Эпилог

Кирилл

Год спустя

— Уйди, меня от тебя тошнит, — Яна откидывается на подушки и закрывает глаза.

— Понял.

Я ретируюсь из спальни, иду на кухню и лезу в холодильник. Достаю два зеленых яблока, чищу их, режу на дольки и красиво раскладываю на тарелке.

Холодные зеленые яблоки — это первая из двух вещей, которая помогает Яне избавиться от тошноты. Ну, хоть немного.

Вернувшись в спальню, я ставлю тарелку на тумбочку возле кровати, а сам сажусь рядом с Яной и глажу ее по волосам. Наклоняюсь, целую в прохладный лоб…

— От тебя пахнет кофе! — укоризненно произносит она.

И берет с тарелки яблочную дольку.

— Извини.

— Я тоже хочу кофе! То есть нет. Не хочу. Я даже думать о кофе не могу! И особенно не могу его нюхать… Когда же все это закончится? — жалобно восклицает она.

— Через шесть с половиной месяцев. Но твоя мама утверждает, что тошнота прекратится через месяц.

— Откуда она может знать! Мне кажется, это не кончится никогда… Это так противно! Невыносимо! Тебя когда-нибудь тошнило? — вдруг спрашивает Яна.

— Было пару раз.

— Пару раз! — восклицает она. — Ты даже не представляешь, каково это!

— Ну, извини, солнышко. Я бы с удовольствием потошнился вместо тебя…

— С удовольствием! — фыркает Яна.

— Да. Я бы с гордостью ходил беременный. Это же так круто — внутри тебя растет новая жизнь… Это просто чудо!

Я ложусь рядом со своей измученной токсикозом женой, обнимаю ее и очень-очень сильно хочу забрать себе все ее неприятные ощущения…

А она жует яблоки, не вставая с кровати, как ей советовал врач, и ждет, когда станет хоть немного легче.

Мое маленькое бледное солнышко! Ей так плохо! А я мало чем могу помочь.

Яну сейчас все раздражает: запахи, вкусы, бардак, работа, загазованный город… А больше всего, конечно, я.

Ведь это я сделал ее беременной…

И я готов терпеть все ее капризы! Готов бегать по ночам за тыквенным соком — обязательно в стеклянной банке. Готов срываться с работы, чтобы привезти Яне особую минеральную воду, которая продается в аптеке на другом конце города. Готов гладить ее по спинке, чтобы она уснула…

Но она хочет большего!

— Яблоки не помогают, — заявляет Яна. — Так что давай.

— Не-е-ет! — с моих губ срывается страдальческий стон.

— Да!

— Опять?

— Разве ты не говорил, что готов на все, чтобы мне стало легче?

— Говорил. Но то, чего ты требуешь… Это извращение! Это ненормально.

— Пф-ф-ф! — фыркает Яна.

— Я правда больше не могу…

— Ничего не знаю. Начинай! — командует моя беременная жена.

И я послушно ставлю на кровать ноутбук. И включаю наше свадебное видео.

В тысячный раз.

Нет, в стотысячный!

Я уже просто видеть не могу всю эту ваниль и розовые сопли. Но что делать. Придется снова смотреть. Потому что вторая из двух вещей, которая помогает Яне от тошноты — пересмотр нашей свадьбы. И это, видите ли, лучше работает, если я сижу рядом, держу ее за руку и поддакиваю, когда она в стотысячный раз восхищается нашим свадебных танцем.

Да, наша свадьба была чудесной.

Но, блин, это ненормально — пересматривать сто тысяч раз, как мы говорим друг другу: “да” на украшенном цветами причале. Как я оттаптываю ей ноги под песню Синатры. Как нас поздравляет толпа гостей. И как Матвей с Дашей сначала кормят друг друга тортом, а потом радостно вымазываются им же.

Меня уже подташнивает от этого зрелища.

Ах, вот как это работает! — внезапно понимаю я. Меня начинает подташнивать, а Яне становится легче…

Ну тогда ладно. Тогда я готов в стотысячный раз смотреть на свое смущенное и счастливое лицо.

И на свою безупречно прекрасную невесту…

* * *

Яна

— Ну почему? — восклицаю я. — Почему в этот раз мне так плохо? С Матвеем все было не так! Я была бодрой и энергичной. И меня вообще не тошнило!

— Это потому что у тебя девочка, — убежденно произносит мама.

— Пока неизвестно, — отзываюсь я.

— Девочка… — мечтательно выдыхает Кир.

— Ты что же, не о сыне мечтаешь, как все мужики? — спрашивает мама.

— У меня есть сын. Теперь нужна девчонка.

— А если будет мальчик? — спрашиваю я.

— Значит, я хочу еще одного сына!

— Молодец, выкрутился, — усмехается мама.

Она снова приехала к нам. Уже в который раз за этого год… И не только потому, что я беременна.

А еще и потому, что Матвей почти не ходит в садик. Как только начинает ходить — начинаются бесконечные простуды, переходящие в бронхит. Это ужасно! Дома мой малыш столько не болел. А здесь постоянно…

И я уже в отчаянии.

Да, у нас есть няня. Очередная. Их было несколько за это время. Но не одна не стала для нас идеальной. И мне всегда неспокойно оставлять Матвея с очередной чужой женщиной…

Поэтому мама приезжает снова и снова. Или забирает к себе Матвея. Но больше чем на недельку я его не отпускаю. Я не могу так надолго с ним расставаться!

Но мама, слава богу, не жалуется, что мы ее постоянно дергаем. Она скучает по нам и с радостью откликается на любую мою просьбу. Мы тоже скучаем!

И по маме. И по дому.

Да, в последнее время я ловлю себя на том, что мне очень хочется домой.

Там совсем другой воздух! Не тошнотворный. Пахнет морем, соснами… и покоем.

Этот год был очень приятным в личной жизни. Самым счастливым!

И сумасшедшим в профессиональном плане. После того скандального открытия я прославилась как крутой пиарщик. Приобрела репутацию в профессиональных кругах. Ко мне стали обращаться за консультациями. Меня даже пару раз приглашали выступать на конференциях и семинарах. Но, честно говоря, в последнее время на работе стало скучновато. Все приелось. Захотелось чего-то нового.

И вот, пожалуйста! У меня теперь масса новых ощущений… И я счастлива. Правда, я очень-очень счастлива.

А токсикоз… Да не так уж это и страшно. Пройдет.

Зато Кир так переживает, так скачет вокруг меня, так заботится! И это такой контраст с предыдущей беременностью, когда я была одна…

Признаюсь честно — я откровено злоупотребляю своим положением. Капризничаю, вредничаю… И наслаждаюсь, несмотря на тошноту…

На кухню влетает Матвей. Я надеюсь, что он присоединится к воскресному семейному завтраку, но нет.

— Даша сказала, что ей купили надувную лодку!

Как это ни удивительно, эти двое до сих пор дружат, хотя видятся очень редко. Зато периодически созваниваются. И хвастаются друг перед другом…

— Лодку? Крутяк! — восхищается Кир.

— Я тоже хочу надувную лодку! Я хочу плавать на ней!

— В ванной? — усмехаюсь я.

— В море!

Я смотрю на своего сына и у меня на глазах выступают слезы. Это все гормоны… Но я так его люблю! Он такой чудесный мальчишка… Живой, неугомонный, любознательный.

Матвей очень вытянулся за последний год. Повзрослел, научился кататься на двухколесном велосипеде, начал осваивать счет и буквы… Но какой-то он бледный! Раньше был здоровый загорелый малыш, который не вылезал из моря, бегал босиком по саду, ел фрукты с деревьев и овощи с грядки. А сейчас…

— Ребенок хочет на море, — произносит мама. И добавляет: — Надо ехать домой.

— Да! — выпаливает Матвей. — Поехали домой. Кататься на Дашиной лодке.

Я молчу. Все сложно…

И тут Кир неожиданно произносит:

— Я уже смотрел дома в вашем городке. Есть очень симпатичные.

— У тебя же работа здесь! — восклицаю я.

— Я могу создать себе работу в любом месте.

— А как же карьерные перспективы в компании? У тебя же есть план.

— Ты мне лучше скажи, ты хочешь вернуться?

— Хочу…

— Ну, тогда решено. Едем домой.

— Ура!!! — вопит Матвей.

И убегает звонить Даше.

— Ты серьезно? — спрашиваю я.

— Конечно. Поживем несколько лет у моря. А там видно будет. Да, у меня прекрасные перспективы здесь. Но мне поднадоело прозябать в корпоративной системе. Я хочу замутить кое-что свое. Это мой план Б.

— А я? Для меня там нет интересной работы.

— Какая тебе работа! — восклицает мама. — У тебя скоро ребенок родится.

Но Кир понимает, о чем я. Он знает, что мне мало быть просто домохозяйкой.

Мама качает головой и уходит на крик Матвея. А Кир говорит:

— Когда малыш подрастет, а ты отдохнешь и ты будешь готова вернуться к работе, мы что-нибудь придумаем.

— Что, например?

— Свой собственный ресторан. Как тебе такая идея? Где все будет так, как ты хочешь. То есть идеально.

— Вау! — восклицаю я. — Но это дорого… И сложно.

— Разве тебя не возбуждают сложности?

— Да… — мечтательно выдыхаю я.

А Кир подхватывает меня на руки и несет в спальню.

— Меня не только сложности возбуждают… — игриво произношу я.

— Серьезно? — глаза Кира радостно сверкают.

В последнее время я капризничала и отказывала ему в ласке… Вот я зараза!

Но зато мы оба изголодались и набрасываемся друг на друга, как будто три года не виделись.

— Говорят, иногда это помогает от токсикоза, — успеваю я произнести до того, как Кир срывает с меня халат.

— Средство номер три? Самое действенное и самое приятное?

Его руки такие нежные… Он такой сильный и страстный… И мой!

— Да… — шепчу я. — Мне нравится средство номер три… Похоже, оно работает.

— Я к твоим услугам в любое время дня и ночи!

Мы целуемся. Я закрываю глаза.

Меня совсем не тошнит.

Меня просто уносит…

Конец