Глава 31

Лера

Я вздрагиваю от звонка телефона.

Резко распахиваю глаза, сую руку под подушку, беру телефон и скидываю звонок от Вики.

Сажусь на кровати, хлопаю себя по щекам и несколько минут пытаюсь привести себя в чувство.

Находясь в полнейшем шоке, я иду в душ, встаю под струю холодной воды и прокручиваю в голове сегодняшние видения.

– Ну и дрянь… – шепчу я, вспоминая, как Таня крутила с женихом сестры. – Она не только у Нины мужа увела, так еще и у своей родной сестры! У беременной сестры!

Как можно быть такой тварью? Как?!

А этот Гоша и Максим ничем не лучше Тани. Они могли бы не реагировать на ее флирт, но оба повелись на эту гулящую кошку, которой только стоило поднять хвост.

Сволочи!

Видимо, так «сильно любили» своих невест, что даже не смогли устоять перед этой дешевкой.

Нина не просто так показала мне этот момент. Она подталкивает меня действовать. Жаждет увидеть, как я размажу ее «подружку».

Она снова пыталась показать мне измену на свадьбе, но Вика позвонила на самом интересном моменте и оборвала сон.

– Не переживай, Нина, – поливая лицо водой, прищуриваюсь я, – эта гадюка за все ответит. Сегодня же!

Все эти дни, находясь в одном отеле с Таней, я сгорала от желания подойти к ней и высказать все, что о ней знаю. Но как чувствовала, что мне нужно подождать и собрать как можно больше информации о ее грязных делах.

До этого дня у меня было припасено слишком мало патронов для этой стервы.

Я смогла бы выстрелить в нее всего пару раз, да и только.

Первым патроном зацепила бы ее, сказав о том, что знаю, как она предала свою лучшую подругу.

Вторым – ранила бы сильнее: поведав ей о том, что душа Нины до сих пор преследует ее и жаждет мести.

И на этом все, в принципе…

Но теперь в моей обойме столько патронов, что, боюсь, ее не спасет ни один бронежилет.

Выйдя из ванной, я в боевом настроении собираюсь на банкет.

Подкрашиваю ресницы, надеваю обтягивающее красное платье, сушу волосы и завиваю их.

Сую ноги в туфли на высоком каблуке, беру лаковую сумочку на длинной цепочке, выхожу из номера и, закатив глаза, отвечаю на звонок от Вики.

– Да, Вик, я уже иду к морю снимать для тебя видео, – вздыхаю я, понимая, что систер все равно не отстанет.

– Я уж думала, что ты снова забыла, – бурчит сестра. – Давай, жду фоточек. А не то так и уедешь с моря без красивых кадров.

Проходя мимо ресторана, вижу, что туда уже подтягивается народ. Вечеринка вот-вот начнется, но я задержусь буквально на пять минут, чтобы успеть заснять море до наступления темноты.

Выхожу на улицу, и, идя к террасе, включаю камеру.

– Вон твое море, – вздыхаю я и поднимаю телефон выше, чтобы взять в объектив виднеющийся пляж. – Сейчас дойду до террасы и сниму поближе. Там и пофоткаюсь заодно.

Иду к террасе, не выключая камеру, заворачиваю за угол отеля, вижу в двух шагах от себя Таню с брюнеткой и быстро ныряю обратно.

Они стоят спиной ко мне и, кажется, не заметили.

– …Значит, завтра вы полетите в Москву на недельку, а потом вернетесь в Китай? – слышу голос брюнетки.

– Надеюсь, в Китай Джианю полетит один, – отвечает Таня. – Знала бы ты, как я не хочу возвращаться туда.

Видимо, я стала свидетелем интересного разговора. Нужно этим срочно воспользоваться!

Выглядываю из-за угла и беру их в объектив.

– Все еще грезишь по своему бывшему Максиму? – спрашивает брюнетка. – Тань, что-то мне подсказывает, что он остыл к тебе. Он же все время проводит с этой малолеткой.

– Вот именно! – раздраженно рявкает Таня. – А еще он посмел обсуждать с ней наше прошлое. Недавно она сказала мне такие вещи…

Таня резко замолкает.

– О чем это ты? – спрашивает подруга.

– Да так… – глубоко вздыхает Таня. – В общем, я все равно отделаюсь от этой птички, которая только что вылетела из-под мамкиного крыла.

– Милая моя, – смеется брюнетка и хлопает ее по плечу, – я тебя знаю больше пяти лет и не могу понять, почему ты до сих пор не устранила ее. Ну кинь ей пшена, чтобы не чирикала, и отправь обратно в родительское гнездо.

– Так и сделаю, – решительно заявляет Таня.

Если я все правильно поняла, то из-за меня Максим перестал общаться с Таней.

Хм… мне удалось полностью завладеть его вниманием, и это отлично. Вижу, как Таня сходит с ума от ревности, и это заводит меня еще больше.

– Тань, я бы на твоем месте не торопилась уходить от Джианю, – советует ей подруга. – Ты с ним два года живешь как у Христа за пазухой: деньги, машины, украшения, путешествия – у тебя есть все, о чем можно только мечтать. Возможно, ты снова сойдешься со своим Максимом, но… что, если это будет ненадолго? Что будешь делать тогда? Снова поедешь в Питер к сестре с племянницей? У тебя нет ни квартиры, ни работы, поэтому сто раз подумай, прежде чем делать необдуманные шаги.

– Необдуманные шаги? – выкрикивает Таня. – А может, я впервые за эти два года собираюсь сделать правильный шаг! Я устала жить в этом Китае, понимаешь? С Джианю я только из-за денег, если ты до сих пор не в курсе.

– Совсем не любишь его? – удивляется подруга.

– Люблю? – истерично смеется Таня. – Да ты только посмотри на него, Ир. Он же противный маленький мужичок, который без конца калякает на своем китайском.

Таня, смеясь, изображает мужа.

– Танюся, Танюся, иди ко мне, моя рибка.

И с ненавистью выплевывает:

– Терпеть не могу, когда он лезет ко мне целоваться. Меня тошнит, когда он ложится ко мне в постель. А еще и детей от меня хочет, – усмехается она. – Слава богу, я вовремя начала пить противозачаточные. Не хватало еще нарожать ему маленьких Джианят.

Она глубоко вздыхает и берет подругу под руку.

– Все, идем в ресторан. Нас уже, наверное, потеряли.

Я быстро нажимаю на «стоп», в панике забегаю за большую белую колонну, прижимаюсь к ней спиной и с колотящимся сердцем смотрю, как они проходят мимо меня.

– Фу-у-ух, – с облегчением выдыхаю, – не заметили.

Убираю телефон в сумочку, закидываю за плечо локоны, растягиваю губы в победной улыбке и, выпрямив плечи, иду в ресторан.

Схожу с ума от счастья, которое вот-вот польется из ушей.

«Вот это я удачно заглянула на террасу!»

Максим встречает меня у входа в ресторан.

Пока иду к нему, он разглядывает меня с головы до ног, и я уже понимаю: ему о-очень нравится, как я выгляжу.

– Я тебя уже заждался, – ласково глядя на меня, улыбается он и целует в щеку. – Прекрасно выглядишь!

Мы входим в зал, где собрались все наши сотрудники и партнеры Максима, которых я видела на ярмарке и выставках.

На сцену выходит красивая девушка с микрофоном и объявляет:

– Дорогие друзья, не спешите присаживаться на свои места, потому что прямо сейчас с зажигательной песней для вас выступит певица Марго. Встречайте аплодисментами!

Максим, держа меня за руку, ведет по залу и на ходу здоровается то с одним, то с другим.

А я ищу среди танцующих людей «вишенку».

Вижу ее у окна вместе с «противным маленьким мужичком», или как там она его называла.

– Идем туда, – выкрикиваю Максиму и тяну его за собой. – Там у окна не так много народу.

Максима останавливает какой-то мужчина, а я подхожу к окну и в упор смотрю на Таню, которая стоит буквально в метре от меня. Она так увлечена беседой со своим «любимым», что не замечает моего присутствия.

Брюнетка что-то говорит ей на ухо, и они обе устремляют на меня взгляд.

Беру с подноса бокал с шампанским и, с улыбкой глядя на них, поднимаю его.

– Хорошего вечера, дамы! – подмигиваю я.

Как только ко мне подходит Максим, Таня меняется в лице и багровеет от злости. Кажется, вот-вот из ее ноздрей повалит пар.

– Дорогие друзья, а сейчас настал самый долгожданный момент нашего вечера, – выйдя на сцену, произносит ведущая. – Ни для кого не секрет, что эта неделя была очень насыщенной. Вы участвовали в различных ярмарках, выставках, продвигали товары компании и, наверное, сгораете от желания узнать, какую сумму удалось заработать за эту неделю.

Ведущая достает из-за спины белый конверт и широко улыбается.

– По традиции прошу Максима Эдуардовича подняться на сцену и озвучить сумму. Надеюсь, в этом году вы установили НОВЫЙ РЕКОРД! – радостно кричит на весь зал.

– Я скоро вернусь, – подмигивает мне Максим, поправляет черный галстук и идет к сцене.

А я подхожу ближе к Тане, встаю прямо перед ней, смотрю на сцену и со спокойным видом попиваю шампанское.

Чувствую на себе ее пристальный взгляд.

Аж затылок начинает гореть от него.

Поднявшись на сцену, Максим берет микрофон, открывает конверт и, вынимая из него листок, начинает считать вслух:

– Ра-а-з… Дв-а-а…

– Тр-и-и… – протягиваю я, и, повернув голову к плечу, смотрю на Таню. – Четыре… пять… Вышли де-во-чки гу-лять.

Таня, глядя на меня стеклянными глазами, резко бледнеет, а я приподнимаю бровь и с легкой улыбкой продолжаю:

– Шесть, семь, восемь, девять, десять, не сидится им на месте.

Разворачиваюсь к ней, загораживаю вид на сцену и наклоняюсь к ее уху.

– Разбегайся кто куда. На-чи-нается иг-ра.

Из ее трясущейся руки падает бокал и разлетается на множество осколков.

– К-кто т-ты такая?.. – шепчет дрожащим голосом. – Кто ты, мать твою, такая?

Глядя на меня как на привидение, она делает несколько шагов назад, задевает плечом мужчину, затем врезается в девушку в синем платье.

Я медленно надвигаюсь на нее.

– Н-не приближайся, – хрипло произносит она и, развернувшись, быстро идет к выходу.

– Куда же ты спешишь, вишенка? – выкрикиваю я.

Когда смотрю фильмы про маньяков, то всегда зажмуриваю глаза в тот момент, когда маньяк приближается к своей жертве.

А сейчас я словно сама оказалась в шкуре маньяка и наслаждаюсь тем, как от меня удирает испуганная Таня.

– Вишенка, не убегай от меня, – улыбаюсь я, идя за ней к лифту. – Нам есть о чем поговорить, дорогая.

Она несколько раз нажимает на кнопку вызова лифта, разворачивается и прижимается спиной к двери.

– Не подходи ко мне! – взвизгивает она. – Не смей приближаться!

– А не то что? – остановившись напротив, прищуриваюсь я. – Переспишь с моим женихом? Тогда хотя бы подожди до свадьбы. Ты же любишь уединяться с чужими мужьями в туалетах, верно?

Слышу за спиной голос ее мужа.

Таня переводит на него тревожный взгляд и бросается к нему со всех ног.

– Джианю! – в истерике кричит она, показывает на меня пальцем и начинает быстро тараторить на китайском.

Китаец сжимает губы и, грозно глядя на меня, бросает какую-то фразу.

– Господин Джианю просит вас немедленно уйти отсюда, – переводит седовласый мужчина.

Двери лифта открываются. Таня, с опаской озираясь на меня, вбегает в лифт, за ней входит Джианю и нажимает на кнопку этажа.

Я подхожу к лифту и ставлю в него ногу, не давая дверям закрыться.

– Экскьюзми, господин Джианю, – отвратительно говорю на английском, – уделите мне ту минутс, плиз.

Достаю из сумочки телефон, включаю видеозапись, на которой Таня разговаривает с подругой, разворачиваю экран к Джианю и подзываю его переводчика.

– Переведите ему дословно! – прошу я.

Таня смотрит в экран и, с ужасом округлив глаза, зажимает ладонью рот.

Седовласый мужчина с неловким видом рассказывает Джианю о том, как Таня грезит быть с Максимом и собирается устранить меня.

Джианю медленно поворачивает голову к Тане, обжигает ее гневным взглядом, выталкивает из лифта и выходит сам.

Что-то рявкает ей на китайском, затем берет из моей руки телефон и, сведя брови к переносице, сердито смотрит то на экран, то на переводчика.

– Я устала жить в этом Китае, понимаешь? С Джианю я только из-за денег, если ты до сих пор не в курсе, – звучит из динамика голос Тани.

Мужчина быстро переводит, а глаза Джианю с каждым его словом наливаются кровью.

– Да ты только посмотри на него, Ир, – разливается Танин смех. – Он же противный маленький мужичок, который без конца калякает на своем китайском. Танюся, Танюся, иди ко мне, моя рибка. Терпеть не могу, когда он лезет ко мне целоваться. Меня тошнит, когда он ложится ко мне в постель. А еще и детей от меня хочет. Слава богу, я вовремя начала пить противозачаточные. Не хватало еще нарожать ему маленьких Джианят.

Видео заканчивается, переводчик замолкает.

Я пристально смотрю на Таню и забираю у ее мужа телефон.

Джианю разворачивается к ней, хватает за волосы, яростно кричит на весь отель и трясет кулаком у ее лица.

«Вот-вот ударит», – думаю я.

Но он резко отпускает ее, отчего она падает на пол. Брезгливо смотрит в ее испуганные глаза, разворачивается и что-то говорит переводчику.

– Татьяна, заберите свои вещи из номера и убирайтесь из отеля, – приказывает седовласый.

Джианю быстрым шагом направляется в сторону выхода, а Таня, держась за стену, поднимается на ноги и, глядя на меня, беззвучно шевелит побелевшими губами.

– Куда теперь подашься, вишенка? – спрашиваю я. – К сестре, которую ты оставила без мужа?

Пока она не упала в обморок от шока, я закусываю нижнюю губу, прикрываю глаза и начинаю страстно стонать:

– М-м… Гоша, так нельзя. М-м… это неправильно. Юлька не простит, если увидит нас вместе.

Таня болезненно поджимает губы, хватается за сердце, сползает по стене и оседает на пол.

Сегодня я потратила на нее всю обойму патронов.

Это был мой последний выстрел.

И он точно угодил ей в самое сердце.