Глава 7. Обратный отсчёт.
Глава 7. Обратный отсчёт.
Я проснулась с первыми лучами солнца. Хотя, по-моему, за эту ночь я нормально и не спала. Всё ворочалась с боку на бок, мучительно размышляя. На левом боку казалось, что Кай просто негодяй и мог сразу мне обо всём рассказать. Или на худой конец, как только я во всём призналась. Но стоило перевернуться на правый бок – моя злость тут же сменялась липкими сомнениями и стыдом.
Может не стоило так резко реагировать. В конце концов, он мне ничего не обещал и мы всё-таки едва знакомы. Но тут же возмущение вспыхивало с новой силой. Ведь он видел, как я к нему отношусь! Да что там видел – знал. Просто по-человечески было бы с его стороны рассказать, что он здесь из-за моей бабушки.
В общем, я еле дождалась момента, когда спальня озарится рассветным солнцем и вскочила с кровати, решив больше не мучаться. В доме было тихо. Я даже отважилась заглянуть в гостевую комнату, где обнаружила совершенно нетронутую кровать и подозрительное отсутствие дорожного мешка.
На кухне тоже было пусто, даже записочка не лежала.
- Ушёл, - коротко сообщил чайник, когда я застыла посредине комнаты не зная, что и чувствовать – Солнце ещё не встало, а Кай потопал куда-то. С мешком со своим.
- И ты молчала? – я резко повернулась к плите, взмахнув руками и чуть не уронила кружку со стола.
- Я чайник, Марточка. Не бежать же мне за ним с паром из носика. Побойся богини – ба начала говорить со мной как с умалишённой, хотя я болтаю с кухонной утварью, может поделом. – Да и потом. Ты ж сама его выставила…
- Я всего на день просила меня оставить! – взвыла я.
- Ну… Может он чего-то не понял – задумчиво прокряхтел чайничек – Кай помню иногда не шибко хорошо соображал-то.
Я открыла рот и тут же его захлопнула. Ну потому что. Потому что, о чём тут ещё говорить.
- Он вернётся, - я нервно начал теребить рукав платья. – Ведь тут поле…
- Может, и вернётся, - уклончиво отозвался чайник. – Ты на поле-то сходи. Проверь чего там происходит, а то тишина какая-то нехорошая.
Как выяснилось чуйка у бабули, работала превосходно даже после смерти. Поле, которое ещё вчера, начинало понемногу оживать, теперь выглядело хуже, чем в самый первый день моего приезда.
Тыквы буквально расползались под собственным весом, будто они внутри сгнили за одну ночь. Земля между рядами покрылась тонкими, тёмными трещинами. Время от времени в воздухе появлялся какой-то еле уловимый гул, от которого начинали вибрировать зубы.
- Ба, - крикнула я, оборачиваясь к открытой двери дома – Это нормально?
- Нет, - коротко отозвался чайник. – Беги за Дусей.
Но бежать не пришлось - Дуся сама уже спешила через поле, придерживая длинную юбку.
- Марточка, у тебя тут… - начала она, но осеклась, когда небольшая тыковка с чавканьем расползлась под её ногой - Ох, батюшки. Беда-то какая…
Дуся растерянно огляделась по сторонам.
- Так, а что же этот твой Кай? Вроде на лад у вас всё шло…
- Ушёл – тихо проговорила я, чувствуя, как у меня начинает сосать под ложечкой – Я вроде как его прогнала…
- Плохо это, милая – Дуся посмотрела на меня с сочувствием – И для всех нас плохо, кажется. Я ж чего прибежала-то: у Лукиной коровы сегодня рожки отвалились прямо на глазах у старосты. А в колодце у Прохора вода позеленела и песни срамные оттуда кто-то поёт. На три голоса. Страшно всем, Марточка.
- Я не виновата! – возмутилась я, хотя даже мне самой это прозвучало не слишком убедительно.
Я почувствовала, как кровь отливает от лица. Неужели я действительно виновата во всех бедах этих людей? Хотелось упасть на колени и просить прощения.
- Как думаешь, сколько у нас времени? - спросила я вместо этого.
- Аграфёна ж тебе условие ставила до Праздника Урожая. Вот три дня осталось - мрачно ответила Дуся – Хотя плохо-то всё выглядит, Марточка…
Три дня. Ещё позавчера мне казалось, что времени вагон - успею и с полем разобраться, и с чувствами своими к Каю. А может получится оба вопроса решить одновременно. Теперь три дня выглядели катастрофически коротким сроком для решения проблемы, которую собственноручно превратила в катастрофу.
- Мне нужно его найти, - сказала я, уже разворачиваясь к дому.
- Охотника-то? - уточнила Дуся. – Может лучше о брате моём подумаешь двоюродном. Он нормальный мужик, хоть и с причудами.
- Давай оставим твоего брата как запасной план – кинула я через плечо, уже поднимаясь за плащом.
- А ты хоть знаешь где искать-то? – крикнула Дуся.
Я замерла, не перешагнув через порог. Не знаю. За все эти дни Кай практически ничего не рассказывал о том, где жил все тридцать лет заточения – только общие слова про «соседний уезд» и «жизнь на границе».
- Понятно – резюмировала Дуся позади меня – Побегу к Семёну, пусть найдёт свой лучший костюм!
Сзади послышались торопливые шаги и сдержанное ругательство, когда Дуся, судя по чавканью, раздавила очередную тыкву.
Я со стоном прислонилась к косяку двери. Да что ж такое! Где я найду этого кучерявого обманщика. Бегать вокруг деревни звучало как совершенно не эффективная затея. Да и Кай больше не привязан к одному месту.
Я обернулась к своему полю - израненному, стонущему этим диким гулом, но всё ещё цепляющемуся за остатки жизни – и мой взгляд наткнулся на Гектора, который до этого момента лежал неподвижно недалеко от крыльца.
- Ты знаешь где он? – спросила я тыкву напрямую, чувствуя одновременно отчаянную надежду и абсурдную нелепость происходящего.
Гектор качнулся один раз, и медленно покатился в сторону леса, туда, где поле граничило с редким кустарником.
Я быстро метнулась в дом, схватила плащ и бросилась догонять Гектора. Тыквища уже скрылся между первыми деревьями редкого леска.