Глава 25

Мирраж

Я не лжец. Я просто мастер искажения, и истина для меня — лишь одна из бесконечных граней реальности, которую можно повернуть нужной стороной. Арина очень переживала из-за того, что придётся отвечать за несуществующий ритуал. Я слышал, как её сердце стукнуло один раз громко и глухо, словно пытаясь вырваться из груди, затихло на долю секунды, замерло в ужасе, а затем забилось часто-часто, как крылья пойманной птицы.

Теперь, когда все мои силы вернулись ко мне в полной мере, я уже и не сомневался в том, что мы созданы друг для друга. Это глубже, чем просто уверенность. Это знание, пронизывающее насквозь, как луч света сквозь тёмное стекло. Она не просто девушка, которая мне очень сильно нравится. Она действительно моя единственная, та самая душа, что была создана специально для меня в непостижимых чертогах Создателя.

И это давало мне не только дополнительные козыри в колоду — это меняло саму игру. Вдвоём мы не просто сильнее. Мы поднялись на другую ступень, достигли иного уровня бытия, где правила писались нами, а возможности ограничивались лишь полётом нашей общей фантазии. Я потому и остановил игру, что, по сути, играть было уже не с кем. Пусть братья ищут своих истинных, тогда и поговорим на равных.

— Обязательно расскажу, — с лёгкой, почти беззаботной усмешкой ответил я Карсеру. — Мне просто станет смертельно скучно, если я навеки останусь единственным, кто достиг этой конечной точки жизненного маршрута, что был начертан для нас Создателем.

Арина взволнованно сжала мою руку. Ей, с её земной логикой и страхом конечности жизни, категорически не понравились слова про «конец маршрута». Я поспешил её успокоить, накрыв её руку второй ладонью.

— Воспитаем с Ариной детей, выстроим мир по своим правилам, дождёмся внуков, а там, глядишь, и правнуков. И чем нам потом развлекаться, если мои любимые братья так и останутся вечно блуждать где-то в иных мирах, так и не добравшись до моего нынешнего уровня понимания и… насыщения?

— Есть ритуал?

— Никогда не поверю, что ты нам его откроешь просто так!

— Какова плата?

— И с чего бы вообще Мрачному Властеру добровольно усиливать своих извечных соперников? — тут же высказались почти все Светлые, обмениваясь многозначительными взглядами.

Кроме Серафима. Светлый Властер Гармонии, стоявший чуть в стороне в своей нелепой рубахе и неудобной обуви, лишь приподнял бровь. Он-то прекрасно знал всю нашу с Ариной подноготную, каждый её этап. Я был уверен, что он задается вопросом: «Какой ещё ритуал⁈»

Я театрально пожал плечами.

— Верить или не верить — воля ваша. Я не настаиваю. Но в любом случае, уважаемые родственники, сначала — дело, а потом посиделки с моими откровениями. Поработаем, братья мои! — скомандовал я, резко меняя тему и указывая рукой на окружающий нас хаос.

В огромную брешь в разрушенной стене гостиницы уже робко пробивались первые бледно-розовые лучи утреннего светила. Они освещали пыль, висевшую в воздухе, и лица застывших магов, делая сцену похожей на замершую диораму. Арина, наверное, устала — за эту безумную ночь было потрачено море энергии, а её человеческая природа по привычке требовала отдыха, мягкой постели и нескольких часов сна.

Создатель нам в далёком, почти стёршемся из памяти детстве говаривал, что личный пример — самый лучший и красноречивый учитель. Я решил следовать этому мудрому правилу. Усадил Душечку на созданный искажением удобный трон с высокой спинкой, украшенный витиеватыми узорами-спиралями, и принялся за реализацию её планов, чтобы задать тон и скорость.

Легким движением собрал всех нападавших на нас магов в энергетический кокон и одним броском закинул их сквозь пространство прямиком на центральную площадь Облачного города. Затем восстановил ресторан. Стены выстроились заново, скатерти расправились на столах, даже разбитая посуда собралась в целые сервизы. После этого щелчком пальцев я снял стазис с ошеломлённых слуг и постояльцев гостиницы, оставив им лишь смутные воспоминания о шумной ночи и приказ немедленно разойтись по комнатам.

— Магам вы силу изначально давали, вы её и собирайте, — сварливо проворчал Аниарх, обращаясь к Светлым и лениво делая широкий жест, словно отряхивая руки от грязи.

— Вообще без проблем, — отмахнулся Протей. — Если тут всё, то остальное гораздо удобнее делать сверху. Со стратегической высоты.

Я против этого возражений не имел. Подхватил Арину вместе с её троном — она вскрикнула от неожиданности и ухватилась за подлокотники — и перенёс на самую высокую точку Облачного города: на плоскую, отполированную ветрами крышу мраморного дворца Верховного мага. Отсюда открывался потрясающий вид на весь город-сад, парящий в облаках, и на туманные просторы Низин далеко внизу. Сам я встал рядом, сложив руки на груди.

Вообще, наблюдать, как работают другие, особенно такие существа, как мои братья, очень увлекательно. Каждый творил в своём уникальном стиле: кто-то методично и педантично, кто-то размашистыми жестами, кто-то почти не двигаясь, одной силой воли. Но… К сожалению для зрелища и к счастью для скорости, девять Властеров, даже временно объединив усилия, управились фантастически быстро. Минут за семь, не больше. Город был очищен от прежних хозяев, их магическая сила аккуратно изъята и подготовлена к перераспределению. А Солана и весь Маор внизу затихли, прислушиваясь к непривычной тишине после бури, смутно чувствуя, как мирные, но неумолимые волны новой энергии начинают разливаться по земле, и ожидали наших дальнейших распоряжений, затаив дыхание.

— Мир, — раздался рядом немного взволнованный и почему-то совсем не радостный голос моей истинной. Он прозвучал тихо, но для меня — громче любого магического грома. — Надо Агату поскорее на Землю переселить.

Арина не рада? После такой победы, после осуществления её же мечты о равенстве? Шагнул к ней, снял со стула и подхватил на руки.

— Что с тобой, родная? Чем расстроена? — спросил я, хмурясь.

Она прижалась лбом к моей щеке и вздохнула.

— Пугает размах перемен. И их последствия. Боюсь, что твои братья страшно разозлятся, когда наконец поймут, что твой «ритуал» — сплошной и наглый обман. И… и не хочу, чтобы Агата начала лишнее болтать. Она же теперь в себе, и память у неё цела. Мы с тобой столько всего обсуждали при ней… Она знает, что никакая мы не… не настоящая пара.

Я не удержался. Мне нужно было стереть эту глупость, этот страх, запечатать её сомнения чем-то более весомым, чем слова. Я быстро, но нежно коснулся её губ своими в кратком обжигающим, как вспышка, поцелуем.

— Ещё какая пара, — прошептал прямо в губы, чувствуя, как она вздрагивает. — Самая что ни на есть истинная. И ритуал — не обман. Не переживай ни о чём.

Так, хорошо. Но надо поскорее закругляться со всеми этими мировыми делами. Нам нужно остаться наедине. Нам нужно очень-очень многое обсудить про чувства. И, конечно же, кое-что важное сделать. Очень личное и давно назревшее.