Глава 29

Мы сидим на мягких диванах за столиком в пустом летнем кафе и говорим обо всем подряд.

Максим расспрашивает меня, почему я начала писать картины, затем уточняет, в каком детском доме я росла, и от удивления вскидывает брови.

– Вот это совпадение! Я много лет спонсирую этот детдом.

Он улыбается и оглядывает мое лицо.

– Получается, мы могли уже видеться. Я ведь часто приходил туда и общался с детьми. Возможно, среди этих детей была и ты.

«Ты угадал, мы о-очень давно знакомы, – улыбаюсь, глядя в его глаза. – Еще с тех времен, когда на месте этого детского дома был один фундамент».

– Значит, ваш благотворительный фонд помогает не только людям с заболеваниями сердца, но и детским домам? – отпив из бокала, интересуюсь я.

Максим рассказывает мне о строительстве здания, в которое он хочет переместить один из старых детских домов, а меня резко осеняет, и я с головы до ног покрываюсь мурашками.

«Это же он был тогда…» – округлив глаза, смотрю на Максима.

Я вспоминаю, как перед Новым годом к нам в детдом приехал мужчина в черном пальто. Мне было лет десять тогда, а Максиму, получается, тридцать.

Помню, как он и еще несколько человек заносили в актовый зал подарки. Все дети прыгали возле них, а я, как заколдованная, смотрела на мужчину в черном пальто и не могла отвести от него взгляд.

Тогда я не могла понять, что со мной происходит. Мне очень хотелось подойти к нему ближе и разглядеть его.

Я сделала несколько шагов в его сторону, а потом Вика дернула меня за руку и повела к коробкам с подарками.

Видимо, в тот момент душа Нины впервые увидела Максима спустя несколько лет и повела меня к нему.

Я ежусь от этих воспоминаний и переключаю внимание на бокал, который держит Максим.

– За тебя, – тихо произносит он и обводит взглядом безлюдное кафе. – Тебе комфортно здесь?

– Да, очень уютно, – отвечаю с улыбкой и поворачиваю голову к музыканту, сидящему за белым роялем.

Легкий морской бриз обдувает мои обнаженные плечи, волосы развеваются на ветру, музыка и вино расслабляют мое тело.

Обстановка очень романтическая.

Думаю, на моем месте любая девушка потеряла бы голову от любви. А затем, рядом с таким завидным принцем, потеряла бы и туфельки, и трусики.

Я невольно приковываю взгляд к его губам, затем черчу невидимую линию от его жилистой шеи к рельефной груди, обтянутой тонкой белой футболкой.

Зажмуриваю глаза, чтобы прекратить разглядывать его.

Чувствую, как Нина дрожит от желания прикоснуться к Максиму, но я не позволяю ей овладеть мною.

Как донести до нее, что у меня свои методы воздействия на Максима?

Зачем она заставляет меня идти на сближение с ним?

Думает, если я буду смотреть на него искрящимися глазами, обнимать, целовать, то быстрее влюблю его в себя?

А ей самой не будет противно целовать его?

Господи, он же прямо на свадьбе изменил ей. Он до сих пор крутит шашни с ее подружкой, а она не прочь поцеловать его?

Да он же в любое удобное время уединится с Таней в отеле, пока ее муж будет занят делами.

Нет уж, никаких поцелуев Нина точно не дождется.

«Потерпи, – прошу ее мысленно. – Я знаю, что делаю. Обещаю, он будет моим и без всяких поцелуев».

Заиграла медленная и очень красивая музыка.

– Потанцуем? – протянув руку, улыбается Максим.

Мы выходим из-за столика, он кладет ладонь на мою талию, второй рукой крепко сжимает мои холодные пальцы.

Наши тела соприкасаются, и в следующую секунду мои ноги становятся ватными, а мозг плавится и словно теплый воск медленно стекает по телу вниз живота.

Я вот-вот не смогу себя контролировать.

Уже не могу…

Нина полностью завладела моим телом.

Она сжимает моими пальцами его руку, заставляет меня поднять голову и смотреть ему прямо в глаза.

Дыхание учащается, губы приоткрываются.

Взгляд Максима, наполненный страстью, приковывается к моему лицу. Он разжимает наши пальцы, осторожно касается рукой моего подбородка, приподнимает его, наклоняет голову и… с трепетом целует в губы.

Его горячий язык смело проникает в мой рот, теплые ладони скользят по моей спине и забираются под волосы. Я закусываю его нижнюю губу и наслаждаюсь тем, насколько она мягкая и приятная.

От этого нежного-нежного поцелуя и от запаха его парфюма у меня кружится голова.

Мы не можем оторваться друг от друга, а музыкант играет громче и громче, добавляя нам страсти и желания.

Я словно отдаленно слышу мелодию его телефона, приоткрываю глаза и застываю как каменная статуя.

– Что-то не так? – шепчет Максим, ведя ладонью по моей щеке.

– Т-телефон… У вас телефон звонит, – хрипло произношу я, вытирая губы.

– Обращайся ко мне на «ты», – улыбается он и наклоняется к моему уху. – А не то я чувствую себя пенсионером.

Максим подходит к столику, берет телефон и сосредоточенно смотрит в экран.

– Лер, я выйду на пару минут. Важный разговор, – говорит он и кивает на диван. – А ты присаживайся и закажи себе еще что-нибудь.

Вместо того чтобы сесть за стол, я словно на автопилоте иду к другому выходу, выскакиваю из кафе, набираю полную грудь воздуха и на выдохе из моего рта вырывается отчаянное всхлипывание.

– Зачем ты это сделала? – шепчу дрожащим голосом. – Зачем ты заставила меня поцеловать его?!

Мое тело вспыхивает от гнева, губы превращаются в тонкую линию, а ноги сами несут меня подальше отсюда.

Я бегу по песку, не видя дороги от слез.

– Мы обе хотим одного и того же, ОБЕ! – рыдаю я. – Хотим отомстить Максиму и Тане, но каждая делает это по-своему! ЗАЧЕМ ТЫ ВСЕЛИЛАСЬ В МЕНЯ? Чтобы управлять моим телом? Думаешь, тебе лучше знать, как быстрее влюбить его в меня?

На мое лицо падает капля дождя, через секунду – еще одна, но я не обращаю на это внимания.

Быстрыми шагами иду вперед. Сгораю от желания поскорее добраться до номера, взять свои вещи и отправиться в аэропорт.

Я не останусь в Сочи.

Я больше не подчинюсь ей.

Хочет отомстить им? Тогда пусть делает это другим способом, черт побери! Я не долбаная марионетка, которую можно дергать за ниточки.

Вижу машину такси, из которой выходит пожилая пара. Машу рукой водителю и бегу к нему со всех ног.

Сажусь на заднее сиденье, называю адрес отеля и пытаюсь унять дрожь в теле.

– Я хочу вернуться к своей жизни, – шепчу прерывисто и вытираю с лица слезы. – Хочу стать Лерой Савельевой, которая живет картинами, которую не мучают сны о прошлой жизни, которая не разговаривает с душами. Я хочу стать Лерой, которой никто не управляет!

Сижу словно на куске раскаленного железа и сгораю от злости, бушующей во мне.

Я вздрагиваю от грома и перемещаю затуманенный взгляд на окно.

– Не удивлен, что началась гроза, – вздыхает водитель. – Сегодня днем шарахало под тридцать. Вот тебе и бархатный сезон…

Я смотрю на небо и забываю, как дышать.

Как будто оно разошлось по шву и из него вырвались наружу гром и молния. Они как разбушевавшиеся звери обрушились на город вместе с таким сильным ливнем, что дворники не успевают справляться с потоком воды, стекающей по лобовому стеклу.

– Остановите здесь! – быстро дыша, говорю я и хватаюсь за дверную ручку.

– Девушка, вы с ума сошли? Гроза же!

– Остановитесь! – выкрикиваю я.

Достаю из сумки пару купюр, подаю водителю, который смотрит на меня ошарашенными глазами, выхожу на улицу и бегу под ливнем обратно к морю, над которым властвует стихия.

Молния ослепляет меня и с оглушительным треском бьет прямо в воду. Небо устрашающе громыхает, ветер швыряет в лицо песок, но я не сбавляю шаг.

Останавливаюсь прямо у воды, упираюсь руками в бока, пытаюсь отдышаться, и поднимаю лицо к небу, которое озаряет яркая вспышка.

– Ударь меня! – кричу, раскинув руки в стороны. – Пронзи меня! Пронзи насквозь!

Из моих глаз снова вырываются слезы, сердце сжимается от боли.

– Ну, давай же… пожалуйста, – отчаянно прошу я. – Сделай так, чтобы я стала прежней Лерой, умоляю тебя.

Глядя в небо, я падаю на колени и рыдаю так, как не рыдала никогда в жизни.

– Тань, у меня для тебя есть подарок, – звучит в голове голос Нины. – Закрой глаза, а как только я досчитаю до трех, открывай.

Я зажмуриваюсь и вижу, как Нина стоит пред Таней с маленьким красным футляром.

– Ра-а-аз, дв-а-а, – считает с улыбкой Нина, – Три!

Таня распахивает глаза и восторженно смотрит на серьги в виде вишенок.

– Это тебе, милая, – обнимает ее Нина. – С днем рождения!

– Какая красота! – пищит от радости Таня. – Нинка, ну ты даешь! Они ж, наверное, дорогущие?

– Для лучшей подруги мне ничего не жалко, – искренне произносит Нина и подмигивает. – Теперь я буду называть тебя «вишенка».

Я вздрагиваю от громыхания, перед моими закрытыми веками мелькает яркая вспышка, но я продолжаю неподвижно сидеть на песке и смотреть дальше.

Нина показывает мне, как они с Таней вприпрыжку идут по поселку. У них красивые прически и платья, которые перечеркивают красные ленты выпускника. Они обнимают другу друга за талию и слушают музыку в плеере. Один наушник у Нины, второй – у Тани.

Громко поют на весь поселок:

*Сол-ныш-ко в руках,

И венок из звезд в не-е-ебесах,

И с других планет все видят нас,

Мне так хорошо с тобой мечта-а-ть об этом.

Где-то над землей

Мы парим с тобой в о-о-блаках,

Как лавиной сне-е-ежной в горах

Нас накроет сча-а-астьем и теплым ветром.

– Вот и закончили школу, вишенка! – заливисто смеется Нина. – Ты сама-то хоть веришь в это?

Она прижимается к Тане и вздыхает.

– Надеюсь, жизнь не разведет нас по разным сторонам, и мы навсегда останемся лучшими подругами.

– Так и будет, – троекратно звучит в голове голос Тани, затем картинка резко погружается в туман.

Я открываю глаза, смотрю на небо и несколько раз моргаю: грозовая туча, которая только что висела надо мной и пыталась напугать до чертиков, стремительно уходит прочь.

В ней еще мелькают вспышки, и она тихонько гремит, но уже не так устрашающе, как было несколько минут назад.

Молния не ударила меня.

Мне не дали возможность вернуться к прежней жизни.

Значит, я все же должна пройти этот путь до конца, как бы не было тяжело.

Поднимаюсь на ноги, вытираю мокрое лицо, убираю волосы, которые прилипли к нему, и, идя к дороге, думаю о видениях, которые только что накрывали меня.

Нина так любила ее… Считала ее лучшей подругой, а эта дрянь загубила ее.

Нина не просто так показала мне этот момент именно сейчас, когда Таня так близко, а я собираюсь улететь домой и упустить возможность отомстить ей.

Ловлю такси, прошу водителя отвезти меня в отель и думаю, как поступить дальше.

Если остановлюсь на полпути и улечу домой, то душа Нины продолжит мучиться.

Я уже очень далеко зашла.

Мне осталось совсем немного, чтобы окончательно дожать Максима и в самый пиковый момент разбить его сердце.

А затем отомстить змее Тане.

Правда, я еще не придумала, как именно это сделаю.

«Я не знаю, как правильно поступить… – вздыхаю я. – Не знаю…»

Такси останавливается, я перевожу деньги водителю, вхожу на огромную территорию отеля, и вместо того чтобы пойти в номер, плетусь к террасе с видом на море.

Знаю, Максим наверняка поджидает меня у номера, но я пока не настроена на разговор с ним.

Мне нужно до конца остыть и прийти в себя.

Поднимаюсь на террасу, кладу ладони на перила и несколько минут молча смотрю на белую пену, которую оставляют после себя волны.

По щекам от безысходности текут слезы, в душе очень паршиво.

Нужно шевелить мозгами и думать, что делать дальше, но сейчас я желаю только одного: хотя бы на пару минут отключиться от всего происходящего и представить, что я обычная девочка Лера, которая приехала насладиться морем.

– Болотная лягушка добралась до моря и расплакалась от счастья… – слышу со стороны голос.

Медленно поворачиваю голову и вижу, как ко мне не спеша подходит Таня.

– Что? – спрашиваю я.

– Да так, – отмахивается она, – не обращай внимания. Просто вспомнилась одна очень старая сказка.

Она подходит ближе и с улыбкой прищуривается.

– А почему это дети гуляют в такое позднее время? Птенчик, тебе домой лететь не пора? Мама с папой искать не будут?

Я пристально смотрю на нее.

Прожигаю взглядом каждый сантиметр ее лица, отчего с него медленно исчезает улыбка.

– Почему ты так смотришь на меня? – растерянно спрашивает она.

Я поднимаю голову и подхожу к ней вплотную.

– Сережки у тебя красивые. Смотри, снова не потеряй, – ледяным тоном произношу я и по слогам добавляю: – Ви-шен-ка.

Толкаю ее плечом, иду к лестнице и слышу ее осипший голос:

– Чт-то ты сейчас сказала? Эй, девочка, что ты сказала?! – выкрикивает она.

– Что слышала, – не оборачиваясь, бросаю я.

Вхожу в отель со сжатыми кулаками, беру на ресепшене ключ от номера, вызываю лифт и слышу тихий голос администратора:

– Максим Эдуардович, вы просили сообщить, когда гостья из триста восьмого номера вернется в отель. Так вот, она только что взяла ключ.

Поднимаюсь на третий этаж, иду к номеру и слышу быстрые шаги за спиной.

– Лера, ты где была?

Разворачиваюсь и тут же оказываюсь в объятиях Максима.

– Ты чуть с ума меня не свела! Больше никогда так не делай, слышишь? – И он прижимает меня к себе еще крепче.

* Солнышко – популярная песня группы "Демо". 1999 год.