Глава 6

Кира ожидала чего угодно от следующего дня. Постоянных уговоров, спешной подготовки к ритуалам, долгих сидений в гостиной напротив лорда Хили…

Чего она не ждала, так это того, что Райли в свитере и непромокаемых брюках заявится к ней с утра с двумя парами лыж в руке, и потащит её кататься.

И что ей это так понравится.

Падать, опираясь на его руку. Нестись наперегонки. Просто скользить — и быть свободной. Ощущать, как звенит в зимнем воздухе настоящее, по-детски искреннее счастье.

Когда она наконец устала, они ели густой суп с травами на маленькой террасе, и в уютной тишине пили чай с самыми вкусными кремовыми пирожными, которые Кира могла бы вообразить. Даже короткая, вежливая и холодная процедура формального знакомства с матерью и сёстрами Райли, в улыбках которых не было ни грамма тепла, заставила её погрустнеть совсем ненадолго.

А потом Райли достал шахматную доску, и Кира с изумлением поняла, что она, последний раз расставлявшая фигуры ещё в Сером Доме, играет лучше прославленного героя. И от неожиданности чуть не выиграла.

Они… подходили друг другу, подумала Кира, устроившись напротив Райли в мягком кресле, поджав под себя ноги. Она могла представить много таких вечеров вместе, много страстных и жарких ночей… работы бок о бок с фолиантами и диаграммами. Она стала бы ему великолепным донором и хорошей женой, и если бы только она сумела бы разбить его проклятие… Может быть, даже его отец смягчился бы.

Но она отдавала себе отчёт, что это были лишь мечты пригревшейся в тепле девчонки, у которой в кои-то веки выдался счастливый день. Не твёрдое и искреннее желание молодой женщины, уверенной, что она нашла свою любовь.

Потому что её любовь, мысленным шёпотом сказала Кира, не дала бы ей клясться на крови никогда.

Впрочем, Райли тоже пока её не заставил. Пока что.

И с этой мыслью она потянулась к нему, чтобы поцеловать его на ночь. В щёку.

— Если ты меня ещё и обнимешь, я буду совершенно счастлив, — серьёзно сообщил ей Райли. — Пойдём завтра гулять в холодный зимний лес? Я тут кое-что придумал, и мне кажется, тебе понравится. Глинтвейн и сэндвичи, естественно, идут в комплекте.

Кира улыбнулась — и вдруг чмокнула его в губы.

— Договорились.

Он прижал её к себе. И долго держал крепко-крепко.

— Я надеюсь, что у нас всё получится, — почти шёпотом сказал он. — И никакие проклятия и планы моего отца нас не разлучат.

— Если все дни будут такими же, как сегодня, я останусь у вас жить, — серьёзно сказала Кира. — Перейду на заочное и буду готовиться к экзаменам, лёжа у камина.

— А я буду отбирать у тебя конспекты и одежду, укладывать на шкуры возле камина и покрывать поцелуями, — согласился Райли. — Звучит как план.

Кира ткнулась ему носом в грудь и рассмеялась. Ужас, сковывавший её вчера, рассеялся без следа.

— Спокойной ночи, Райли, — пробормотала она, неохотно отпуская его руку.

— До завтрашнего утра в холодном зимнем лесу, Кира Риаз. — Лицо Райли озарила улыбка. — Обещаю, тебе не будет холодно.

Кира проснулась, почувствовав запах кофе. Не резкий, как эспрессо в забегаловке, в которую она зашла как-то от нечего делать, пока профессор расплачивался на бензозаправке. Ещё когда он учил её водить машину… Кира вздохнула, не открывая глаз. Нет. Не думать об этом.

Этот запах был мягким и соблазнительным. К нему хотелось потянуться носом и руками, и отхлебнуть хотя бы глоточек, а лучше — выпить сразу всю кружку.

— Знал, что тебе понравится, — раздался голос Райли, в котором искрили смешинки. — Я же помню, что ты любишь латте.

— Со взбитыми сливками, — сонно подтвердила Кира и открыла глаза.

Райли сидел на краю её кровати, держа высокий бокал для латте. Со взбитыми сливками и половинкой клубники.

— Спасибо, — прошептала она.

— Вдвойне спасибо тебе, что ещё не выгнала. Я вот-вот начну беззастенчиво пялиться на твою очаровательную грудь, если что.

Кира в панике бросила взгляд на одеяло, которое прикрывало её грудь, но и впрямь едва-едва. Она спала в тонкой ночной рубашке на бретельках, золотистой, шёлковой и изящной, и судя по взгляду Райли, он готов был оставить её и без бретелек, и без рубашки, и вообще без ничего.

— Я рад, что ты расслабилась у нас дома, — негромко сказал он. — После визита моего отца я был почти уверен, что ты станешь спать, застегнувшись на все молнии.

Кира невесело улыбнулась.

— Да уж.

Она отхлебнула латте и улыбнулась Райли. Который вдруг нахмурился.

— Твой кулон на шее… он ведь заряжен магией, верно? Можно проверить?

Кира помедлила, инстинктивно сжав прозрачный камень. Ей вдруг не захотелось выпускать подвеску из рук.

Впрочем, это было и не обязательно, верно?

Торопливо оправив рубашку, она подалась к Райли, не расстёгивая цепочки. Тот присвистнул, не отрывая взгляда от её сосков, острых и чётких под тонким шёлком.

— Надо уговорить тебя проколоть кольцо в пупке, и мягко подвести к тому, чтобы ты давала мне… ммм, давала мне проверить тебя на артефакты каждый день. — Он вдруг охнул, наклоняясь над её подвеской. — Ничего себе! Как оно ещё держится вместе?

— Что?

— Твой кристалл… это ведь хрусталь, верно?

— Ну не бриллиант же, — невесело хмыкнула Кира.

Райли коснулся кулона на её груди, не забыв мимоходом скользнуть прохладными пальцами по коже. Кира на миг затаила дыхание, но удовольствие тут же рассеялось, когда Райли, всё ещё хмурясь, выпустил прозрачную искрящуюся каплю из рук.

— Твой амулет не должен был выдержать подобную магию. Максимум, на что его хватило бы — не рассыпаться за пару минут. А ты носишь его всю ночь. Впечатляет.

Райли проделал над амулетом несколько пассов, и в воздухе мелькнули туманные силуэты рун.

— Ничего опасного, — спокойно заключил он. — Атакующей магии или ловушек, которые могут кому-то повредить, здесь нет, только защитный контур. Одноразовый, разумеется. Как только ты сожмёшь его в руке, он активируется, и амулет разобьётся.

Кира прикусила губу. Разобьётся?

— Я бы хотела его сохранить, — тихо сказала она.

Райли покачал головой.

— Его заряжал мастер, но даже из его рук он не проживёт дольше недели. Стекло и хрусталь слишком хрупкие, увы. Если ты его не активируешь, он просто рассыплется.

Кира уткнулась взглядом в живот Райли. Он обнял её за плечи.

— Прости. Не хотел тебя расстраивать. Это подарок… кого-то, кто тебе дорог?

— Неважно, — бесцветным голосом сказала Кира. — Его всё равно скоро у меня не будет.

Райли осторожно приподнял её лицо за подбородок. И улыбнулся.

— Эй, не всё потеряно. Через пару семестров ты сама сможешь зачаровывать такие штуки. Мы даже можем заглянуть в ювелирный и присмотреть тебе что-нибудь постоянное.

На лице Киры появилась нерешительная улыбка.

— Спасибо, что смог меня утешить, — шёпотом сказала она. — И спасибо за латте.

— Который ты так и не допила. Собирайся, пока отец не прознал, куда мы делись.

Кира подняла бровь, но Райли, аккуратно поставив её допитый бокал на прикроватный столик, даже не думал никуда деваться.

Кира перевела задумчивый взгляд на него.

— Я собираюсь отбросить одеяло и переодеться, — сообщила она. — Почти голая, в одной лёгкой ночной рубашке до бёдер. Ты собираешься смотреть?

— Ммм. А ты разрешишь?

— Нет!

— Чёрт. — Райли поднялся. — Я был уверен, что ты не заметишь, что я всё ещё здесь. — Он вдруг посмотрел на неё, и во взгляде голубых глаз было лукавство. — А хочешь, сделаю, чтобы ты совершенно точно меня заметила?

— Это как? — осторожно поинтересовалась Кира.

— Я умею делать очень хороший массаж. Ладонями, безо всяких ударов и сминания несчастных мышц. Я был бы рад сделать тебе приятное.

Приятное. Пока она будет почти… неодета. Кхм. С одной стороны, предложение было чертовски соблазнительным, и стесняться после того, что между ними почти случилось, ей было нечего. С другой стороны, если она желала начать всё сначала, и сближаться медленно, постепенно, как ей и хотелось…

Ведь больше ей не с кем было сближаться. Даже после того ночного разговора она прекрасно понимала, что означают слова «наши с вами отношения закончены».

Профессора Деннета в её жизни больше не было. И не будет.

Он защитит её. Не даст ей умереть. Но больше ни разу не коснётся её руки и не подарит ей роз. И отвернётся, едва их взгляды встретятся.

А Райли готов был её полюбить. И Кира не обманывала себя: их влекло друг к другу. Так почему бы и нет?

— А через ночную рубашку у тебя массаж получится? — невинно поинтересовалась Кира.

Райли без слов взялся за её одеяло.

Кира задержала дыхание, когда его ладони медленно и плавно погладили её живот. Двинулись выше, накрыв её грудь, очень легко погладили её и там тоже — и спустились на бёдра. Кира попыталась перевернуться на живот, но его руки мягко её удержали.

— Эй, — внезапно хриплым шёпотом сказала она, — ты же говорил про массаж!

— Но я не уточнял, где именно я буду тебя массировать. — Его рука скользнула по её плечу, и тонкая бретелька упала вниз. — Впрочем, если ты считаешь, что тебе не понравится…

Его ладони скользнули под верх её ночной рубашки, грубоватые шершавые пальцы провели по нежной коже её сосков, и она со всхлипом откинулась на подушки.

— Кира, — прошептал Райли, наклоняясь над ней. — Я так рад, что встретил тебя.

Кира не удержалась.

— Рад настолько, что хочешь заставить меня дать клятву на крови, чтобы я молчала вечно? Даже под пыткой?

И тут же зажмурилась, увидев выражение его лица.

— Прости.

— Прости, — сказали они почти одновременно.

Райли сгрёб её в объятья.

— Я могу открыть тебе ещё один секрет, — шёпотом сказал он. — Если у нас получится снять проклятие, не пострадает никто. Ты встанешь из ритуального круга, и всё будет прежним, только я проживу столько, сколько дано мне, а не столько, сколько отмерил мне Тёмный Лорд.

— Странной же мерой он тебе отмерил, — проговорила Кира, оправляя на себе короткую ночную рубашку. — Твоя жизнь может оборваться в любой момент, но ты не знаешь, как и когда?

— Знаю, как, — печально произнёс Райли. — Не знаю, когда. Это зависит от…

Он резко встал.

— Нам пора. Я буду ждать тебя за завтраком.