я.

Лужа под моим руками окрашивается в красный цвет. Я сижу в этой крови и ору, пока горло не начинает рвать от боли.

Никогда в жизни я не испытывала такого всепоглощающего страха, даже когда увидела тогда папу без сознания на полу.

Ужас парализует всё тело.

Не знаю, как мои ладони оказываются на груди Артура. Я смотрю на его бледное лицо. Глаза закрыты. А в середине груди по белой рубашке растекается алое пятно.

— Ар! Ар!

Снова крик. Режет по ушам.

Лёгкие сжимаются, и я начинаю задыхаться. Больно до такой степени, что я практически теряю сознание. Не представляю, как мне удаётся не упасть здесь, рядом с ним в красную лужу из его крови.

— Кто-нибудь вызовите скорую! Кто-нибудь! — крик тонет в собственных рыданиях.

Голос звучит как бульканье, словно я захлебываюсь слезами, настолько их много.

Что мне делать? Что делать?!

Истерика колотит внутренности. Паника гулким шумом бьётся в голове и долбит по вискам.

"Загерметизировать рану…" — звучат слова Артура, возникшие резким толчком откуда-то из бессознательного.

"Нужно загерметизировать рану, остановить кровотечение…"

Мне кажется, не совсем соображая, что делаю, я снимаю пиджак и кладу его на грудь Артура. Жму так, чтобы полностью закрыть дырку в груди.

Выжил ли тот парень?

Выживет ли Ар?!

— Ты не умрёшь, — шепчу надрывно. — Ты не умрёшь. Не умрёшь…

Какие-то голоса вокруг. Крики. У меня нет сил обернуться. Я продолжаю смотреть на Артура, не отрывая руки от его груди. Слезы падают на испачканные кровью ладони.

"Ты не умрёшь…"

Это не справедливо.

Не справедливо!

— Отойдите, девушка, — слова звучат как из-под толстого слоя ваты.

Я не понимаю, кто говорит, но он не заставит меня отойти.

— Девушка, нам нужно оказать ему помощь! Девушка?!

— Не уйду… Я не уйду!

Дальше меня практически оттаскивают от Артура.

Я кричу и вырываюсь. Кто-то крепко держит мои руки и ноги.

Вижу, как какие-то люди в синих одеждах склоняются над телом Артура. Что-то делают — не могу разглядеть, и слезы мешают.

— Успокойтесь. Слышите, посмотрите на меня. Мы врачи. Мы ему поможем.

Я перевожу взгляд на женщину, которая держит мои руки. Её образ расплывается перед глазами.

— Он не умрёт?! Он не умрёт?! Скажите мне?! — твержу как заведенная.

А в ушах стоит та фраза, которую я однажды ему сказала.

Ты сдохнешь — я не заплачу.

Вспоминаю эти слова и реву.