21 · Дрю

Дрю отступила на шаг, прикрыв рот рукой, наблюдая, как Талемир преображается в свете факелов. Она и раньше видела подобные превращения, но они совсем не шли в сравнение с теми неконтролируемыми изменениями, происходившими прямо сейчас у нее на глазах. Глаза Талемира потемнели, став почти черными, как и вены, вздувшиеся на висках. Его красивое лицо исказилось от боли, когда гигантские перепончатые крылья вырвались из его мускулистой спины, разорвав рубашку и оставив ее лохмотьями свисать с его вздымающегося тела.

Острые когти обнажились на кончиках его пальцев, тени заплясали на их концах, сгустки силы вырвались из Воина Меча…

Под беззвездной ночью Дрю не сводила с него глаз. Она приросла к месту, смотря, как герой превращается в чудовище. Его крылья раскрылись между лопатками, простираясь на внушительное расстояние по обе стороны от него, ленты обсидиана обвились вокруг него и потянулись к ней.

Проклятие, исходившее от Талемира, усиливалось. Оно пыталось полностью окутать его своей тьмой, клубящаяся масса боролась с ним, желая вырваться на свободу. Оно пело и для нее, хотя никаких кошмаров, никаких видений из прошлого у нее не было.

Дрю видела, как его когти вонзались в ладони, когда он сопротивлялся натиску силы, как натягивались сухожилия на его шее от огромного напряжения.

И она оставалась неподвижной, потому что в его глазах виднелся не Воин Меча, не дух, а глубокое человеческое чувство… Страх. Яркий, неподдельный ужас, с которым Талемир боролся.

Тот мужчина все еще был там. Мужчина, которого она знала, мужчина, с которым она…

Словно уловив что-то в ее взгляде, фигура Талемира дрогнула, но в свете молодой луны он не мог этого контролировать, как бы упорно ни старался.

У него вырвался мучительный стон, на лбу выступили капельки пота, в то время как тени истязали его, а темнота требовала расплаты.

Сердце Дрю болело за него, понимая, что это была не просто физическая боль от превращения, которая мучила Воина Меча, но нечто гораздо более глубокое и мрачное: ненависть к самому себе и к тому, кем он стал сейчас.

Именно это осознание заставило Дрю потянуться к нему, сокращая расстояние между ними, ее рука нежно обхватила его испещренное черными венами предплечье. Его кожа оставалась холодной, но от ее прикосновения он превращался то в воина, то в духа.

– Дрю… – пробормотал он, с трудом переводя дыхание и глядя на нее так, словно видел впервые.

– Все хорошо, – сказала она ему.

Он недоверчиво покачал головой.

– Как получилось, что в мире, лишенном красок, я вижу тебя ярче солнца?

– О чем ты?

Талемир содрогнулся всем телом, снова меняя обличье.

– Когда я превращаюсь в… это, – медленно произнес он, – я вижу мир вокруг себя в черно-серых тонах… В нем нет красок, только оттенки тьмы. Но ты…

Дрю сократила небольшое расстояние между ними.

– Скажи мне.

Талемир потянулся к ней, но отпрянул при виде черных торчащих когтей. Дрю вздохнула, прикрыв их рукой.

– Скажи мне, – повторила она.

Темный взгляд Талемира встретился с ее взглядом.

– Ты – палитра красок в тени. Ты тянешь меня обратно к свету…

Ей не хватало слов.

На секунду сердце Дрю замерло на полуслове, прежде чем начать бешено колотиться. По всей коже побежали мурашки, а колени подогнулись, когда она поняла, что тоже жила во тьме и что Талемир тоже…

Постепенно его призрачный облик растаял.

Когти, которые она сжимала, исчезли, и теперь на ее руке были обычные, гладкие, подстриженные ногти. Прохладный порыв ветра коснулся ее лица, когда огромные крылья за его спиной исчезли, заставив его наклониться вперед, так как он пошатнулся от смены веса.

Дрю подхватила его, удерживая на ногах.

Лоскуты разорванной рубашки упали с его плеч, обнажив золотистый торс под звездами. Карие глаза встретились с ее, такие пристальные и пронзительные.

Наконец полоски тени исчезли, растворившись в ночи, как струйки дыма на ветру.

Как только их не стало, мир вокруг них снова ожил. Из склада внизу до них донеслись музыка, смех и веселье.

Талемир посмотрел вниз, на то место, где они соприкасались друг с другом.

– Мы могли бы потанцевать, – прошептал он.

Дрю проследила за его взглядом, не желая отпускать его.

– Я думала, ты не танцуешь…

Воин Меча положил руку ей на талию и переплел свои пальцы с ее, притягивая ее к себе. Их тела были на одном уровне, когда он кружил ее в медленном вальсе.

– Есть много вещей, которые я не делаю, но которые я бы с радостью сделал для тебя, – пробормотал он.

Он обвел ее вокруг себя, и они поплыли в такт мелодии, которая лилась из окон склада под ними. Несмотря на свой рост, Талемир был грациозным и крепким, легко попадал в ритм и крепко прижимал ее к себе.

Как бы сильно Дрю ни скучала по бальным мелодиям и скольжению своих ног по залу, ей хотелось чего-то большего. Впервые с тех пор как Талемир преобразился, она оглядела крышу. Повсюду было разбросано несколько штабелей поддонов, а также бочонки – от чего именно, она не знала. В одном из дальних углов, очевидно служившем местом стражи, тускло горел факел и лежала груда мехов, говоря о том, что они покинули свой пост в спешке.

– Я могу придумать занятие поинтереснее, чем танцы, – прошептала она.

Он замолчал, всем телом прижимаясь к ней.

– Талемир, – сказала она. – Не будет более прекрасного момента, чем сейчас.

Воин тяжело вздохнул.

– Ты уверена?

– Да.

Как только она произнесла это слово, он прижался губами к ее губам в обжигающем поцелуе.

Все стены, все барьеры между ними рухнули, когда Талемир обнял ее и крепко поцеловал, его губы были теплыми, сочными и дразнящими. На вкус они были как ягоды можжевельника, и кровь Дрю вскипела в ответ. Отчаянно желая прикоснуться к нему, она провела пальцами по его обнаженной груди, стройной спине и широким плечам, желая запомнить каждый сантиметр его тела своими руками.

Дрю приоткрыла рот, позволяя его языку коснуться ее, посылая волну удовольствия по всему телу вниз, к центру ее тела. Она прижалась к нему, чувствуя, как твердый член касается ее, заставляя сердце учащенно биться. В ответ на это к низу живота прилило тепло.

– Я хочу тебя, – прошептала она ему в губы.

Ее слова, казалось, зажгли что-то в Воине Меча, потому что он отстранился, всего на мгновение, пристально глядя на нее.

– Я твой.

Темное безумие овладело ими обоими, и руки Талемира рванули ее рубашку, позволив ей упасть на землю позади нее. Он освободил ее грудь от повязки и тихо выругался. Провел зубами по ее шее, обхватил ладонями ее грудь и возбужденные от ночной прохлады соски, вызвав стон у Дрю. Она выгнулась навстречу ему, раскаленная добела потребность пылала внутри, ее нижнее белье с каждой секундой становилось все более влажным.

– Черт возьми… – зашипел Талемир, когда Дрю тронула его толстый, твердый член сквозь ткань. У нее пересохло во рту, а сердце бешено заколотилось при мысли о том, что он наконец окажется в ней. Черт бы побрал эти слои одежды между ними. Он был нужен ей обнаженным, прямо сейчас.

Не в силах отвести глаз от его эрекции, напрягшейся под тканью, она дрожащими руками принялась расстегивать пуговицы.

– Вот здесь.

Талемир взял инициативу в свои руки.

Пальцы на ногах Дрю подогнулись от его глубокого голоса, когда каждая пуговица была расстегнута. Талемир стянул штаны с мускулистых бедер, обнажив свой впечатляющий размером член.

Он полностью разделся, стоя перед ней и водя по ее телу руками.

– Боги, – пробормотала она, медленно моргая, когда увидела его.

Каждый сантиметр его тела был незабываемым и необыкновенно горячим. Никто не имел права так выглядеть. …Загорелая кожа, мощное телосложение и мускулы, словно выточенные самими фуриями. И его лицо – боги, его лицо уничтожало ее. Эти резкие черты лица, квадратная челюсть, такая красивая в свете факелов. Он наблюдал за ней, казалось, улавливая каждую ее мысль, мелькавшую у нее в голове, и ярко улыбался.

Ее не волновало, что они стояли посреди крыши под открытым небом, не волновало, что он только что превратился из Воина Меча в духа и обратно. Ничто из этого ее не волновало, кроме него и жгучей потребности ощутить его внутри себя.

Она обхватила рукой его член, с вожделением поглаживая его…

– Скажи мне, как ты хочешь меня, Дама Огня, – сказал он, лаская ее грудь так, словно у него было все время мира, ущипнув ее за сосок, а другой рукой скользнув вниз по ее брюкам.

Но слова не шли у нее с языка ни когда он страстно целовал ее, ни когда его пальцы скользили прямо по ее телу, поглаживая жаркое местечко, а большой палец кружил вокруг клитора.

Дрю вскрикнула. Волна удовольствия мгновенно нарастала, прокатываясь по ее телу, разрушая остатки самообладания, за которые она еще держалась. Она дернулась под его прикосновениями, тихо моля о большем.

Талемир стянул с нее брюки и нижнее белье, оставив их висеть на ее лодыжке.

– Если хорошо подумать, – прорычал он, – я точно знаю, как ты меня хочешь.

Дрю все еще не могла вымолвить ни слова, когда его руки обхватили ее за обнаженный зад и, приподняв, он понес ее к одной из ближайших бочек, стоявших рядом с горящим факелом, и усадил ее туда. Девушка ощутила под кожей прохладную и шершавую древесину.

Талемир остановился, жадно разглядывая ее, словно хотел выучить наизусть каждый сантиметр ее тела. Она сделала то же самое, ее взгляд скользнул по его рельефному животу к косым линиям пресса, ведущим к его твердому члену, кончик которого блестел.

Дрю облизнула губы. Ее тело наполнилось удовольствием, столь непохожим ни на что, что она когда-либо испытывала раньше. Она не знала, что на нее нашло. Она не узнавала знойную девушку, тяжело дышащую перед Воином Меча, но с затуманенным от вожделения разумом она раздвинула ноги и прикоснулась к себе, обводя вокруг влажного места приглашающим жестом.

При виде нее у Талемира отвисла челюсть, его член дернулся.

– Боги, ты прекрасна.

И с этими словами последняя ниточка, связывавшая их, натянулась и лопнула. Он обхватил ее своим мощным телом, его пальцы зарылись в ее волосы и притянули лицо к своему.

Поцелуй был как клеймо, как право обладать ею.

– Я твой, – проговорил он и теперь показывал это, раскрываясь перед ней, притягивая к себе, прижимая ее грудь к своей. Ее дыхание прервалось от волнения, и новый трепет желания пронесся от чувствительных сосков вниз, к низу живота и между ног.

Его зубы прикусили ее нижнюю губу, вызвав волну восхитительной боли, которая смешалась с чувством удовольствия.

Дрю обхватила его талию дрожащими ногами и выгнула бедра навстречу, требуя прикосновения, требуя его всего. Сейчас она не согласилась бы ни на что меньшее.

– Возьми меня, Талемир, – пробормотала она, задыхаясь от поцелуев.

– У меня такое чувство, что я ждал сто жизней, чтобы услышать это от тебя…

Он направил головку своего члена к ее влажному входу.

Когда он прижался к ней, Дрю застонала, отчаянно желая почувствовать, как твердый член заполняет ее, представляя, как он погружается глубоко в нее. Она впилась зубами в его крепкую шею, отчаянно нуждаясь в нем.

Издав разочарованный звук, она протянула руку между ними, обхватила его яички и нежно сжала, притягивая его к себе.

Он наполовину вошел в нее, давая ей время привыкнуть к его размеру. У Дрю перехватило дыхание от первого полученного ощущения. Его член был достаточно большим, чтобы она почувствовала, как стенки растягиваются вокруг него. Это опьяняло. Девушка покачнулась в его объятиях, и Талемир застонал. Этот звук эхом отозвался в груди Дрю, пробежав по ее телу, заставив ее ноги раздвинуться еще шире. Однако он лишь на сантиметр глубже вошел в нее.

– Талемир… – с мольбой выдохнула она, уткнувшись в изгиб его шеи, впиваясь пальцами в его спину и подстегивая к большему.

Наконец он вошел в нее одним мощным движением.

Стон Дрю эхом разнесся в ночи, когда она осознала всю его силу. Он широко растягивал ее стенки, полностью заполняя собой, и это скользкое, горячее слияние все еще казалось ей недостаточным.

Почти выйдя из нее, он вонзился вновь, простонав.

Дрю запрокинула голову назад, крик удовольствия вырвался с ее губ, когда Талемир медленно и глубоко вошел в нее, прижимая спиной к шероховатому столу, что лишь усиливало восхитительные ощущения.

Каждое движение было более дурманящим, чем предыдущее, отзываясь на изгиб ее бедер, усиливая это захватывающее давление внутри.

Тепло разливалось по груди Дрю, окрасив румянцем ее лицо и верхушки грудей, когда она двигалась в такт с Талемиром. Он ловил каждую волну удовольствия, снова и снова погружаясь в нее на всю длину, проникая глубоко внутрь.

Тихие стоны желания вырывались из нее, когда она растворялась в ощущениях, чувствуя, как первые волны оргазма зарождаются внизу позвоночника.

Талемир прижался губами к ее губам, заглушая стоны и углубляя поцелуй, пока его рука находила ее самое чувствительное место, чтобы обвести его большим пальцем еще раз.

– Кончи для меня, Дрю, – прошептал он ей в губы.

Сердце бешено заколотилось, и Дрю напряглась. Его слова и прикосновения вызывали в ней бурю эмоций. Да спасут ее фурии, у нее и раньше были возлюбленные, но ни один из них не был таким, как он. Словно сами боги создали его для нее, и только для нее, а ее – для него. Он так идеально подходил ей, и только Талемир пробуждал в ней самые сокровенные желания, доводя ее до предела…

– Тал…

Он входил в нее, ускоряя темп, опустошая ее, вытягивая из ее тела все порочные ощущения, зажигая ее так сильно, что мир вокруг исчезал. Дрю отдалась наслаждению, которое он вызывал у нее каждым толчком, каждым движением большого пальца. Дрю не могла дышать достаточно быстро, не могла набрать достаточно воздуха, чтобы справиться с тем, что происходило у нее внутри.

У нее вырвалось сдавленное рыдание.

– Талемир.

Ее тело, расплавленное и дрожащее, приближалось к кульминации, погружаясь в сладкое забытье. Она притягивала его ближе, жаждая его глубже, ее стенки сжимались вокруг него в страстном порыве.

– Черт возьми, Дрю…

Секундой позже Талемир кончил, погружаясь еще глубже, будучи совершенно раскованным и диким. Он всем телом прижался к ней, содрогаясь, и его стон эхом отдался в ней, когда он излился в нее. Дрю прильнула к нему, желая получить от него столько же удовольствия, сколько он получил от нее.

– Боги, – выдохнул он, прижимаясь к ней.

Дрю все еще не могла отдышаться, она ощущала отголоски оргазма, а член Талемира все еще был в ней.

– Это было…

– Как ничто другое, – закончил за нее Талемир, глядя на их скользкие от пота тела, на то место, где они все еще соприкасались. Он прижался лбом к ее лбу.

– Как же я повстречал тебя? – пробормотал он. – Как это случилось?

Он замолчал, на этот раз у него не хватило слов.

Дрю легко провела рукой по изгибу его плеч.

– Кажется, когда я пыталась убить тебя.

Талемир рассмеялся.

– Девушка, которая мне по сердцу.

– Что-то в этом роде, – прошептала она.

Усталость проведенной ночи накрыла ее, как тяжелое одеяло. Какие бы чувства ни были между ними, они усилились, превратились во что-то неузнаваемое, за гранью разумного.

Талемир осторожно вышел из нее, и теперь по бедрам Дрю стекали следы его удовольствия.

Ей было все равно. Вместо этого девушка наблюдала за его лицом, за жесткими линиями и волевым подбородком, на которых отражались самые разные эмоции, которые она не могла точно прочитать. Дрю обхватила его пальцами, как он только что сделал с ее, повернула его голову к себе и снова поцеловала.