Глава 2

Зоя

Стою за калиткой и жажду мести. Этот поганец сломал мне жизнь, а теперь хочет добить её окончательно⁈

— Колобок… — снова грозно рычит Волков.

— Папа, она Клубничка, — строго поправляет отца малышка. — И не ругайся, пожалуйста. Я сама пришла сюда. Услышала от дедушки, что тут растут те самые ягодки, что мы покупали. Помнишь, вчера у дороги?

Прятаться за забором и ругаться при ребёнке мне не позволяет воспитание. И вообще, это свинство чистой воды, так как Тая не виновата в наших с её отцом разборках.

Я открываю засов и выхожу обратно. Пусть только тронет меня… у меня где-то здесь в паре метров стоит большая совковая лопата.

— Фёдор Сергеевич, я вообще ни при чём. Ваша дочь, между прочим, забрела на частную собственность. Я нашла её на грядке с клубникой.

— Ага, — радостно подтверждает Тая. — Очень вкусные ягодки. А ещё можно? А это папка эти сам слопает.

И эти умоляющие глазки смотрят на меня, словно это именно я стою между ней и вселенской радостью. Все горести и страхи у неё уже позади.

— Если папа разрешит, Тая. И на клубнике нельзя верхом сидеть и лежать. Надо всегда оставаться на дорожке между кустиками. И ягоды можно кушать только ярко красные. Договорились?

Девочка послушно кивает.

— Папуля, можно мне ещё немного ягодок?

Волков стоит мрачный, сверля почему-то взглядом именно меня. А я-то тут при чём? Не я бегаю по чужим огородам и ломаю бизнес честных людей.

— Хорошо, Таисия, но немного.

Маленькая шалунишка, взмахнув юбкой сарафана, несётся обратно на мои грядки. Я слежу за ней, но девочка теперь старается не топтать кустики.

— Поговорим? — вдруг сурово звучит рядом со мной, слишком близко. От неожиданности даже вздрагиваю.

Волков стоит в метре от меня, заслоняя собой половину солнца. В его руках миска с клубникой.

— Нам не о чём с вами разговаривать, но если будете и дальше орать, и хватать меня за руки, то я обращусь в полицию с заявлением о домогательстве и заодно напишу жалобу на разорение моей фермы.

Складываю руки под грудью и горделиво задираю подбородок. Сегодня я на своей территории, тут хозяин только я, так что генеральный… Утрись!

— Я не знал, что ты здесь живёшь. Но увидев тебя, сразу подумал, что из мести мне ты решила похитить мою дочь.

У меня глаза неприлично расширяются. И тут я даже не знаю: то ли смертельно обидеться за обвинение в мой адрес, где я, как минимум, похитительница детей или посочувствовать мужику, у которого в жизни явно не всё хорошо, раз он с лёгкостью такую версию выдумал.

— Фёдор Сергеевич, а не пойти бы вам? Вот насовсем! — цежу сквозь зубы и только хочу сделать шаг калитке, как он снова хватает мою руку.

— Зоя, да подожди! — недовольно бубнит Волков, не позволяя скинуть его цепкие пальцы с моего запястья.

— Руки убрали!

— Да уберу я. Только не уходи.

Гневно соплю, недовольная сама собой. Вот зачем ведусь? Ведь знаю, что внутри у него только камень. Волков руку убирает.

— Я слушаю.

Ну даже интересно каких ещё гадостей этот человек может мне наговорить…

— Зоя, я ошибся. Приношу свои извинения насчет обвинений в похищении моей дочери.

Внимательно смотрю на мужчину. Внешне он как и тогда прекрасен: мощный силуэт, подчеркнутый идеально сидящей рубашкой с аккуратно закатанными до локтей рукавами, обнажающими сильные предплечья, джинсы на сильных ногах, кроссовки. За эти годы, кажется, он стал выглядеть только лучше. Но вот с головой всё та же беда…

— А извинения за то, что испортили мне жизнь два года назад будут?

— Нет. Это просто бизнес. Тем более тогда пострадала не только ты, но и другие мелкие фирмы, что попали в замес.

Замес? Просто замес? Великий шеф-повар у меня тут в деревне объявился, едрена вошь!

— Тогда я принимаю ваши извинения и прощайте, Фёдор Сергеевич.

Волков ответить мне ничего не успевает, так как из переулка, громко треща на всю округу, выруливает мотик.

— Зойка, — кричит, едва затормозив, Курочкина, мой главный оптовый покупатель. — Тащи мне всё, что есть! За выходные твою убойную клубнику расхватали как пирожки на морозе.

У неё придорожный магазинчик, который вполне успешно окупает не только сам себя, но жизнь Стаси и её двух парней, шести и десяти лет. Видимо, именно там Волковы распробовали мою клубнику.

— Ой, а что у нас тут происходит? — и она внимательно оглядывает Волкова. — Что за мужчина! А я не знаю! — у Стаси тут же включается режим охотницы, который у меня задавлен на корню. Нельзя мне с мужчинами. — Зой, познакомишь? Или твой хахаль?

— Не мой! — даже вскрикиваю, пытаясь поскорее откреститься от таких вот знакомств.

Волков снова недобро на меня смотрит. Не нравлюсь я ему! А вот у нас это очень взаимно!

— Фёдор, — сам протягивает руку Курочкиной.

— Анастасия, но можно просто Стася, — и расплывается в обворожительной улыбке.

— А почему клубника у вас называется убойная? — неожиданно для нас обеих спрашивает генеральный.

— А так это в честь прозвища Зойки, — Стася, гадость такая, активно начинает делиться подробностями моей жизни. — У нее в юности прозвище было Убойная Зоя, а теперь Убойная клубничка.

Я вижу, как загорается интересом до этого раздраженный взгляд моего врага. Ну а то… компромат на меня собирает.

— Стася, Фёдору Сергеевичу это будет неинтересно. Тем более ты вроде торопилась, — с нажимом в голосе прерываю свою закупщицу.

Она изображает виноватый вид, но глаза смеются.

— Намёк поняла. Исчезаю. Костик уже на выдаче?

Киваю. Мой единственный помощник всегда готов, особенно в сезон.

Я в принципе тоже не собираюсь задерживаться, но пальцы Волкова снова на моём запястье.

— Это уже третий раз! — трясу рукой.

— Зоя, мне нужна няня!