Глава 23

— Полтора шага до чёрного входа, — шепнул он ей на ухо. — Рискнём?

Никто не увидит её. Никто. Никто.

Кира решилась.

— Да, — шепнула она.

Хлопнула дверца машины, и её ступни коснулись шершавого асфальта. А потом, когда она переступила через низкий порог — мягкого ковра.

За её спиной затворилась дверь. Очень тяжелая, судя по сдавленному гулу.

Профессор сжал локтем её руку.

— Здесь недалеко, — негромко сказал он. — В закрытое хранилище ведёт самая обычная дверь — только для того, чтобы её распечатать, нужны шесть разных магических формул и клятва на крови на руне Целар от самого хозяина.

— А у вас есть формулы? — прошептала Кира. — То есть мессир Ильмер вам доверяет?

— Конечно.

— Но почему?

Смешок.

— Хороший вопрос. Хотите спросить его сами?

Кира невольно прикрыла грудь свободной рукой.

— Вот-вот. — Профессор высвободил руку. — Ждите здесь.

Его негромкий властный голос произносил формулы одну за другой. Кира почувствовала близкий жар, потом холод. Потом раздался негромкий треск, и профессор, снова взяв её руку, повлёк её вперёд.

Снова треск за её спиной — и с её глаз слетела повязка.

Они находились в полутёмном зале, где каждая стеклянная витрина была ярко подсвечена электрическим светом. Стекло было чудовищно тонким: даже она, если бы захотела, смогла бы ударить по нему кулаком и забрать…

Глаза Киры расширились. Она не была равнодушна к драгоценностям. Лунные камни, изящное серебро, совсем скромные бриллианты — в дни редких вылазок в город она любила их разглядывать, хотя у неё не было ни денег, ни повода, чтобы их носить. Но здесь…

Рубины размером с голубиное яйцо, выточенные в форме изящнейших головок тюльпанов невозможного винного цвета. Сахарная пудра бриллиантов, наброшенная поверх брызг бриллиантов покрупнее, обрамляющих алмаз величиной с ноготь. Длинные тонкие изумрудные подвески изумительной красоты, отличить которые от бижутерии мог бы даже полный профан. Тончайшая платиновая спираль, готовая обхватить палец, и один-единственный чёрный бриллиант великолепной огранки, который украсил бы любую руку. Потемневшая янтарная слеза невообразимой древности.

И бриллианты… бриллианты… бриллианты. Сапфиры потрясающей чистоты, жемчужная тиара посреди витрины, ещё одна, невозможно лёгкая и тонкая, искрящаяся бриллиантами, как водопады на солнце — и снова бриллианты.

И все, или почти все — светились магией.

Артефакты.

— Одноразовые заклинания, защитные или боевые, — негромко сказал профессор. — У Тёмного Лорда были любопытные артефакты… хотел бы я рассмотреть их поближе. Выбирайте.

— Выбрать — что?

— Всё, пожалуй, не получится, — задумчиво произнёс он, обнимая её за плечи. — Полагаюсь на ваш вкус. А я должен поговорить с хозяином. Ждите меня здесь.

Словно у неё был выбор.

Кира спешно задвинулась в угол, когда профессор исчез за раздвижной перегородкой. Здесь не было камер, запоздало заметила она. Не было охранников. Магические формулы и рунные клятвы защищали хозяина прочнее любых военных баз.

Но голоса за перегородкой она услышала ясно, как день.

— Милорд! Какая честь!

— Доброго дня, мессир.

Голос профессора казался незнакомым. Высокий, холодный и резкий, как удар металлом по заледеневшим пальцам.

— Чем могу помочь вам сегодня, милорд?

Милорд?

— Женские украшения, — безразлично произнёс профессор. — Снова. Вы понимаете. Мне нужна полная приватность в малом зале.

— Разумеется. Вам нужна… приватность только в малом зале? Или вы предпочтёте привести свою спутницу сюда? В основном зале превосходные коллекции, и…

— Со мной нет спутницы, — прервал его ровный голос профессора.

— Простите, милорд. Разумеется, милорд. Не смею беспокоить вас двои… вас.

— Подождите, — остановил его профессор. — Мне нужно обручальное кольцо. Того, что я видел в малом зале, может оказаться недостаточно.

— Мои… поздравления, милорд?

— Оставьте, мессир. Помните, с кем вы разговариваете. Мне нужно кольцо, при виде которого будут думать, что оно — как минимум подарок лорда Крейна. И оно должно быть подобрано… со вкусом.

— У меня есть как раз такое, милорд. Признаться, вы угадали очень точно: я приберегал его для взора самой леди Крейн. Какая ирония, хе-хе… Убеждён, она предпочла бы, чтобы вы подарили его ей…

— Не будем обсуждать миледи, мессир.

— Не будем, милорд, — покорно согласился мессир Ильмер. — Прошу вас.

Короткая пауза.

— Подходит, — произнёс холодный голос. — Благодарю. Оплата будет произведена обычным способом. И всё, что будет выбрано в малом зале — тоже.

— Разумеется, милорд. Если бы я мог спросить, как вы провернули эти изумительные сделки, тогда, до того, как…

— Мессир, я здесь, чтобы выбрать драгоценности. — Голос профессора стал ледяным. — Не стоит компрометировать меня, и тем более не стоит испытывать моё терпение.

— Как угодно, милорд. — Голос ювелира дрогнул. — Простите мою бесцеремонность.

— Сделайте так, чтобы в ближайшие полчаса в малом зале никто не появлялся, и вы будете вознаграждены. — Тихий смех. — Кстати, у вас ещё остались мои любимые голубые нити? Признаться, я… совсем забыл о них.

— Буду рад помочь вам воскресить это воспоминание, милорд. Осмелюсь заметить, если бы Протекторы знали, кто ввёл их в обиход, их жёны благословляли бы вас каждую ночь.

— Увы, мессир, истинные гении остаются неузнанными. — Его тон чуть изменился, и Кира почти признала прежнего профессора. — Благодарю вас. Хорошего дня, мессир.

— Милорд.

Снова щёлкнула перегородка, и милорд профессор Деннет появился в малом зале. Чёрная перегородка закрылась за ним.

— Здесь никто ничего не слышит, — просто сказал профессор. — Мы, с другой стороны, прекрасно слышим всё происходящее в основном зале. Выбрали что-нибудь?

Кира медленно покачала головой.

— Я… нет. Наверное, я ещё не готова выбирать.

К её удивлению, он не огорчился и не рассердился.

— На вашем месте я вёл бы себя так же, — спокойно кивнул он. — Примерьте.

Она не смотрела на кольцо, пока он надевал ей его на безымянный палец. Это была фальшивка, шутка, маскировка, в конце концов. Кира должна была его надеть — но и только.

Кольцо село на её руку, как влитое. Кира успела подумать, что, должно быть, тут тоже была замешана магия, как перевела на него взгляд.

Усыпанный бриллиантами тонкий ободок подчёркивал блеск одного-единственного камня. Крупные, не менее трети карата каждый, бриллианты были хороши сами по себе, но в центре, острый и узкий, длиной почти в полтора её ногтя, искрился один-единственный бриллиант редкого прозрачного зелёного цвета.

Цвета её глаз. И он смотрелся на её тонкой руке…

Так, словно всегда был здесь.

— Чудесно, — прозвучал тихий голос профессора.

Кира покачала головой.

— Будь я Вероникой Крейн, я бы убила за этот камень. Похоже, она и убьёт.

— Ну, ну, мисс Риаз, не всё так печально. Помните, голой передо мной стоит не она, а вы.

Кира окинула его мрачным взглядом. Профессор не повёл и бровью.

— Почему он назвал вас милордом? — полюбопытствовала она.

— Потому что я делал у него заказы, и не раз. Думаете, бриллиант на вашей шее взялся из ниоткуда?

— Да, но он обращается к вам, словно…

— Словно видит человека, который не треплется по пустякам. В отличие от вас.

— То есть вы даже не скажете мне, что это за голубые нити, о которых вы спрашивали?

— Не сейчас. И, пожалуй, нам пора. Хотя…

Он протянул руку, поднимая крышку, и волшебная бриллиантовая тиара оказалась в его руках. А потом — Кира не успела даже моргнуть — в её волосах.

Она стояла перед ним в тиаре, по-прежнему обнажённая и совершенно растерянная, и у неё всё сильнее кружилась голова от происходящего.

Профессор холодно улыбнулся ей.

— Вот теперь нам действительно…

Он осёкся на полуслове. В соседнем зале раздались голоса.

— … Этот аукцион — плохая идея, Никки, ты же знаешь. Выставлять перстни Тёмного Лорда неизвестно для кого? Надеясь, что за ними придёт — кто? Кто-то из его старых подельников? Может, он сам заявится?

— Ты сам позволил Агнусу провести аукцион! Ты глава Министерства или кто?

Стук каблуков, и хлопок двери. Кажется, мессира Ильмера во время этой оживлённой перепалки не было в зале, подумала Кира.

А потом чуть не села на пол, когда до неё дошли слова главы Министерства.

Тёмный Лорд был жив?!