Бонусная глава

Я не ждала письма. Не думала, что снова увижу Андриха когда-нибудь. Но и забыть не могла…

В то мгновение, когда очнулась в родном городе, не поверила своим глазам. Я вернулась – как и обещал мне Леан, в ту же самую минуту, в которую меня выдернули из моего мира. Леан…

Но ведь он же сказал, что эта магическая штука перенесёт меня обратно в подземелье, а вовсе не сюда!

Выходит, он обманул меня? И не только меня… Он предал профессора Андриха!

Эта мысль так ошеломила меня, что я не сразу смогла сориентироваться. Перед глазами всё расплывалось, и я не сразу поняла, что от слёз. Испуганное лицо соседки то пряталось за пеленой, то появлялось снова, но её слова до меня не долетали. Хорошо ещё, что услышала, что она собралась вызывать скорую помощь, и заставила себя заговорить с ней. Неловко поднялась, дрожа от холода, ведь очутилась здесь не в одежде по сезону, а в том же тонком несовременном платье, да ещё и босиком.

– Не нужно скорую! – попросила я. – Всё в порядке. Я… я просто… поспорила, да. Что выйду из дома в таком виде. А потом поскользнулась и…

Лицо соседки приняло такое выражение, будто она никак не могла решить, какого специалиста для меня вызывать – психиатра или нарколога. Наверное, так же я смотрела на Северина Андриха и Леана. Первое время…

– Я пойду домой, – сказала я твёрдо. – Простите. Спасибо, что не прошли мимо.

Пока она не начала расспрашивать меня снова, я заковыляла домой. Мне повезло дважды. Я не наступила ни на какой острый предмет, а Егорка полностью погрузился в компьютерную игру-стрелялку и даже не заметил моего возвращения. Из его наушников доносились громкие звуки, на экране метались фигурки. Я некоторое время постояла за его спиной, борясь с желанием дотронуться до забавно торчащего хохолка на макушке брата и понимая, что соскучилась по нему, да и по родителям тоже.

Но отвлекать не стала. Ни к чему, чтобы ещё он начал задавать вопросы. Проследовала в свою комнату, взяла из шкафа чистую одежду и пошла в душ. Стоя под горячими колкими струями, которые согревали тело, но не душу, вспомнила, что вернулась в свой день рождения. И решила, что приход гостей нужно отменить.

Всё вокруг было привычным и знакомым. Шоколадно-мятный аромат геля для душа, гладкий кафель, душевая занавеска с рыбками. Всё оставалось прежним.

Но изменилась я сама.

Как будто квартиру покинула одна Олеся, а вернулась другая. И эта другая успела не только немного поучиться магии и походить в длинных платьях, а ещё полюбила. Полюбила, никак не ожидая, что такое может произойти со мной… с нами.

Я вдруг с пугающей ясностью осознала, что проклятье с профессора так и не снято, и мне снова стало холодно. Изо всех сил стиснула зубы, чтобы не заплакать, и всё равно не смогла сдержаться. Слёзы потекли градом, смешиваясь с водой, оставляя солёный привкус на губах.

На то, чтобы успокоиться, понадобилось немало времени. Егору я сказала, что плохо себя чувствую, даже почти не соврав. Меня знобило, несмотря на горячий душ, от слёз разболелась голова. Я написала всем приглашённым сообщения, в которых извинилась и оповестила, что всё отменяется. А затем, прикрыв дверь в свою комнату, рухнула на кровать.

Сон не шёл, а тревожных мыслей меньше не становилось. Как там Северин? Почему ученик так с ним поступил? Ведь профессор на него полагался! Теперь я понимала, что, как все увлечённые и в чём-то гениальные люди, Андрих немного не от мира сего – вернее, того. Ассистент сумел завоевать его доверие, а затем растоптал его. Не подумав ни о чьих, включая мои собственные, чувствах.

Меня душила обида – не только за себя. Хуже всего оказалось то, что я ощущала себя совершенно бессильной что-либо изменить. Ведь вернуться по своему желанию и, так сказать, завершить миссию по снятию проклятия, я не могла.

Вспоминался наш танец на берегу, поцелуй. Всё между нами было таким хрупким. Всё только начиналось.

Или, скорее, закончилось, не успев начаться.

Мне не хотелось вставать с постели, не хотелось ничего делать, даже есть или пить. Вечером пришли родители. Мама тут же забеспокоилась, решив, что я сильно заболела, заставила измерить температуру, принесла чай и малиновое варенье, которое держала для таких случаев. Я не могла сказать ей, что скучала, ведь для неё мы не виделись всего лишь несколько часов. Но всё же обняла её, благодаря за заботу.

– Ну ты чего? – удивлённо проговорила она, когда я уткнулась носом ей в плечо. Такие нежности у нас не были приняты, всё-таки я уже большая девочка. – Расстроилась, что не получилось отметить твой праздник?

Я ничего не ответила.

Постепенно жизнь возвращалась в привычное русло. Будильник, завтрак, университет. Встретив в коридоре Олега, я ничего не почувствовала. А вот он внезапно мне улыбнулся. Неужели обратил на меня внимание, когда оно стало уже ни к чему?

Подруги заметили, что я изменилась, потеряла к нему интерес, стала задумчивой, но, само собой, я никому ничего не рассказывала. Ещё не хватало, чтобы меня посчитали сумасшедшей. Ну, или просто фантазёркой, которая выдаёт желаемое за действительное.

Едва ли не каждую свободную минуту я задумывалась над тем, есть ли способ вернуться. Туда, к профессору Андриху. Даже фэнтези начала читать, чем всех удивила, но написанное в книгах не могло помочь в моей ситуации.

А ещё я пыталась что-то сделать самостоятельно, но магия мне здесь совершенно не давалась. Впрочем, я ведь и выучить успела немногое. Однако ведь… не приснилось же мне всё?

Не приснилось. О том напоминало платье, которое я спрятала в дальний угол шкафа. Напоминал подозрительный взгляд соседки каждый раз, когда мы случайно с ней пересекались.

А воспоминания были слишком яркими, чтобы оказаться всего лишь сном.

Шло время. Сменялись времена года. А затем пришло письмо.

Я обнаружила его в почтовом ящике. Просто конверт с моим именем. Без штампов и марок.

Внутри лежал листок бумаги. Читая и перечитывая его снова и снова, я не верила своим глазам. Плакала и смеялась.

Не сразу поняла, перед каким сложным выбором меня поставили.

С одной стороны – родной мир, где всё привычно и знакомо. Улицы, дома, люди. Родители, младший брат, универ, подруги. С другой – мир чужой. Практически неизвестный. Магия, другие расы… Найдётся ли мне среди них место?

Но там остался тот, кто мне дорог. Тот, кому нужна моя помощь. Он не требовал, не настаивал – решение оставалось за мной. Но я знала, чувствовала, что ему плохо без меня. Одиноко.

А ведь для него прошло гораздо больше времени, чем для меня! Даже страшно представить… И теперь ему приходится прятать от всех лицо под маской. А ещё – он любит меня. Он ждал меня всё это время.

Сердце сдавила острая жалость, а глаза снова защипало от слёз. Обуреваемая эмоциями, я не могла рассуждать логически. Знала лишь одно – что не прощу себе, если не сделаю ещё одну попытку помочь ему снять проклятие.

«Я вернусь, – решила я через некоторое время. – Вернусь так же, как в сказке красавица вернулась к своему чудовищу. А там мы уже вместе разберёмся, как нам быть дальше».

Под вопросом оставалось, что сказать семье. Но тут мне повезло – они как раз собирались ехать на отдых. Вместе с братом.

К тому же, если меня снова вернут обратно в тот же самый момент, родственники, как и тогда, ничего не узнают о моём отсутствии и не станут волноваться.

Провожая родителей и Егорку в аэропорт, я улыбалась. На душе после принятого решения стало на удивление легко. Даже плохая погода не портила настроения, и братец посмеивался надо мной, считая, будто я радуюсь, потому что планирую в их отсутствие организовать в квартире шумную вечеринку или романтическое свидание.

Знал бы он, что я намеревалась сделать на самом деле!

В назначенный срок выходя из дома, я взглянула на себя в зеркало, гадая, понравлюсь ли ему сейчас. Впрочем, за прошедший год моя внешность почти не изменилась. Только волосы отросли, и, последовав совету приятельницы, я слегка изменила их оттенок. Выглядеть начала немного старше, но в транспорте по-прежнему нередко принимали за школьницу. А в остальном – всё та же я.

Сложив во вместительный рюкзак немного одежды, лёгкую обувь и другие необходимые вещи, я села в трамвай. За окнами проносились знакомые городские пейзажи. Когда я снова увижу их?..

Для перемещения я решила выбрать сквер, в котором в это время дня обычно мало гуляющих. Подошла к высокому кованому забору, который в летние сезоны обвивала очень красивая вьющаяся живая изгородь. Сделав глубокий вдох, я закрыла глаза и подумала о нём. Снова оживила в памяти картины из того недолгого времени, которое мы провели вместе. Книгохранилище с его драгоценной коллекцией, к которой я даже немного ревновала, лаборатория, где профессор Андрих обучал меня алхимии, столовая. Прогулка в парке возле академии. Танец и поцелуй на берегу моря.

На сей раз всё произошло не так быстро – ощутив, как меняется пространство, я зажмурилась ещё сильнее. Когда открыла глаза, то увидела, как постепенно тает, размывается, выцветает окружающее меня пространство, сменяясь другим. Тоже, как выяснилось, знакомым.

Снова парк. Сквозь окутывающий всё туман проступали башенки академии. Я уже бывала здесь раньше!

Завидев высокую фигуру, я на миг замерла. Сердце стучало, как сумасшедшее. Шаг, ещё один. Чувствовала себя вовсе не сказочной красавицей. Скорее уж ёжиком в тумане.

Я подошла ближе и остановилась, дёргая лямки рюкзака и сбрасывая его на землю. Губы дрожали, и я боялась, что снова не смогу удержаться от слёз. Теперь я видела маску, которая закрывала лицо профессора, и в ней он казался каким-то другим.

И всё же это он – Северин Андрих.

Тот, к кому я вернулась.

С моих губ сорвались слова:

– Профессор Андрих… Северин… Я… тоже скучала.

Сказанное будто сорвало плотину. Он приблизился ко мне, притянул себе, обнимая. Прижавшись щекой к гладкой ткани его красной мантии, я счастливо зажмурилась, слушая сбивчивый шёпот о том, как он ждал меня и что для него прошла почти целая вечность.

Вот только для снятия проклятия – я хорошо помнила – одних поцелуев недостаточно. Эта мысль заставила смутиться, к щекам прилила кровь, и страх перед будущим смешался с возбуждением. Я ведь знала, на что соглашаюсь, когда переместилась сюда.

– Пойдём, – подхватывая мой рюкзак, проговорил Андрих. В его голосе чувствовалась улыбка. – Я покажу тебе академию.

Внутри замок с башенками оказался не так красив, как снаружи, но я всё равно пришла в восторг от лабиринтов коридоров и переплетений лестниц, высоких потолков и витражей. За то время, которое понадобилось для синхронизации с моим миром, здесь тоже многое изменилось. В академии Эрмеслан теперь учились девушки, и выглядели они почти так же, как мои однокурсницы. Впрочем, если не присматриваться. Встречавшиеся нам по пути студенты поглядывали на меня с любопытством, а с моим спутником вежливо здоровались, некоторые даже церемонные поклоны отвешивали.

– Ты хотела бы здесь учиться? – спросил он у меня, и я ответила согласием, даже не задумавшись.

– Профессор Андрих! – нас остановила девушка с тёмными волосами – такими длинными, что я удивилась, как она может так высоко держать голову, и её не оттягивают назад уложенные в причёску густые пряди.

– Теа! – кивнул ей Северин. Должно быть, так её звали. – Доверяю тебе поручение. Сопроводи, пожалуйста, эту девушку в общежитие. Там ведь есть свободные места?

– Да, – удивлённо отозвалась она. – Но… Я не знала, что у нас новенькие.

– Теперь знаешь. Объясни, как живут студенты. Я к ректору.

Оставив меня стоять с приоткрытым от изумления ртом, он отдал мне рюкзак с моими вещами и зашагал дальше. Я-то думала, профессор без задней мысли поинтересовался, хочется ли мне учиться здесь, абстрактно, так сказать. Но, видимо, следовало бы привыкнуть к мысли, что моё чудовище ничего не делает просто так.

– Хммм… – длинноволосая девушка взглянула с каким-то почти научным интересом. – Неожиданно. Меня зовут Теа Собрен, а тебя?

– Олеся, – представилась я.

– Ты тоже из другого мира? Без магии. Так?

– Что? Откуда знаешь? Разве и ты…

– Нет, – усмехнулась она. – Просто есть тут такие. Сначала тоже всё делали круглые глаза, затем попривыкли.

– Вот как… – откликнулась я. Известие о том, что я тут не одна с планеты Земля меня порадовала. Или они из другого мира без магии?..

Кажется, я всё-таки недостаточно читала фэнтези!

Дальше всё завертелось так, что я едва успевала ресницами хлопать. Теа показала мне общежитие. В разделённой на два уровня комнате, рассчитанной на двоих – очень уютной, кстати – уже жила девушка по имени Иллика Рил, круглощёкая блондинка, которая меланхолично кивнула мне на свободную кровать на нижнем уровне. А затем Теа Собрен принялась посвящать меня в реалии жизни и учёбы в академии Эрмеслан. Разумеется, не все объяснения задержались в моей голове сразу, и собеседница, поняв мою растерянность, повела меня знакомиться с Яной и Всеволодом, которые прибыли сюда из моего мира.

Всё казалось новым, необычным и напоминало сказочный сон, который всё никак не заканчивался. Позже я встретилась с ректором академии, высоким привлекательным брюнетом, который отчего-то показался мне пугающим. Хорошо, что беседа с ним много времени не заняла. На мой вопрос о том, как быть с моими близкими, которых мне не хотелось огорчать, он ответил, что всё решаемо. Как и родители Яны, они будут думать, что я учусь в другой стране, и получать от меня письма по старинке, а я смогу задержаться здесь, чтобы развить свой достаточно редкий магический дар.

Яна и Всеволод мне понравились. Она оказалась симпатичной зеленоглазый шатенкой, а он походил на типичного ботаника в очках. Каким же было моё удивление, когда выяснилось, что этот парень встречается с Теа! Вот уж не представляла себе подобную пару. Зато смутная тень ревности к лучшей ученице профессора Андриха наконец-то исчезла.

С Северином мы остались наедине только ближе к концу шумного, наполненного событиями дня. Он показал мне свой кабинет, в котором стояли его книги. Некоторые из них я узнала сразу же и обрадовалась им, как старым знакомым.

– Ты уже решила, на какой факультет пойдёшь?

– Чернокнижное дело, конечно! – ответила я. Маска не позволяла разглядеть его мимику, однако мне показалось, что профессор улыбается. – Но… всё так неожиданно.

– Тебя это пугает?

– Пожалуй. А проклятие? Его ведь ещё не поздно снять? Я же здесь! И теперь мы можем…

– Я не хочу тебя торопить, – мягко отозвался он, подойдя ко мне и легко коснувшись ладонями моих плеч. – Мы очень давно не виделись. А для тебя сейчас всё тут в новинку.

Спорить с ним я не стала. Мне и самой было страшновато – как будто собиралась совершить рискованный прыжок в воду. Но я знала, что не одна, и это согревало меня изнутри, как чашка горячего какао в холодный день.

Я стала студенткой магической академии. Осваивала новые знания. Вспоминала, чему меня год назад учил Андрих. Поблажек мне он не делал, впрочем, как и своей наиболее способной студентке. Продолжал быть требовательным и строгим профессором, и лишь в моменты, когда мы оставались наедине и много говорили – о нашем прошлом, о времени в разлуке, о том, как я привыкаю к учёбе, – становился прежним.

Глядя на непроницаемую маску на его лице, я чувствовала, что с каждым днём люблю его всё сильнее, а он держал дистанцию, что начало вызывать во мне нетерпение. Может, у них тут не приняты отношения между преподавателями и студентками? Но неужели мы сможем быть вместе только тогда, когда я закончу обучение? Так нескоро! Эти мысли терзали меня с такой силой, что я даже потеряла сон и аппетит.

А затем не выдержала и сама пришла к нему.

Северин Андрих сидел в своём кабинете, занимаясь книжной коллекцией, и я почувствовала, что скоро снова начну его к ней ревновать.

– Олеся? – спросил он, когда я, постучав, вошла к нему. – Что-то случилось? У тебя с кем-то… конфликт?

– Нет, – я покачала головой и решительно шагнула к нему. – У вас… у тебя ведь бывают выходные дни, правда? Можешь выделить один для меня?

– Да, а что?

Я сделала глубокий вдох.

– Хочу вернуться к тому, на чём нас прервали. Море же никуда не делось, правда? Мы сможем… снова там оказаться?

Он ответил не сразу, и сердце моё успело тоскливо сжаться при мысли о том, что, возможно, он уже так привык быть проклятым, что не готов к тому, чтобы что-то изменить.

– Да, – услышала я, и за спиной у меня словно развернулись крылья. – Море на месте. И… я тоже этого хочу.

Время до выходного дня тянулось медленно, я чувствовала себя, как на иголках. Несколько раз перемерила весь свой скудный гардероб, решая, что надеть. Всё казалось скучным и повседневным, бельё тоже не выглядело таким, какое обычно выбирают… для особого случая.

Хорошо ещё, что осень здесь тёплая, не как в моём городе.

К назначенному вечернему часу я ждала профессора в парке в платье цвета кораллов с рукавами до локтей и широким подолом чуть ниже колен. Под платьем на мне был надет белый хлопковый комплект белья, на ногах балетки. Я даже соорудила подобие причёски, хотя обычно оставляла волосы просто распущенными.

Когда Северин привлёк меня к себе, чтобы мы могли перенестись в другое место, я крепко зажмурила глаза, но уже ничего не боялась.

И всё повторилось снова. Негромкий плеск волн, мягкий песок под босыми ногами – балетки я сбросила почти сразу, ужин и танец на берегу. Однако теперь каждое мгновение стало куда острее, и не осталось даже тени страха, что нам помешают. Из письма профессора мне было известно, что его – наших – врагов уже нет в живых. А мы есть, мы живы, мы любим, и, сколько бы времени ни оказалось нам отпущено судьбой, моя рука будет лежать в его руке.

Так же, как сейчас, когда танец ведёт нас за собой, увлекая в вечную тайну, и наши губы встречаются, его и моё дыхание смешиваются, голова кружится, и мне так сладко и так упоительно, как никогда ещё не было.

– Сними маску, – прошу я через некоторое время, когда мы перебираемся в уютное бунгало, куда доносится голос моря.

– А если ты испугаешься? – спрашивает он.

– Нет, – уверяю его я.

Всё так, как он и говорил. Переплетающиеся узоры, похожие на татуировки. Полностью красные глаза.

Совсем не ужасно.

Я провожу кончиками пальцев по диковинной вязи узоров, а затем, поддавшись порыву, целую их. Он вздрагивает от неожиданности. Я обнимаю его за плечи и снова целую – теперь в губы. Запускаю руки в светлые – эльфийские – волосы. Вспоминаю, что так и не узнала, как называется его раса.

Впрочем, не так уж и важно. Успею ещё узнать. Главное, что он – это он.

Сегодня Андрих без мантии, однако расстегнуть крючки на его старомодном костюме не так уж просто. Он справляется с задачей сам. А затем его рука скользит по ряду крохотных пуговок на платье. Мой взгляд смущённо обращается на широкую кровать, накрытую светлым покрывалом. Оно оказывается мягким и нежно ласкает кожу, когда меня опускают на постель.

Но его прикосновения – ещё нежнее. А то условие, которое необходимо для снятия проклятия, из необходимости превращается в удовольствие. В счастье, которое можно разделить лишь с тем, кого любишь так же сильно, как он тебя.

Взаимная любовь, подтверждённая не только телесной, но и душевной близостью. В нашем случае душевная близость случилась раньше. И я об этом ничуть не жалела. Как и о собственной неопытности в близости телесной, вернее о наличии лишь теоретических знаний в данной области.

Ведь всему можно научиться. Даже магии – когда имеется дар. А если есть дар любить?..

Чувствовать каждое неспешное касание, отзываться на его ласки и растворяться в разделённых на двоих ощущениях. Ощущать его желание и не смущаться того, что на мне простое бельё, а не соблазняющее кружево. Не закрывать глаза, не бояться видеть, как он изменился за то время, что мы не виделись.

Мне уже рассказали, что в его мире сказка о красавице и чудовище заканчивается иначе, но я всегда верила в хэппи-энды.

Он – единственный, кто мне нужен.

А лёгкую боль можно и перетерпеть. Недолго. Схлынув, как морская волна, она вскоре исчезает, и я слышу горячий шёпот, успокаивающий и возбуждающий одновременно.

А после расслабленно засыпаю на его плече.

Просыпаюсь, когда уже светло. Воздух в бунгало пахнет свежим ветром и морской солью. Поворачиваю голову и вижу мирно спящего профессора. На его лице больше нет узоров. Ни одного.

И нужды в маске тоже нет.

Северин открывает глаза и притягивает меня к себе. Я касаюсь его руки. Кажется, он и сам уже догадался, что проклятие снято, но я шепчу ему подтверждение.

Я учусь в магической академии и вижу много необычного каждый день. Одни творения чернокнижников чего стоят! Или то, что делают студенты Иллюзиона. Это поражает воображение, а они только снисходительно улыбаются. Теперь у меня нет сомнений в том, что волшебство существует.

А самое главное и самое удивительное чудо во всех мирах – любовь.