Мы все же поехали ко мне домой за вещами. Не смогла я отказать мужчине. Несмотря ан его слова, я знала, что, если попрошу отсрочку, он мне ее даст. Но зачем? Зачем мне отсрочка, когда я хочу быть рядом с ним? Когда хочу наслаждаться его присутствием, его любовью, лаской. И в ответ отдавать если не такие же, то подобные чувства.

― Я отключил всю технику. Собрал какие были продукты, чтобы не пропали.

Демьян зашел ко мне в комнату, когда я складывала последние необходимые вещи в чемодан.

― Нужно еще бассейн накрыть.

― Уже, ― произнес он, и потянув меня за руку, развернул к себе лицом, ― соскучился ужасно.

Он прижался к моим губам в сладком поцелуе, и я тут же почувствовала по телу мурашки. Внизу приятно стянуло и возникло желание обхватить его бедра ногами, но я вспомнила, где мы находимся, и сама разорвала поцелуй.

― Прости, давай не здесь.

Демьян рукой обхватил мой затылок, и глядя в глаза, спросил:

― Все еще любишь его?

― Не знаю. Я не могу ответить на этот вопрос. Но… я знаю, что меня тянет к тебе. Хочу быть рядом с тобой.

― Никому тебя не отдам, ― прошептал он, и губами коснулся моего виска.

― Спасибо тебе за то, что ты рядом.

― Всегда буду рядом. Это можно забирать? ― он кивнул на закрытый чемодан.

― Да, второй я сейчас дособираю и спущу.

― Не таскай сама. Я заберу.

Он поцеловал меня и взяв чемодан, вышел из комнаты.

Я вздохнула и залезла в ящик комода, где лежало фото Миши.

Взяла в руки рамку и приблизив, посмотрела на любимое когда‐то лицо.

― Я бы хотела любить тебя всю жизнь… но то, что ты сделал…

Я зажмурилась и убрав рамку в ящик, резко задвинула его.

― Все нормально?

В комнату вернулся Демьян.

― Да.

Положила плойку в чемодан и залезла в шкаф за обувью. Но Демьян снова перехватил меня за руку и прижал к своему телу спиной.

― Не думай о нем, ― прошептал он, рукой двигаясь по живот вверх, к груди, ― особенно когда ты со мной.

Правая рука сжала мою грудь, и я прикусила губу в предвкушении.

― Я не думаю. Я вообще не хочу о нем думать.

― Правильно, малышка, потому что ревновать к покойнику слишком глупо. И я чувствую себя идиотом.

Я развернулась в его руках и положив ладони на колючие щеки, приблизилась и выдохнула прямо в губы:

― Не ревнуй меня ни к нему, ни к кому‐то другому. Я только с тобой, ты же знаешь.

― Знаю, но, когда на тебя пялятся мужики, хочу выбить им челюсть.

― Это жестоко.

― Я становлюсь жестоким, если кто‐то посягает на мое. Но тебе меня бояться не нужно. Я не причиню тебе боли.

Он взял мою руку и принялся ее целовать, исследуя каждый палец.

Ему и не нужно было говорить этих слов. Рядом с Демьяном я чувствовала себя защищенной.

Я вздрогнула от неожиданного хлопка где‐то внизу. Демьян резко прижал меня к себе, а потом усадив на кровать выбежал из комнаты.

Я не понимала, что произошло. В панике покидала оставшиеся вещи в чемодан, застегнула его и потащила к выходу. Оставаться в доме было страшно. Мне нужно было видеть Дубравина и знать, что с ним все хорошо.

Кое‐как стащила по лестнице чемодан и оставив его посреди гостиной побежала на улицу. Демьян уже кому‐то звонил, а я перевела свой взгляд на гараж, из которого валил густой черный дым.

― Что это?

― Я вызвал пожарных. У тебя есть шланг?

― Есть, но он в гараже.

― Черт! Кто‐то подложил взрывчатку.

― Ребята, держите шланг, ― сосед через забор перекинул шланг с уже включенной водой.

― Спасибо!

Демьян тут же схватил его и потянул к гаражу. Я побежала за ведрами, которые стояли в кладовке. Нашла только три, и выбежала во двор к уличному крану. К нам присоединились еще несколько соседей. Кто‐то перебросил второй шланг и тоже принялся тушить.

Я, набрав одно ведро воды, поставила второй под напор, а сама побежала к гаражу вылить воду.

― Ты куда? ― закричал Демьян, дергая меня за руку.

― Тушить огонь.

― С ума сошла. Уйди подальше. И ведра не таскай.

― Демьян, мне не сложно!

― Уйди, я сказал. Не хватало еще, чтобы ты пострадала.

Ладно, я не стала ослушиваться его. Знала, что Демьян будет ругать, если пойду против его слова. Но и без участия не осталась. К нам присоединились еще двое мужчин, и я набирала в ведра и тазики воду, пока они бегали к гаражу.

По щекам безмолвно текли слезы, а я утирала их платьем, чтобы можно было разглядеть хоть что‐то вокруг.

― Не плачь, красавица, машина — это такая ерунда, ― услышала позади себя и кивнула не отвлекаясь.

В следующую секунду ногу чем‐то обожгло, и я упала, а потом меня начали куда‐то тянуть.

― Демьян! Дем…

Мне закрыли рот, и волочили по земле. Я пыталась вырваться, но силы были неравны.

― Я же тебя уничтожу, гнида, ― услышала знакомый, но гневный голос, и через мгновение меня отпустили.

Я отползла к дому и дыша с трудом наблюдала, как Демьян избивает человека, который хотел меня похитить. Тот орал от боли. А я морщилась, слыша, как хрустят кости.

― Демьян, прошу тебя, Демьян, не убей его. Демьян, прекрати, прекрати, милый.

К ним подбежали двое мужчин и буквально оттянули Демьяна от подлеца который корчился от боли и сплевывал кровь. Я нашла в себе силы подняться с земли и рванула к Дубравину. Он тут же обнял меня, а потом схватив за лицо перепачканными пальцами принялся осматривать меня на наличие ран.

― Ты как?

― Нормально. Нормально, Демьян. У тебя кровь.

― Похеру. Главное, ты цела. Ты знаешь его?

Я резко покачала головой.

― Мужики, свяжите его. Нельзя, чтобы эта падла сбежала.

― Сейчас сделаем.

― Демьян.

― Тихо, девочка, тихо.

Я порывисто обняла его и расплакалась навзрыд.

― Я так испугалась за тебя. Демьян!

― Люблю тебя, Лида. Люблю. И никому не позволю обидеть.

― Не позволяй, ― всхлип, ― я кажется, что‐то подобное к тебе испытываю.

― Дурочка моя, ― выдохнул он, и с силой прижал меня к своему телу.

Не хочу без него.

Не смогу.