Часть 32

Самолет вздрогнул, оторвался от земли и начал набирать высоту, я же падала… падала… падала… Уцепившись в плечи Стрельникова тихонько застонала, изо всех сил вжимаясь в него телом и болезненно ощущая как же этого мало.

– Ты сводишь меня с ума. Знаю, что банально звучит, но мне хочется убивать, когда я вижу рядом с тобой смазливую физиономию этого Аминаева.

– Между прочим, вы сами сказали, что не потерпите романов на рабочем месте, – я все же отстранилась, потому что поняла – еще несколько минут и я изнасилую этого мужчину, а это уже будет лишним

– Я и не потерплю, Ужицкая, поэтому никаких охранников, никаких программистов, никаких...

– Юристов, – со вздохом закончила я. – Вы ведете себя нечестно, Герман Андреевич.

– Почему это? – он зарылся лицом мне в волосы. – От тебя пахнет ванилью.

– Потому что я не собираюсь становиться номером в вашей записной книжке! – выпалила я и вздохнула с облегчением, ну вот я озвучила свою позицию и теперь осталось только привести мысли в порядок, успокоить сердце и забыть все что между нами было, могло быть, и никогда не будет.

Стрельников молчал, мы сидели обнявшись, тяжело дыша и придумывая в уме аргументы, которые вслух ни один из нас озвучить не собирался, мы наверное начали бы ругаться, если бы шторка не отъехала и не появилась улыбающаяся стюардесса с бутылкой шампанского и двумя бокалами.

Герман вернулся на свое кресло и вальяжно развалившись с интересом следил как я смотрю на поднимающиеся вверх пузырьки.

– А что ты хочешь, Ольга? – он отпил из своего бокала и скривившись поставил его на столик. – Кислятина, как вы его пьете?

Мне шампанское нравилось, поэтому я промолчала, да и про свои желания тоже решила не распространяться.

– Я точно знаю чего не хочу, – пригубила шампанское и совсем оно не кислое. – Не хочу быть галочкой в чьем-то ежедневнике, не хочу скоротечного романа, не хочу безответной любви… я много чего не хочу. – И я залпом допила шампанское. – Давайте о работе, Герман Андреевич.

– Мы вернемся к этому разговору после командировки, Ужицкая.

Я промолчала, а что говорить? Нет, можно конечно заорать: «Хочу за тебя замуж!» и броситься на шею срывая одежду. Я покосилась на на Стрельникова, представив эту сцену, только почему-то в моем представлении шеф отбивался и упорно не соглашался на мое предложение, даже убежал за спины стюардесс и мне пришлось подпрыгивать чтобы увидеть его испуганную физиономию. Воображение разыгралось не на шутку, в своих мечтах я гонялась за Германом по салону самолета размахивая снятой кофточкой, а он прятался под сиденьями.

– Что? – поднял босс глаза от планшета и подозрительно на меня посмотрел. – У тебя такой кровожадный взгляд.

Знал бы ты, милый, о чем я думаю...

– Ничего, – я прикрыла глаза и сделала вид, что собираюсь подремать, а потом сама не заметила, как заснула по-настоящему.

– Олюнчик, просыпайся.

Мягкий шепот на ухо, теплое дыхание и почти невесомый поцелуй в висок. Ну вот как устоять?

– Обедать будешь?

– Нет.

Я натянула на нос плед и довольно улыбнулась, Герман меня накрыл, подложил под шею подушку и опустил спинку кресла. Заботливый мой.

Второй раз меня разбудила стюардесса, Стрельникова в кресле напротив не было.

– Через полчаса посадка, – с дежурной улыбкой сообщила она.

– А где шеф? – я зевнула.

– Герман Андреевич разговаривает с пилотом.

А Новосибирск встретил нас дождем.

– Горе ты мое, Ужицкая, – Стрельников накинул мне на плечи свою куртку. – До такси добежишь, не замерзнешь?

Я решительно кивнула, не рискуя открыть рот, все равно могла только отстучать зубами нечто невразумительное. Что же так холодно то?

– Не Милан, да, Ужицкая? – Шеф обнял меня за плечи и повел к выходу из аэропорта. – Ничего, в следующий раз будет слушать что говорят, а не мечтать о женихах.

Я только глазами гневно сверкнула на этого всезнайку. Ничего, вот доедем до магазина и я отомщу!

Отомстить не удалось… Этот практичный гад испортил все удовольствие от шопинга! Он завел меня в небольшой магазин и сразу же потащил в примерочную, даже не дав осмотреться по сторонам, впихнул в кабинку и многообещающе улыбнулся.

– У нас час времени, но зная тебя уверен, ты не уложишься, так что жди, – и я услышала его голос уже из зала. – Красавицы, мне нужно одеть помощницу. Поможете?

Еще бы они ему не помогли! Я только и могла, что скрипеть зубами и переодеваться. А этот гад еще и издевался!

– Ужицкая, пройдись. Не жмет? А повернись, а расстегни пуговку, а наклонись… А примерь еще вот эти брючки… Мммм… А белье?

– А шузом по фейсу? – не выдержала я, когда шеф притащил в примерочную нечто воздушное и кружевное красного цвета. – Хватит! Я сама в состоянии купить себе одежду!

– Скучная ты, Ольга, – со смехом увернулся нахал от запущенного в него босоножка. – Может мне приятно тебя одевать.

– Странно, обычно мужчинам приятнее раздевать, – не осталась я в долгу, с шумом задергивая штору в примерочной.

– О, раздевать я тоже люблю. Доказать? – раздалось из-за шторы.

– Идите вы в сад, Герман Андреевич!

Шеф рассмеялся и сообщил, что ждет меня на выходе.

Когда я подошла к кассе мне вручили пять пакетов и с нескрываемой завистью сообщили:

– За вас заплатили, приходите еще, – и сунули в один из пакетов визитку.

На всякий случай я скрутила в кармане фигу и все равно пока шла к стеклянной двери чувствовала полный злости взгляд. Очень хотелось завести руку за спину и показать средний палец. Почему, ну почему, когда я прихожу в магазин одна, продавцы всегда милые, веселые и общительные, но стоит притащить с собой симпатичного мужика и не приведи господь, он за тебе заплатит, из выгодного покупателя ты моментально превращаешься в стерву, шлюху и «да ты только посмотри на эти кости, понятно за что он ей платит, нашла лоха». И сразу вспоминается небезызвестная песенка Семы Слепакова…

– Сколько я вам должна? – спросила хмуро у довольного жизнью Стрельникова.

Мама всегда говорила: «Ольга, никогда не мешай мужчине тратить на тебя деньги, их это успокаивает и возвышает над другими» , но я всегда предпочитала быть независимой, пока наши отношения не переходили в стадию « а детей у нас будет двое».

– По моей вине ты оказалась без подходящего гардероба, – Герман Андреевич отобрал у меня пакеты. – Поэтому считай, что это премия.

– Спасибо. Только вы тут ни при чем…

После слов о премии совать деньги было уже как-то глупо, но и смолчать я не могла. Очень неловко себя чувствую, я то знаю стоимость всех этих вещей...

– При чем, Ужицкая. Мне стоило поинтересоваться заранее, все ли ты поняла правильно.

У, редиска вы, господин Стрельников, сколько можно покалывать меня, я все еще с первого раза поняла!

– Я бы поела, – произнесла нейтрально. – У нас еще есть время?

Стрельников посмотрел на часы.

– Как ты относишься к японской кухне»

– Обожаю!

Мы зашли в суши-бар и я наелась роллов, а Стрельников который как оказалось их терпеть не может с умилением смотрел как я размахиваю бамбуковыми палочками и постанываю от удовольствия. И была в его взгляде такая задумчивая нежность, что мне стало еще труднее отгонять от себя мысли о нашем будущем… О невозможном будущем, потому что такие как Стрельников не женятся, а на интрижку я не согласна.

Всю дорого до аэропорта Герман держал меня за руку, молча поглаживая ладонь большим пальцем и у меня не было сил забрать руку. В аэропорт мы вернулись притихшими и задумчивыми . Весь остальной перелет до Магадана мы работали и я была этому рада. Никакого времени на глупости, чисто деловые отношения – это то, что нам обоим нужно поддерживать.

На взлетной полосе нас встречали. Огромный черный джип, оттюнингованный так, что я не смогла узнать модель, выглядел настоящим монстром, рядом с ним стоял высокий плечистый мужчина в кожаной куртке и джинсах, увидев нас он снял темные очки и улыбнулся, обнажая ряд белоснежных зубов.

– Приветствую в Магадане, братишка. Ты не предупредил, что будешь с прицепом.

– В этом проблема? – Стрельников пожал протянутую руку.

– Никаких проблем, – мужчина кивнул на джип. – Загружайтесь. – Он осмотрел меня взглядом профессионального сутенера. – Сойдет. (3303c)

– Это Ольга, моя помощник, – Герман открыл дверь машины и помог мне забраться в салон. – Слюни на нее не пускать.

– Заметано, шеф, – хохотнул мужчина и подмигнул мне в зеркало заднего вида.

Хорош, чертяка!