9

Яна

— А где гости? — растерянно спрашиваю я.

— Ты мой гость, — произносит Кир все тем же холодно-отстраненным тоном.

Голос у него ледяной. А руки обжигающе горячие…

Но я уже справилась с собой. Дышу ровно, сердце не выпрыгивает из груди. Я смотрю, как Кирилл наливает шампанское в два бокала.

— Собираешься пить с простой официанткой? — не могу удержаться от колкости.

— Расскажи, как случилось, что ты стала официанткой. Когда мы виделись в последний раз, у тебя все было в шоколаде.

— Пьянки, гулянки, азартные игры… — бормочу я.

Сама понимаю, что несу бред. Просто от растерянности не знаю, что сказать! Я думала, он тут будет ужинать со своей девушкой, а он усадил за стол меня…

Вчера я всю голову сломала, что бы такое наплести Киру о причине моего возвращения. Придумала несколько вариантов, но все не очень убедительные.

— Не трынди, солнце, — бросает он.

Солнце… Когда-то он называл меня рыжим солнцем. И солнечным зайчиком. А еще лисой и львицей…

— Надоело все, — выдаю я новую версию. — Вся эта бесконечная суета, загазованный воздух мегаполиса, постоянный стресс и озлобленные люди…. В общем, я решила вернуться к природе. В родные края.

— Опять брешешь, зая.

Он произносит это чуть менее холодно.

И очень внимательно смотрит на меня.

Мы сидим напротив друг друга. Это похоже на дуэль или поединок. Пока что он отбивает мои удары.

— Ладно, — выдыхаю я. — Я вернулась из-за мамы. У нее проблемы со здоровьем, и ей нужна моя помощь.

— Сочувствую, — слетает с губ Кира.

Кажется, поверил…

Не хотелось приводить такую причину. Я не суеверна, но считаю, что здоровьем близких шутить нельзя. Но ничего более убедительного придумать я не смогла…

Мне было очень неуютно, когда я это произносила.

А Кир, внимательно смотрящий на меня, видимо, принял это за взволнованную искренность. Ну и хорошо!

Лишь бы он уехал. Лишь бы отстал от меня…

— Мои знания об организации и пиаре ресторанов высокого уровня здесь никому не нужны, — продолжаю я. — Когда я заикнулась, что могу быть менеджером, меня чуть не выгнали. Своего начальства хватает.

И это, между прочим, чистая правда.

В нашем городке, ориентированном на курортный отдых, свободны, в основном, вакансии официантов и горничных. Все хоть сколько-нибудь значимые должности заняты родственниками владельцев. И никого не волнует, насколько эти родственники компетентны. Никто не хочет что-то реально улучшать. Отдыхающие летом все равно приедут, деньги все равно заплатят. Зачем стараться?

Вот поэтому на наших курортах такой ужасный сервис…

Я болтаю. Имитирую откровенный разговор. Пусть Кир поверит в мою версию и не захочет ничего выяснять!

Я не замечаю, как мой бокал пустеет. Пью механически — в горле пересохло от разговоров.

Кир снова подливает нам шампанское.

— Странно это все, — вдруг выдает он.

— Что именно?

— Разве некому тебе помочь?

— Что ты имеешь в виду?

— Мужчины щедры к таким девушкам, как ты.

— К каким девушкам? — у меня внутри все закипает.

Так, спокойно. Я не должна вестись на его провокации.

— К таким охренительно красивым девушкам.

— На что ты намекаешь? — не выдерживаю я. — Я всегда сама зарабатывала на себя и свои хотелки! Это-то ты должен помнить.

— Я помню. Я все помню… И как ты сама зарабатывала. И как ты от этого устала…

— Что?

Вообще не понимаю, о чем он сейчас говорит.

— И как тебе надоело ждать…

— О чем ты?

— Ты знаешь, — отрывисто бросает он.

Нет, я не знаю! Я понятия не имею, что он имеет в виду. И откуда этот обвиняющий тон. И взгляд, горящий ненавистью.

Это он виноват передо мной!

Он все разрушил и уничтожил. Он, а не я.

Тогда почему он ведет себя так, как будто я перед ним чем-то провинилась?