ГЛАВА 26

Оставшиеся дни необходимой, как воздух, свободы стали для Айры едва ли не самыми важными за время пребывания в академии.

За эти дни она перечитала горы книг, запомнила десятки схем, изучила сотни заклятий, собрала кучу разрозненных сведений, которые могли бы пригодиться. Она не вылезала из сонного кресла сутками, чтобы успеть как можно больше. А прерывалась лишь для того, чтобы торопливо глотнуть воды из источника, сбросить на пол ненужные больше рукописи, подхватить новую стопку, принесенную преданным Марсо, наскоро перекусить украденными метаморфом продуктами из столовой; после чего ласково улыбалась встревоженному Керу и снова проваливалась в сон.

Призрак больше не заикался насчет невозможности ее затеи. Проникшись решимостью девушки, он тоже увлекся задачей, и теперь не проходило ни минуты, чтобы он не рылся в каких-то записях, не морщил задумчиво лоб, не летал рассеянным облачком под потолком и не бормотал под нос какие-то формулы.

Ему не нужен был сон, еда или питье, он не уставал, не требовал к себе особого отношения. Он мог сутки напролет проводить в тягостных размышлениях, а потом отчаянно спорить, когда Айра предлагала то или иное решение проблемы.

— Какое перевертничество?! — возмущенно грозил он кулаком, когда девушка решила, что нашла способ уменьшиться в размерах. — Какой Кер?! Думаешь, если ты смогла один раз перекинуться, то теперь станешь кем угодно?! Да ты и в волчицу-то едва превратилась! Чуть не умерла во время трансформации! Хочешь повторения?! Ты даже не представляешь, что будет, если ты попробуешь стать мышью!

— Мыши не подходят, — машинально отозвалась Айра. — В море мне мышью не выжить. Лучше уж выдрой — она проворна, гибка и умеет надолго задерживать дыхание.

— Ах, выдра?! А ну-ка, напомни мне основной закон трансгрессии!

— Скорость трансгрессии прямо пропорциональна объему вложенной в нее силы и обратно пропорциональна размеру выбранного элемента, — без запинки отчеканила девушка.

— Мышь потребует от тебя гораздо больших усилий, чем волк. Да и где ты возьмешь источник, который позволит тебе так сильно измениться?!

— Надеюсь, что ты подскажешь. Ты же умный. Много знаешь, много видел… неужели нет способа держать силу про запас?

— Нет таких артефактов, — буркнул призрак. — А если бы и были, то у тебя все равно ничего не получится.

— Почему?

— Потому, — совсем неприязненно проворчал Марсо, а затем выразительно покосился на Кера. — Как думаешь, почему он способен так быстро и так легко менять обличья? Почему для него не составляет труда прыгнуть из ласки в крыса, из крыса — в волка и обратно? Почему он даже пол способен поменять, когда ему это выгодно?

— Магия, — пожала плечами Айра. — Он существует за счет магии.

— Любой метаморф — это прежде всего живой источник. Он использует накопленную силу, как ты — мячик для игры на траве: перекинул, сколько требуется, из одной части тела к другой, отрастил себе когти, зубы или хвост, если не понравилась длина, но для него это естественно! Он таким родился, а ты, к сожалению, нет. И это означает, что как бы ты ни хотела, все равно не сумеешь так же легко менять облик, как Кер. Хотя бы потому, что не являешься источником и не имеешь достаточно сил, чтобы столь же быстро перекидываться. Более того: я тебе показывал — пройти защиту ты сможешь лишь одним способом, а именно: выйдя к поверхности колонны, создать портал в наивысшей точке пространства, где меньше всего напряженность защитного поля, а вынырнуть уже в самом низу. Под водой. Причем так, чтобы вплотную подойти к следующему слою. Знаешь, что это значит?!

— Что наверху мне придется лететь, — нахмурилась она.

— А потом нырять на глубину в несколько человеческих ростов. Уже там создавать портал через вторую колонну, после чего выныривать и снова лететь! Без этого ты не сумеешь преодолеть естественное возмущение магического фона между слоями защиты!

— Марсо…

— Даже Керу будет трудно исполнить этот смертельный трюк, — с нажимом продолжил призрак. — А ты этого при всем желании не сумеешь.

Айра прикусила губу.

— А если я научусь?

— Знаешь, какой случается выброс силы, когда ты уменьшаешься хотя бы до размеров волчицы? Думаешь, тебя просто так одолевает слабость? Или забыла, что при возврате в свое собственное тело снова требуется энергия? А энергию, между прочим, надо еще откуда-то взять! Это Керу просто — он создан для таких резких перепадов, а ты нет, милая.

— Подожди, — не пожелала сдаваться Айра. — Но ведь если бы у меня был с собой источник, если бы Кер меня научил и помог с обликом, то чисто теоретически возможно, что я смогу стать настолько маленькой?

Марсо недовольно засопел, но потом неохотно буркнул:

— Да. Но боль ударит по вашему разуму еще сильнее, чем при обращении в волка. Раздвоение сознания тоже может случиться. Именно поэтому даже перевертыши и эльфы редко используют больше двух личин. Причем размеры зверя, как правило, не меньше, чем у твоей волчицы. Это объективно. Разумно. Это позволяет не терять силы при переходе. В противном случае ты можешь ослабеть, попасть под удар молнии, утонуть. Но самым страшным твоим врагом станет боль — дикая, безумная… не очень долгая, правда, но ее вполне достаточно, чтобы ты потеряла сознание. А уже энергии ты потеряешь столько, что вряд ли сможешь вернуться обратно в человека… по крайней мере, в ближайшие несколько часов.

— Мне не надо обратно в человека, — тоскливо прошептала она. — Мне достаточно из выдры в сокола, а потом — обратно.

— Десять раз подряд?! — от негодования призрак взвился аж под самый потолок. — Да ты в своем уме?! Да тебе одного раза будет достаточно, чтобы рухнуть в море бездыханным трупом!

— Выдра отлично плавает и глубоко ныряет. Сокол умеет быстро набирать высоту и так же быстро падает вниз… это может сработать, — встрепенулась Айра. — У меня будут небольшие размеры, чтобы без опаски скользнуть в любую щель. Будет скорость, ловкость, хороший обзор на все стороны света. В таком виде я не потеряю способности творить порталы, сумею увернуться от охранных клубков и смогу остановиться, потому что инерция тела такой массы гораздо меньше, чем у…

У нее вдруг загорелись глаза.

— Марсо, дело только в источнике!

Призрак спикировал на вскинувшую голову девушку, так же резко остановился, глядя на нее в упор, и буквально ткнул в нее полупрозрачным пальцем.

— Нет. Дело в тебе. И в том, что ты не переживешь двойной трансформации. Тебя некому будет встряхнуть. Никто тебе не поможет. Не напомнит. Не поддержит и не вытащит на поверхность. Ты просто никогда этого не делала и не знаешь последствий!

— Я могу это сделать, — твердо посмотрела в ответ Айра. — Надо просто больше практиковаться. И я смогу делать это здесь или у себя в комнате, где никто не заметит колебаний потоков сил.

Он долгое время изучал ее с потрясенным видом и наконец выдохнул:

— Ты сумасшедшая!

— Я справлюсь, — решительно повторила она. — Мы начнем с волка и станем постепенно уменьшать размеры. Затем попробуем стать птицей. Потом полетим. Кер это уже делал. Он знает, как это нужно сделать мне. Я доверяю ему и готова попробовать, даже если это потребует целиком отдать ему лидерство. Это мой единственный шанс.

Марсо горестно прикрыл глаза.

— Ты уже все решила…

— Да, — кивнула девушка. — За месяц мне нужно освоить и изучить трансгрессию, теорию порталов, усилить исцеляющую сеть, потому что она нам понадобится. Ты позволишь воспользоваться своим Ключом?

— Да, — машинально отозвался он.

— Спасибо. Тогда сегодня же и начнем…

— Нет, подожди, — спохватился призрак, и Айра, уже направившаяся к бассейну, удивленно обернулась. — Раз ты решила и не намерена отступать, раз уж я тоже ввязался в это дело… хорошо. Только давай попробуем по-другому: сперва ты научишься становиться волком с той же скоростью, что и Кер, освоишься в новом теле, привыкнешь к трансгрессии, а потом мы будем пробовать с выдрой, или лаской, или даже рыбой. И если все будет хорошо, тогда перейдем к самому сложному — к птицам. А потом, если, конечно, ты все еще не откажешься от своей безумной идеи, коснемся двойной трансформации, предварительно расчертив все схемы и проговорив все формулы в теории.

— У меня мало времени, Марсо, — сухо напомнила она.

— Я знаю. Но с трансгрессией нельзя спешить. Может получиться, что ко дню инициации ты ослабнешь и не сумеешь сделать то, что задумала. Даже виарам приходится привыкать к боли не один год, а ты… Поверь, я сделаю все, что от меня зависит, чтобы у вас получилось. Но, пожалуйста, Айра, прояви немного терпения и осторожности. Я не хочу, чтобы ты умерла у меня на глазах.

Она заколебалась.

— Хорошо. Что ты предлагаешь?

— Я… — призрак неожиданно глубоко вдохнул, будто перед прыжком в холодную воду. — Я согласен, что твоя идея может сработать. И понимаю, что другого пути нет. Но я боюсь за тебя. За вас обоих. И, кажется, знаю, где найти для тебя источник.

* * *

На вторую трансформацию Айра решалась долго: чтобы произнести короткие слова активации, ей потребовалось все ее мужество и все мужество Кера, которому тоже было очень страшно.

Он боялся за нее. Страшился, что причинит ей боль. Но больше всего переживал, что при слиянии разумов ничем не сможет ей помочь, кроме того, что полностью отдаст свое тело.

Он не возьмет на себя ее боль. Не прикроет. Не защитит. И способен будет помочь только тем, что имеет сейчас.

Однако Айра все-таки решилась. И, предварительно усилив купол молчания до максимума, тихо прошептала:

— Саэ саэло суро…

Когда в углах комнаты перестало метаться эхо пронзительного крика, прекратился мерзкий хруст меняющихся костей и заглох неистовый вой обезумевшего от боли зверя, на ковре скорчилась крупная волчица, из глаз которой сочились крупные слезы.

«Получилось… — простонала про себя Айра, когда насмерть перепуганный Листик сдуру кинулся ее обнимать. — Листик… уйди… не до тебя сейчас. Кер, ты меня слышишь?»

Метаморф не ответил: в этом теле они действительно были одним целым. Но даже не услышав в ответ одобрительного урчания, Айра ощутила, как стало тепло внутри, словно ее обнял ласковый и преданный друг, доверявший ей безгранично.

Слегка придя в себя, волчица поднялась с пола и довольно уверенно обежала комнату. Недовольно рыкнула, когда отошедший от шока листовик принялся азартно ловить ее сразу всеми усиками, пытаясь чмокнуть в нос вытянутыми в трубочку лепестками.

Какое-то время потратила на то, чтобы угомонить расшалившийся цветок. Хотела вытащить воронку портала и показаться Марсо, но, поразмыслив, решила, что хвастаться пока нечем. И, собравшись с духом, разрешила себе измениться снова.

Наверное, Марсо пришел бы в ужас, глядя, как страшно корежит ее тело обратная трансформация. Быть может, раскричался бы, что она совсем себя не бережет, а то и отказался бы от опасной затеи. Поэтому Айра, рухнув на измятый ковер уже в человеческом облике, искренне порадовалась, что призрак этого не увидел.

Поднявшись на четвереньки, чтобы больше не удариться при падении, Айра тихо всхлипнула, крепко зажмурилась снова и, намертво сжав челюсти, процедила:

— Кер, еще раз…

* * *

На четвертый день ей пришлось-таки вернуться к занятиям. Вставать вместе со всеми поутру, неохотно плестись в бассейн, вяло отвечая на приветствия девочек. Так же неохотно умываться и тащиться в учебный класс, дерзко перехватив перед самым выходом еще немного воды из источника.

Айра рассудила, что если уж она и так нарушила все возможные правила, то еще одна дерзость никак не повлияет на степень грядущего наказания.

В том, что оно будет, она ни капли не сомневалась — не такой был человек Викран дер Соллен, чтобы забыть об оскорблении. И уж конечно, оставить без внимания тот факт, что она впервые и в такой непримиримой форме проявила неповиновение.

«Плевать, — думала Айра, краем уха слушая лекцию лера Огэ. — Убивать он меня не станет. Калечить тоже — это не в его интересах, потому что любое уродство бросится в глаза. Ему вполне хватит синяков и переломов, которыми можно причинить боль, но при этом и быстро вылечить. А это значит, что до инициации мне ничего не грозит. И у меня есть хоть какое-то преимущество…»

На уроках она была рассеянна, с одноклассниками невнимательна и немногословна. В столовую с ними, правда, сходила, однако даже за обедом ненавязчиво отстранялась и, вяло жуя какой-то пирожок, напряженно размышляла.

После занятий она так же молча вернулась в комнату и разделась, собираясь продолжить свои мучения. А потом ее взгляд остановился на горестно замершем Листике и дрогнул.

«А ведь он останется здесь один, — внезапно поняла Айра. — И Шипик, и Иголочка. При всем желании я не смогу их отсюда увезти».

Девушка нахмурилась, осознав, что в ее отсутствие игольники могут стать не только голодными, но и агрессивными, после чего вернулась на постель и, прежде чем приступить к трансгрессии, надолго задумалась.

Решение пришло на следующее утро, когда на горизонте замаячил урок по Зельеварению. При виде мадам дер Ваги Айра ошеломленно замерла, а затем внезапно посветлела лицом и, дождавшись нужного момента, выпалила:

— Леди Матисса, как вы смотрите на то, чтобы игольники теперь росли на нашей территории?

Травница сперва озадачилась, потом насупилась, вспомнив о том, что ее драгоценные и просто уникальные подопечные не так давно пострадали от непонятной болезни. Конечно, они уже оправились и снова зазеленели, однако до прежней, внушающей уважение мощи им было пока далеко. И мадам Матисса всерьез подумывала попросить у лера Альвариса разрешение ускорить их рост с помощью какого-нибудь заклинания.

— Как ты собираешься это сделать? — наконец спросила она, с сомнением глядя на взволнованную ученицу.

Айра торопливо объяснила.

— Ты думаешь, сработает? — удивилась преподавательница.

— Да. Если, конечно, вы найдете мне помощника…

Надо было видеть лучезарную улыбку Бриера, когда грозная травница в самый последний момент выдернула его с зачета по демонологии.

— Айра, ты спасла мне жизнь, — с чувством произнес Бриер, порывисто обняв девушку. — Честное слово, я уже думал, что не вырвусь — Арвиер бы меня живым оттуда не выпустил.

— Тебе все равно придется сдавать этот зачет, — напомнила она, но юноша только отмахнулся.

— Главное, что сегодня не сцапали, а там как-нибудь выкручусь.

— Ну-ну. Ты готов немного поработать садовником?

— Всегда готов, — бодро отрапортовал Бриер, следом за Айрой двигаясь к оранжерее. — Хоть каждый день с утра до ночи, если ты и дальше избавишь меня от зачетов.

— Ну уж нет, — фыркнула она. — Это только сегодня и потому, что нам нужна грубая мужская сила, а из всех парней в академии Шипик и Иголочка хорошо относятся только к тебе.

Он лукаво прищурился.

— Кхм… только они?

Айра отвела взгляд, сделав вид, что не расслышала, но у Бриера сегодня было слишком хорошее настроение, чтобы обижаться. Так что он если и огорчился, то виду не подал, а когда настала пора вплотную заняться смертоносным игольником, с показной веселостью воскликнул:

— Вот это жизнь! Сказал бы мне кто, что я буду корешки подкапывать, ни в жизнь бы не поверил. Шипик, ты готов к переезду?

Надо признать, с игольником пришлось туго — прижившись на одном месте, он очень неохотно отрывал себя от земли. В отличие от Листика, корни у Шипика были длинные, тяжелые, ветвистые. И несмотря на то что большая их часть еще не восстановилась, Айре пришлось потратить немало времени, чтобы уговорить недовольное растение вылезти наружу. А Бриер, перетаскивая через стену увесистые стебли, недовольно пропыхтел:

— Айра, чем ты его кормила? Весит, как… Шипик, убери иголки! Я имел в виду, что ты с прошлого раза снова вырос! И мне, между прочим, весьма нелегко тащить на себе твои листья! Особенно когда они прилипли к моем носу, закрыли глаза, а усы норовят залезть в… тьфу ты! Эй, прекрати немедленно! Хватит вредничать! Вот возьму сейчас и брошу!

— Только попробуй! — моментально всполошилась травница. — Его нельзя поранить! Он чуткий, нервный и очень ранимый!!

Запутавшийся в листьях Бриер только фыркнул, но послушно опустил тяжелые стебли на землю и устало вытер лоб.

— Знаешь, Айра, в следующий раз напомни, чтобы я надел что-нибудь попроще. А то каждый раз менять одежду после твоего зеленого друга… — он с сожалением указал на дыру в рукаве, — это слишком расточительно даже для академии. Иголочку тоже будем переносить?

— Да, конечно, — кивнула Айра и, присыпав корни пересаженного игольника, занялась вторым.

Спустя еще час, когда совместными усилиями удалось перенести к старшекурсникам Иголочку, Бриер упруго спрыгнул со стены и с удовлетворением оглядел осваивающиеся растения.

— Теперь хотя бы не надо каждый раз бегать через вьюнок, чтобы их покормить и подрезать.

— Ты прав, — придирчиво оценила его работу Айра. — Здесь за ними действительно легче присматривать.

— Не боишься, что кого-нибудь поранят?

— Нет. Они умные и просто так царапаться не будут.

— Листик у тебя тоже умный, — усмехнулся Бриер. — Однако это не мешает ему регулярно сбегать, портить кое-кому сапоги, нападать на невинных прохожих и прикидываться тухлым капустным листом на соседней помойке.

Айра настороженно обернулась.

— Ты что-то слышал?

— Да так, — Бриер неопределенно пожал плечами. — Ходят слухи… это правда, что лер Легран был в такой ярости, что едва не испортил нам газон?

— Не знаю, — еще больше насторожилась она. — Он мне не говорил.

— Правда, — сердито фыркнула травница. — Эти эльфы вечно пекутся о своем внешнем виде. Хорошо, что Викран распорядился просто изолировать листовик от остального парка, не то просто не знаю, как бы вырвала его из рук нашего остроухого.

Айра неожиданно нахмурилась.

— Лер Легран пытался его поранить?

— Можно и так сказать.

— Это он его усыпил?

— Нет, — хмыкнула мадам Матисса. — Он собирался ему навредить. Однако Викран ему не позволил и наложил усыпляющее заклятие прежде, чем эльф успел выговорить свое. Так что скажи мастеру спасибо за то, что вытащил твоего Листика. Не думала я, что он поможет, но, видимо, Викран ничего не имеет против того, чтобы Листик и дальше жил в оранжерее.

Айра озадаченно обернулась.

— Вы хотите сказать, что лер дер Соллен позаботился о моем Листике?! А лер Легран пытался его убить?!

— Просто погрузить в длительный стазис. Но поскольку мы не знаем, чем бы обернулось его заклятие, я была против. И Викран, кстати, тоже. Листик встревожился, когда ты не пришла, и отправился тебя искать. Нельзя же винить его за это? Поэтому мы его спеленали, усыпили и оставили в покое, чтобы он не вздумал пугать учеников.

— Тогда как он оказался в кабинете лера Леграна? — медленно проговорила Айра.

— Не знаю, — удивилась травница. — Может, хотел изучить твоего Листика поближе?

Девушка не ответила, потому что снова вспомнила предупреждение Марсо, и теперь напряженно гадала, сколько же правды было в словах эльфа, когда он приходил навещать ее в лечебном крыле. Сколько лукавства было в его глазах, когда он говорил, что ждет ее на уроке, и сколько тщательно укрываемого нетерпения было во взгляде, когда он так долго и пристально изучал ее спящей.

— Наверно, вы правы, леди, — деревянным голосом согласилась она с травницей. — Спасибо, что помогли с игольником.

— Да не за что, милая. Так, класс… кто хочет покормить нового питомца?

Айра отошла в сторонку, отстраненно наблюдая за тем, как одноклассники сперва робко, а потом все смелее и смелее начали отправлять в сторону Шипика небольшие комочки силы. Как игольник недоверчиво их изучает, затем осторожно пробует и наконец довольно расползается по стене, впитывая драгоценную магию.

Она так же отрешенно подметила оживившиеся лица адептов, увидела, как тихонько шушукаются за спиной мадам Матиссы девчонки, кидая на игольник озорные взгляды. Наконец с легким удивлением поняла, что, кажется, весь второй курс будет по ночам тайком подкармливать прожорливого Шипика, и неожиданно успокоилась касательно его дальнейшей судьбы.

Все. Теперь и этот вопрос можно считать решенным.