глава 10

Маша была в таком состоянии, когда вернулась к себе, что просто села за стол, прикусила кулак, и так и сидела, не чувствуя боли. Для нее сегодняшнее занятие стало чем-то вроде жизненного этапа.

Во-первых, да, ненавистный ректор какого-то там магического института был трижды прав. Это урок. И не простой урок, а из тех, что запоминаются на всю жизнь.

Во-вторых, она видела его магию. На что способен этот Зейраш Архан. И ей становилось страшно, если вдруг кто-то, владея этой магией, пойдет враждой на кланы Нагов. Вот так легко, одним только движением руки уничтожить их родовые мечи… Они же останутся безоружными.

И потому, если из всей семьи выбрали ее, чтобы она изучала черную магию, она расшибется в лепешку, но изучит. Выполнит свою миссию. А ее ущемленное самолюбие ничего не значит.

Но когда-нибудь потом она с этим Зейрашем Арханом поквитается обязательно.

Наконец, когда удалось уложить все это в сознании, она ушла в ванную и долго стояла под душем. Нет, она не плакала, просто слезы сами текли, не переставая. Это было так глупо, что ей становилось жаль себя. А еще она поклялась, что никогда его не простит. Даже когда отомстит и по стенке его размажет.

Потом Маша опомнилась. Ведь если завтра на утреннее занятие заявится этот тип… Не хватало еще, чтобы у нее были распухшие от слез глаза! Чтобы он не принял это на свой и не решил, что она из-за него переживала.

Пришлось делать компрессы и маску, хотя она терпеть не могла мазать свое лицо чем-нибудь. В конце концов, когда она забралась в постель, было уже поздно. И спать хотелось, и на себя злилась. И стоило ей улечься, так сразу стала сверлить голову паническая мысль.

Он же завтра припрется на ее утреннее занятие с дядей Захри. Будет торчать там, глазеть не нее, кривить физиономию и отпускать реплики.

Как она все это выдержит???

Она крепко зажмурилась и прикусила губу. СПАТЬ. Довольно этих мыслей.

***

Утро у Зейраша прошло в раздумьях. После вчерашнего разговора с бессмертным, высушившим ему последние мозги, он не был уверен, что пойдет на тренировку. Более того, он не хотел идти туда, чтобы не встречаться с девицей. Все потому что…

Сны! Будь оно все проклято. Теперь она пробралась в его сны. И то, что ему снилось, было слишком горячо, заставляло мужчину покрываться испариной и нервно сглатывать. Такие сны, если о них кто-то узнает, могут стоить ему головы.

Помог холодный душ. Когда возбуждение окончательно сошло на нет, он выбрался из-под ледяных струй и долго стоял перед зеркалом, глядя себе в глаза. Потом сказал своему отражению:

— Месяц.

Один месяц, и он будет свободен.

А щедрым приглашением изучить магию Нагов не стоит пренебрегать. Такой возможности может больше не быть. И потому он привел себя в порядок, влажные темные волосы не стал сушить, просто зачесал назад. Оделся удобно и неспешным шагом направился к залу, где должны были проводиться занятия.

Вышло так, что он пришел чуть раньше назначенного времени. На месте был брат главы клана Захри, а девицы еще не было. Зейраш поздоровался с мужчиной, и пока эту избалованную принцессу ждали, разговорился с ним.

***

Маша чуть не проспала. Да еще, подскочив и увидев в зеркале свою запухшую со сна физиономию, бросилась в ванную и минут десять умывалась попеременно то холодной, то горячей водой, пока все следы припухлости не сошли. Потом едва успела влезть в спортивный костюм и навертеть из волос гульку и бегом помчалась на тренировку.

Когда она добежала на место, там уже был этот Зейраш Архан. Они о чем-то беседовали с дядей Захри. Хорошо, что ее не видели, Маша успела затормозить и последние пору десятков метров по коридору прошла шагом. И тут наконец дядя Захри ее заметил и поздоровался:

— Здравссствуй, красавица.

Она видела краем глаза, как господина ректора буквально перекосило, и он отвел в сторону взгляд. Пусть, подумала она. Плевать. Кивнула ему:

— Здравствуйте.

И прошла в открывшуюся дверь зала. Занятие началось.

Ей очень трудно было отрешиться от того, что этот тип на нее смотрит. Ощущение — как будто ободрала кожу, и рана присыпана солью. Но, кажется, дядя Захри понял ее состояние и не слишком гонял, а потом вообще затеял разговор с этим Зейрашем Арханом. Дальше это переросло весьма интересный для обоих научный спор, а Маше вообще предложили немного отдохнуть и посидеть в сторонке.

Это было и хорошо, и плохо.

Хорошо, потому что презрительные темные глаза господина ректора больше не прожигали ее. А плохо, потому что только сейчас, слушая их, Маша поняла, насколько глупенькой девчонкой казалась этому Зейрашу Архану, когда пыталась блеснуть знаниями.

Они с дядей Захри говорили о таких вещах, о которых ей даже не приходилось слышать! А то, чему ее учили… это просто какая-то усеченная версия для домохозяек. Она глубоко дышала, пытаясь подавить обиду. И понимала, что не имеет права на эту обиду. Ведь все оберегали ее с самого детства, готовы были отдать за нее жизнь.

Все так. Но все равно было больно в груди.

Особенно больно стало, когда дядя Захри и этот… устроили поединок на мечах. И либо дядя знал, как блокировать воздействие черной магии, либо господин Зейраш Архан просто вел себя с Захри Умрановым иначе. Потому что фехтовали они по-настоящему.

А Маша смотрела, и ей хотелось плакать.

Потом эти двое опять заговорили о чем-то, что было выше ее понимания. А она сидела на скамейке у стены и ощущала себя лишней. А когда осталось минут десять до окончания занятия, поднялась и проговорила:

— Дядя Захри, я пойду? Мне сегодня надо раньше на пары.

— Да, конешшшно, — отпустил ее дядя. — Удачного дня тебе, девочка.

— Спасибо, — кивнула ему Маша и повернулась к своему преподавателю. — Всего доброго, господин Архан. До вечера.

Выдавила ему подобие улыбки и ушла.

***

До этого момента Зейраш хорошо держался. Он даже на какое время сумел отрешиться от выматывающего состояния. А Захри Умранов оказался на редкость интересным собеседником и большим знатоком разных направлений магии. Время за общением с ним пролетело незаметно.

Да, он постоянно ощущал присутствие девушки на периферии, но оно было каким-то ненавязчивым и… уютным. Все рухнуло сразу как только она ушла.

Это было как удар под ребра. Он даже не смог остаться, внезапно потерял интерес. Попрощался и ушел к себе. Помылся, позавтракал. Тянущее чувство только еще больше разрослось в душе. А впереди был целый день, и надо было чем-то занять себя.

Зейраш вспомнил про то, что ему предлагали посмотреть дворцовый сад. В его теперешним состоянии самое то. Но, проходя по коридору, уловил голоса. Говорили о нем. Он решил задержаться и послушать.

Занял место поближе к проему, распластался по стене и еще, на всякий случай, вдруг кто-то некстати сунется в коридор, создал вокруг себя контур невидимости. И затих.

Говорили женщины. Кажется, один из голосов принадлежал супруге ДалгетХана Умранова, хозяйке дома. Двух других он не узнал, но что-то знакомое в энергетике было, Зейраш особого значения не придал, сейчас другое было важно.

Но вот его имя прозвучало снова. И шепот, совсем тихий.

Черт! Он ни слова не разобрал.

Приготовился слушать дальше, однако больше они о нем не говорили. Разговор теперь шел о Маше. Точнее, о Машином замужестве.

Чееее-е-ерт… Как его почему-то накрыло.

Он ведь знал, что девушка просватана. Но как-то не думал об этом, все время на второй план эта мысль отходила. А сейчас его прямо выкрутило. Мужчина поморщился и вжал кулак в стену.

— Ох. Лерка-а-а… — звучал женский шепот. — И как же у них все сложится, она же его терпеть не может?

— Я не знаю, — ответила хозяйка дома. — Не знаю!

— Подождите, — еще один голос звучал более рассудительно. — Еще ничего неизвестно.

— Да что неизвестно?! Уже и дата назначена.

— Даже так?

Зейраш еле сдерживал себя. Ему надо было заткнуть уши, чтобы ничего этого не слышать, развернуться и немедленно уйти. Но он не мог уйти, не дослушав. Это было важно! Как будто от этого зависела его жизнь.

— Слушай, а может… — начала первая.

И тут случилось непредвиденное. Зазвонил его гаджет. Зейраша ледяной ужас прошиб, его же сейчас застукают за подслушиванием! Какой это будет эпический позор… У него волосы встали дыбом. Что делать?! Наверняка его уже услышали, потому что разговор сразу прекратился.

Значит, нет смысла скрывать свое присутствие.

Он просто телепортировался в конец коридора, и оттуда уже неспешным шагом пошел вперед, вытаскивая на ходу гаджет. И вовремя, потому что из проема показалась хозяйка дома, Валерия Умранова. Зейраш поздоровался на ходу, отошел еще на несколько шагов и наконец принял вызов.

— Слушаю, ректор Архан.

— Ты что-то совсем не спешишь, ректор! — раздался в трубке недовольный голос Гаруда Амара.

— Нет, — проговорил он сухо. — У меня просто не было возможности ответить, Гаруд Кашьялович.

— И чем ты там был занят? — с издевкой спросил бессмертный. — Насколько мне известно, у тебя занятие всего час в день, и то, вечером.

И тут Зейраш разозлился.

— А это не ваше дело, Гаруд Кашьялович! У меня могут быть свои занятия!

— Да? — смешок в трубке разозлил его окончательно.

— Вы скажите лучше, как вы допускаете, чтобы девушку насильно выдавали замуж?! Если она так важна для вас, как вы утверждаете?! Ей же всего восемнадцать! — выпалил Зейраш раньше, чем понял.

В трубке повисла звенящая пауза. А Зейраш наконец сообразил, что ляпнул, и теперь костерил себя, но что поделать, слова уже были сказаны.

— А вот это не твое дело, ректор, — проговорил Гаруд Амар.

Он отсюда почувствовал, как бессмертный прямо-таки лучится от удовольствия.

— Твое дело обучать. Вот и обучай. И помни о том, что я тебе сказал.

— Я помню! — рыкнул Зейраш.

— Да? Вот и отлично. А теперь докладывай.

***

После очередного разговора с бессмертным Зейраш был зол как сто чертей и чувствовал себя использованным. Потому что — да! Ему неприятно было слышать, что девушка должна за кого-то там выйти замуж. Тем более, если этот кто-то ей неприятен. Это же насилие над личностью! Калечить ее молодую жизнь…

Его так и тянуло пойти и поговорить с ее отцом. Но это же Наги! У них все не так! Эти их незыблемые семейные устои! Традиции. Зейраш снова чувствовал, что его это бесит. Он не мог вмешаться. Не имел права.

Просватана.

Какой уж там сад. Теперь ему мог бы помочь только спарринг. Он нашел тех Нагов, его секьюрити, и хорошенько, с полной отдачей подрался. Просто кулаками. Зато к вечеру голова была в порядке.

Но не душа. Душа противилась тому, что он узнал. Ему пришлось прибегнуть к медитации, чтобы выбросить все это. Очиститься.

Теперь ощущалась тянущая пустота.

***

Обычно после утреннего занятия Маша ощущала прилив бодрости и хорошего настроения. Магия бурлила в ней, как шипучее игристое вино, а тренированные мышцы пели. Она чувствовала себя счастливой и цельной.

Сегодня…

Надо же было ему прийти и все настроение ей испортить.

Папа ничего не сказал, но смотрел так странно. И самое неприятное, что ее плохое настроение заметила мама. К счастью, она успела сбежать. Но окончательно ее добил Данияр, когда утром подвозил на пары.

— Эй? Ты чего? — спросил он. — Ну хочешь, мы в бараний рог согнем этого твоего Зейраша Архана?!

— Он не мой. НЕ МОЙ! — не выдержала она. — Поймите наконец и оставьте меня в покое!

Брат воззрился на нее, вскинув бровь. А Маша еле сдержалась, чтобы не закрыть лицо руками. Боже, какая она дура! Надо же было так все выболтать!

— Ну, и что ты на меня так смотришь? — повернулась она к брату.

А тот тут же поднял вверх ладони.

— Ничего. Не хочешь, чтобы мы его трогали, ладно.

Ей хотелось взвыть.

Она потом сидела на паре, полностью уйдя в себя. И вспоминала все до мелочей. Все свои промахи. Его вспоминала, этого противного… ректора. Он вставал перед глазами то в элегантном черном костюме, то в свободной одежде. Одежда ничего не меняла, он всегда умудрялся выглядеть значительным.

И этот его независимый вид и строгий взгляд… Он даже на фоне папы Далгета не терялся, а рядом с папой даже самые сильные Наги поджимают хвосты. Просто, он зацепил ее чем-то с первого взгляда. Наверное, потому она и встретила его в штыки. И потом цеплялась. За что и получила урок.

Так глупо!

Все потому что Гаруд Амар взял с нее обещание не говорить этому Зейрашу Архану, что она апсара. Ее заливало досадой, Маша чувствовала, что краснеет, но ничего не могла с собой поделать. Пара прошла мимо нее, препод что-то начитывал, она механически записывала и думала совсем о другом. А впереди предстоял еще один вечер, и Маша честно не представляла, как теперь вести себя?

Потом она собралась с мыслями.

Не надо ничего выдумывать. Есть у нее задание, данное вчера господином ректором? Вот и надо его выучить так, чтобы от зубов отскакивало. Вытащила незаметно листочек и всю следующую пару разбиралась в дебрях формул по черной магии. К концу занятий ее казалось, что пухнет голова, но она помнила все наизусть, и даже кое-что поняла.