18. Конец года и начало чего-то нового

С тыквенным кексом мы провозились целых два дня. В поисках идеального рецепта перепробовали аж семь штук. И лишь на восьмой раз приблизились к тому результату, который показался мне практически идентичным вкусу, который я помнила.

Первые семь партий пришлось есть на завтрак, обед и ужин с чаем. Лили с Логаном были счастливы. Одними цукатами их уже было не удивить, оладьи даже мне уже поднадоели, а вот кексы пришлись как нельзя кстати.

– Ну что, повторим, чтобы убедиться, что рецепт больше не требует доработки?

Я стала выставлять на стол необходимые ингредиенты: яйца, масло, орехи, красную кисловатую ягоду, которая заменяла здесь клюкву, муку и сахар, пару апельсинов и специи. Корица, ваниль, мускатный орех, сушеный имбирь. Софи смешала в глубокой миске все сухие составляющие кроме сахара, пока я взбивала масло с сахаром. Я давно уже хотела попробовать одну хитрость, но все не решалась. За неимением миксера приходилось орудовать обычным венчиком, который оказался в инвентаре Грэйс или же попросту вилкой. Я отошла подальше от Софи, чтобы в случае неудачи ее не задеть, положила венчик в миску и нацелилась пальцем на его ручку. Венчик немного приподнялся и застыл в вертикальном положении. Сперва медленно, но затем все быстрее, я начала раскручивать его с помощью мысленного приказа. Немного подправляла пальцем направление, и вскоре венчик, вращаясь чуть медленнее миксера, начал взбивать масло. Пару раз он норовил выпрыгнуть из миски, но в эти моменты я перехватывала его рукой и возобновляла движение.

– Как славно вы придумали! – Восхитилась Софи, с долей опаски поглядывая на мой эксперимент.

– Надо бы еще придумать, как сделать так, чтобы я могла держать его за ручку, а вращалась бы только рабочая часть. – Я поделилась с ней идеей. – Тогда было бы гораздо проще с ним работать.

– Вы только не перетрудитесь. Дэйн Мортон будет недоволен, если мы снова за вами недосмотрим.

– Все в порядке. Я уже закончила.

Я добавила к масляной смеси белки и стала взбивать уже по-старинке, без магии. Нужно было и вправду поберечься. Дел предстояло еще много. Сперва приготовить цукаты, чтобы они успели просохнуть ко дню ярмарки, оформить баночки, чтобы они выглядели празднично и, конечно же, украсить дом.

Потихонечку, наводящими вопросами мне удалось выяснить, что ко дню конца года местные пусть и не ставили елку, но тоже украшали дома и улицы. Гирляндами с флажками, магическими фонариками и букетами и венками из ярких желто-оранжевых листьев. После того, как прекращались ливни, листья начинали опадать целыми охапками. Так что их собирали и, пока они еще гибкие, плели венки и собирали в красивые букеты, вплетая ярко-красные и золотистые ленты.

За лентами и гирляндами Грэйс поехала аж в Родрин. А пока ее не было, мы с Софи и детьми прогулялись по дороге, ведущей в Лостейн, и насобирали столько листьев, что хватило бы завалить ими всю гостиную. Логан настоял на том, чтобы взять Кексика с собой, и кот, впервые при мне вышел за пределы поместья.

Я немного переживала, как он себя поведет. Все-таки дух-хранитель, наверное, привязан к дому. Но Кексик чувствовал себя отлично и вовсю бегал от Логана, а потом и сам его догонял. И только когда мы уже слишком сильно отдалились от поместья, кот стал выглядеть вялым. Он уже не так быстро передвигался и все чаще оглядывался назад, в сторону дома.

– Так, кажется, нам пора возвращаться.

Я позвала Лили, которая, увлекшись поиском особо крупных и ярких листьев, ушла вперед. Передала Софи свою корзину с уловом и подхватила Кексика на руки. Кот лежал почти без движения, а Логан суетился вокруг, переживая за своего пушистого друга. Но стоило нам войти в ворота, у Кексика будто переключили тумблер. Он одним прыжком вырвался из моих рук, сиганул на землю и, распушив хвост, заластился вокруг Логана, показывая, что он в порядке.

– Так, парень, ты теперь за забор не выходишь. – Проворчала я, глядя, как кот наперегонки с Логаном бежит к дому. Видно, и правда, духу-хранителю лучше оставаться в поместье.

Только мы начали закрывать ворота, как издалека раздался стук копыт и скрип колес. Я выглянула на улицу, и увидела, что к воротам приближается экипаж. Грэйс вернулась практически в одно время с нами.

Вышла из экипажа, сжимая в руках три объемных свертка, в которых оказались и гирлянды для украшения дома, и ленты, и большой запас чая и кофе, который она купила, видимо, по просьбе Джеспара, потому что я совсем забыла, что кофейные зерна в доме подошли к концу.

Остаток дня мы провели в самых приятных душе хлопотах. Мы с Софи развешивали в гостиной гирлянды: она поднималась по приставной лесенке, а я с помощью магии поднимала край гирлянды наверх. Лили с Логаном под руководством Грэйс собирали букеты. Перевязывали их лентами и украшали бантами. Потом Грэйс терпеливо показывала детям, как правильно плести венки из листьев.

На остывшем кексе уже схватилась корочкой сахарная глазурь. И сегодня было решено нарушить режим питания. Мы устроили чаепитие до ужина, и я с облегчением убедилась, что рецепт кекса теперь идеален. В меру сладкий, мягкий, с вкраплениями красных ягод и орехов он стал чудесным дополнением к чаю. А украшенный дом пусть и не вызывал у меня привычной ассоциации с кануном нового года, но был таким уютным и теплым, что я пожалела, что до приезда Джеспара еще целых два долгих дня.

Джеспар Мортон

– Мортон, к чему эти сложности?

Адриан Харпер закинул ногу на ногу и сложил руки на груди. Джеспар Мортон посмотрел на старого друга и перевел взгляд на бумаги, лежавшие перед ним.

– Ты знаешь правила, Адриан. Твой визит ничего не изменит.

– Да в бездну правила! Подумаешь, немного перешел границу. Что, из-за этого нужно изображать из себя строгого служителя закона?

– Я и есть служитель закона! – Джеспар повысил голос, с неодобрением глядя на мужчину перед собой. Его расслабленный вид никак не вязался с причиной его визита к Мортону. – А ты совсем заигрался!

– Ой, да брось ты. Будто ты не знаешь, как это делается. – Адриан закатил глаза, а потом подмигнул Мортону. – Пара бумажек потерялась в ворохе других, более значимых дел, и всего-то.

– Ты забываешься, Адриан. И на этот раз ты зашел слишком далеко. От твоей выходки пострадали другие.

– Кто? Эта поломойка, которая сама строила мне глазки? Джеспар, ты же не собираешься из-за какой-то безродной девицы устраивать мне проблемы. Ну давай, я оплачу издержки. Сколько там она просит? Десять голдоров? Сто?

– Все гораздо серьезнее, Адриан. Я не раз тебя предупреждал, чтобы ты заканчивал с пьянством. Если после вина ты не можешь держать себя в руках, значит, тебе и вовсе не стоит пить.

– Джес, пара бутылок, это разве пьянство? Да и что там серьезного? Ну подумаешь, потискал большегрудую служанку. Тоже мне, преступление!

– Ты чуть ее не изнасиловал, Харпер! – Мортон треснул кулаком по столу и поднялся. – А потом разнес половину трактира, когда тебя пытались остановить.

– Да говорю же тебе – она сама этого хотела! – Адриан нахмурился. Кажется, до него постепенно начало доходить, что Мортон настроен серьезно. – И что, из-за этой шлюшки ты сдашь меня министерству? После всего, что мы пережили вместе? Или ты забыл, как называл меня братом?

– Я слежу за порядком в Пределе, Харпер. И даже будь ты моим кровным братом, я не стал бы закрывать глаза на то, что ты творишь. А вот это… – Мортон схватил бумаги и гневно потряс ими перед Адрианом, – …уже полный беспредел. Это не пару окон разбить и драку затеять.

Адриан напрягся. Поставил обе ноги на пол и подался вперед всем телом, пристально глядя на Мортона.

– А ведь когда-то мы вместе затевали драки. Забыл, как мы развлекались в академии?

– Нам больше не по семнадцать лет, Адриан. – Мортон тяжело опустился в кресло. – И сейчас я несу ответственность перед всем Пределом. А тебе уже давно пора повзрослеть.

– Предлагаешь начать взрослеть с тюрьмы?

– Все, кто нарушают закон, должны понести соответствующее наказание. И неважно, кто они – простые поломойки или дэйны с драконьей кровью.

– То есть наша дружба для тебя теперь пустой звук?

– Мне жаль, что мой старый друг стал таким испорченным человеком. – Джеспар вздохнул и поставил печать на каждую из смятых страниц. – Я все эти годы пытался тебя урезонить. Но с каждым разом ты заходил все дальше. А теперь и вовсе пересек черту.

Мортон положил бумаги в почтовую шкатулку и опустил ладонь на кнопку металлического звонка. Дверь в кабинет моментально открылась, и на пороге появился дворецкий.

– Малкольм, проводи дэйна Харпера к выходу. Его уже ждут.

– Мортон, предатель! – Адриан вскочил с места и бросил на Джеспара гневный взгляд.

– Мне жаль, Адриан. Но я обязан.

Малкольм увел Харпера и закрыл за собой дверь. Джеспар Мортон откинулся на спинку кресла, глядя в потолок. Адриан Харпер уже давно доставлял ему проблемы, и каждый раз Мортон надеялся, что он одумается. Заплатит очередной штраф, принесет письменные извинения пострадавшей стороне и прекратит, наконец, свои буйные выходки.

Да, он и сам в юные годы чудил в стенах академии, но с тех пор прошло много лет, и теперь должность Владыки Предела накладывала на него серьезную ответственность. И первое время Джеспару приходилось тщательно следить за каждым своим шагом, за каждым словом, чтобы не выйти за рамки дозволенного. А уж сколько было старых друзей и дальней родни, которые хотели за его счет решить свои проблемы. Кому-то нужно было, чтобы он вот так “потерял” чужие документы на дом, кто-то просил, чтобы Джеспар закрыл глаза на явный случай мошенничества.

И с каждым отказом Джеспара клеймили предателем. Но что он сделает, если поклялся защищать закон и справедливость в своем пределе?

Его собственная сделка с Мартой Уолш, мачехой Эвелин, и то заставила трижды перечитать свод законов, чтобы убедиться, что он сам не переступил черту. И хоть по закону Марта была вольна распоряжаться судьбой падчерицы, пока ей не исполнится двадцать один, в глубине души он понимал, что попросту купил Эвелин себе в жены. Но и тогда он уже знал, что в доме мачехи Эвелин не будет спокойной жизни. Так что он просто изменил условия ее содержания в лучшую сторону.

Но как бы Джеспар ни внушал себе, что сделал все верно, он не мог отрицать, что прошел по самому краю.

В последний день перед обещанным приездом Джеспара я была вся как на иголках. Спустившись на первый этаж, обвела взглядом гостиную, чтобы убедиться, что все в полном порядке. Гирлянды из флажков висели под потолком и над камином, магические светильники на стенах ждали темноты, чтобы добавить комнате уютного теплого свечения, на камине и журнальном столике стояли вазы с яркими букетами из листьев, а на стене между окнами красовались разного размера венки: большой, идеально круглый, сделанный руками Грэйс и два поменьше и не такие ровные – за авторством Лили и Логана.

Пока в двух больших кастрюлях закипал сироп с кусочками тыквы, которые в скором времени должны были стать цукатами, я расставляла на столе баночки и раскладывала ленты. Кухню постепенно наполнял аромат Нового года: апельсины и корица, которые я добавила в сироп, создали совершенно неповторимое сочетание, которое прочно ассоциировалось с праздником. Не хватало только елового запаха. Но и без этого внутри разливалось предвкушение и ожидание чуда. Совсем как когда-то в новогоднюю ночь, когда кажется, что с боем курантов все непременно изменится в лучшую сторону.

Логану сегодня было решено дать поспать немного подольше: вчера он так устал во время учебы, что я едва не пошла на попятный и не решила отменить его участие в наших с Лили занятиях. Пришлось задавить в себе малодушие, хотя я уже с нетерпением ждала, что Джеспар наймет приходящих учителей. Потому что мне самой становилось не по себе от обязанности строгим голосом говорить Логану, чтобы он слушал внимательнее и не отвлекал сестру от учебы. Я понимала, что это неотъемлемая часть воспитания, но мне хотелось баловать детей. Подарить им счастливое детство, чтобы они поскорее забыли обо всем, что им довелось пережить. К тому же я не хотела, чтобы они ассоциировали меня со строгой учительницей, которая запрещает баловаться во время урока.

Лили, позавтракав, присоединилась к моему рукоделию. Я отмеряла и отрезала ленты одного размера, а она завязывала их в аккуратные пышные бантики. Причем она сама же и научила меня такому приему, потому что мои бантики выходили плоскими и перекошенными.

– Как же мне с тобой повезло, Лили! – Я покачала головой, не нарадуясь, как красиво у нее получается. – Кажется, скоро придется делить с тобой часть заработка, потому что с такими бантами наши цукаты пробьют себе дорогу к самой столице!

Лили покраснела и отвела взгляд. Закусив губу от усердия, она продолжила создавать красоту. А я взялась за вощеную бумагу и шпагат, которыми будут в дальнейшем закрываться баночки. Нарезала бумагу ровными квадратами, отмерила шпагат и примерила на одной баночке. Вышло просто отлично. Крышки хватало ровно настолько, чтобы крепко ее завязать, но при этом она не должна была перекрывать вид наших цукатов. Бантики было решено закрепить поверх крышки с помощью расплавленного сургуча.

– Эви, а листики еще остались? – Вдруг спросила Лили, глядя, как я закрываю пустую баночку, глядя на результат.

– Немного есть. А зачем тебе? – Я дотянулась до корзины с остатками вчерашнего лиственного улова и достала оттуда несколько красных листочков.

– Может быть, мы сделаем еще вот так? – Лили взяла мой образец и приложила к баночке три маленьких листочка, образовывая что-то вроде мини-букета. – Тогда будет ясно, что это подарок к концу года.

– Да ты мастер! – Я удивилась, что сама не додумалась до такого простого, но изящного решения. – Обернем лентой и закрепим, да?

Лили кивнула, сияя, как начищенный голдор. Вот что значит правильная мотивация! После похвалы всегда хочется стараться еще больше. И я прекрасно ее понимала – сама была такая же, пока не столкнулась с суровой реальностью, когда, как бы ты ни старался, твои усилия просто не замечали. Но я надеялась, что сделаю все, что в моих силах, чтобы Лили сохранила свой энтузиазм как можно дольше.

Пока мы оформляли всю партию, Софи доделывала цукаты. Выставляла кастрюльки на улицу, чтобы сироп остыл, и снова возвращала их на плиту. И так три раза. На холодном воздухе цукаты остывали гораздо быстрее, чем в тот памятный первый раз, когда мне приходилось делать все самой.

Потом мы слили сироп и убрали его в шкаф. Теперь уже все в доме знали, как прекрасно он сочетается с оладьями, а я еще знала, что это отличная добавка к кофе. Которого у меня теперь хватит до лета, даже если Джеспар останется в поместье на все это время.

Одна только мысль о Джеспаре заставила сердце сжаться от сладкой боли. Уже скоро я снова его увижу!

– Дэйна Мортон? – Я потрясла головой и посмотрела на Софи, которая, кажется, что-то мне говорила, пока я грезила о собственном супруге. Ох, Эвелин, ты и правда влюбилась по полной… – Я закончила с цукатами.

– Спасибо, Софи. Теперь им нужно только подсохнуть. К утру будут готовы.

– Как раз к приезду дэйна Мортона. – Улыбнулась Софи. А я, кажется, покраснела не хуже Лили. А потом чуть не подпрыгнула прямо на стуле. Джеспар приедет уже завтра, а я в таком виде: кожа на руках пересохла от работы на кухне, губы потрескались от сухого воздуха, а про волосы я вообще молчу. Так привыкла по утрам убирать их в удобный узел, что, кажется, совсем забыла, как укладывать элегантные локоны.

– Софи, следи за цукатами. Не подпускай к ним Логана и не забывай переворачивать каждый час. Я скоро вернусь!

Получилось как в бородатом анекдоте: я к соседке на пять минуточек, помешивай варенье каждые три часа.

Но я уже спешила в ванную, ибо завтра хотела встретить Джеспара в самом лучшем виде. Не все же дом украшать, нужно и о себе подумать.

В ванной я провела не меньше часа. Накинула тот шелковый халат, что привез Джеспар, расправила по плечам влажные волосы и критически осмотрела себя в зеркало. Юный возраст Эвелин не давал причин для беспокойства: морщины и увядание кожи мне еще долго не грозили. Но забывать об уходе тоже не стоило. Все-таки каждый день столько хлопот, что вечером порой не остается сил, чтобы нанести на лицо и руки увлажняющие масла. Но за подобную ошибку я уже расплачивалась в прошлой жизни. А в этой планировала холить и лелеять себя. Ведь не зря говорят: всегда нужно начинать с себя. Любые перемены, которые хочешь нести в мир, в первую очередь нужно применить к себе. Даже в самолете перед взлетом всегда учат: надеть кислородную маску сперва на себя, а уже потом на ребенка.

Так что забота о себе теперь будет на первом месте. Ведь если я снова слягу, не смогу позаботиться об остальных.

Философские размышления прервал шум, доносившийся с первого этажа. Я запахнула халат и, на ходу завязывая широкий пояс, поспешила вниз. Оперлась руками о перила и выглянула в сторону холла. А потом ойкнула и побежала обратно на второй этаж. Потому что из прихожей в этот момент вышел мой супруг в сопровождении незнакомого мужчины.

Скинула халат и стала одеваться: любимая блуза с бантом на спине и длинная юбка. Не из тех, что привозил Джеспар. Та одежда была слишком вычурной для дома, да и не отличалась удобством.

Волосы не стала закалывать, все равно они еще не высохли. Просто перекинула на одно плечо и подхватила широкой лентой.

Напоследок взглянула на себя в зеркало и неодобрительно покачала головой: щеки слишком розовые, глаза блестят как при лихорадке. Чего доброго, Джеспар решит, что у меня температура, и снова загонит в постель.

– Дэйн Мортон. – Я улыбнулась, подходя к супругу. Не знала, стоит ли звать его по имени при постороннем, который сейчас доставал из большого ящика какие-то свертки. – Добро пожаловать домой.

– Здравствуй, Эвелин. – Джеспар притянул меня к себе за талию и прошептал на ухо. – Я думал, мы уже перешли на “ты”.

– Рада тебя видеть, Джеспар. – Так же тихо, и отчего-то отчаянно смущаясь, ответила я.

– Эвелин, это Сет, мой помощник из Родрина.

– Доброго вечера, дэйна Мортон. – Сет коротко поклонился и вернулся к распаковке ящика. Потом выпрямился и унес пустой ящик в прихожую.

– Сет отвезет нас завтра в Лостейн.

– Дэйн Мортон, ужин будет готов через пять минут. – Отчиталась Грэйс, появляясь из кухни с белоснежной скатертью в руках. Стала накрывать стол в гостиной, а через минуту к ней присоединилась Софи.

Джеспар подвел меня к заваленному свертками журнальному столику у дивана.

– Хочешь открыть сейчас или дождаться завтра?

– Что это?

– Небольшие подарки к концу года. – Скромно ответил Джеспар.

– Небольшие? – Я нервно рассмеялась, глядя на эту груду. – Боюсь представить, что тогда для тебя большой подарок.

– Большой подарок может быть маленьким по размеру. – Лукаво улыбнулся Джеспар и взял мою руку в свою, поднес к губам и коснулся пальцев поцелуем. – Таким маленьким, что поместится на твоем изящном пальчике.

Он что, намекает на кольцо? Но ведь мы уже женаты!

– А я ничего для тебя не приготовила. – Смутилась я. Джеспар продолжал покрывать мои пальцы поцелуями, совершенно не обращая внимания на присутствие Грэйс и Софи.

– Ты сама – чудесный подарок судьбы, Эви. – Мягко произнес Джеспар, касаясь губами моей щеки. – Благодаря тебе я снова чувствую себя здесь как дома.

– Дядя Джеспар!

Вот уж кому не было дела до интимности момента! Логан кубарем слетел с лестницы и запрыгал вокруг Джеспара. Тот подмигнул мне и опустился перед мальчиком на одно колено.

– Привет, Логан. Как же ты вырос, пока меня не было! – Джеспар потрепал Логана по макушке и указал на груду свертков. – Помнишь, какой завтра день?

– День конца года! – Бойко ответил Логан.

– Правильно. А что в этот день принято дарить?

– Подаааарки!

– Молодец! А теперь ступай и найди те, что перевязаны ярко-синей лентой. И скорее уноси себе в комнату, пока Кексик тебя не опередил.

Я проследила за его взглядом и увидела, что кот уже принюхивается к одному из свертков. Логан на секунду крепко обнял Джеспара и тут же бросился искать свои подарки. Джеспар поднялся и повернулся ко мне.

– А ты не боишься, что Нуар найдет твой подарок раньше тебя?

– Мне достаточно и того, что во время праздника ты будешь дома.

Слова вырвались легко и естественно, и на мгновение я даже испугалась, что Джеспар сейчас скажет, что его дом в столице. Но он только взглянул мне в глаза так, что сердце тут же забилось где-то в горле, а губы пересохли.

– Дэйн Мортон, все готово. – Грэйс напомнила про ужин, а я прикрыла глаза и выдохнула про себя. Да боже мой, почему вокруг столько людей?

Ужинали вчетвером. Логана с трудом удалось оторвать от распаковки подарков, среди которых нашлись и книги, и новая одежка, и весьма замысловатые магические игрушки. Лили хоть и поглядывала в сторону чуть поредевшей горы свертков, но вела себя с достоинством дэйны. А Джеспар весь ужин бросал на меня загадочные взгляды. При этом улыбался так многозначительно, что мне начало казаться, что сегодня я буду спать совсем не в своей постели.

После ужина, когда две трети подарков были распакованы, Софи увела детей укладываться спать, а Грэйс убрала со стола и исчезла в своей комнате. Мы с Джеспаром, наконец, остались одни.

– Не слишком рано укладывать детей? – Мортон махнул рукой, закрывая тяжелые портьеры.

– Завтра будет долгий день. Пусть поспят подольше и наберутся сил. – За ужином Джеспар сказал, что Сет подаст экипаж сразу после завтрака, так что в Лостейне мы собирались провести почти целый день.

– А ты сама? Не хочешь пораньше пойти в спальню? – Промурчал Джеспар, обхватывая меня за талию. Мне пришлось схватиться за его руки, чтобы не упасть. Один вопрос, одно простое движение вызвали внутри целый шквал чувств. И, видит бог, мне безумно хотелось отдаться этим чувствам.

– Я предпочла бы провести время здесь, с тобой. – Я нашла в себе силы говорить спокойно, хотя во рту тут же пересохло. Пришлось облизнуть губы, а в следующий миг Джеспар накрыл их поцелуем.

Спала я все же в своей комнате. Как и Джеспар – в своей. После долгого, нежного и одновременно страстного поцелуя в гостиной, мы чудом смогли остановиться. И, наверное, если бы Софи не спустилась со второго этажа, мы бы предались страсти прямо в гостиной.

Но когда на лестнице зазвучали шаги, я, как школьница, которую застукали за школой с сигаретой, испуганно отпрянула от Джеспара, а потом ретировалась наверх, соврав, что очень устала за день.

Джеспар только головой покачал. А я, зачем-то заперев дверь в спальню, еще долго не могла отдышаться. С одной стороны, мы оба взрослые люди, к тому же супруги, так что мой побег выглядел до нелепого странно. А с другой стороны, я была не готова. Мне казалось, что все происходит слишком быстро, хотя с нашей свадьбы прошло уже полтора месяца. Но с учетом того, что Джеспар приезжал слишком редко, а с того момента, как мы нашли общий язык, прошло и того меньше времени, я считала нужным немного подождать. Хотя бы еще денек. Вот вернемся с ярмарки, и тогда… Совместная прогулка ведь вполне сойдет за свидание.

Утром в доме царила суета. Лили страдала из-за того, что не знает, какое платье ей надеть на праздник. Логан упрашивал меня взять Кексика с собой в Лостейн, а я пыталась отговорить его от этой затеи и одновременно наполняла баночки цукатами.

Хорошо, что пирожками занялась Грэйс еще вчера днем, и утром они уже ждали в своих корзинках. Софи металась между столовой и кухней, накрывая завтрак, а Грэйс давала ей наставления, перед поездкой. Сама Грэйс сказала, что раз на целый день ей дают выходной, она съездит в Родрин, навестить друзей. А Софи должна была ехать с нами в Лостейн, чтобы приглядывать за детьми. И только Джеспар выглядел совершенно спокойным, сидя за столом с чашкой кофе в руках.

– Эвелин, восхитительный десерт. – Похвалил он мой кекс, а потом шепнул. – Надеюсь, вечером мы вместе сможем отведать сладкого.

Я тут же залилась краской и шлепнула его по руке. Джеспар беззаботно рассмеялся, поймал меня за руку, притянул к себе и поцеловал в щеку.

Я впервые ехала в Лостейн в экипаже. И дорога заняла совсем немного времени, даже с учетом времени, пока мы все пытались разместиться внутри.

Остановиться пришлось далековато от центральной площади, на которой уже была толпа. Украшенная не меньше нашей гостиной, площадь была средоточием веселья. Отовсюду раздавались громкие выкрики, звучал детский смех, торговцы приглашали попробовать свой товар.

Софи подхватила тяжелые корзинки и скрылась в толпе. А пока мы выгружались из экипажа, и Джеспар говорил с Сетом, успела вернуться с пустыми руками.

– Майлз сказал, что сам вернет корзины. – Раскрасневшаяся помощница махнула рукой. – А Николаус меня чуть не расцеловал за цукаты. Сказал, что постарается приберечь часть для Родрина, но боится, что все сметут уже сегодня в Лостейне.

Она протянула руки к детям и радостно скомандовала:

– Лили, Логан, идем скорее, там такие фокусы показывают!

– Софи, подождите нас! – Мне передалось ее радостное возбуждение, и я замахала Джеспару. – Джеспар, догоняй!

– Ты ведь обещала, что не станешь пытаться сбежать от меня. – Джеспар обнял меня за талию и тихо рассмеялся. – А стоит тебя поманить магическими трюками, ты сразу готова умчаться.

– Но ведь такой праздник всего раз в год. – Я улыбнулась в ответ. Внутри все наполнялось радостью. Неужели этот день настал? Как странно: все девушки считают самым счастливым днем – день свадьбы. Для меня свадьба стала настоящим кошмаром. А мечтала я о том, чтобы выбраться на ярмарку с мужем и детьми. И сейчас моя мечта сбылась в полной мере.

– Хочешь, я буду устраивать тебе такие торжества каждый месяц?

– Тогда они перестанут быть такими долгожданными. Но я бы не отказалась, чтобы ты показал пару магических трюков. – Я сама не ожидала, что эта фраза может прозвучать так двусмысленно. А Джеспар довольно ухмыльнулся и ответил самым неприличным тоном:

– О, поверь, ночью тебя ждет настоящий фейерверк, Эви.

И поцеловал меня прямо посреди толпы. Благо Софи уже увела детей далеко вперед.

Кроме фокусника с магическими фокусами, на площади хватало развлечений: бродячие музыканты, настоящий факир, глотающий огонь, ряженые на ходулях и даже укротитель зверей с огромным тигром без какого-то поводка или клетки.

– Софи! – Испуганно крикнула я, глядя, как она ведет детей прямиком в сторону хищника.

– Не бойся, это не опасно. – Джеспар успокаивающе сжал мою руку. – Он не сможет пересечь магический барьер.

Тиски, успевшие сдавить сердце, разжались, когда я пригляделась и увидела, что зверь и правда окружен полупрозрачной стеной. Лили с Логаном присоединились к толпе детей, которые облепили барьер, глазея на тигра. Тот лежал на земле, лениво помахивая хвостом и, кажется, совершенно не обращая внимания на зевак.

За целый день мы успели трижды обойти площадь, потерять Софи с детьми на узких улочках города и случайно встретиться у кафе, из распахнутых дверей которого лилась веселая музыка и доносился аромат булочек с корицей. Тут же было решено перекусить. Мы впятером чудом уместились за круглым столом и первые десять минут молча наслаждались горячим чаем, подогретым вином и пышными, мягкими булочками, присыпанными сахаром и корицей. А потом дети, возбужденные прогулкой и впечатлениями, заговорили одновременно, делясь своими эмоциями.

Когда на город опустились сумерки, Логан уже устал и начал капризничать. Лили тоже была уже не так бодра, так что было решено вернуться к экипажу, где нас уже ждал Сет.

– Софи, поезжай с детьми домой, а мы с Эвелин еще немного прогуляемся. – Джеспар сказал вслух то, что я не решалась. А мне так хотелось немного побыть с ним наедине!

Экипаж укатил, и Джеспар тут же потянул меня куда-то на боковую улочку, подальше от толпы.

– Тебе понравился праздник, дорогая?

– Очень понравился. И я была бы счастлива, если бы ты остался еще на пару дней. – Призналась я, с замиранием сердца ожидая ответ.

– Я останусь на целую неделю. – Джеспар поцеловал меня в уголок губ. – Не могу больше оставлять тебя одну так надолго. А потом, я надеюсь, мы вместе сможем поехать в столицу на пару недель.

– Но как же дом?

– Софи с Грэйс присмотрят за ним. И раз Нуар вернулся, с домом будет все в порядке.

– А дети?

– Когда я говорил “мы”, я имел в виду нас четверых. – Он улыбнулся. – А теперь идем, я видел, что винный магазинчик еще открыт. Надеюсь, у старины Грейфорда найдется бутылочка достойного вина.

Достойного, по мнению Джеспара, вина не оказалось, но я заверила, что мы вполне можем попробовать и что-то более скромное, и дэйн Грейфорд, вручил нам бутылку из темного стекла с почти нечитаемой этикеткой, предварительно смахнув с нее пыль. Потом мы до самой темноты гуляли по Лостейну, заглядывая почти в каждый магазинчик и кафе по пути. А когда вернулись к площади, она переливалась не хуже новогодней ели: множество магических фонариков мерцало и сияло всеми цветами.

– Кажется, ты что-то говорил про магические трюки. – Напомнила я Джеспару.

– Тебе не терпится на них взглянуть? – Он усмехнулся и вручил мне бутылку вина. – Сейчас только выйдем из толпы.

На протяжении всего пути домой Джеспар демонстрировал мне возможности магии во всей красе. Над его ладонями расцветали полупрозрачные цветы, вспыхивали радужные фейерверки и даже взлетали птицы, растворяясь в темном небе.

– Это несложно. Ты и сама так можешь. – Подбодрил он меня, забирая обратно бутылку вина. – Попробуй! Главное – держать в голове, что это иллюзия.

Не с первого раза, но у меня получилось! Мы как раз подходили к воротам, когда с моей ладони вспорхнула золотистая птица с огненным хвостом. Облетела вокруг нас с Джеспаром и рассыпалась искрами.

– Эвелин, в тебе кроется гораздо больше талантов, чем я думал. – Голос Джеспара звучал так нежно, что у меня вспотели ладошки и перехватило дыхание.

Мы неспеша прошли к дому и вошли в прихожую. Из гостиной слышались возбужденные голоса: Лили с Логаном еще не спали.

Софи встретила нас и помогла раздеться, а я под впечатлением от собственного успеха направилась к детям.

– Лили, Логан, смотрите, дядя Джеспар научил меня одному фокусу. – Радостно поделилась я и раскрыла ладони, представляя, как из них снова вылетает жар-птица с огненными перьями.

Лили с Логаном застыли передо мной в ожидании чуда, но вместо птицы из моих рук неожиданно вырвалась вспышка пламени. Я отшатнулась, пытаясь ее погасить, но у меня все поплыло перед глазами, а потом кто-то резко выключил свет.

Я пришла в себя в собственной постели. Все тело болело, будто я снова вернулась в свой старый мир и старую жизнь. От испуга я приподнялась на подушках и увидела Джеспара, который хмуро глядел на меня.

– Джеспар! Что с Лили и Логаном? Они в порядке? – Я внезапно вспомнила, что произошло, и в ужасе огляделась. Никого кроме нас, в комнате не было. А на моих запястьях откуда-то взялись тонкие серебристые браслеты.

– Дети в порядке. – Голос Джеспара звучал так отрешенно, что мне стало холодно. – В отличие от тебя.

Он посмотрел на меня так, как в первый день, когда я его увидела. Ледяным, жестким взглядом.

– Я знаю, кто ты, Эвелин. Или как тебя зовут на самом деле?

Конец первой книги