Глава 9.

Зал призывов располагался в подвале главного корпуса академии, вниз вела винтовая лестница, закручивающаяся в тугую спираль. Я понеслась вниз по крутым ступенькам, перепрыгивая через две и рискуя сломать себе шею. Впрочем, это мое обычное состояние.

Дейм летел следом. Именно летел! Его ноги не касались ступеней, а лицо сохраняло безмятежное выражение.

— Ты летишь! — прошипела я.

— Спешу, — парировал Дейм: никогда за словом в карман не полезет. — Тороплюсь. Все ради тебя!

— Встань и иди как все нормальные люди!

— Встань и иди! Как звучит! — Дейм послушался, опустился на ступени и громко застучал подошвами ботинок мне назло.

Зал призывов представлял собой круглое пустое помещение с защитными рунами на потолке и с полом из черного мрамора со следами от меловых линий, оставленных предыдущими студентами. В центре зала застыл профессор Вигли, маленький, кругленький, с пышными седыми бакенбардами и неизменно трагичным выражением лица, которое яснее любых слов говорило: «Жизнь — боль, студенты — тупицы, когда уже эта проклятая пенсия?»

В руке он держал секундомер и при моем появлении нажал на кнопку. Серьезно? Он засек время?

— Четыре минуты сорок секунд, — бесстрастно произнес он. — Я впечатлен, студентка Ивейн. Обычно вы опаздываете гораздо сильнее.

— Я старалась, — выдавила я, пытаясь отдышаться.

Мой шейный платок сбился, а из пучка на макушке во все стороны торчали пряди, топорщились как иголки ежа. Они высохли, пока я бежала, и теперь с ними не совладать, так и будут торчать до следующего мытья головы.

Взгляд профессора переместился на Дейма.

— А вы?..

— Студент по обмену из Векны! — бодро отрапортовал Дейм. — Пришел в качестве моральной поддержки моего куратора.

И, чтобы не оставалось сомнений, кто именно здесь куратор, мой невозможный фамильяр указал на меня пальцем.

— Хм… Что же, моральная поддержка студентке Ивейн не помешает. Можете присутствовать, если не станете вмешиваться в процесс.

Дейм уселся на единственную скамью, стоящую у стены.

Профессор пожевал губами и хлопнул в ладоши, отчего по залу прокатилось гулкое эхо.

— Напоминаю задание. Вам нужно начертить пентаграмму третьего уровня, активировать ее потоком магии, призвать огненного элементаля ростом не менее локтя. На зачет он должен оставаться стабильным не менее тридцати секунд. Вопросы?

Профессор на самом деле не ожидал вопросов, слово вырвалось у него по привычке, как в конце лекции, но я ухватилась за возможность.

— А можно мне призвать другого элементаля? — с надеждой спросила я. — Земляного? Воздушного? Какого-то поспокойнее.

Я невольно обернулась на вальяжно развалившегося на скамейке Дейма — живое (ну не мертвое же!) доказательство моей «везучести».

— Нет! Студентка Ивейн, воздушные и земляные элементали в программе первого курса, а вы уже на третьем. Каким-то чудом, м-да…

— А если совсем маленького огненного элементаля? Искорку?

— Не сдадите зачет сегодня, в следующий раз на пересдачу с комиссией! — отрезал профессор Вигли, и его бакенбарды грозно встопорщились. — Берите мел и начинайте!

Брусочки магического мела ожидали в ящичке у входа. Я взяла кусочек в дрожащие пальцы. Так, ладно, я ведь умею чертить пентаграммы, сколько раз практиковалась! Пятиконечная звезда, вписанная в круг, каждую вершину венчает огненная руна. Линии силы направлены от краев к центру. Все яснее ясного! Да только в моем случае часы практики не гарантировали успеха.

Я опустилась на колени и принялась чертить окружность. Ме-едленно, аккуратно. Круг получался овальным. Овально-картофелеобразным.

— Это круг? — уточнил профессор Вигли, наклонив голову набок.

— Он еще не закончен! — поспешно ответила я, стирая рукавом вмятину сбоку, появившуюся, когда я дернула рукой.

Отлично, теперь еще и на мантии останутся меловые следы.

Кое-как разобравшись с окружностью, я приступила к звезде. Клянусь, обычно у меня получаются куда более ровные линии и разборчивые руны. Сказалось волнение: прежде я не сдавала зачеты один на один с преподавателем, а сейчас две пары глаз непрерывно наблюдали за мной. В глазах Дейма горело любопытство, он даже подался вперед, на губах играла усмешечка. С таким же восторгом я наблюдала за мелким Жупочкой, когда он карабкался на стол, цепляясь за скатерть, и раз за разом шлепался на пол. Мне было интересно, насколько у котенка хватит терпения. Теперь я была тем самым котенком…

— Иви, вон та руна — это Пирос или Флогис? — спросил Дейм. — Не разберу.

Обе руны вышли поразительно похожими друг на друга, и обе казались нарисованными левой ногой. Со вздохом я стерла убогие крокозябры и начертила заново, теперь более разборчивые.

— Готово, — сообщила я.

Профессор Вигли с сомнением оглядел мое художество, подергал себя за торчащий из бакенбарды седой волосок.

— Что же… Попробуем активировать э то .

И на всякий случай отошел на несколько шагов. Я бы тоже сбежала… Да только зачет сам себя не сдаст!

Я уверенно приблизилась. Уверенность в себе уже половина успеха, как любила повторять мама. Распростерла ладони над пентаграммой. Так. Хорошо. Вдох, выдох. Наполнить грудь воздухом, почувствовать биение силы в солнечном сплетении, направить магию по рукам и через ладони наружу.

Я напряглась. Сцепила зубы. С пальцев полилось сияние — довольно жалкое и еле различимое в полутемном помещении. Сияние доползло по первой руны и погасло, едва задев ее.

Профессор Вигли и Дейм единодушно крякнули.

— Давайте еще раз, — без особой надежды буркнул профессор.

Я попробовала еще раз, поднатужилась. В прошлый раз мне удалось призвать аж демона Изначального круга, теперь я и на элементаля с трудом могла наскрести магии. Все из-за нервов.

Я разозлилась, и магия хлынула яркой волной. Потекла по линиям силы, зажигая руны одну за другой. Лишь в последний момент я заметила, что в спешке перепутала руны и вместо Пироса во второй раз начертила похожую, но совершенно противоположную по назначению руну Аквис.

Теоретически две взаимоисключающие руны могли вывернуть пространство наизнанку. А как оно сработает на практике — вопрос!

Я зажмурилась, готовясь к Большому Буму. Или к неминуемой гибели. Уж как пойдет!

Неожиданно рядом со мной вырос Дейм, будто в мгновение ока перенесся со скамьи. Хотя почему «будто»: от созданий бездны и не такой скорости можно ожидать.

Мне показалось или со стороны Дейма ударил поток силы? Он смял и придавил нечто грозное, нечто зловещее и смертельно опасное, раскручивающееся воронкой из центра пентаграммы. То, что в итоге добралось до нас — до меня и до профессора Вигли, — походило на горячий водяной пар, от которого мои застывшие сосульками пряди снова печально обвисли.

Профессор Вигли меланхолично вынул из кармана платочек, вытер им влажное лицо.

— Это, — с достоинством произнес он, — не огненный элементаль.