Глава 9. У каждого безумного наслаждения есть цена

Выходные были потрачены на подготовку и приведение нашего плана в исполнение. Пришлось придумывать целую легенду о том, как красивая эльфийка объявилась на улице города, – кто его знает, насколько внимательно вампир готовится к ловле добычи. Ничто не должно спугнуть его раньше времени.

Поэтому утром понедельника в излишне откровенном для такого раннего часа платье, с кричащим макияжем на лице я въехала в город на почтовом дилижансе. Немного помыкалась по окраинам, расспрашивая сонных девушек-подавальщиц в тавернах о прибыльных местах. И постепенно продвигалась к центу города. В квартале эльфийского посольства сняла простенькую комнату для постоя, далеко не дешевую, несмотря на ее крохотные размеры. С деньгами я расставалась показательно неохотно и оплатила всего неделю. Любому наблюдающему за мной и попытавшемуся что-то разузнать должно было стать понятным – глупая и жадная эльфийка из провинции подалась на заработки. И то, каким именно образом я собиралась зарабатывать, тоже не должно было оставлять особых сомнений. Собственно, этот дом мы выбирали за то, что он был известен как место для ночных свиданий.

Заселившись, я на всякий случай усилила дверь и замок заклинанием. Ну, и не забыла дополнить все чарами, поглощающими звуки, – ремесло обязывало. И, уже закончив с нехитрой защитой, взялась устраиваться в этом временном убежище. Искренне надеюсь, что жить здесь мне придется не слишком долго.

***

Собирали и провожали меня на работу под прикрытием всей группой. Каждый счел своим долгом напомнить эльфийке быть осмотрительнее, тщательнее выбирать клиентов и водить к себе только самых безобидных. И только Конор догадался дать по-настоящему ценные советы: не перебарщивать с ярким макияжем, пошлостью в образе и не воротить странных причесок из волос. К слову, оборотень же и притащил мне откуда-то саквояж с соответствующей профессии одеждой. Даже знать не хочу, где и как он достал все это.

– Считай, к ночному выходу готова, – вздохнула я, принимая у него поклажу.

– И все же… я думаю, что надежнее было бы работать в паре, – хмуро заметил Крастен. – Любой из нас может сыграть твоего сутенера.

– Ага, и заставить вампира пойти искать более легкую добычу.

Путем долгих и сложных споров было решено, что стоять на улице я буду одна, дроу будет прятаться где-то рядом в тенях, скрываясь до последнего, пока я не подам сигнал маячком. Его же будет дожидаться и остальная группа захвата, которая расположится подальше от меня, чтобы не вызвать подозрений. Но несмотря на все обсуждения, отправлять девушку одну на съедение монстру мужчинам не нравилось.

– Послушай, Кат, но ты же и сама понимаешь, что в центре столицы никто из девочек не стоит просто так. У всех есть свои покровители. Одна ты все равно долго не простоишь, – серьезно заметил Килиан.

– Я предупредил нужных людей, что девушка наша и трогать ее не стоит. Как и обсуждать вообще, – отозвался холодным голосом Даркан, застывший в проеме своего кабинета. – Для всех будет объявлено, что к ней присматриваются, чтобы взять под покровительство.

– А я буду изображать глупую и жадную эльфийку, – отсалютовала Килиану кружкой с кофе, отнятой у друга. – Самоуверенная простушка приехала, чтобы быстро и без проблем подзаработать. И она совершенно не желает делиться с какими-то покровителями.

– Настолько тупых проституток не бывает, – отозвался Крастен.

– О-о-о-о, и не такие бывают, – раньше меня успел усмехнуться Конор. – Мы когда в страже работали, каких только дурочек не встречали, приехавших за красивой жизнью.

– Ладно, все это мелочи. Мне в голову пришла другая проблема: вдруг вампир знает меня в лицо? – вновь пришли в голову неясные подозрения на счет Гелиса. – Тогда весь спектакль будет бессмыслен.

– Я уже об этом подумал. При Магике есть штатный иллюзионист, – заявил начальник. – Я попросил его помочь. Ничего кардинального – лишь минимально подправит черты, чтобы ты была не похожа на себя.

– А вампир не почует иллюзию? – обеспокоенно уточнила я.

– Нет. Они почти не чувствительны к магии воздуха. Вампиры близки к магии воды, да и в целом больше опираются на физические возможности. Так что здесь тебе опасаться нечего, – спокойно пояснил начальник.

– А запах заглушат духи, – добавил Конор. – Я сунул там тебе парочку флаконов, специально перебивающих запахи. Только не переборщи, а то рядом с тобой никто дышать не сможет.

– Спасибо.

– По городу особо не гуляй, – продолжил раздавать наставления Крастен. – Ты, конечно, только приехавшая провинциалка, но все же тебе как минимум полночи придется «работать». Так что днем лучше отсыпайся и отдыхай.

– Ладеус, помни, что это будет не развлекательная прогулка. Усталость и недосып повлияют на скорость реакции, что в твоем случае может оказаться фатальным. Так и знай: хоть раз замечу, что зеваешь, – сниму с задания, – пригрозил дополнительно вредный тьмушник.

– Да поняла я уже, – раздраженно закатила я глаза.

Подхватила приготовленный Конором саквояж с одеждой и, махнув другу, пошла на выход из управления, где меня уже ожидал экипаж. Официально младший следователь Ладеус уезжала в небольшую командировку, связанную с расследованием. А тьмушный начальник вызвался меня проводить.

– Кат, постарайся отдохнуть. Я понимаю, что ты нервничаешь…

– Бросьте, – фыркнула я, остановившись у экипажа и обернувшись к нему. – Не первый раз на задании и все понимаю. Правда, такой роли мне еще не доводилось играть…

– Справишься? Еще есть время отказаться…

– Справлюсь, – твердо посмотрела я в глаза начальнику.

Схему работы мы уже обсудили несколько раз. И если повезет, надолго я на улицах не задержусь.

– Ну хорошо. И, Кат, помни, если бы я хоть на мгновение сомневался, что смогу обеспечить твою безопасность, то не позволил бы тебе в это ввязаться, – серьезно заметил мужчина.

Несколько мгновений я всматривалась в желтые глаза с хищным узким зрачком.

– Да я верю, – вздохнув, признала. – За безопасность я изначально не особо волновалась. Куда больше я опасаюсь, что мы его спугнем.

– Такой вариант всегда возможен, – согласился дроу. – Но это же не значит, что ты передумаешь пробовать?

– Нет.

– Так я и думал, – хмыкнул Даркан. – Хорошего пути, Кат. И будь осторожна.

***

Советом я в итоге все же пренебрегла – около часа провалялась в комнате, пытаясь уснуть, но, не выдержав, все же пошла немного прогуляться по округе, подышать воздухом. Все же только приехавшая в город глупая девчонка вряд ли бы усидела в комнате. Гуляла я почти до вечера. Вернувшись, все же пару часов подремала, ну а ближе к полуночи начала собираться. Вот здесь начались первые неприятности.

Видимо, у нас с Конором сильно разнятся понятия пошлости. Потому что, несмотря на его слова, то, что он достал, в итоге и платьем назвать было нельзя. Корсет с рюшами и кружевом да юбчонка, едва прикрывающая колени спереди, зато сзади метущая подолом пол. Если бы знала, что он притащил, ни за что бы не взяла. Теперь делать нечего. Единственное, что искупало откровенность наряда, это глубокий теплый плащ, который планировалось накинуть сверху. Не голой же мне на улице стоять. А так вроде и прилично, и возможность продемонстрировать клиентам товар лицом имеется.

Около двенадцати я уже стояла у небольшого переулка по соседству с домом, где сняла комнату. Прислонившись к фонарю, выставила из-под плаща ножку в тонком чулке, чуть раскрыла ворот у горла, демонстрируя оголенные ключицы, и принялась ждать. Надолго ожидание не затянулось.

– Сколько? – раздался хриплый голос со стороны, и в свет фонаря ступила высокая фигура. Крупный мужчина, заросшее щетиной лицо, пьяненькие глазки в кучку и непередаваемое амбре из алкоголя.

Я поморщилась, не скрывая презрения:

– Тебе не по карману. Гуляй мимо, не распугивай клиентуру.

Мужик столь грубому ответу подивился. Пару раз недоуменно хлопнул глазами, а потом, осознав, что его послали, разозлился:

– Да ты…

Возмущенный вопль оборвало узкое лезвие простенького стилета, прижавшееся к его горлу. А что, каждая непорядочная девушка должна иметь хотя бы минимальные средства защиты.

– Вон пошел, пока глотку не перерезала, – прошипела ему.

Мужик немного протрезвел, отшатнулся, зло сплюнул на землю и пошел дальше.

Еще пару раз удалось отбиться, оценив на взгляд платежеспособность клиента и специально завысив цену. Но, увы, всему приходит конец.

Очередной клиент оказался довольно приличен на вид и богат. Настолько, что на заявленную сумму согласился сразу.

Это было ожидаемо: даже самая тупая проститутка не будет отвергать всех клиентов – не ради же любви к искусству она в холодную ночь свои прелести всем демонстрирует. На этот случай у нас было все продумано.

Старательно хихикая и улыбаясь, я терпела слюнявые поцелуи худощавого возрастного господина и быстро вела его в свою комнату. А там… Точный удар в шею, отправляющий незнакомца в глубокий сон, и амулет с иллюзией от менталиста. И вот уже клиент наслаждается эротическим сном, пока я старательно растрепываю волосы и одежду на нас обоих, обеспечивая достоверный вид. Через полчаса я выпихнула обалдевшего и слегка покачивающегося клиента на улицу, а сама вернулась на место.

Где-то через час этот трюк пришлось повторить – на этот раз с молодым повесой. Парень хоть был молод и даже привлекателен, оказался излишне резвым, успев запустить руки мне под плащ и даже под корсет еще на подходе к моему убежищу. Чуть на месте ему лапы не оторвала. Завтра буду долго отмокать где-нибудь в дорогих банях. Вот как раз на кровно заработанные – не Магику же отдавать деньги, полученные за особые услуги. Буду тратить их на приведение себя в порядок после столь «грязной» операции.

О том, что все это непотребство где-то рядом наблюдает дроу, я старалась не думать. Откровенно говоря… вообще старалась не думать о происходящем. Только о том, что это возможность поймать маньяка-вампира и обезопасить улицы.

Когда ночь перевалила за середину, в круг света от фонаря, под которым я ютилась, шагнула фигура, затянутая в черный плащ с ног до головы. Я вся подобралась – неужели так быстро выманили?

– Не угодно ли развлечься, господин? – заискивающе улыбнулась я и распахнула одной рукой полы плаща, демонстрируя недо-платье. А второй рукой в то же время крепче сжала рукоять кинжала под плащом.

– Нет, – донесся из-под капюшона скрипящий голос. – Мне угодно другое…

– Что же? – продолжила я изображать кокетство, пристально следя за подозрительной фигурой.

– Мне угодно спасти тебя…

Черный плащ подозрительно зашевелился. Я напряглась, готовясь в любое мгновение призвать в руки секиру. И тут…

– Одумайся, светлое дитя, – из-под плаща вынырнула старческая рука с потрепанной брошюрой и силой пихнула ее мне в руки. – Пока еще есть возможность, вернись на путь чистоты и благочестия.

– Что? – у меня челюсть отвисла от такого заявления.

– Пресветлый готов принять под свое крыло каждого оступившегося, – продолжал бубнить хриплый голос, рука крепко держала меня за запястье, не давая избавиться от дурацкой брошюры и проповеди, шедшей к ней в комплекте. – Оставь сей презренный грех и грязные желания плоти. Обрати свой лик в сторону вечного. Не позволяй запятнать бессмертную чистоту души своей. Я понимаю, в трудный час мирская жизнь заставила тебя ступить на сей недостойный путь. Но еще не поздно одуматься и начать шагать из тьмы ко свету.

Похоже, в городе, помимо нашего маньяка, имеется еще множество психов других направлений. Надо как-то отвязаться от этого настойчивого проповедника. Он же от меня всех клиентов отпугнет! Знаю я таких фанатиков – простой грубости и посыла подальше не хватит, чтобы от него избавиться. Придется действовать хитрее…

– О, слуга света, как счастлива я встретить единомышленника в этом полном тьмы и греха городе! – прошептала я и сама перехватила его руки, вцепляясь крепче.

– Что? – настала очередь этого психа удивленно замолкнуть. Жаль, что за глубоким капюшоном не видно его лица.

– Тише, святой брат, – склонилась я к нему, понижая голос и заставляя его склониться ко мне, – слуги тьмы скрыты повсюду и следят за нами. Пусть вас не обманет мой вид и образ – я служу нашему общему делу.

– Это как? – пытался прийти в себя проповедник, внезапно получивший удар своим же оружием.

– Я послана в этот греховный город Пресветлым лесом, – закатила я глаза в экстазе, – чтобы с помощью красоты своей привести заблудшие души к свету.

– Что-о-о? – голос черной фигуры стал еще более хриплым и обескураженным. Еще немного, и я его доломаю. Поскорее бы, вдруг святоша нашего вампира спугнет.

– Соблазняя их погрязшие во тьме души с помощью своего греховного тела, я помогаю им очиститься и прийти на путь благочестия и света, – изобразила я восторженную улыбку такой же больной фанатички.

Мужчина в плаще замолчал, глубоко задумавшись над моими словами.

– А что, так можно было? – уже куда более человечно прозвучал голос из-под капюшона.

– Нужно, – заверила его я. – В Пресветлом лесу считают, что это наиболее успешный способ обращения в веру и свет.

– И скольких тебе уже удалось спасти? – послышалась мне искренняя заинтересованность.

– Увы, я только начала свой путь к искуплению и просветлению, поэтому спасенных мною душ немного.

– И все же?

– Всего двое, – вздохнула я и добавила: – За эту ночь.

– Нашей пастве удалось спасти двоих за последние два месяца, – донесся куда более тяжелый вздох из-под плаща.

Я сочувственно покивала в ответ, надеясь, что на этом он уже успокоится и свалит. Но, похоже, продвинутые способы обращения в веру заинтересовали незнакомца куда больше, чем мне того хотелось.

– А как… – явно собирался он начать подробные расспросы. Но, к счастью, был прерван мужским голосом.

– Эй, куколка, ты только языком работать умеешь или найдется что-то и для более привередливых клиентов?

Мы с просветленным оглянулись. Разглядев говорившего, я нахмурилась. Он вообще думает, что творит?

– Презренный сын тьмы, – прошипел святоша рядом и сплюнул на землю. Сказать честно, в этот момент я была с ним согласна.

– Сказал светлый брат, пытающийся снять девушку, – криво усмехнулся дроу. Вот чего, спрашивается, он вмешался?

Святоша явно собирался высказаться, но я перехватила его за руку и бросила многозначительный взгляд, пытаясь напомнить о своей «миссии».

– А тебе есть что предложить получше разговора? – усмехнулась я с намеком, сильнее сжав руку святоши, чтобы не вздумал вмешиваться.

– Есть.

– Простите, святой брат, но мне нужно работать, – бросила я извиняющуюся улыбку фигуре в плаще и шагнула в сторону протянутой руки дроу.

Тут же меня резко дернули к себе, и широкая мужская ладонь уверенно скользнула под плащ, прижимая меня за талию ближе к себе.

– Давай посмотрим, чем мы можем друг другу помочь этой ночью, – нагло заявил он и свободной рукой откинул длинную полу моего плаща, открывая и глубокое декольте в обрамлении кружев, и резинку чулка, бесстыдно выглядывающую из-под короткого подола.

Даркан окинул меня долгим и настолько откровенным взглядом, что я бы точно залилась смущением, не прикрывай меня иллюзия. Кошмар, кто бы знал, что в дроу скрыт такой актерский талант.

– А ты хороша, – неожиданно томно мурлыкнул он. Горячая ладонь легла мне на щеку, потом медленно скользнула вдоль шеи, пальцы мягко очертили ключицы и впадинку между ними и опустились к самому краю корсета, замерев напротив моего заполошно стучащего сердца. – За такую красоту не жалко душу свету продать.

Святой отец рядом нервно икнул, возвращая нас в реальность.

– Ну идем, посланница света, посмотрим, удастся ли тебе переманить меня на свою сторону, – немного отстранившись, хмыкнул дроу и, развернув к себе спиной, немного подтолкнул, предлагая вести дальше. Все еще немного обескураженная, я повела дроу к дому.

Мне показалось или вслед нам понеслась молитва?

До снятой комнаты мы дошли в молчании. А уже там, за закрытой дверью, я обернулась к начальнику с недовольством:

– Ну и зачем?

– Ты предпочла бы всю ночь с ним обсуждать проблемы веры? Не стоило вообще с ним заговаривать на эту тему.

Дроу выглядел просто возмутительно спокойным и невозмутимым – словно и не он только что облизывал взглядом свою подчиненную, да еще и облапал слегка. Ну какой актерский талант.

– Простой посыл бы его лишь раззадорил, – поморщилась я.

– Нет, если бы ты подкрепила его кинжалом.

Я даже растерялась от такого предложения.

– Что, пьяниц спокойно пугала, а верующему пригрозить – воспитание не позволяет? —понимающе усмехнулся мужчина.

Проклятье, и как он умудряется так легко читать меня?

– Не боишься, что своим появлением мог спугнуть нашего клиента?

– Каким образом? Разве странно, что одинокий мужчина решил снять девушку на ночь? Кроме того, лично я с вампирами почти не общался, вряд ли меня знают в лицо. А если и знают, следователь не значит святой. Я тоже вполне могу захотеть развлечься с красоткой. И учитывая, как показательно нам бросили в лицо последний труп, возможность прикончить любовницу главного следователя по этому делу лишь раззадорит нашего маньяка.

– Не знаю, – засомневалась я. – Лучше бы, если он этого не видел.

– Скорее всего нет, – успокоил меня Даркан. – Рассвет уже близок. В это время вампиры наиболее слабы, так что вряд ли он был на улицах.

– «Скорее всего», «вряд ли», «возможно», – скривилась я, повторяя это, – бесит, что все, что мы можем, – это предполагать.

– Если тебя это раздражает, то ты выбрала неправильную профессию, – заметил дроу.

Наши взгляды скрестились. Не знаю, что он увидел в моих глазах, но я в его прочитала лишь сосредоточенный интерес.

– Сколько еще ты будешь сомневаться? – недовольно скрестила я руки на груди.

– Боги, Кат, я вовсе не пытаюсь тебя критиковать, – как-то невесело усмехнулся Даркан, взъерошив темные волосы.

– Серьезно? Тогда что это было?

– Скорее попытка научить. Кат, для тебя это первое дело в Магике, а я работаю уже давно. И хочу, чтобы ты поняла – магическая составляющая всегда вносит в дело неопределенность. Мы почти все время работаем лишь с догадками и предположениями, и далеко не всегда они оправдываются. Терпение и хладнокровность – те качества, которые тебе придется выработать, если ты хочешь надолго задержаться здесь. По-другому никак, – серьезно проговорил мужчина. – И для работы в Магике их требуется куда больше, чем в страже. Ладно, Кат, твой карьерный рост мы обсудим после закрытия дела. А сейчас ложись спать. Возвращаться на улицы уже нет смысла. Завтра будет еще она долгая ночь.

– Да уж, когда я предлагала этот план, то не думала, что ночь будет настолько насыщенной, – помрачнела я. – И тем более бесполезной.

– Ты же не надеялась, что вампир явится к тебе сразу? – насмешливо глянул на меня начальник. – Терпение, Кат, и еще раз терпение. Хороший охотник умеет сидеть в засаде. И поверь, наш маньяк в этом очень хорош.

Хоть желание противоречить дроу было практически высечено у меня на подкорке сознания, глупо отрицать его правоту. Сегодняшняя ночь лишь начало, и насколько затянется эта игра, неизвестно. Правда, еще после разговора с Конором появилась у меня идея, как ускорить развязку. В столице много существ с чувствительным нюхом, но, похоже, лишь один напрочь теряет голову от крови эльфийской смески. Моя задача – заставить вампира учуять ее. Я уже знала, как это сделать. И что-то мне подсказывало, что дроу будет против такого улучшения плана. Потому я решила придержать пока идею при себе.

– Пожалуй, мне и правда стоит поспать, – пробормотала, задумчиво перебирая в голове план действий на завтра. Руки уже потянулись к застежке плаща, но тут я вспомнила о темном, все еще не сводящем с меня взгляда.

– Тебе не пора? Еще успеешь хоть немного поспать перед работой.

– Рано, – хмыкнул мужчина и, пройдя в глубь комнаты, устроился на единственном стуле. – Мы еще не до конца отыграли.

Пожалуй, да, если за мной следят, будет странно, если дроу сразу уйдет.

– Не обращай на меня внимания. Ложись спать, я тихо посижу, а потом закрою за собой дверь.

Ага, попробуй расслабься в маленькой комнатушке с дроу. Что уж говорить о позорном наряде у меня под плащом – не та одежда, в которой я бы чувствовала себя уверенно наедине с этим мужчиной.

– Отвернись тогда. Или хотя бы глаза прикрой, – потребовала я.

Даркан молча вскинул брови.

– Сайлас, я не намерена повторять пьяный стриптиз. Изволь соблюдать субординацию – закрой глаза и дай мне переодеться, – укоризненно заметила ему.

Мужчина коротко усмехнулся и все же закрыл слишком волнующие меня желтые глаза.

А я спешно выдернула из саквояжа рядом с кроватью сорочку и быстро скинула вещи, не забывая при этом внимательно следить за дроу. Не то чтобы я сомневалась… Нет, ладно, сомневалась. Но тьмушник вел себя хорошо и попыток подглядывать не предпринимал. Буквально через пару минут я уже шмыгнула мимо него к кровати, влезла под теплое одеяло и укуталась чуть ли не до носа.

Стоило пружинам натужно заскрипеть, как дроу открыл глаза и с явной насмешкой в глазах посмотрел на кулек одеяла рядом с ним. Повисла неудобная тишина.

– Спокойной ночи, – наконец буркнула я и с жутким скрипом отвернулась к стене, чтобы избежать его внимательного взгляда.

– Спокойной, – отозвался дроу.

Я была уверена, что не засну, пока прямо у меня за спиной о чем-то молчаливо размышляет тьмушный начальник, когда-то по глупости едва не разрушивший мою жизнь. Думала, что изображу сон, дождусь, пока он уйдет, и только тогда смогу достаточно расслабиться, чтобы уснуть. А в итоге отключилась почти сразу, так и не услышав, как за дроу закрылась дверь, и даже не зная, насколько он затянул наш сеанс «обращения к свету».

***

Часть следующего дня, пока мои коллеги продолжали поиски преступника в управлении, я с наслаждением отмокала в ванне с травами и маслами в одном из салонов красоты. Признаться, я с самого утра проснулась с настойчивым желанием буквально соскрести с себя чужие неприятные прикосновения, а сделать это в маленьком душевом закутке, что шел в компании со снятой комнатой, было невозможно. Так что удовольствия от процедур красоты я получала немного. Утешало лишь то, что платить за них мне не пришлось из своего кармана.

Выходила после банных процедур я не только скрипяще чистая и с сияющей кожей, но и полная решимости сделать так, чтобы вампир явился ко мне как можно скорее. И потому я еще два часа бессистемно бродила по центру города, пытаясь охватить как можно больше территории. А уже после этого отправилась отдыхать перед очередной бессонной ночью.

Увы, но план мой не дал никаких успехов. Эта ночь прошла удивительно – насколько это возможно для работающей проститутки. Четверо беспроблемных клиентов, обзаведшихся головной болью и крайне приятными воспоминаниями, и ни одного чудика. Злая и замерзшая, с первыми лучами солнца я отправилась к себе в комнату отсыпаться. В этот раз я решила поступить по-другому – сначала хорошенько отоспаться, а уже ближе к вечеру вновь прогуляться по улицам центра. Возможно, в прошлый раз к ночи запах успел выветриться, и только поэтому вампир не вышел на мой след.

Ночь начиналась примерно так же, как и предыдущие. Первый час я отваживала слишком пьяных и слишком бедных – кого едким словом, а кого и кинжалом припугивала. Потом все же прогулялась с одним клиентом до комнаты. Интересное началось после, когда я вернулась к своему фонарю…

Глубокая ночь, прохожих на улицах уже не осталось – город погрузился в ленивую дремоту. Сегодня было подозрительно тихо. Я заскучала и принялась выплетать разные косички из распущенных волос на плече, когда на границе света показалась высокая фигура в темном плаще, полностью скрывающем его обладателя. Стараясь не выдать настороженности, я лишь заинтересованно улыбнулась в сторону незнакомца, распахнув плащ, чтобы продемонстрировать наряд.

– Господин заинтересован? – изобразила я развязную улыбку. А в ответ тишина. Незнакомец так и стоял на границе света, не приближаясь, не раскрывая лица и не говоря ни слова.

Неужели?..

– Вы по делу или просто постоять? – добавила я раздражения в голос, а сама потянулась к закрепленному на спине кинжалу. Но, прежде чем успела перейти к действиям, фигура заговорила:

– Вы так невероятно прекрасны… – пробормотал некто ломающимся юношеским баском.

Так… Кажется, мне опять не повезло… Сомневаюсь, что у вампиров имеются проблемы пубертатного периода.

– Благодарю, – расплылась я в довольной улыбке. – Но за любование красотой обычно принято платить. А за достойную награду эта красота может стать вашей. Обещаю, этот опыт вы не забудете.

– Как это печально… – в ответ вздохнули из-под капюшона. – Почему жизнь так жестока? Разве должно столь неземное создание прозябать на улицах, зарабатывая себе на жизнь подобным способом? Нет, вы рождены, чтобы блистать в театрах и на балах, затмевать всех на светских вечерах и услаждать своей красотой лишь взгляд супруга.

Признаться, здесь мне уже с трудом удалось держать лицо. Это что еще за адепт неизвестной религии? К какой вере он меня склонить пытается?

– Парень, тебе чего надо? – грубо заметила ему, надеясь отвадить.

– Позвольте помочь вам! – кинулся неизвестный ко мне и схватил за руку, страстно сжав ее в своих ладонях, – я аж отшатнулась от неожиданности и его напора. Стоит порадоваться, что спину этому идиоту еще не щекотал меч дроу – начальник, как и было оговорено, ждал сигнала к атаке от меня.

– Себе помоги, – пробормотала, пытаясь выцепить у него свою руку.

– Вам нужны деньги? Сколько? Я дам вам сколько нужно, чтобы освободить из кабалы, – из-под капюшона на меня смотрели наивные голубые, поблескивающие слезами глаза. – Такая красота должна сиять, а не страдать.

Пресветлый лес, только юношеского максимализма мне не хватало. Что-то такое помнилось, Силли жаловалось на некий популярный роман, в котором благородный аристократ сделал из падшей женщины приличную мать семейства и счастливо с ней жил. Но кто же знал, что умы молодежи окажутся настолько подвержены влиянию литературы.

– Парень, иди отсюда по-хорошему, – я легко оттолкнула его. – Не мешай работать.

– Почему вы отказываетесь? – возмутился юнец. – Я же дарю вам возможность начать новую жизнь – покинуть грязные улицы и получить все блага мира.

– Слушай, спаситель, не нужны мне твои блага. Вали уже.

– Думаете, мне не хватит денег, чтобы вам помочь? Или, может, вы в рабстве, продали себя, чтобы иметь возможность купить лекарства больной оспой матери и устроить младших братьев и сестер в приличный пансионат? Вы не можете уйти с улиц, пока не вернете долг за себя и за родных? – уже выдумал себе целую историю этот идиот. – Не беспокойтесь, я очень богат и могу помочь вам всем.

Подозреваю, что родители, благодаря которым он «очень богат», не подозревают, на что тратит состояние их дитятко.

– Слушай, я работаю не ради денег, понятно? У меня нет никаких долгов и я не нищенствую. Я просто мужиков люблю. А особенно когда их много и разных. Так что если тебя не интересуют развлечения на вечер, то иди отсюда и не мешай мне искать удовольствие.

По прошлому опыту понятно, что потакание не помогает отвадить психов. А грозить малолетке оружием как-то против моих правил. Зато мое откровение произвело должное впечатление. Парень отшатнулся, что-то невразумительно пробекал и сбежал.

Пресветлый лес, неужели у проституток в столице каждая ночь столь богата на психов или это только мне так повезло? Тогда неудивительно, что маньяк не привлек внимания на улицах. А еще стоит взять на заметку: ночью в городе все предпочитают сохранять инкогнито и заматываться в плащи с головы до ног. Так что не стоит хвататься за кинжал при каждом появлении «фигуры в черном».

Когда спустя еще одного принятого клиента и получаса ожиданий в круг света ко мне шагнул очередной высокий плащ, я даже не насторожилась.

– Работаешь, куколка? – прозвучал из-под низко опущенного капюшона бархатистый мужской голос.

– Смотря сколько у тебя есть, – бросила я на него оценивающий взгляд.

– Достаточно, – самоуверенно хмыкнули мне в ответ. – Но я бы предпочел оценить, прежде чем платить.

Безразлично пожав плечами, я распахнула полы плаща, демонстрируя очередное бесстыжее платье.

– Ну разве ты не очаровательна, – тихо присвистнул мужчина в ответ. – Редкая красотка. За такую не жалко всех денег лишиться. Заплачу сотню золотых.

Я удивленно округлила глаза – за прошлую ночь я и половину этой суммы не набрала. Что-то уж больно щедрый господин попался.

– Ну что ты, милая, не смущайся, – хмыкнули из-под капюшона. – Я уже уверен, что ты стоишь каждой из потраченных монет. Идем, – из складок плаща вынырнула широкая бледная ладонь с длинными пальцами. Слишком ухоженная, явно принадлежащая какому-то аристократу.

Лишь на мгновение я засомневалась – что-то в этой ситуации мне не нравилось. Но все же вложила свою руку в его ладонь – роль нужно доигрывать. И в этот момент я нервно вздрогнула, а сердце мое запнулось: рука незнакомца оказалась подозрительно ледяной.

– Ну что же ты, красотка, испугалась? – мягко заметил незнакомец. – Только не говори мне, что имеешь что-то против вампиров? А даже если и так, я достойно плачу, чтобы преодолеть любой из предрассудков…

Я сама не ожидала, что мой план принесет плоды. И только сейчас в голову пришла мысль, что маньяк далеко не единственный вампир, который мог возжелать развлечений с эльфийкой. А значит, при всем желании я не могу сейчас приложить этого неизвестного секирой и уже потом разбираться. Тем более не стоит вести его к себе – вряд ли так же легко удастся вырубить вампира и заставить смотреть сладкие сны. И что делать?

Тянуть время и надеяться, что начальство, в отличие от меня, такой исход предусмотрело. Ну или рассчитывать, что сейчас вампир попытается на меня напасть, и мы скрутим нашего маньяка на горячем.

– Знаете, ваше предложение звучит весьма заманчиво, – нервно сглотнула я, и честно, это даже было не наигранным, – вот только я с детства боюсь вида крови. Чуть что, и сразу падаю в обморок. Так что я не подходящий объект для развлечений…

– Неужели? – с притворной досадой вздохнул незнакомец, но отпускать меня не спешил.

– Да. А еще…знаете, у меня проблемы со здоровьем, так что…

Договорить мне не дали. Вампир просто поднес удерживаемую им руку к скрытому капюшоном лицу и сделал глубокий вдох. И тут же хватка на моей ладони усилилась.

– А мне кажется, что вы более чем здоровы, – прошуршал голос, став куда более тихим и почему-то скрипучим. – И даже более того…

Он перевернул мою ладонь и практически уткнулся носом в еще не зажившую небольшую рану в центре. Еще один его глубокий вдох вызвал в моем теле необъяснимую дрожь. По спине пробежался холодок плохого предчувствия. Проклятье… Неужели я боюсь вампиров куда больше, чем думала?

– Да… Это именно тот запах, – хрипло выдохнул вампир с наслаждением. – Этот тонкий, ни с чем несравнимый аромат, что я уловил на соседней улице.

Я сглотнула, уже не столь радуясь своей сообразительности и тому, что план по привлечению вампира сработал. Идея накапать своей крови на главных перекрестках центра, хоть и оказалась эффективна, кажется, была не так уж хороша. Или это успех? Кто же тут издевается над эльфийкой – маньяк или просто случайный заносчивый кровосос?

– Красавица, не подскажешь, что же придает твоей крови эту остринку? – мягко урчал вампир, пока я судорожно размышляла, как его отвадить. – Я как раз искал такую.

Прикосновение холодного языка к уже поджившей ранке неожиданно сковало мое тело ужасом. Вместо того, чтобы призвать магию, тяжелую секиру или хотя бы просто потереть кольцо на свободной руке, дав знак дроу, я застыла, словно кролик перед готовящейся к удару змеей. Это чувство какого-то животного страха и беспомощности просто из-за давления ауры находящегося рядом существа показалось мне неожиданно знакомым.

– Ты… – хриплый выдох в центр моей ладони заставил сердце глухо загрохотать где-то у горла. Тонкие пальцы на запястье сжались крепче, причиняя боль. – Не может быть, я все же нашел тебя…

Значит, это и есть наш маньяк? Он радуется, что нашел смеска? Проклятье, Кат, хватит паниковать! Сделай хоть что-нибудь!

Но тело по-прежнему меня не слушалось.

– Этот ни с чем не сравнимый вкус. Я и не надеялся попробовать его вновь. До сих пор помню ту острую терпкость на кончике языка, когда я его распробовал… и агонию, нагнавшую меня после. Никто другой так и не смог избавить меня от нее, – неистово шептал вампир, подтягивая меня за руку ближе. – И наконец я вновь встретил тебя вновь…

Казалось, я с трудом различала, что он говорит, сквозь бешенный стук собственного сердца и шум крови в ушах. Но и то, что я слышала, казалось полной бессмыслицей. Когда бы он успел попробовать моей крови? Картинка, как темная фигура в плаще слизывает жалкие капли крови с пыльной дороги посреди улицы, могла бы показаться смешной, если бы я не была уверена, что ни один вампир, даже самый психованный, не опустится до такого.

То, с какой жаждой и уверенностью говорил этот клыкастый, заставляло поверить, что он не играл – ему знаком вкус моей крови. Но этого не может быть! Единственный, кто посмел притронуться ко мне, уже мертв!

Вдох застрял у меня в груди, и я с ужасом уставилась на существо напротив. Из темноты капюшона довольно сверкнули красные глаза.

– Не может быть… – едва слышно пробормотала я непослушными губами.

Он должен быть мертв! Он просто не мог выжить! Не после того, как практически убил меня! Это просто невозможно…

– Ну привет, малышка, – оскалился вампир. Холодная ладонь скользнула по моему плечу и, откинув светлые пряди, погладила едва заметный шрам на шее. – Смотрю, ты тоже так и не смогла забыть меня. Похоже, это судьба…

Мне хотелось закричать. Словно один из тех кошмаров, что мучили меня первый месяц после ранения. Но злорадные мысли, что тварь умерла в мучениях, помогли справиться со страхом. А теперь ужас снова разом накрыл меня с головой. Та тьма и режущая боль в шее, безумная слабость, холод, постепенно охватывающий тело, и пугающая мысль: «Похоже, именно так глупо я и умру. Силли останется совсем одна». Даже резкая боль в руке, где заострившиеся когти чудовища вспороли кожу, пуская кровь, не вывела меня из ступора. Но вдруг… все изменилось.

Мне показалось, что все вокруг накрыло пеленой тьмы. А когда она спала, передо мной уже был не пугающий сумрак плаща, из которого на меня смотрели кроваво-красные глаза, а широкая спина дроу, затянутая в плотную черную куртку. И только непрекращающаяся боль в руке подтверждала, что все случившееся не было кошмаром, привидевшимся мне наяву. Заторможенно опустив взгляд, я поняла, почему боль не стала слабее – на моем запястье, все так же крепко впиваясь пальцами в кожу, висела отрезанная рука вампира.

Кажется, Сайлас сам сообразил, что это была вовсе не беседа с настойчивым клиентом, и вмешался. Жаль, что он сразу не снес этой твари голову, а лишь отсек держащую меня руку. Видимо, опасался, что это все же просто наглец, не знающий слова нет, а не наш маньяк.

– Куколка, я надеялся, что наши чувства взаимны и ты тоже искала меня, – донесся до меня охрипший голос твари. – Думал, наша встреча произвела на тебя столь же сильное впечатление. Тогда почему в наш приватный разговор вдруг вмешивается третий?

Подняв взгляд, я вздрогнула, наконец увидев, что именно скрывалось под капюшоном плаща. Нет, узнать кровососа было невозможно – он перешел в частичную боевую форму. Кожа существа была мертвенно бледной, впалые глаза, ощерившаяся клыками пасть, лысый череп и заостренные уши лишь немного меньше эльфийских. И хоть это было вполне типичным видом для боевой формы вампиров, кое-что выдавало его нездоровое состояние. Вампир выглядел иссохшим, словно очень давно не питался. Кожа сморщилась и даже потрескалась, местами почти обнажая череп. Хоть он выжил и даже был довольно силен, тот укус не обошелся без последствий для него. Но этого мало – он должен был сдохнуть!

– Кат, – окликнул меня Даркан, заставив перевести застывший взгляд с вампира на него. Дроу не сводил внимательного взгляда с противника. – Кат, приди в себя, что с тобой?

– Я… – прохрипела я и откашлялась. – Я в порядке.

И тут же зашипела от резко пронзившей запястье боли – проклятая рука, даже отрезанная от хозяина, продолжала все сильнее впиваться в меня когтями!

– Любовь моя, ты же не думала, что я так просто отпущу тебя, – хмыкнул вампир. – Я слишком долго тебя искал.

Сайлас атаковал первым. Я лишь моргнула, а две черные тени уже сцепились и раздался оглушающий лязг металла – проклятый кровосос тоже оказался вооружен. И, к моему сожалению, вполне успешно отбивал одной левой рукой атаки дроу. Еще неприятнее было осознавать – кровососу я не ровня, как и темному. Оба противника двигались смазанными тенями, я даже не могла понять, кто из них кто. И лишь рваный лязг металла давал понять, что происходящее не просто игра теней, а настоящая битва.

Долго наблюдать за сражением мне не дали. Очередная вспышка острой боли заставила вернуть внимание к собственной проблеме. Проклятая мертвая конечность продолжала вгрызаться острыми, как клинки, когтями в мое запястье. Еще чуть-чуть, и эти пальцы прошьют мне руку насквозь! Поэтому вместо того, чтобы призвать оружие и хотя бы попытаться помочь начальству с задержанием, я, сжав зубы, попыталась избавиться от мертвой хватки отрубленной руки.

Едва сдерживая стоны боли, я вцепилась в холодные жесткие пальцы, пытаясь разжать их. Но мои собственные пальцы соскальзывали от крови, да и боль изрядно мешала. Не говоря уже о том, что каждый удар оружия совсем рядом заставлял меня нервно вскидывать голову, чтобы удостовериться, что в меня не летит чей-то клинок.

Схватка двух теней прервалась внезапно. Вот очередное столкновение клинков вспыхнуло искрами в сумраке пустой улицы. А вот уже передо мной вновь застыла напряженная спина дроу. Стоило противникам застыть, как рука на моем запястье сжалась с новой силой, заставляя меня простонать сквозь зубы и осесть на землю в бесполезных попытках оторвать ее от себя.

Сайлас лишь чуть дернул головой в мою сторону, словно собираясь обернуться, но остановил себя в последний момент.

– Как думаешь, темный, кто из нас больше достоин этой куколки? – донесся насмешливый голос вампира, замершего напротив. – Готов ли ты любить ее даже с обрубком вместо руки? Или предпочтешь спасти красотку, но упустить добычу?

– Тварь, – провыла я, поняв, к чему он клонит, и с удвоенным усердием вцепилась в ледяные пальцы.

Из-за меня мы его сейчас упустим! Вампир прав, сама я с хваткой мертвой конечности не справляюсь. Сухожилия и мышцы разорваны в хлам – я уже не чувствую пальцев раненой руки. Когти сошлись в центре запястья, прошив его насквозь, но если он еще усилит хватку, то сможет и вовсе его оторвать! И, в отличие от кровососа, я не смогу отрастить новую конечность. Да и приживить старую вряд ли удастся…

Сайлас колебался лишь мгновение. Но почти тут же оказался на корточках рядом со мной, примериваясь лезвием к вцепившейся в меня руке.

– Нет, – просипела я. – Плевать на руку. Нельзя позволить этой твари уйти!

– Заткнись, – процедил дроу, разрезая мертвую ладонь прямо на мне.

Рука онемела, боль была ужасной, но гораздо болезненней было осознавать – именно я упустила этого урода! До слуха донесся тихий смешок.

– Все же я люблю ее сильнее… Меня бы она устроила и без руки. До встречи, куколка…

Я успела лишь дернуть головой в ту сторону, где стояла фигура, скрытая темным плащом, но он уже растаял в сумраке улиц.

Очередная вспышка боли заставила меня вскрикнуть и вернуть все свое внимание к дроу. А Даркан, умудрившись уже отрезать пальцы от ладони, отбросил основную часть руки и стал по одному вытаскивать из моего запястья когтистые фаланги.

– Тебе срочно нужно к целителю, – обеспокоенно заметил дроу.

Еще бы… Сквозь дырку в моей руке можно было увидеть булыжники мостовой.

Даркан подхватил меня на руки и практически бегом рванул в сторону стоянки экипажей дальше по улице – только там в этот час еще можно было поймать извозчика.

– Лучше бы ты снес ему голову, а не спасал мне руку, – процедила я, стараясь держаться в сознании, а не уплывать в небытие на волнах боли.

– Заткнись, – в очередной раз грубо оборвал меня начальник. – Лучше скажи, какого демона ты не подала сигнал и подпустила его так близко?

Я нервно сглотнула, опуская взгляд, боясь увидеть осуждение в желтых глазах. Потому что в этом моя главная вина – именно я не среагировала вовремя. Неважно, что куда-то пропала наша поддержка, упустили эту тварь только из-за меня и моей слабости!

– Я… я не смогла, – прошептала едва слышно. – Растерялась…

– Кат, ты же с самого начала знала, что придется ловить вампира, и говорила, что готова к этому! Да что там, сама вызвалась и настаивала даже! – зло процедил Даркан, явно с трудом сдерживаясь.

– Ты не понимаешь… Это он…

– Еще как понимаю. Из-за тебя мы упустили нашего маньяка.

– Да нет же…Это тот вампир, что едва не убил меня год назад.

Дроу мгновенно остановил шаг, а руки, удерживающие меня, на мгновение сжались крепче.

– Что?

– И кажется, все-таки я причина этих убийств, – горько признала, вспомнив болезненный вид вампира и осознав причину его неуемной жажды.

– С чего ты взяла? – напряженно уточнил Сайлас.

Решившись, я все же подняла глаза, встречая полыхающий желтый взгляд.

– Я прокляла его год назад. И теперь он медленно умирает. Хотя должен был давно сдохнуть в агонии.