Часть 18

Мы проболтали до четырех утра. Строили планы, подшучивали друг над другом, два раза серьезно поругались, раз подрались, но досыпать Генри остался у меня. Ему то не нужно было вставать в шесть, чтобы к семи быть готовому.

И, конечно, я не услышала будильник и проспала!

Проснулась от настойчивого звонка мобильного. Стрельников! Мама миа! Без десяти семь! Он меня убьет!

Я кубарем скатилась с кровати и побежала к шкафу, схватила первое, что попало под руку и уже на ходу в ванну ответила на звонок.

– Да! Спущусь через десять минут! Честно-честно! Только не увольняйте меня, пожалуйста!

– И тебе доброе утро, Ужицкая, – холодно поздоровался шеф. – У тебя принтер есть?

– Есть, – я уже включила воду и выдавливала на зубную щетку пасту. От душа придется отказаться, нет времени. – А зачем вам?

– Мне прислали документы пять минут назад, нужно распечатать. Я поднимусь?

– Двадцать шестая квартира! – выпалила я.

Повезло. Это даст мне фору и я успею одеться. Едва закончила чистить зубы, как раздался звонок в домофон.

– Седьмой этаж! – Я открыла дверь и понеслась обратно  в ванну одеваться и хоть немного нарисовать на заспанной мордашке лицо.

Когда услышала, как открылась дверь, прокричала:

– Проходите, Герман Андреевич! Я буду готова через пять минут, вы пока кофе попейте!

Герман

Как я и ожидал Ужицкая проспала. И причину этого я обнаружил сразу же на входе. В коридоре стояли мужские кроссовки, на полке лежали две пары автомобильных ключей. Я поднес к глазам брелок: «Jaguar XE», спортивная модель. Явно это не вторая машина моей помощницы. Судя по ее малютке, Ольга предпочитает комфорт, а не скорость.

 Осмотрелся. Изысканно обставленная гостиная, ничего лишнего. Три двери и арка в кухню. Не маленькая такая квартирка для одинокой девушки. Сам район новостройки и престижность дома с консьержем я оценить успел. Впрочем… это ожидаемо. Бедная сиротинушка, видно снимает эти хоромы на двоих с неизвестным владельцем не дешевого «Ягуара».

На диване валялись джинсы и рубашка. Мужские. На столике стояли три чашки с остатками чего-то коричневого  и тарелка с двумя заветренными бутербродами. Я непроизвольно поморщился и направился в кухню. Вот какое мне дело, с кем спит моя помощница? Никакого! Но тогда,  какого черта, меня это задевает?

Большая кухня. Светлая. Дерево и яркие цвета. Ощущение итальянского шумного праздника. Раздражает.

Кофемашина стояла на широком подоконнике, переходящим в стол. Я придирчиво выбрал чашку – белую в сердечки, остальные были еще более безыскусные, и сделал себе кофе. Двойную дозу. Хотел сесть за стол, но … на  диванчике валялись мягкие игрушки, подушечки и полотенце… На спинке стула висел шелковый халат. И пахло от него духами Ужицкой, я их теперь за километр узнаю.  Как можно жить в таком безобразии? Или просто не успела убрать? Так стремительно раздевались по пути в спальню? 

Кулаки сжались непроизвольно. Да что за хрень со мной творится?

Я вернулся в гостиную и уселся  в странное кресло по форме напоминающее изогнутый позвоночник, а по расцветке  – безумный фейерверк от которого в глазах рябило.

– Доброе утро, Герман Андреевич! – бодрая Ольга  сияя улыбкой и настороженным взглядом появилась  в гостиной бесшумно и неожиданно.

– Ты почему босиком? – автоматически спросил я и увидев взгляд Ужицкой моментально почувствовал себя папочкой.

– Да у меня тут чисто, – растерянно ответила она и оглядевшись стремительно покраснела. Схватила мужскую одежду, озираясь и явно не зная куда ее засунуть. – Я сейчас, – пискнула и сбежала в одну из дверей.

А мне очень захотелось увидеть лицо того, кто сейчас спит в постели Ужицкой… И может быть даже двинуть в наглую и довольную физиономию.

–  Только потому, что нечего отвлекать мою помощницу от рабочего настроения! – съехидничал внутренний голос пятнадцатилетнего пацана проснувшегося в моей циничной душе.

– Сгинь, – скомандовал я и откинулся на мягкую спинку.

А удобное кресло! Надо и себе такое заказать.

– Что нужно распечатать? – делово поинтересовалась Ужицкая возникнув у меня за спиной.

Я смерил ее своим фирменным взглядом от которого она сникла и сжалась. Бежевые брючки, коричневая водолазка с коротким рукавом. Все в облипочку, не оставляя ни малейшего шанса на фантазии. Если она и провела бурную ночь, то видно этого не было. Свежая, улыбчивая, довольная. А вот довольство с лица могла бы и стереть. Все же я не каменный и…

– Пока ты моя помощница, на других мужчин смотреть не должна!

– Почему? – выпалила Ужицкая, глядя на меня удивленными глазами.

Черт,  я это сказал вслух? Герман, у тебя явно проблемы.

– Потому что это мешает работе! Я же предупреждал.

– Вы предупреждали, чтобы на рабочем месте…

– Где принтер? – гаркнул я, потому что мне безумно захотелось заткнуть фонтан ее красноречия поцелуем, а это ни в какие рамки не лезло!

– В кабинете, – испуганно подпрыгнула она и взмахом руки показала на дверь.

Кабинет оказался действительно кабинетом. Очень функциональным и строгим. Здесь, в отличие от кухни , все было на местах. Папки с рисунками, стопки журналов, книги и альбомы. На стене висела карта мира утыканная маленькими флажками.

– Места, где ты побывала? –  не удержался я от вопроса с удовольствием оглядываясь по сторонам.

Определенно, в этом помещении все было идеально. Даже белый ковер под ногами и белое кожаное офисное  кресло.  

– Нет, – смутилась Ужицкая, включая принтер. – Это места производства некоторой продукции. – Она стушевалась под моим взглядом. – Помощница юриста, это не та профессия на которую я училась и которой хочу посвятить всю жизнь, – выпалила она.

– Зачем тогда устроилась на работу?

 Ужицкая отвела взгляд и пробормотала что-то про нужду в деньгах. Мне осталось лишь скептически поднять бровь. И что ты еще сочинишь, милая врунишка?

–  Вот, –  она и протянула файл с распечатанными документами.

Наши пальцы соприкоснулись и я не удержался, задержал ее ладонь в руке. Ольга покраснела, но руку не убрала, а я сделал шаг вперед и приподнял ее подбородок пальцами  и утонул в огромных мерцающих глазах. Сам не знаю, как так получилось, что я ее поцеловал. Осторожно и почти невинно. Она не стала сопротивляться, замерла, будто испугавшись, задрожала ее ладонь в моей руке. Дьявол, что я творю? Она моя помощница! Работник! Меня словно ожгло кипятком.

– Извиняться не буду, – сказал и все же отпустил ее руку, отходя. – Ты готова?

– Ага, – с преувеличенной бодростью ответила она, не глядя мне в лицо. – Идем?

А сама с места не двинулась.

– Ужицкая, у нас важная встреча, а ты тут так соблазнительно стесняешься и краснеешь, что мне хочется уточнить – это от счастья или от смущения? – я улыбнулся и взял ее за руку направляясь к выходу.

Ольга молчала семеня следом и лишь в лифте выпалила:

– Сформулируйте правильно вопрос!

Я рассмеялся и прижал ее к себе.

– Никаких романов на работе, Ужицкая. Иначе мне придется тебя уволить.

– Вы на что намекаете? – она отпихнула меня и с негодованием уставилась в лицо. – Это провокация и сексуальные домогательства!

– Разве? – удивился я. – Кто кого домагивается, Ужицкая?

– Я? Вас? – она ткнула мне в грудь наманикюренным ноготком. – Вы слишком многое о себе возомнили, господин юрист! И это не я к вам целоваться полезла!

– Полез, значит? – лифт остановился и мы вышли в подъезд. – А зачем ты так соблазнительно выглядишь?

Она открыла рот и … промолчала, а я рассмеялся. Было легок и беззаботно.

– Ужицкая, мы знакомы всего пять дней. Не волнуйся твоя честь не пострадает.

– Обещаете?

– Обещаю!

И отчего ее вопрос и мой ответ прозвучали так фальшиво?