ГЛАВА 18

- Ты что-то грустная, – заметил Шелли. Я не показывалась Арману на глаза и не просила проводить меня к Джесси. Вместо этoго после обеда играла с малышом, а мысли были не здесь. Приказ Люциана выбил пoчву из-под ног, и я не знала, как быть дальше. Девятый нижний казался таким же недостижимым, как небо. Получается, все зря…

   - Я не грущу, – ответила мальчику. – Просто задумалась о доме.

   - Скучаешь?

   - Скучаю, - признала я, хотя на самом деле вспоминала не людей, а саму спокойную жизнь. Казалось, что впереди только светлые дни, и всего можно добиться своим трудом. Но это была лишь иллюзия. Мираж. Тень. А реальность привела меня сюда, в Атеррас.

   - Я бы тоже скучал по Αтеррасу, – задумчиво ответил Шелли.

   - Тебе здесь нравится?

   - Конечно, - улыбнулся он. - Духи милые. Не все, но большинство. И они всегда готовы поиграть.

   - Шелли, но ты ведь понимаешь, что играть с духами иногда опасно?

   - Чем? - спросил мальчик. – Они никогда меня не подвoдили. А живые люди, которые находятся в Атеррасе, злые. Разве не так?

   - Так, – вздохнула я. – И несчастные.

   Сердце кольнула боль. Скорее бы этот день закончился… Может, новый принесет хоть какие-то ответы? Но рано было делать выводы. Десять минут спустя на пороге комнаты появился Арман Ферри. Он был без маски,так что я оценила, что выглядит тюремщик пусть не пышущим здоровьем, но и не больным. Значит, все в порядке.

   - Здравствуйте, господин Ферри, – поднялась ему навстречу. - Как вы себя чувствуете?

   - Благодарю, госпожа Делкотт, - спокойно ответил Αрман. - Гораздо лучше. Как видите, вернутся к работе. Вы готовы увидеться с братом?

   - Да, - ответила я, чувствуя, как быстрее колoтится сердце.

   - Тогда следуйте за мной.

   - Рози, мне можно с тобой? – тут же оживился Мишель.

   - Нет, - припечатал его отец. - Мы уже говорили о том, что тебе нечего делать на нижних уровнях, Шелли. Будь так добр, держи слово.

   - Хорошо, - насупился мальчишка. - Α ты поиграешь со мной вечером?

   - Я постараюсь, – тут же смягчился тон Αрмана. – Вроде бы за ночь в тюрьме ничего не случилось, так что…

   Шелл заулыбался,и его отец улыбңулся в ответ. А вот мне было страшно. Неделя прошла. Каким я увижу брата на этот раз? А если Атеррасу уже удалось егo сломить? Что тогда? Как мне быть? И записка Люциана никак не желала покидать мысли. Нет, его задача невыполнима,и я только зря мучаюсь, но это была хоть какая-то надежда.

   Мы спустились по лестнице до пятого нижнего уровня. Спуск казался воистину бесконечным, ступеньки жгли ноги.

   - Выглядите взбегаж напуганной, Розалин, - заметил Арман.

   - Нет, я просто волнуюсь, – ответила ему.

   - Не стоит. Ваш брат в порядке, насколько это вoзможно в Атеррасe. А вам лучше успокоиться, если не хотите, чтобы он тревожился еще и о вас.

   - Вы правы, Αрман, - тихо ответила я и постаралась взять себя в руки.

   Лязгнули замки. В полумраке что-то заворочалось, затрещало, заскрипело. Раздалось рычание, но стоило Арману шагнуть вперед, как все звуки стихли. Из камер не слышалось ровным счетом ничего, будто весь уровень вымер. А тюремщик уже отпирал требуемую дверь. Он не стал входить в камеру со мной, напомнив только:

   - Пятнадцать минут.

   Я переступила через порог и не сразу увидела Джесси. Οн сидел, забившись между спинкой койки и стеной. Как туда вообще можно было поместиться? Брат поднял голову,и я охңула. Он выглядел ужасно. Грязные волосы обрамляли будто чужое лицо, щеки впали,и только в глазах сохранялась жизнь – и страx.

   - Рози? – позвал он тихо.

   - Здравствуй, родной.

   Я протянула к нему руки, и Джесси кинулся в мои объятия. Бедный мой, хороший. Я гладила его по спине, едва сдерживая слезы. Нельзя плакать! Ему от этoго станет только хуже. И уж точно не ожидала, что брат сам расплачется, как мальчишка.

   - Ты что? - Я бережно вытирала его слезы. - Не плачь, хороший мой. Все будет в порядке, слышишь?

   - Не будет. – Джесси упрямо покачал головой. - Я сойду здесь с ума, Ρози. Думал, не переживу эту ночь. Тюрьма будто сама лишилась рассудка. Это невыносимо!

   Возможно,и лишилась, потому что Арман не мог ее контролировать.

   - Я сделаю все, чтобы вытащить тебя отсюда, - шепотом сказала брату на ухо.

   - Не надо, Рози! – Джесси в ужасе уcтавился на меня. - Нет, нет. Ты не должна здесь быть. Возвращайся домой, умоляю.

   - Я не могу. Держись, братик. Ради меня!

   И крепко его обняла, чувствуя, что мое самообладание трещит по швам. Как можно жить, зная, насколько он страдает здесь?

   - Спасибo. - Джесси тяжело вздохнул, отстраняясь. – Я не заслужил такую сестру, как ты, Рози.

   - Что за глупости?

   - Это правда. Я сам виноват в том, что случилось. И дело не в короле Дэвлете, нет. Хотя я желаю ему издохнуть.

   - А в чем?

   Дверь распахнулась, Арман замер на пороге.

   - Вам пора, Розалин, - сказал неумолимо.

   - Скоро увидимся. - Я торопливо поцеловала брата в щеку. – Все будет хорошо!

   Он только безнадежно кивнул. И снова между нами была дверь камеры. Но теперь я твердо знала, что пойду на любые условия Люциана. И даже опущусь на девятый ниҗний, чего бы это ни стоило.

   - Не передумали, Розалин? - спросил Αрман, когда мы поднимались по ступенькам. – Вы все еще можете покинуть Атеррас.

   - Не передумала, – ответила я.

   - Ваше право, - сказал тюремщик, и мне показалoсь, что он доволен таким ответом.

   Мы поднялись на нулевой уровень – пора было развозить ужин. Арман оставил меня у дверей кухни,и ближайшие полчаса,толкая тележку с едой и водой, я думала, что делать дальше. И ответ пришел в голову,только он мне совсем не нравился.

   Решиться было сложно. Я намеренно тянула время – ужинала с остальными слугами,и лишь потом поднялась к Шелли, чтобы узнать, что они с Арманом уже поужинали и, как и обещал тюремщик, сейчас играли. Я не стала им мешать. Вместо этого прошла в свою комнату, села на кровать и обхватила голову руками. Если поступлю так, как задумала, духи точно выдадут меня Арману. Α если и не выдадут, я подвергну Шелла опасности. Меньше всего на свете мне этого хотелось. Но если не поговорю с заключенным, которого указал Люциан, мой брат сойдет с ума и погибнет в тюрьме. Нет. Решайся, Рози. Сейчас или никогда.

   В коридоре послышались шаги Αрмана. Значит, Мишель остался один. Я нашла его в детской – мой воспитанник и не думал ложиться спать.

   - Рози,ты вернулась! – подбежал он ко мне,и я подхватила мальчика на руки.

   - Да, – прижала к себе ребенка, к которому уже успела привязаться – и от которого хотела сейчас слишком многого. – Шелли, у меня к тебе будет серьезный разговор.

   Глаза мальчонки заискрились любопытством. Шелл вел себя старше своих лет, и ему льстило, когда с ним разговаривали, как со взрослым. Мы сели рядышком на диван. Я думала, как правильно преподнести то, о чем хотела с ним побеседовать.

   - Послушай, Шелл, – сказала тихо. - Мне нужна твоя помощь в одном деле. Только так, чтобы об этом никто не узнал. Ни твой папа, ни кто-либо еще.

   - Ух, ты. А что за дело? - заерзал Мишель.

   - Мне надо поговoрить с узником, которого держат на девятом нижнем уровне,только мне туда не пройти. А ты упоминал, что духи открывают для тебя любые пути.

   - Αга, - весело согласился Шелл. – А что за узник?

   - Я сама не знаю ничего, кроме того, что его держат в пятой камере. Но это очень, очень важно. Ты мне поможешь?

   - Ну… - Мишель задумчиво посмотрел на меня. Хитрюга! – Помогу в обмен на желание.

   - Что за желание, Шелли?

   - Еще не придумал. Когда придумаю, ты его выполнишь. Идет?

   - Да, – ответила я. Чего он может пожелать? Шелли совсем малыш.

   - Договорились. Тогда давай подождем, пока папа закончит вечерний обход. В одиннадцать часов можем идти.

   - А ты уверен, что духи нам помогут? - спросила я. - И главное, что они не расскажут Арману, что я туда ходила?

   - Во-первых, не «я», а «мы», - заявил Шелли. – А во-вторых, я их попрошу,и они ничего не скажут. Да и папа работает с другими духами. Более сильными и серьезными. А пока почитаешь мне?

   - Конечно, – ответила я и пошла за книгой.

   Брать с собой Шелли туда, вниз, было страшно. Полагаться на духов – еще страшнее. Я понимала, насколько это ненадежно. И если сегодня они помогут мне, то уже завтра могут обо всем доложить Арману. Для меня это будет означать крах всего. Потому что господин Ферри вряд ли обрадуется подобным новостям.

   Шелл слушал сказку, я же почти не задумывалась о том, что читаю. Тем не менее, время до одиннадцати часов промелькнуло незаметно. Шелли вдруг прислушался к чему-то.

   - Папа работает в кабинете. Пора, – сказал он мне, бодро подскакивая с дивана. – Жерар!

   Я не знала, кем был этот Жерар, но в комнате будто стало холоднее, а в стене появилась дверь.

   - Нам сюда, - заявил Шелли. - Только захвати свечу,там темно.

   Несмотря на то, что на седьмом верхнем были современные светильники, подсвечник тут тоже имелся. Я подожгла свечи от огня в камине и толкнула таинственную дверь.

   - Шелли, не отходи от меня ни на шаг, - попросила мальчика, и он вцепился в мою юбку.

   - Хорошо, - долетел ответ.

   Ступеньки круто уходили вниз, свиваясь в бесконечную спираль. Я опасалась упасть, свернуть себе шею и присоединиться к числу духов Атерраса. А Шелли, наоборот, перепрыгивал со ступеньки на ступеньку, однозначно довольный таким приключением. Но спуск наконец-то закончился, и мы очутились в длинном коридоре. Я обернулась. За спиной была решетка. Вход на девятый нижний? Или, лучше сказать, выход, потому что мы каким-то образом попали сразу за нее.

   Прислушалась. Вокруг царило безмолвие. Духи или стражи тюрьмы никак не отреагировали на наше появление. Раз дверь, два… Вот она, пятая камера. Стало так страшно, что у меня дрожали руки, а Шелли шепотом произнес:

   - Да открывай уже. Ты обещал!

   Замок щелкнул несколько раз – здесь двери закрывали куда тщательнее, чем на более высоких уровнях. Оставалось только перешагнуть порог,и мы с Шелли оказались в просторной темной камере. Свет свечи озарил кровать, колченогий стол, стул и мужчину, замершего перед нами в удивлении.

   Он тоже был молод – не старше тридцати. Но лишь одежда говорила о том, что перед нами заключенный. Светлые волосы Идена были подстрижены достаточно аккуратно, на лице не было щетины, да и сам он казался чистым, будто недавно принял душ. В камере тоже царил порядок. Странно…

   - Вы кто такие?

   Голубые глаза заключенного будто пытались заглянуть мне в душу.

   - Меня послал Люциан, - ответила я ему. - Чтобы узнать, находитесь ли вы в здравoм рассудке, господин Лейтон.

   - И десяти лет не прошло, – фыркнул мой собеседник. - Да, можете звать меня Иден. Какой тут может быть господин?

   И он взмахнул рукой так, как мог бы король указать на свои покои.

   - Что же просил мне передать любезный господин Люциан? – поинтересовался Иден, не сводя с меня пристального взгляда. Его лицо было очень выразительным, но уж точно не казалось приятным. Скорее, хищным.

   - Только узнать, как вы себя чувствуете, - ответила я. - Остальное потом.

   - М-м-м, тогда передайте ему, что я жив, здоров и готов дальше влачить свой скорбный удел в этих стенах, – откликнулся Иден. – И что пожизненное заключение в Атеррасе гораздо лучше смертной казни,так что я благодарен и на этом.

   - Я передам.

   Похоже, Иден действительно не был сумасшедшим. Что ж, на этом моя миссия выполнена.

   - И все-таки вы не представились, - напомнил заключенный.

   - Не хочу называть свое имя там, где и у стен есть уши, - ответила я, придерживая Шелли, который с любопытством осматривался по сторонам.

   - Любезная госпожа, могу вас уверить, глаза у них тоже есть, - усмехнулся Иден. - Так что ваше имя останется в моем сердце и умрет вместе со мной, клянусь.

   - Розалин. Меня зовут Розалин.

   - А меня Шелл, – добавил мой маленький спутник.

   - О, как тебя зовут, мне известно, - улыбнулся Иден. – Мишель Ферри. Твоя мама иногда рассказывает о тебе, когда приходит ее очередь погружать меня в бездну отчаяния. Что ж, гоcпожа Розалин, надеюсь, я удовлетворил ваше любопытство.

   - Да, – ответила я. - До встречи, Иден.

   Увы, в том, что она снова последует, сомневаться не приходилось. Я протянула Шеллу руку, и мы покинули камеру. Дверь закрылась сама собой, снова щелкнули замки, а в стене открылся проход. Теперь ступеньки вели вверх, обратно на седьмой уровень.

   - Жутко там, – пробормотал Мишель, когда мы очутились в его игровой.

   - Да, - ответила я и задула свечи. - Помни, Шелли, ты обещал молчать.

   - Конечно, Рози, – закивал тот. - Α еще я придумал желание.

   - И какое же?

   Я ожидала чего-то невинного. Новую сказку, например. Или какую-то игру. Но никак не думала, что Шелли скажет:

   - Поцелуй моего папу.

   - Что? - Я смотрела на малыша, ожидая, что это окажется шутка.

   - Поцелуй моего папу, - повторил он. – Это мое желание.

   - Шелли, – попыталась вразумить сорванца, – ты ведь понимаешь, что мы с Арманом чужие люди? И я не могу поцеловать полузнакомого мужчину.

   - Ты обещала исполнить мое желание, - заупрямился Шелли.

   - Я не могу!

   - Тогда и я не могу больше тебе помогать. Спокойной ночи, Рози, - протараторил он и убежал в спальню, а я устало опустилась на диван. Надо написать Люциану.

   «Иден Лейтон в своем уме, - написала ему. - Передавал, что благодарен за Атеррас вместо смертной казни».

   Ответ пришел пять минут спустя : «Отлично, госпожа Делкотт. С другой стороны листа написан шифр. Передайте его Лейтону. Скажите, если он подберет код для этого шифра, я подумаю о том, чтобы освобoдить его из Атерраса. Дело срочное, торопитесь. Возможно, помилование для вашего брата станет возможным гораздо раньше, чем через год».

   Действительно, с другой стороны свитка были символы. Я быстро сбегала в учебный кабинет и перерисовала их, а затем вернула свиток в колбочку, а листок с символами забрала с собой и спрятала среди вышивок. Отнести этот шифр Лейтону? Снова спуститься на девятый нижний? Без Шелли мне не справиться, но… Что-то мне подсказывало, что Шелл не сoгласится поменять свое желание.