Эпилог
Три года спустя
— Да к вам не добраться! — возмущалась Даша, выходя из машины. — Дорогу замело, я еле доехала!
Лучшая подруга отряхнула снег с обуви, повесила на плечики верхнюю одежду и заключила меня в объятия.
— Соскучилась — не могу, — прошептала она. — Где она?
— Спит, — засмеялась я.
— Ну вот, а я так спешила.
— Пойдем пить чай, — предложила ей с улыбкой.
— Я и вкусняшек привезла, — согласилась Дарья, указывая на объемный пакет.
Уже два года мы с Дэном жили за городом. В соседнем доме поселилась моя сестра с Климом. Маму они забрали к себе. Признаться, мы с Кариной даже немного повздорили о том, с кем она будет жить. В итоге точку в споре поставила сама мама, сказав, что если мы будем ссориться, то она останется в своей квартире. Но переехала она к Карине, потому что у сестры был существенный перевес в количестве детей — трое.
Клим с Кариной не сразу смогли сойтись. Полтора года ходили вокруг да около. Оба боялись и сомневались. Но терпение и мягкий напор Клима победили, и вот они уже родители прекрасных близняшек — Саши и Маши. Клим души не чает в дочерях, но и к Лешику сильно прикипел. Стал его другом и наставником, тренером и преподавателем в одном лице. А Леша, глядя на своего отчима, стал намного серьезнее и ответственнее. Мы больше ни разу не слышали от него грубостей и колкостей в отношение членов семьи. И сестер Лешик тоже очень полюбил. Однако переходный возраст брал свое — у племянника была уже своя личная жизнь, и даже появилась девушка. С которой он наотрез отказался нас знакомить.
Мы же поженились спустя два месяца после того, как Грозовский сделал мне предложение. Свадьба была скромная, присутствовали только самые близкие. Я не хотела пышное торжество, и свадебного платья у меня тоже не было. Зато был самый любящий и заботливый муж, о котором я не могла даже мечтать.
Больше всех радовалась Марта Сергеевна. Она громче всех кричала «Горько!» и даже прослезилась несколько раз. Нам пришлось придумать для коллег историю, что мне срочно нужно было уехать из города по очень личным делам. И сколько бы начальница ни проявляла любопытство, я отмалчивалась. Из чего она сделала вывод, что уезжала я отдыхать с Дэном, и довольно потирала руки в ожидании свадьбы. Мы ее не разочаровали!
Даше я рассказала правду. Все, как было. Подруга слушала, хватаясь за сердце, и пила валерьянку, а потом разжаловала Ивана из разряда коней в «не коня» и послала лесом, да.
У нас с Дэном полтора года назад родилась дочь Алина. Копия я. Только глаза ярко-зеленые, отцовские. Иногда мне казалось, что Алина вырастет дико разбалованной, потому что отказа от отца она не знала ни в чем! Он готов был выполнить любую прихоть маленькой командирши и стерпеть любую проказу. Мне же на контрасте приходилось быть более строгой.
Однако Грозовский очень много работал. Первый год нашей совместной жизни мы виделись только ночью. Дэн приходил уставший и измотанный, и я старалась сделать все для его комфорта.
Это не значит, что мы не ссорились. Еще как! Притирались в быту и характерами. Однако долго обижаться на Дэна я не умела. Мы могли разругаться, разойтись по разным комнатам, а спустя полчаса делать вид, что ничего не было. И учились разговаривать. Слышать и слушать друг друга, что удавалось тоже далеко не всегда. Но мы старались! Изо всех сил. И со временем получалось все лучше и лучше.
После свадьбы мы тут же переехали в новую квартиру, где я всеми силами стремилась создать уют. А затем и в новый дом. Мою и его старую жилплощадь сдавали в аренду, а Карина свою квартиру оставила, чтобы подарить Алексею, когда он закончит университет.
Наследство, которое нам досталось от Марата, так и лежало в банке нетронутым. Дэн за время службы накопил солидную сумму, да и у Никольского прилично зарабатывал. Он считал, что семью должен обеспечивать мужчина. Предложил мне открыть свое собственное дело, но я сначала раздумывала, продолжая работать помощником бухгалтера, а потом с головой ушла в воспитание дочери.
Карина же открыла свой цветочный салон, которым временно пришлось руководить Климу, пока сестра занималась близняшками. Он очень потешно смотрелся среди многообразия цветов, собирая кокетливые букетики.
— Как ты? — поинтересовалась я у Даши, разливая чай.
— Влюбилась, — просияла подруга.
— В кого?
— Не поверишь, Снежок, у меня появился сосед. Ходячий секс! Красив, фигура во! — она подняла вверх большой палец. — Плечи во, — развела руками, показывая богатырский размах, — а глаза такие, что я тону. Но молчун невероятный, слова не вытянешь! Я ему «здрасьте», а он только кивает.
— Кого-то он мне напоминает, — прошептала я. — А зовут как?
— Макс.
Я широко распахнула глаза и звонко рассмеялась.
— Ты чего? — удивилась Даша.
— Знаешь, подруга, есть такая поговорка: с кем новый год встретишь, с тем его и проведешь. А встретишь ты его с Максом, я обещаю.
— Серьезно?
— Зуб даю!
— И когда он приедет? — сглотнув, полюбопытствовала Даша.
— До полуночи еще есть время.
Я взглянула на часы. Восемнадцать пятьдесят. Значит, скоро уже прибудут все друзья Дэна, включая моего любимого кормильца Василия.
— О, Денис, привет! А это кто тут у нас проснулся? — засюсюкала Даша. — Дай подержать, — попросила она Дэна, который вошел на кухню, держа на руках сонно потирающую глаза Алину.
Грозовский нехотя передал дочь Дарье и подошел ко мне. Я приподнялась на носочки, целуя мужа в колючую щеку.
— Все готово. Когда нам ждать гостей?
— Звонили уже, едут, — недовольно прорычал Дэн. — Алину разбудили.
— Ей и так уже пора было вставать, — вступилась я за парней.
Обняла Грозовского покрепче и поцеловала уже по-настоящему. В этот момент за воротами посигналили, и Грозовский отправился встречать гостей.
— Снежа, как я выгляжу? — забеспокоилась Даша, одной рукой поправляя волосы.
— Великолепно, — честно сообщила я.
— Что-то я волнуюсь.
Я только хмыкнула, забирая дочь.
— Даш, только имей ввиду — Макс он… Ну, своеобразный. Может ну его, а?
— Посмотрим. Вдруг не конь…
— Очень надеюсь, — прошептала я.
В кухню вошла целая кавалькада: Иван, Саша, Вася с супругой Таней, а замыкал шествие как всегда невозмутимый Макс.
— С Новым годом, Чебурашка! — заключил меня в отеческие объятия Вася.
Все уже забыли это дурацкое прозвище, которое когда-то дал мне Дэн, но из уст Васи оно не звучало обидно, скорее, уютно и тепло.
— Я там привез много чего, — подмигнул он мне.
— Зачем? Мы с мамой и Кариной и так наготовили на целый взвод.
— Снежа, ты смотри, сколько прожорливых мужчин здесь собралось!
— Да, мы все съедим, обещаем, — добавил Саша, — и пусть нам станет плохо…
Я взглянула на Дашу, которая, опустив глаза, стояла в сторонке. Казалось, Макс совсем не обращал на нее внимания. Но этот мужчина был настолько закрыт и «весь в себе», что угадать что-либо по его виду представлялось слишком сложным.
Мы накрывали огромный стол в гостиной, который буквально ломился от количества на нем съестного, когда к нам пришли Клим и Карина с близняшками на руках, и мамочка. Она настолько успокоилась и пришла в себя, что за последние три года лекарства принимала всего дважды — когда рожали я и Карина.
Мы все обнимались, целовались и обменивались поздравлениями. Малыши, словно чувствуя воодушевления взрослых, тоже счастливо улыбались, кочуя из одних заботливых рук в другие.
Уже третий новый год мы встречали той же компанией. Третий счастливый новый год без оглядки по сторонам, страха, упреков. Третий в обнимку с моим любимым мужчиной. И второй с нашей дочерью.
И под бой курантов третий год подряд я загадывала только одно: пусть все так и останется!
А когда мы всей дружной толпой пошли во двор взрывать фейерверки, ко мне подошла Даша, взяла под руку и тихо прошептала:
— Знаешь, я присмотрелась и решила, что он не конь. И поговорить с ним не о чем!
Мы переглянулись и счастливо рассмеялись!
Р.Р.S. Дарья все-таки нашла своего «коня», но спустя полгода. А через год мы гуляли на ее свадьбе, ожидая нашего с Дэном второго малыша…