Глава 24 Он рушит все барьеры
Это что-то невообразимое, на грани...
Виола
- Демьян, - ахаю я, не в силах сдержать властного, пропитанного похотью, мужского напора.
Его широкие горячие ладони везде. Гладят мою спину, мнут грудь, скользят по животу и бесстыдно поглаживают бедра, то и дело забираясь пальцами в особо чувствительные от новой волны возбуждения складочки.
- Хочу тебя, Заноза, - рычит он мне на ухо, выбивая из моего тела мощные волны возбуждающей, сжигающей дрожи.
Трется о мою шею щетиной, словно ненасытный мартовский котяра. Его член снова твердый и Демьян прижимает его вплотную к моим ягодицам.
Прикусывает кожу, на грани боли, а потом разворачивает меня лицом к себе и зажимает у стенки кабинки.
Мои возбужденные твердые соски впечатываются в его грудь, его член трется о мой клитор. Нужно бы помыться сначала, но все побоку. Я удобно устроила руки на его плечах и могу думать только о том, как скоро он войдет и начнет брать меня снова.
- Хочу, пиздец как, но ты, блядь, девственница, - выплевывает он зло вместо того, чтобы бездумно приступить к делу.
- Уже нет, - напоминаю я, но он все равно хмурится.
- Эй, не загоняйся из-за этого, - прошу, пока у него снова не испортилось настроение. – Ты можешь…мы можем снова.
- Секс был только что, у тебя там рана вообще-то, или как? А ты, блядь, хочешь, чтобы я тебе снова сунул, пока она не зажила?
Меня окатывает волной острого, щемящего наслаждения. От открытия, что ему не все равно. От осознания, что он вообще задумался об этом, а не только лишь о себе и своем личном удовлетворении.
- Какой ты заботливый, - смеюсь я, не в силах скрыть радости, и тут же ахаю.
Закусываю губу, потому что сейчас его член задевает мой клитор особенно сильно.
Скользит по нему туда и обратно, вызывая дикую пульсацию между ног, что ведет к полному изменению мировосприятия.
Все мысли снова только о сексе.
- Да, Демьян, хочу, чтобы снова сунул, представь себе, - произношу я, задыхаясь и слегка прикрыв глаза от наслаждения. – Хочу кончать, когда ты внутри.
- Ты бля, специально распаляешь? Я итак еле сдерживаюсь.
Отступает и неожиданно включает воду, хотя мы в душе и в этом, вообще-то, нет ничего странного. Теплые струи тут же ударяют по лицам и начинают стекать по нашим телам.
В руках Демьяна оказывается гель для душа, и он начинает деловито меня намыливать. Грудь, спину, живот. От неудовлетворенного желания все тело стонет и вопит, срочно нуждаясь в продолжении.
- Демьян, я хочу тебя, - выдыхаю задушено, когда очередь доходит до промежности. Его пальцы проскальзывают туда, осторожно намыливая, а потом начинают все смывать.
Я стою, полностью расслабленная, и позволяю ему проделывать все это со мной. Попутно любуясь его красивым телом. Черт, да оно просто идеальное. При движении то одна, то другая из четко очерченных рельефных мышц напрягается, и это действует на меня одуряюще.
- Хочу тебя, - говорю я снова, когда остатки пены смыты и, в принципе, уже можно выходить.
Демьян выключает воду и заворачивает меня в большое махровое полотенце.
- Посади меня на что-нибудь и оттрахай, как ты хотел.
- Договоришься сейчас, - буркает он.
Его движения отрывистые, мышцы напряжены до предела. Уверена, он жаждет этой разрядки не меньше, чем я. Он же говорил как-то, что его не удовлетворяет один раз за ночь. Поэтому и не хотел девственницу. И сейчас злится из-за того, что вынужден себя сдерживать, хотя ему совершенно не хочется этого делать.
- Твоя стойкость вызывает у меня восхищение, правда, - говорю я. – Но у меня реально ничего не болит, и…
Демьян рывком выдергивает из кабинки, и тут же куда-то усаживает. Разводит мои ноги в стороны, встает между ними.
Быстро осматриваюсь.
Мы в небольшой кухне, отделанной деревом. Полотенце откинуто в сторону, а я сижу на гладкой, полированной столешнице. То есть…уже лежу. Потому что он настойчиво заставляет меня лечь и еще шире развести перед ним ноги.
- Трахну тебя, раз ты так просишь, только в зад.
- Что?
Чуть не подскакиваю на месте, но он надавливает ладонью на живот, и я вынуждена опять завалиться на столешницу. И не могу снова подняться. Его ладонь плотно накрывает мою шею.
Звук выдвигаемого ящика и вот уже между моих ног, особенно в районе ягодиц все становится влажным от липкого прохладного геля.
- Извращенец, - бормочу я, пытаясь справиться с паникой.
Ухитряюсь и прикусываю его палец, едва он ослабляет хватку.
Но Демьян только смеется.
- Расслабься, это не будет больно.
- Демьян, я не хочу. Я не готова…
Но этот же палец, который я только что прикусывала вдруг оказывается в моем рту, и я захлебываюсь словами.
- Пососи, - говорит он, но вместо этого я снова его прикусываю.
Больно, но не в полную силу, просто чтобы вытащил.
- Придурок, выпаливаю, - когда он это делает.
- Твои соски все еще торчат от возбуждения.
- Извращенец. О боже…
Демьян тем временем выпрямляется и рывком придвигает мои бедра ближе к себе. Прижимается своим членом к моему анусу.
А потом…я даже пикнуть не успеваю, как он начинает уверенно в меня входить.
Замираю вся, неосознанно напрягаясь и сжимаясь.
- Расслабься, Ви. Со смазкой я не смогу тебя поранить.
- Демьян…
Вот же…
От волнения начинаю быстро и отрывисто дышать. Вся моя бравада испаряется без следа.
- Обещаю, мы не часто будем такое практиковать. Просто расслабься.
Его пальцы накрывают мой клитор и начинают слегка поглаживать. Возбуждение тут же возвращается ко мне. Острое, неконтролируемое.
Осознание, что он становится первым еще и там, накрывает.
Я закрываю глаза и начинаю выгибаться ему навстречу.
- Хорошая девочка, - хрипло шепчет Демьян, распирая меня все сильнее, пока не начинает медленно, но неуклонно вбиваться.
Одновременно с этим его прикосновения к моему клитору становятся все более утонченными. Я перевозбуждена, и он не надавливает сильно, только лишь слегка. Но так умело, что я готова уже на любой эксперимент, если он будет проходить под его контролем.
Сама трусь о его пальцы, выбирая удобный и подходящий мне ритм.
- Демьян, о боже, - выкрикиваю его имя, судорожно шаря руками по столешнице, пока, наконец, не хватаюсь за ее края.
О боже. Могла ли я совсем недавно предполагать о таких гранях своего опыта...Но то, что он делает со мной...с моим телом...
Порабощает, подчиняет, использует.
Стирает любые границы дозволенного. Делает из меня порочную, жаждущую ничего, кроме как секса с ним, рабыню.
О боже, боже, боже!
Острая, всепоглощающая вспышка, и я полностью, надолго и мощно выпадаю из реальности.
Кажется, что даже на несколько часов.
А когда возвращаюсь, Демьяна во мне уже нет, а по внутренним стенкам чуть подрагивающих и все еще широко разведенных в стороны бедер стекает густая теплая сперма.
- Сладкая, охуительная, - шепчет он мне на ухо, склоняясь надо мной и прикусывая кожу на шее.
Я не могу говорить.
Закрываю глаза и просто пытаюсь не утонуть в тех ощущениях и эмоциях, что накрывают всю меня с головой.